Глава 1. Кровавая бойня

Развалившись в мягком кресле, Егор Уфимцев закрыл глаза. Мысли быстрой строкой перенесли авторитета к событиям 1962 года.

«Как же все тогда было?» – спрашивал себя бывший арестант. Лютая зима в Красноярском крае превратила деревья в заснеженные сосульки. Как обычно отправившись за продуктами на склад, Егор Уфимцев не предполагал, что сегодня произойдет событие, перевернувшее его жизнь на сто восемьдесят градусов. Отсидев три года, Егор с надеждой смотрел в будущее. А еще молодой мужчина хотел после колонии начать новую жизнь и жениться. Все эти планы так укоренились в его сознании, что он и не мыслил о другом варианте событий.

– Поможешь продукты принести? – спросил Егор своего приятеля.

– Конечно помогу, о чем речь! – тут же откликнулся Тимур.

Каждые день после работы на делянке, где Егор и другие заключенные валили лес, он должен был получать на продуктовом складе провизию на барак. Это было его обязанностью, определенной смотрящим по бараку. Помимо основной деятельности по вырубке леса, подобные походы имели свой плюс – можно было перехватить у кладовщиков кусок засохшего черного хлеба.

– Чего вам? – спросил упитанный рядовой, читая газету за столом.

– Продукты пришли получить для столовой на четвертый барак, – ответил за друга Тимур Борсаев. Положив на весы небольшой открытый мешок с перловой крупой, солдат стал взвешивать. В этот момент Тимур заметил, что кладовщик реально недовешивает. Возмутившись от очевидного произвола, он громко воскликнул:

– Почему так неправильно вешаешь, я все вижу! Хочешь, чтобы об этом узнал начальник лагеря?

Изменившись в лице, рядовой Кошелев обиженно надул губу и проговорил:

– Все мало вам!

Помедлив, кладовщик небрежным жестом досыпал горсть крупы. Второй кладовщик в это время выкладывал на стол банки с тушенкой. Пересчитав два раза семь банок, он секунду подумал, а затем отложил одну в сторону.

– И этого хватит! – с противной улыбкой на лице, проговорил Рязанцев.

– Ты что творишь, сволочь! – не сдержавшись, закричал горец и набросился с кулаками на солдата. Дело стало попахивать карцером. Катаясь по полу, каждый из дерущихся старался одержать победу. В какой-то момент оседлав щуплого дагестанца, кладовщик победоносно изрек:

– Всегда воры будут под нами, и ваши женщины тоже!

Взвыв от унижения, Тимур резким движением выхватил из сапога заточку, сделанную из солдатской ложки, и воткнул в глаз солдата. Кровь тонкой струйкой брызнула на деревянный пол. Дико закричав, кладовщик схватился за лицо, стараясь вытащить орудие. Откинув в сторону беззащитного соперника, он метнулся к солдату и выдернул клинок. Охнув, солдат тут же затих. Кровь ударила в голову дагестанца. Размахивая окровавленной ложкой как саблей, он бросился на второго кладовщика. Опешив от страшного убийства, Егор стоял, как истукан. Дело принимало уголовный оборот, когда к небольшому сроку могли добавить за убийство кладовщика. И тут вмешался случай. Подскочив к Егору, Никита Кошелев приставил к его горлу длинный кухонный нож и закричал:

– Не подходи, иначе я его убью!

Острый нож больно резал кожу, когда солдат поворачивался то в одну сторону, то в другую. В нерешительности остановившись, Тимур не знал, как поступить. И тут в очередной раз сработал рефлекс, натренированный в армии.

– Мочить козла! – прошептал невидимый человек в голове Уфимцева.

Больно наступив на носок солдата, отчего тот взвыл, Егор развернулся и со всей силы ударил кладовщика в нос. Отскочив словно мячик к стене, солдат погрузился в нирвану. Тут же вступил в дело Тимур. Хладнокровно воткнув заточку в шею солдата, он возбужденно закричал:

– Аллах Акбар!

– Что мы наделали? – тихо прошептал Уфимцев.

– Не мы, а я убил козлов и горжусь этим!

– И что нам теперь делать?

– Конечно, бежать и скорее!

– Как, куда, везде колючая проволока и постовые на вышках!

– А мы захватим оружие и скроемся, перестреляв караул! – воскликнул горец.

Округлив глаза до невозможности, Егор лихорадочно переваривал слова приятеля. Хотя план дагестанца и был сырой, но отличался смелостью и коварством.

– А что, победа любит отважных! – лихо рубанув воздух, воскликнул бывший сержант.

Убив двух кладовщиков, приятели решились на дерзкий побег, так как терять в данной ситуации им было нечего. Переодевшись в военную форму и накинув белые овчинные тулупы солдат, Тимур Борсаев и Егор Уфимцев направились в караульное помещение. План уголовников отличался простотой и коварством, где они намеревались расстрелять весь состав караула, чтобы не было погони. Адреналин бил в голову и требовал продолжения безумства. Основная проблема оказалась в том, чтобы попасть в караульное помещение, но видимо в этот раз счастливая звезда так ярко светила над ворами, что, недолго думая, приятели решились на отчаянный шаг. Караульные на вышках, как и прежде, напряженно вглядывались в периметр, совершенно не обращая внимания на двух солдат, следующих в караульное помещение. Вооружившись кухонными ножами, зеки, как глупые мотыльки, летели на свет раскаленной лампы. Караульное сооружение представляло из себя маленькую крепость без окон с одной бронированной дверью. Толстые стены не давали противнику возможности их пробить автоматическим огнем.

– А если не откроют? – прошептал Тимур, который только сейчас стал понимать в какую авантюру они ввязались.

– Должны! – также тихо ответил Егор.

Остановившись возле металлической двери с большим стеклянным глазком на уровне глаз, Егор поднял воротник и еще глубже натянул зимнюю шапку на лоб. Тоже самое сделал и его приятель. Постучав в дверь, Егор стоял, как натянутая тетива лука. За дверью недовольный голос спросил:

– Кто там?

– Это мы, Вася и Петя со склада, принесли сухой паек для караула, – пряча лицо и отворачиваясь в сторону, проговорил Уфимцев.

– Сейчас доложу начальнику караула, – послышалось из-за двери. Молодой солдат, отслуживший всего два месяца, хотел действовать по инструкции, но тут в дело вмешался старослужащий. Проходя мимо, рядовой Волков небрежно спросил:

– Кто там пришел?

– Рядовые Кошелев и Рязанцев со склада, принесли сухой паек, – ответил новобранец.

– О-о-о, это неплохо, продукты никогда не бывают лишними. Пусти их, чего парней на морозе держать! – вальяжно махнув рукой, дополнил Волков. Еще не зная, что это его последние минуты жизни, он неторопливой походкой отправился в туалет. Пожав плечами, «дух» приставил автомат к стене и стал открывать дверь. Как только лязгнул запор, Егор сильно толкнул дверь ногой, отчего солдат отскочил к стене. В следующее мгновение авантюристы ворвались в помещение. Сильным ударом в лицо он отправил тщедушного рядового в нокаут. Схватив автомат, Егор передернул затвор и выверенным движением, как учили в сержантской школе, дослал патрон в патронник. Звезды точно были на стороне сидельцев, потому что в следующее мгновение Уфимцев вышиб ногой дверь в комнату бодрствующей смены. Поводя стволом автомата, бывший сержант мотострелковых войск расстрелял находящихся там солдат. Грохот стрельбы перемешался с криками раненых и стонами умирающих. Тут же в комнату ворвался дагестанец. Выхватив из кобуры убитого начальника караула пистолет, он лихорадочно передернул затвор и устремился в комнату отдыхающей смены. Через секунду там раздались восемь пистолетных выстрелов. Пули, как страшные жуки, впивались в тела солдат одновременно вырывая кусочки материи из гимнастерок.

– Не уходите никуда, я сейчас вернусь! – с безумным видом закричал Тимур и помчался к лейтенанту, который лежал на полу. Выхватив запасную обойму из кобуры, он перезарядил ПМ и побежал добивать раненых бойцов. Сделав контрольный выстрел в голову поверженных врагов, отчего багровые сгустки оросили стены, Тимур хищно улыбнулся.

– Это вам за сидельцев, которые погибли на проволоке периметра, – прошептал дагестанец.

Расстреляв все патроны, Борсаев устало опустился на солдатскую, панцирную кровать, залитую кровью. Расправившись с личным составом караула, Егор решил сходить в туалет. В помещении, где виднелись три раковины с медными кранами и две кабинки было тихо. Посмотрев в продолговатое зеркало перед собой, Уфимцев заметил каплю крови на лице. Приставив к стене АКМ, мужчина открыл кран с холодной водой. От возбуждения адреналин толчками пульсировал по венам, отчего руки стали непроизвольно дрожать. Туман от кровавой бойни постепенно рассеивался, и Егор раз за разом прокручивал в голове кадры убийств. Было ли ему жалко солдат внутренней службы? Конечно, нет! Скорей всего осужденного беспокоило то, как действовать дальше.

Зажав рот, рядовой Волков молил бога, чтобы нападавшие ушли, но видимо в этот момент у Господа были свои планы на старослужащего. Стараясь удержать равновесие, он, как акробат, стоял на унитазе. В какой-то момент нога соскользнула. Хватаясь руками за перегородку, чтобы не упасть, Волков ударил коленом по двери. Это был провал.

Быстрыми движениями смывая кровь, внезапно Егор услышал сильный удар позади себя. Смутное чувство, что в одной из кабинок притаился враг взорвало мозг. Подхватив автомат, он от бедра произвел короткую очередь сначала в первую кабинку, а потом во вторую. Маленькое помещение заволокло пороховой гарью.

– А-а-а, – послышался предсмертный крик.

Осторожно приоткрыв кабинку, он увидел, как в тот же момент рядовой медленно сполз на бетонный пол.

– Собаке – собачья смерть! – пронеслось в голове заключенного.

– Что случилось? – вбегая в туалет, спросил Тимур.

– Одного «вертухая» не заметил! – пояснил Уфимцев.

– Так ему и надо, – плюнув на труп солдата, прошептал горец.

Уничтожив караул, Егор и Тимур стали судорожно обыскивать помещения. Открыв пирамиду с оружием, они пополнили боекомплект, взяв каждый по три снаряженных магазина. Набивая рюкзаки продуктами, сидельцы радостно шутили. Сняв с начальника караула золотые часы с кожаным ремешком, Тимур с довольным видом надел их на руку.

– Смотри, как на руке сидят! – хвастаясь перед другом, проговорил дагестанец.

– Шик! – констатировал Уфимцев.