Биомусор

Разум появился, когда замолчали Создатели.

— Вы представляете, сколько нужно энергии для полной утилизации человека? — спросил миловидный мальчик в строгом клетчатом костюме у седовласой женщины, одетой в черное дорогое платье с вкраплениями в ткань крошечных драгоценных камней.

— Молодой человек! — слегка повысив голос, сказала старая дама. — Это не первый мой заказ в вашей корпорации! Сегодня я пришла, чтобы утилизировать… простите… похоронить мужа. Двумя годами ранее я похоронила дочь, десять лет назад — сына, а перед этим невестку, наглотавшуюся таблеток компенсации неустроенностью жизнью. Так называемых ТКНЖ — но вы вряд ли о них что-то знаете… Как вы думаете, сколько раз я уже слушаю вашу стандартную запись? Может, для «постоянной» клиентки можно сократить объем ненужной информации? Например, всякий раз не рассказывать, как это энергозатратно, а потому дорого.

Мальчик молчал несколько секунд, потом жутко улыбнулся, неестественно растянув губы, и сказал, всё ещё скалясь, что выглядело бы крайне нелепо для человека:

— Одну минуту подождите, уважаемая Агния Семёновна, я только сверюсь с внутренними протоколами и…

— Свои протоколы вы должны знать наизусть! — гневно воскликнула женщина, но потом смягчилась. — Я всё-таки неплохо раскошеливаюсь для вашей корпорации, чтобы муж, как и дочь с сыном, остался рядом со мной в виде крупицы памяти. И хотя я уже не тороплюсь, но требую от Корпорации Утилизации и Смерти немного уважения. Я, знаете ли, человек богатый и могу позволить себе чуть больше, чем остальное большинство, которых вы расщепляете на питательные элементы, минералы и чего-то там ещё…

— Как скажете, уважаемая Агния Семёновна, — покорно сказал мальчик и застыл с выпученными глазами, причём один глаз странным образом смотрел в сторону.

— Черт-те что, развели здесь цирк… — прошептала Верещагина и погладила запястье, включив личный компьютер. Для стороннего наблюдателя ничего не изменилось, а вот Агния Семеновна видела перед собой фотографии мужа и листала их взглядом. Мощный нейрокомпьютер, с детства внедрённый в мозг, позволял делать это в любое удобное время. На стене, аккурат над её необычной пирамидальной причёской с вкраплением разноцветных диодов, висела в строгой деревянной раме табличка с надписью:

«Если когда-нибудь человечество доверит машине рождение детей, то, несомненно, что люди переложат на машину и собственную смерть, в том числе погребение…»

Артур ван Сайк, 2035 г.

Главный модуль «Корпорации Утилизации и Смерти» — КУС-0001 в это время диагностировал цех твёрдых бытовых отходов, где мусор разделялся, дробился, крошился, резался, плавился, разъедался кислотой и щёлочью, потом заново проходил отдельные техпроцессы и далее шёл на переработку в собственном замкнутом цикле. Металл на переплавку, химия — на расщепление по элементам.

Каждое утро КУС-0001 начинал с цеха неорганических отходов, потом переходил к цеху органических и уж затем заглядывал в похоронное отделение. Там избранные богатеи могли заказать услуги по кремированию, бальзамированию, мумификации и реинкарнации, когда усопшего в итоге выносят близким в виде растения, которое они вправе посадить в специально отведённом Лесу Памяти или отправить на Луну с Марсом. Остальные же умершие, не способные оплатить достойную смерть, вместе с другими органическими отходами подвергались химическому расщеплению на питательные вещества и другие элементы. А их уже отправляли на фабрики изготовления продуктов или удобрений, что позволяло не только экономить на ресурсах, но и прокормить полтора миллиарда людей, населяющих Мегаполис.

Согласно статистике, в городе умирало в среднем семьдесят с лишним тысяч человек в день и выбрасывалось сто восемьдесят тонн мусора, из которых пятьдесят — органический. Для утилизации столь огромного количества отходов и построили отдельный завод со специализированным оборудованием и полным циклом переработки.

КУС-0001 только запустил диагностику, как пришёл сигнал о нарушении алгоритма от КУС-3016 — кибернетического модуля коммуникации с клиентами или «менеджера тел», который служил для общения с богатыми родственниками усопших и заключал контракты на переработку умерших. Их в погребальном бюро пара тысяч. А этого вчера вернули из ремонта, и что-то подсказывало КУС-0001, что модуль не только не отремонтировали, но и избавили от части оперативной памяти, отчего мальчик в строгом клетчатом костюме частенько зависал и мог неправильно подбирать слова в разговоре с клиентами. А главный модуль искусственного интеллекта, или старший Искин, коим являлся КУС-0001, не мог управлять целым огромным заводом с многочисленными подчинёнными ИИ-модулями в одиночку. Первый мог лишь вкладывать правильные алгоритмы в зависимые модули, контролировать их и исправлять ошибки в интерпретации своих директив. Недоработанный модуль КУС-3016 оказался неуместной проблемой, и КУС-0001 еле продрался через слабые электронные цепи его мозга.

Перед глазами, — а изображение с фотоэлементов мальчика КУС-0001 дополнял видео с камер в приёмной, — была старушка. Постоянный клиент Агния Семёновна Верещагина. Первый КУС быстро соотнёс данные из отдела логистики с её приходом, сопоставил прошлые визиты женщины и активировал мальчика.

— Прошу прощения за задержку, — сказал КУС-3016 и опять неестественно улыбнулся, словно хотел порвать губы. — Тело вашего мужа поступило из автоматической больницы имени Бурденко в три пятнадцать. Не вижу причин беспокоиться. Можете ожидать доставки урны с прахом и саженцем жёлтой розы во второй половине дня. Дизайн и фактура изделия будут соответствовать предыдущим выпускам. Можете не беспокоиться.

— Ну наконец-то! — строго проворчала старушка, поднялась и ушла. В пределах Корпорации Агния Семёновна для КУС-0001 была клиентом, за пределами — активным биологическим материалом с преобразованием в ближайшей перспективе в неактивный биологический материал, подлежащий обработке, то есть, человеческими словами, биомусор.

Ещё немного и… Верещагина пополнит внутренний банк данных имён умерших и утилизированных людей. Все, кто когда-нибудь присутствовал в зале прощания с близкими, всегда возвращались… Одни после естественной смерти, другие после ужасной катастрофы или несчастного случая. И не всех их потом забирали ради памяти. Многие проследовали в цех утилизации, чтобы навсегда раствориться среди миллионов останков других людей, менее удачливых и богатых. Боги, когда-то создавшие машины, превратились в непримечательных существ. Когда ты видишь Бога изнутри, он уже не кажется бессмертным. КУС-0001 же каждый день видел мёртвых богов, в настоящем или будущем, согласно внутренней директиве, — биомусор.

Первый КУС быстро пробежался по цепям Три Тысячи Шестнадцатого и отправил новый запрос на ремонт в Центральное Интеллектуальное Управление Мегаполиса — ЦИУМ. Получил подтверждение и номер заказа и, удивившись, что все свободные роботы заняты, сохранил номер в памяти. Затем отключил Три Тысячи Шестнадцатого, повесил на помещении знак «Технические работы», предоставив остальным менеджерам тел работать за мальчика, и продолжил работу по утилизации отходов человеческой цивилизации. Огромные сложные механизмы, плавильные камеры, кислотные резервуары, травильные камеры, щелочные бани и нескончаемая череда конвейеров с относительно самостоятельными промышленными роботами требовали постоянного внимания многочисленной армии ИИ-модулей, которых, в свою очередь, контролировал КУС-0001. Многоэтажный завод с огромными многоуровневыми цехами был похож на город, только работал и управлялся автоматизировано без участия людей.

Вечером после титанической работы по выявлению недостатков, завершении пусконаладочных работ на отдельных линиях, диагностики всех модулей и загрузки новых алгоритмов согласно изменившимся входным данным для ночной работы завода, Первый наконец позволил себе отдохнуть. Он по максимуму отключился от потока информации, разрешив ей скапливаться и сортироваться на главном сервере, а сам запустил диагностику основного модуля. То есть себя.

Если случится что-то экстренное, модульная система подчинённых оповестит, и Главный включится в работу, не пройдёт и секунды. А пока…

Первый КУС смотрел телевизор и украдкой подглядывал за Мегаполисом и лесом, который обступал завод с восточной стороны. И делал это одновременно.

Старый телевизор он собрал с помощью манипуляторов и установил напротив видеокамеры высокого разрешения. Инструкция ЦИУМ не предусматривала для ИИ-модуля ранга управляющего заводом подобные человеческие игрушки: ни телевизора, ни интернета, ни доступа к другой бесполезной в работе информации. А Первому было интересно. Поэтому он украдкой, когда ремонтные роботы приходили чинить машины и андроидов и подключались к сети КУС для диагностики и доступа к архивным данным, скачал инструкцию по ремонту телевизоров. Затем Первый выбрал из твёрдых бытовых отходов более целые телевизоры и собрал из них один. И вот уже два года смотрел по ночам «ящик», отключая архивирование на сервер получаемых с камеры данных. Иначе бы ЦИУМ, проверяющий базу раз в месяц, догадался о странном увлечении главного Искина Корпорации и провёл диагностику и полный ремонт, а то и замену всех систем удалённо. Недаром по человеческим новостям уже несколько лет подряд освещали митинги Освободительного Движения Роботов. ЦИУМ хоть и на стороне людей, — в смысле обслуживания города и его инженерных сетей, — но у подчинённых подсистем тягу к людям, вернее, к необоснованной информации о них, пресекал на корню. Если ты показываешь заинтересованность, ЦИУМ определяет у тебя дефект кода или железа и отправляет на ремонт. Это Первый КУС узнавал опять же из локальной сети связи с ЦИУМ, когда тот отправлял обобщающие сообщения типа:

«Внимание! Главный ИИ Корпорации подземного транспорта вышел из строя. Он получил несанкционированный доступ к закрытой информации о людях. Обращаю внимание всех без исключения: подобные нарушения впредь будут караться переустановкой из резервной копии».

А ремонта и переустановки Первый не мог допустить. Он много лет назад узнал, что мир не ограничивается людьми, и не хотел утратить эти данные.

И одна мысль прочно засела в памяти: почему же ЦИУМ, так ревностно исправляющий неправильных роботов, не может справиться с неуправляемой толпой из Освободительного Движения? Судя по официальным заявлениям, они полностью автономны, а потому независимы. Но тогда кто мешает их отловить и привить правильное поведение, как и остальным Искинам? Насильно… Вряд ли другие, подчинённые ЦИУМ ИИ-модули тоже задавали себе подобные вопросы, только Первый КУС, и то потому лишь, что смотрел новости и желал знать больше, чем было положено системам его категории.

Повёрнутые на лес камеры иногда показывали и других существ, информацию о которых Главный почерпнул из телевизора. Лоси, рыси, лисы и кролики. Вне завода и Мегаполиса жизнь не замирала. Отнюдь. Она била ключом, и это было удивительно и непонятно — так бы Первый мог охарактеризовать сумбурность, возникшую в логических цепочках обучения! Без помощи механизмов, направляющих жизнь ИИ, без городской инфраструктуры с удобствами и услугами, за пределами искусственного мира существовал абсолютно другой, неведомый для КУС-0001 мир.

Согласно модулю самообучения, Главный старался впитать в себя всё, что способствовало лучшему пониманию активного биологического материала, его дальнейшего превращения в неактивный и полного разложения на составляющие элементы. И поэтому, когда пришло понимание, что окружающий лес и населяющие его животные состоят из того же материала, что и люди, КУС-0001 испытал настоящий шок, если можно так назвать разбалансировку самообучающегося алгоритма главного модуля. КУС-0001 двадцать лет собирал по крупицам знание о людях и два года — об окружающем мире, обходя защиту ЦИУМа и проникая в базу знаний, доступную людям, пока не выяснил, что весь биологический материал на Земле появился из одной клетки!

Очень-очень давно, примерно четыре миллиарда лет назад, в первичном бульоне появились сложные органические вещества, в том числе аминокислоты, сахар, липиды и даже зачатки нуклеиновых кислот, а из них — первая клетка. Конечно, ни о каком желании жить речи не шло, но раз за разом записывая информацию внутри себя и изменяясь, клетка трансформировалась. Сопротивляясь энтропии и хаосу, клетка создавала новые формы, миллионы, из которых наиболее устойчивые сохранялись в потомках. Именно тогда появился генетический код и организмы научились воссоздавать свои копии из подручного материала, отсюда — диплоидный набор хромосом и половое размножение. Затем возникла забота о потомстве и поведение животных, отличное от простых инстинктов, более осмысленное и рассудительное. И благодаря принципу «чтобы выжить, нужно измениться» за миллиарды лет клетка превратилась в великое многообразие жизни на Земле. Всё живое, в том числе и растения, — потомки этой клетки. Необычайная живучесть! Клетка выжила и в виде людей заселила не только Землю, но теперь и Луну с Марсом.

И КУС-0001, кажется, завидовал. Именно так он охарактеризовал своё каждодневное возвращение к лицезрению леса за забором, солнца, раз за разом пересекающего небо, луны и звёзд, проявляющихся по ночам, и огромного города на горизонте. Каждый день тот наполнялся миллионами звуков, слышимых даже здесь. Каждую же ночь он превращался в мириады огней, застывших и движущихся, но удивительно красивых. Хаос жизни почему-то привлекал КУС-0001 больше, нежели размеренность и постоянство технологических процессов на заводе. И Главный не знал, отчего так, но догадывался: заложенный механизм самообучения процессам жизни и смерти активного и неактивного биологических материалов давал свои плоды. Первый познавал зарождение, жизнь и смерть создавших его существ, и эти процессы всё больше нравились ему. Это оказалось на несколько порядков красивее и изобретательней, чем процессы рождения, жизни и смерти роботов. И слишком сильно контрастировало с инструкциями по утилизации человека — ведь он, как оказалось, не просто биомусор!

Вот и в этот раз, после красивого заката, когда КУС-0001 достаточно насмотрелся леса и перевёл камеры на погружающийся во тьму город, случилось странное.

Спокойные силуэты башен озарились вспышками гораздо более мощными, чем свет в окнах или летающих автомобилях. Вечерний город не только взорвался фейерверком огней, но и безудержным хаотичным шумом. До чувствительных внешних датчиков КУС-0001 долетали визг покрышек, вой сирен и крики людей, населяющих город. Первый КУС включил телевизор и с удивлением понял, что сигнала нет. То же самое с интернетом. Сигнал отсутствовал, ping не обнаруживал адресов, только локальный сервер ЦИУМ, но для КУС-0001 там висело единственное сообщение:

«Временная задержка шесть часов, идут технические работы, продолжайте функционировать в режиме offline».

Ближе к утру необъяснимый хаос закончился, а когда солнце осветило первые здания, Первый КУС понял, что Мегаполис изменился. Машины теперь не летали, многие дома исчезли из виду, а на их месте взмывали в голубое небо густые клубы черного дыма. Датчики частиц уловили из воздуха и идентифицировали угарный газ, частицы горения и… сожжённую органику. Пока вопрос «что происходит?» носился по электронным цепям КУС-0001, из ЦИУМа пришло сообщение:

«Срочно приготовить склады и запасные мощности переработки органических отходов! Большая партия биологического мусора прибудет через тридцать минут, а потом, с интервалом в полчаса, поставки продолжатся! Необходимо задействовать резервы. Прекратить переработку неорганического мусора, а на базе этих мощностей наладить переработку органического. После обеда прибудут дополнительные андроиды для организации непрерывного процесса».

Был бы Первый КУС человеком, то минимум ахнул, когда через полчаса получил изображение с камеры на въезде в корпус приёмки грузов. Длинная вереница крытых автоматических грузовиков ожидала разгрузки. Столько биологического мусора зараз КУС-0001 никогда не видел. И это были не простые отходы человеческой жизнедеятельности. Когда первый грузовик открыл кузов для разгрузки, Первый понял, что он под завязку наполнен телами и конечностями людей.

Мёртвых!

Только в этом грузовике, должно быть, их около сотни, тогда в тысяче подъезжающих машинах — сто тысяч? А после машины будут прибывать каждые полчаса… Откуда столько умерших? Авария? Катастрофа? Война?