Часть 1. Отвергнутый сталкер

Глава 1. Улыбка ветра под номером семь

Лера чувствовала, как потеют от волнения ладони. Её голубые глаза пристально следили за высоким парнем с темно-русыми волосами и глазами цвета пасмурного неба. Антон, как всегда, был в центре внимания. Его окружали друзья и девчонки из класса. Они стояли у окна и весело смеялись, обсуждая что-то.

Лера вытерла ладони о широкие черные брюки, потом чуть приподняла крышку пенала. Свет добрался до разрисованного витым орнаментом желтого конверта, заиграл на покрытой блёстками поверхности. Лера почувствовала, как заливается краской, и поспешно закрыла пенал.

– Ну чего ты? Перемена сейчас закончится! Просто иди и отдай ему! – шепнула прямо в Леркино ухо Аринка, все это время наблюдавшая за страданиями школьной подруги.

– С ума сошла! – зашипела на неё Лера, сделав огромные от страха глаза. – Там такая толпа… Подожду, когда он один будет…

– Пфф! – фыркнула Аринка. – Ты его когда-нибудь одного вообще видела?

– Тогда просто незаметно на парту положу… – буркнула Лера.

– И какой смысл? Ты же даже письмо не подписала, наверное? – Аринкина рука метнулась к пеналу подруги, но Лера тут же схватила его, отодвинув подальше.

– Так и есть, точно не подписала! – подозрительно сощурилась Арина. – Ты же собиралась признаться. Передумала? Чего трусишь-то?

Лера снова густо покраснела, посмотрела на подругу тяжёлым взглядом. Аринке легко было говорить! Она нравилась многим парням из класса. Длинные вьющиеся волосы пшеничного цвета, васильковые глаза, пухлые губы, тонкий прямой нос и… уже полностью оформившееся к семнадцати годам тело… Арина занималась бальными танцами, поэтому её движения казались грациозными и плавными. Она держала спину прямой, даже не замечая этого, и всегда улыбалась уголками губ и глазами. Лера глубоко вздохнула. Наверное, она немного завидовала. Совсем чуть-чуть.

Со стороны компании Антона послышался громкий смех. Лере почему-то стало неприятно и стыдно, будто они обсуждали её.

Прозвенел звонок, ученики поспешили на свои места, в класс вошёл учитель литературы. Лера облегченно выдохнула. Теперь у её бездействия появилось вполне обоснованное оправдание…

Последней парой была физкультура. В женской раздевалке раздавался весёлый гомон и смех. Переодевшись, девочки пошли на улицу. Сегодня занятия должны были быть на спортивной площадке возле школы. Лера подумала секунду, сунула конверт с признанием в карман спортивной куртки и выбежала из раздевалки вслед за остальными. Мальчишки тоже уже переоделись. Лера заметила Антона, он был одет в белый спортивный костюм. Парень присел, чтобы завязать шнурок, отстав от своей компании. Лера на мгновение замерла, бросила испуганный взгляд по сторонам. Шумные кучки одноклассников вывалились из зала, оставив Антона и застывшую в нерешительности девушку одних в огромном спортивном зале.

Лера почувствовала, как пересохло во рту, язык словно опух, пространство спортзала внезапно стало неимоверно узким и душным. Ладошки снова предательски вспотели, заставляя Леру волноваться ещё больше.

Это был шанс! Возможно, единственный! Девушка двинулась к Антону быстрым, но каким-то семенящим шагом. Парень как раз расправился с непослушным шнурком и выпрямился, намереваясь догнать друзей. Сердце Леры панически запрыгало в груди, лицо страшно горело, дыхание сбилось, голос сорвался на какой-то хриплый полушепот:

– Антон…

Парень обернулся, смерил Леру немного удивлённым взглядом:

– Чего тебе?

– Ну… – замялась девушка, буравя взглядом пол. Дрожащая рука скользнула в карман куртки, вынимая письмо. – Вот!

Антон посмотрел на протянутый ему желтый конверт, разрисованный вручную витыми стеблями и цветами, но, похоже, не собирался его принимать.

– Ты… – голос Леры окончательно сорвался на хрип, – Мне нравишься!

– Я много кому нравлюсь, – безразлично пожал плечами Антон, – У тебя все?

– Что? – растерянно и немного испуганно переспросила Лера, подняв на парня голубые глаза.

– Тогда я пойду, – сказал Антон.

– Постой! Ты не понял… Ты, правда, очень мне нравишься!

– Это ты не поняла, – раздраженно сказал парень, – Меня не интересуют суповые наборы и строительные материалы.

– Что? – удивленно моргнула Лера.

– Да что ж ты тупая такая! Ты себя в зеркало видела? Дохлая, как сушеная вобла, и плоская, как доска. Ни жопы, ни сисек. Теперь дошло? Дура, блин, – Антон развернулся и неспешным шагом пошёл к выходу из спортзала.

Лера стояла, широко распахнув глаза, продолжая протягивать в пустоту конверт. Лицо и уши, словно облили кипятком, мир начал расплываться от слез. Было так обидно и стыдно, хотелось навсегда исчезнуть и больше никому и никогда не показываться на глаза.

– Не реви… – хрипло прошипела сама на себя Лера, опуская руки и сжимая пальцы в кулаки вместе с письмом. Слезы продолжали скапливаться в глазах, намереваясь хлынуть через край.

– Не реви, сказала! – снова прикрикнула на себя Лера.

– Ты где там потерялась? – раздался знакомый голос. Арина появилась в дверях, в своём розовом спортивном костюмчике и недоуменно посмотрела на подругу, все еще стоявшую посередине спортзала. Лера поспешно развернулась к ней спиной, вытерла лицо рукавом куртки. Она в тайне надеялась, что подруга не разглядела слезы на ее лице.

– Мне что-то нехорошо… Скажи, пожалуйста, физруку! – выкрикнула Лера, стараясь контролировать голос, и побежала в раздевалку.

– Тебе помочь? Лера?! – обеспокоенно крикнула Аринка.

– Нет!

Лера скрылась в раздевалке. Сейчас ей больше всего на свете хотелось забиться в угол и зареветь. Но так делать было нельзя! Только не здесь! Не дай Бог, кто-нибудь из класса увидит и начнет расспрашивать, что произошло…

Девушка вдруг застыла на месте в ужасе.

А что если Антон расскажет о ее глупом признании кому-нибудь из класса?! Возможно, он уже прямо сейчас говорит об этом… Или еще хуже, обсуждает с кем-нибудь из своих друзей ее неказистое тело…

Перед глазами потемнело, как-то резко затошнило, в голове стали появляться лица одноклассников. Все они смеялись втихаря, перешептываясь и провожая ее насмешливым взглядом, от которого было негде укрыться. В это страшное мгновение Лере внезапно захотелось просто умереть, лишь бы только никогда не увидеть, как этот кошмар воплощается в реальность. Может быть прямо сейчас у нее случится сердечный приступ, и все закончится… Но сердечный приступ наступать вовсе не собирался, а Лера тем временем быстро засовывала свои вещи в черный рюкзак, попутно вытирая слезы, которые упорно не хотели останавливаться.

Хорошо, что из спортзала было два выхода. Один вел прямо на спортивную площадку, а через второй можно было попасть в школьные коридоры и спокойно выйти через парадную дверь здания, не встретившись с одноклассниками. Лера быстро пробежала по коридорам, выскочила на улицу, перепрыгивая сразу через несколько ступеней крыльца, и бросилась подальше от школы. То ли от нахлынувших на нее чувств, то ли из страха встретить кого-то знакомого, девушка устремилась в сторону, прямо противоположную от ее дома, и бежала до тех пор, пока не заболел правый бок, перед глазами не запрыгали черные пульсирующие пятна, а дыхание не стало надсадным и болезненным, точно легкие внезапно сдавил меж тяжелых каменных ладоней какой-то гигант.

Лера склонилась вперед, уперев ладони в колени, и долго тяжело дышала. Лицо казалось опухшим и липким от слез, очень хотелось умыться и лечь на землю от усталости. Ну или хотя бы просто присесть.

Девушка осмотрелась по сторонам. Она оказалась в совершенно незнакомом ей дворе, окруженном многоэтажками из бледно-коричневого кирпича. Людей здесь вообще не было, будто все вымерли: пустовали мощеные мелкими кирпичиками тротуары, игровые площадки для детей с разноцветными горками и качелями, спортивная площадка для игры в баскетбол и даже зона с уличными тренажерами. И для Леры эта пустота была величайшим благословением.

Здесь было так тихо, безлюдно и хорошо. Не нужно было думать, как она выглядит, смотрит ли на нее кто-нибудь, говорит ли что-нибудь о ней… Лера глубоко втянула в себя воздух, задержала его внутри себя, словно старалась насытиться им вдоволь, а затем выпустила из легких.

Устроившись на скамейке прямо напротив баскетбольной площадки, огороженной высоким зеленым металлическим ограждением, Лера вытащила из рюкзака бутылку воды и умылась. Вытирать лицо она не стала, приятный ветерок охлаждал опухшее лицо, бодрил и освежал, от этого становилось будто бы немного легче на душе. Убрав бутылку обратно в рюкзак, девушка порылась немного в его нутре и вынула планшет. Ей нужно было переключить внимание на что-то, да и место очень подходило…

Пальцы скользнули по сенсорному экрану. Воодушевление в глазах Леры вновь сменилось тоской. И зачем нужно было так долго учиться рисовать в художественной школе, если все равно у нее не получалось нарисовать то, что она хочет? Вроде бы, что тут сложного, нарисовать какой-то комикс? Есть и задумка, и умение. Только вот получалось совсем не то… А до конкурса осталось всего два месяца. Неудачница в одном – неудачница во всем!

Лера с досадой закусила губу, перелистывая электронные страницы с готовыми рисунками. Пальцы вдруг замерли. Это был момент с крупным планом лица главного героя. С экрана на нее смотрел, насмешливо улыбаясь, Антон. Вот же дура! Она и забыла, что именно его лицо использовала в своих рисунках! Ей всегда тяжело давалось придумывать лица персонажей. С настоящих людей было легче писать эмоции, мимику. Но теперь рисовать комикс с ЕГО лицом было даже хуже, чем просто издевательство над собой.

Проще было все уничтожить… Навсегда…

Палец коснулся кнопки с изображением мусорной корзины, на экране выплыло сообщение: «Вы действительно желаете удалить?»

Если подумать, работа над этим комиксом давалась Лере с большим трудом. Много проблем было именно с лицом главного героя. Все время в школе, каждую свободную секунду она изучала мимику Антона: как двигались его губы, когда он говорил, когда улыбался или грустил, как менялись его глаза, как выглядело его лицо, когда он был задумчивым или сонным, сосредоточенным или злым, испуганным или веселым. Лера знала каждую эту деталь и без труда могла нарисовать, но почему-то, по совершенно непонятной для нее причине, эти эмоции и застывшие в глазах чувства будто бы не подходили для ее персонажа. Улыбка была не та, грусть – не та, все – не то! Сколько бы она ни перерисовывала, все равно раз за разом не чувствовала удовлетворения, хоть картинка и была красивой и вполне профессиональной. А потом стало еще хуже. По задумке, ее главный герой хорошо играл в баскетбол (как, впрочем, и Антон). В комиксе должна была быть сцена игры «один на один», где главный герой побеждает соперника и очаровывает этим главную героиню…

Лера сокрушенно вздохнула.

Она ходила на все тренировки Антона, на все соревнования, наблюдала за ним на уроках физкультуры, когда учитель позволял поиграть с мячом. Но опять все было совсем не то… Картинка получалась какой-то плоской, в ней не чувствовалось ни силы, ни даже просто движения. Лера пробовала смотреть игры профессиональных спортсменов, чтобы это исправить. Рисунки стали чуть лучше. Но только чуть-чуть…

«Вы действительно желаете удалить?»

Да, она желала удалить. Только вместе с рисунками ей бы очень хотелось удалить и события сегодняшнего дня.

«Тац! Тац!»

Лера вздрогнула от этого звука, отрывая взгляд от экрана. На баскетбольную площадку вышли два высоких парня в красно-белых спортивных майках и шортах. У одного на форме была белая цифра «три», у второго – «семь».

«Тац! Тац!» – снова оранжевый мяч приветственно шлепнулся на полипропиленовое покрытие площадки, задавая ритм будущей игре.

Наблюдавшая за этим девушка стала быстро и суетливо собираться, но почему-то планшет никак не хотел влезать в рюкзак, цепляясь углами за края черной ткани и шнурок-кулису. Лера почувствовала, что заливается краской, бросила украдкой взгляд на площадку, как раз вовремя, чтобы увидеть потрясающе стремительное и быстрое обманное движение «седьмого» номера! Обойдя соперника, парень бросил мяч в кольцо, прыгнув высоко вверх, вытянувшись точно струна. «Третий» номер тут же подобрал мяч и начал атаку, а «седьмой» – ушел в защиту. Оба парня двигались так легко и непринужденно. В каждом их движении была какая-то восхитительная уверенность и свобода, точно каждый из них был порывом ветра, не имеющим ограничений и способным обойти любую преграду.

Лера плюхнулась обратно на скамейку, прижимая к груди рюкзак с торчащим из него на половину планшетом. Ее широко распахнутые глаза наблюдали за игрой, а в голове упорно плясала мысль: «Вот оно! То, что нужно!». Память послушно впитывала каждое движение парней, каждый рывок, бросок и прыжок. Чего она ждет вообще?! – спохватилась вдруг Лера, поспешно вынимая планшет из рюкзака. Нужно было рисовать, пока есть возможность, пока это чувство никуда не исчезло.

Наброски один за другим вырисовывались на экране планшета. А сама девушка даже не замечала, как на ее губах появляется едва заметная счастливая улыбка. Так продолжалось ровно до тех пор, пока оранжевый мяч не подкатился к металлической ограде, остановившись прямо напротив сидевшей на скамье Леры.

Девушка оторвалась от экрана, и ее взгляд коснулся оранжевого бока мяча. Она стала гипнотизировать его и мысленно умолять откатиться куда-нибудь подальше, возможно, даже в другую вселенную. «Седьмой» номер подбежал ближе и наклонился, чтобы подобрать мяч.

Пунцовая от страха и смущения Лера застыла, словно была уверена, что если не будет шевелиться, то ее попросту не заметят: она сольется со скамейкой, точно хамелеон, или будет принята за декоративную статую.

А «седьмой» номер тем временем взял в руки баскетбольный мяч, поднял голову и … улыбнулся… Такой же улыбкой, как он сам. Потрясающе свободной, непринужденной и чистой, искренней, без какого-либо подтекста, широкой, во все тридцать два зуба, точно у «смайлика». Его глаза чуть сощурились, пряча за ресницами радужку из голубого хрусталя.