Пролог

Это был тяжёлый день. До отвращения. До омерзения. Особенной тяжестью в голове и теле отозвался вечер с его грёбаными переговорами. И даже мысль о заключённой сделке не грела. Хотя… наверно, ничего особенного. Тяжёлой была и вся неделя, и месяц, и даже год. Нет, не год… последние лет пять… или семь. Он уже не помнил, когда всё это началось. Врал, конечно, ведь память не отшибло. И число помнил, и месяц. Помнил даже примерное время, правда, лучше от этого не становилось. И хотелось лишь побыстрее добраться домой.

Кто его уговорил купить дом в такой глуши?.. Истинный городской житель, которого не дёргает не стихающий рёв моторов за окном и соседи, оккупировавшие со всех сторон. Да. Нужно было брать квартиру. Но ведь иметь свой дом за городом престижно. По крайней мере, Марина утверждала именно так. А ещё сотня её подружек и любимая мамуля. Будущая тёща.

От воспоминаний о скором появлении новых родственников заученным механическим движением передёрнулись плечи. С определённого момента лишних людей рядом он не держал. Жизнь рассудила, от кого можно отказаться. И менять привычки не хотел. Даже не думал. Сейчас думал только о том, как бы поскорее завалиться на кровать и закрыть глаза. Да. Именно об этом. Даже принимать душ не хотелось. Глупость, конечно, сморозил… Вода исцеляет, придаёт сил, какое-то необъяснимое чувство свободы и будто бы полёта… А, значит, завалиться на кровать вот так, в чём есть… как в молодости, как в той далёкой, настоящей жизни, уже не выйдет. И брюки снимет, и носки. Кто знает, может, даже пиджак повесит на плечики, ведь в пиджаке под душ не полезешь!

Охранник на въезде в посёлок отозвался дежурной улыбкой и открыл ворота. И не лень ему топтаться на улице, приветствуя зажравшихся представителей местной элиты? Вот он сам бы ни за что тут не стал. Уж лучше бы пулю в лоб, а этот вон стоит, улыбается. Возможно, даже доволен жизнью, ведь на посту охраны смена сутки через трое и зарплата. Мельчает народ, мельчает… За деньги перестаёт себя уважать. Нет идей, нет стремлений. Желания получить нечто большее, чем материальные блага, и того нет. Впрочем, может, оно и правильно. Так спокойнее. Создаётся иллюзия счастья.

Он сейчас, как и этот охранник, тоже счастлив. Доволен своим положением, может беззастенчиво похвастаться успехами. Невеста, опять же, умница, красавица… Разница лишь в том, что понимает, чувствует ту самую пропасть между счастьем и его видимостью.

Счастлив человек иначе. Совсем не так, как он счастлив сейчас. И нет этого щекочущего нервы азарта, желания побеждать, поскорее заглянуть за следующий поворот судьбы… Ему и заглядывать-то некуда. Какие повороты? Всё ясно на сто лет вперёд. Офис, дом, жена с её бесконечными шмотками и рассуждениями на тему «как мы проведём лето». Детей в планах и то нет! А ведь ему уже тридцать шесть… Пора бы задуматься. «Ага, вот, прямо сейчас и подумаю» – он криво улыбнулся отражению собственных глаз в зеркале заднего вида. На самом деле понимал, знал, что детей не хочет. В том смысле, что не просто не хочет, а дать им нечего. Кроме тех же денег. А откуда взять чувство полёта, вдохновения, единения с самим собой? На пальцах объяснить, что ли? «Вот и подумал о детях, ничего не скажешь».

И как же всё-таки хотелось закрыть глаза… Тяжёлый выдох позволил на мгновение расслабиться. Да, всего на мгновение. Которого, кстати, хватило, чтобы зацепить кого-то на пустынной, казалось бы, дороге. Резко дав по тормозам, Слава оглянулся, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь на запорошенной снегом обочине, но то ли смотрел не туда, куда нужно, то ли смотреть уже было не на что – уловить так ничего и не удалось.

Мысленно выругавшись, а вслух лишь раздражённо прорычав что-то невнятное, не имеющее смысла, а, скорее, выражающее крайней степени досаду, он дёрнул ремень безопасности. Снова оглянулся, обтёр лицо сухими ладонями и всё же выбрался из машины. Свежий морозный воздух приятно обжёг лёгкие. Наверно, стоило поскорее разобраться в случившемся и уладить возможный конфликт до его зарождения, но Слава позволил себе передышку. На то самое счастье, которое хоть и редко, но всё же посещало. Именно в такие моменты. Когда тишина, свет одинокого фонаря где-то вдали и бесконечный поток снежных хлопьев кружится в небе. Когда никому и ничего не должен. Хотя, говоря о долге, он явно погорячился. Ведь кого-то всё же на своей машине да сбил.

От невесёлых мыслей отвлекал знакомый с детства, приятный скрип свежего снега в морозную ночь. Пожалуй, лучше чем ночью, он скрипит только ранним утром. На рассвете. И запах у морозного утра особенный. Что-то неуловимое, бодрящее. Сейчас запах тоже был, но совсем не тот. Ну и одинокая фигура женщины заставила замереть на месте. Она напрочь выбила из головы весь предшествующий сумбур.

– С тобой всё в порядке? – спросил Слава первое, что пришло на ум, хотя на уровне подсознания понимал, что едва ли услышит ответ. – Эй?.. – склонил голову, пытаясь заглянуть в её лицо.

Женщина стояла, приткнувшись спиной к багажнику авто. Стояла и будто ничего не замечала. Не понимала, где находится и что произошло. С каким-то неестественным интересом она рассматривала свои ладони.

– Ты заблудилась? – неловко прохрипел он, на уровне подсознания понимая, что закончиться выплатой материального ущерба сложившаяся ситуация не может в принципе.

Окидывая взглядом весьма и весьма странную особу, Слава выдохнул сквозь сжатые зубы. Напряжённой ладонью он растёр шею, отмечая, как не вовремя оказался на заснеженной дороге, в посёлке, да и в этой никчемной жизни!

– Ты одна здесь? – озвучил пришедшую на ум мысль и тут же оглянулся в поисках ответа, ведь незнакомка продолжала хранить молчание и не позволяла нарушить её мнимое уединение.

Слава едва слышно взвыл, осознавая всю безвыходность своего положения. Женщина начала раздражать. По-хорошему ему бы стоило сделать вид, будто ничего не произошло. Ведь она цела и невредима. Стоило бы запрыгнуть в машину и вжать педаль газа в пол, но что-то останавливало. И, нет, это была отнюдь не жалость к ближнему. И уж точно не страх быть наказанным. Это нечто большее. Словно… словно глоток свежего воздуха в бесконечной череде будней. Так странно… но сейчас, действительно, было как-то легко. И чёрт его знает, что переклинило в мозгу, откуда взялась эта лёгкость, но даже с места двигаться не хотелось. Слава стоял и смотрел на случайную встречную. Необычная. Будто сумасшедшая, она находилась в каком-то своём мирке и не спешила оттуда выглядывать. Едва заметное шевеление губ можно было принять за шёпот, бормотание, но, даже наклонившись ближе, не удалось разобрать ни звука.

В какой-то момент незнакомка будто ожила. Резко. Точно и не было этого забытья. Она осмотрелась по сторонам, кутаясь в густой воротник шубы, пытаясь запахнуть её на груди. Мелко задрожали губы, и даже показалось, что стало уловимо чуть слышное постукивание зубов. Леденящий ветер подул со стороны, приводя в чувства двоих.

Пожалуй, только тогда Слава и приметил не по сезону лёгкую обувь на ногах женщины – это были открытые туфли на шпильке. Тонкий каблучок утопал в сбитом дорожном снеге, позволяя тому касаться обнажённой кожи. Только тогда увидел посиневшие кончики пальцев, тонкий слой инея, покрывающий ворот дорогого меха – она слишком близко прижимала его к губам, и тёплое дыхание заставляло плавиться упавшие на мех снежинки. Сейчас, видимо, дыхание было не настолько тёплым, а мороз не настолько щадящим, и длинные ворсинки покрывались тончайшим слоем льда. Точно таким же, как и её ресницы.

Странная встреча сулила проблемы и отнюдь не радужные приключения. Пускаться в приключения Слава зарёкся лет десять назад, потому, нервно тряхнув головой, он повысил тон и перешёл к более официальному обращению. Фактически выстроил между собой и незнакомкой непроницаемую стену.

– Если с вами всё в порядке… – начал он громко и уверенно, на что женщина, с целью найти его глаза, резко вскинула взгляд.

Она ловко поймала его интерес и не пожелала отпускать. Мгновенно справившись с охватившей тело дрожью, с достоинством королевы, медленно и грациозно незнакомка вскинула подбородок, выпрямила спину, выдала чуть надменную улыбку.

– Вам следовало быть более осмотрительным за рулём, – проговорила, и не пытаясь продемонстрировать упрёк. – Вы меня сбили, так, с чего взяли, будто что-то может быть в порядке?

Ответа и не ждала. Мягко улыбнувшись, чуть повернула лицо в сторону, опустила взгляд, неловко повела плечами.

– Впрочем, эта встреча спасла мне жизнь, – располагающе добавила она чуть погодя. – Я жутко замёрзла, насквозь продрогла и не откажусь от чашечки горячего чая, – проронила, заставляя нервно жевать губами в ответ на последнее заявление.

– Так, вы заблудились? – утвердительно кивнул Слава, а незнакомка будто поджала губы. Именно «будто», ведь пыталась сделать это незаметно.

– Совершенно не ориентируюсь на местности, – неловко рассмеялась она и для убедительности, желая ускорить процесс, а период ненужного допроса максимально сократить, позволила холоду пронзить себя насквозь. И только лишь отпустила контроль, как тело, точно на автомате, выдало порцию ярко выраженной дрожи.

– Вы здесь живёте?

Незнакомка стрельнула грозным взглядом, демонстрируя недовольство тем фактом, что её намёки проигнорировали.

– Могу предложить вам свой телефон.

Для убедительности Слава даже протянул руку к внутреннему карману пальто, а незнакомка безразлично улыбнулась.

– Позвоните своим друзьям, родителям, мужу… – принялся он перечислять, пытаясь разглядеть в её лице отклик.

– К сожалению, – вздохнула женщина, – к моему и вашему… – добавила со значением, – я не сильна в цифрах, но если моё общество для вас в тягость, соглашусь на предложение довезти до ближайшей гостиницы. Кажется, она была здесь недалеко, у реки.

Незнакомка безвольно взмахнула рукой, правда, в противоположную сторону.

– Зимой гостиница пустует, – не без сожаления выдал Слава и, ощущая, как усилившийся за время разговора мороз охватывает ладони, ноги, спрятанные в хорошие зимние ботинки, снова покосился на странную мадам.

– Неподходящее вы выбрали время для прогулок, – посетовал он, но приглашающий жест в сторону автомобиля всё же сделал.

Слава не сразу понял, чего женщина ждёт, остановившись у пассажирской двери, и нахмурился, понимая, что придётся идти следом и помочь.

– Не поймите неправильно, – оправдываясь, качнула она головой. – Пальцы замёрзли и совершенно отказываются работать, – вглядываясь в его лицо, проговорила с каким-то эмоциональным спадом, но Слава предпочёл отгородиться от лишней информации и всё же добраться домой. Пусть и с незваной гостьей.

Он устроился на водительском сидении, стараясь не смотреть в сторону незнакомки, а та уже и не пыталась привлечь внимание. Отогревалась, оттаивала, а спустя время и вовсе сникла.

– Как тебя зовут? – вдруг спросила она, только лишь Слава успел расслабиться. Спросила, но на него не смотрела, так и продолжала гипнотизировать взглядом дорогу.

От проницательности женщины стало не по себе. Да что там… разозлила! Абсолютно отстранённая внешне, она не прекращала анализировать ситуацию. Будто держала её под контролем. А сейчас дала возможность это понять.

– Злишься? – подала голос вновь и повернула голову. Сверкнула глазами, как истинная ведьма. В темноте салона Слава, пожалуй, только этот блеск и уловил.

– Да я смотрю ты, малышка, отогрелась?! – рыкнул он вместо того, чтобы промолчать или сделать вид, будто не понял вопроса. – Как снова захочешь прогуляться, ты мне скажи! – предупредил и, удовлетворённый ответным молчанием, вызывающе хмыкнул.

– Такой странный вечер… Не находишь? – грустно улыбнулась его спутница вместо того, чтобы послушно замолчать. – Ещё утром я была уверена в том, что всё происходящее предельно ясно и понятно, а уже вечером моя жизнь зависит от настроения хамоватого мужчины. Обидно.

– Радует лишь то, что у нас всегда есть выбор: терпеть неподходящую компанию или всё же выйти и насладиться одиночеством. Свой можешь сделать уже сейчас.

– Из этих слов следует, что ты выбор всё же сделал, – уколола она тоном и обвела взглядом салон авто. Её компания для Славы оказалась «подходящей».

Хоть и оскалив зубы, но пришлось согласиться.

– Да, – едко ухмыльнулся Слава. – И очень надеюсь на твою благодарность. Заткнись и не беси меня минут пять. А там делай что хочешь!

Слава болезненно поморщился, будто каждое слово выходило под усилием, причиняя видимый дискомфорт. Ну а незнакомка усмехнулась. Властно, надменно, будто забавляясь его реакцией. Теперь она смотрела прямо. Без стеснения и должной опаски. Всё равно, что разглядывала и не боялась это демонстрировать. А Слава ответил. На взгляд, разумеется. И дал по тормозам. Так, что эта чокнутая дёрнулась, удерживаемая только ремнём безопасности. А он тоже посмотрел прямо в глаза. Её громкий смех, казалось, ударной волной прокатился не то, что по нему самому, по его машине, но и по всему посёлку! А потом смех стих, горящий безумием взгляд потух, а губы, будто и не было этого помутнения, тихо проронили:

– Как тебя зовут?

Наверно, выгнать странную мадам из машины стоило в ту же секунду. Это было необходимо, жизненно важно для эгоистичной, себялюбивой натуры каждого здравомыслящего мужика. Просто взять и выгнать! Не полениться, обойти авто, устремившись к пассажирской двери, дёрнуть на себя закостеневшую от ночного мороза ручку и рвануть за меховой воротник, который отчего-то стал раздражать. К слову, в этот раз Слава решил не играть с судьбой и намеревался проделать подобный фокус. Но незнакомка рассудила иначе. Стоило ему покинуть салон, как дама с лёгкостью нажала на кнопку блокиратора двери и без зазрения совести наблюдала за увесистыми ударами тяжёлых ботинок по одеревенелой всё от того же мороза резине.

Выдохся Слава быстро. И трёх взмахов ногой хватило, чтобы опомниться и рассмеяться в голос. Так же, как и женщина, сидящая в его машине, сделала это минуту назад. Он просто рассмеялся, сбрасывая негатив. Обогнув машину ещё раз, не удивился, что дверь со стороны водителя оказалась открытой. Спокойно сел, дёрнул рычаг переключения передач и тронулся с места. В этот раз отвечать на требовательный взгляд не посчитал нужным.

– Как тебя зовут? – проронила она снова совершенно невинно. В какой-то момент даже показалось, что, действительно, вычёркивает из памяти неудачные эпизоды. Ему бы так…

– Слава, – ответил он с неоправданной для ситуации лёгкостью. «Смирился» – недовольно констатировал для самого себя, но постарался сделать этот мыслительный процесс как можно незаметнее.

– Слава? – чуть удивлённо пробормотала женщина. – Станислав, Святослав, Вячеслав?

– Просто Слава. Не знала, что есть такое имя? – рыкнул он в ответ на варианты, а незнакомка безразлично пожала плечами.

– А меня зовут Ада.

– Очень символично! – издевательски хмыкнул он и тут же резанул взглядом. – Просто Ада? – не остался в долгу ни в надменном тоне, ни в самой небрежной подаче. – Аида, Адена, Адина?

Слава изогнул бровь и, поймав себя на мысли, что ожидает её выпада, чуть вытянул губы вперёд.

– А ты злопамятный, – легко отмахнувшись, усмехнулась случайная попутчица. – И меня, действительно, зовут просто Ада. Хотя я вот не поняла, к чему было это упоминание о символичности? Согласись, ты вёл себя недостойно, и моя реакция оказалась не более чем закономерной. Зачем эти вспышки гнева, агрессии? Резкие движения – и те дались с трудом, но ты не поленился, пересилил себя. И в чём смысл, если я по-прежнему сижу перед тобой и, кстати, всё же узнала заветное имя? Ты заслужил такое моё обращение, и вспоминать о символичности было излишне.

– Я бы не отказался от молчаливой благодарности в ответ на моё великодушие, – вовлекаясь в её рассуждения, Слава скривил губы. – Считаешь себя вправе давать уроки вежливости?

– Ты устал. И я всего лишь напомнила, что виновных в этой усталости здесь нет. Но, не скрою, твои эмоции мне приятны. Ведь они настоящие… Как редко в наше время можно встретить…

– Приехали, – грубо перебил он, не позволяя развить тему в нужную для мадам сторону.

Справившись с пультом ворот, Слава загнал автомобиль в просторный двор и, уходя, громко хлопнул дверью. Пригласить попутчицу за собой, разумеется, не догадался.