Пролог

Максим.

Максим уже давно привык к безумным письмам фанаток. Что они только ему не писали, что только не предлагали. Банальные признания о том, что его песни изменили чью-то там жизнь, он сначала даже пытался считать, а когда их перевалило за тысячу, бросил. Но отвечать на фанатскую почту надо. Так требовал его менеджер. Да и он сам зачастую не против понежиться в тщеславии и лести. А неразобранных писем за последние два месяца накопилось очень много. Но это письмо во вконтактике от какой-то старшеклассницы выбивалось из общей массы. Особенно сейчас – после очередного грандиозного турне по городам России.

Начиналось оно, как и большинство других таких же писем: «Дорогой Максим бла-бла-бла Твоя музыка бла-бла-бла Смысл жизнь Родственная душа Понимаю тебя Помог мне найти саму себя»

Обычный бред девочки, которая хочет обратить на себя внимание. В какой-то момент Максиму даже стало скучно, и он собрался было написать стандартный, заранее заготовленный ответ, в котором выразит признательность за тёплые слова, но всё же решил дочитать до конца. «кроме твоих песен в жизни не осталось ничего хорошего» «Друзей у меня нет. В школе надо мной все только смеются и издеваются. Даже учителя» «Папа давно сидит в тюрьме, а мама проводит сутки напролёт в алкогольном угаре. Из-за этого я даже в школу пошла на два года позже. А неделю назад очередной хахаль мамы дождался, когда она уснёт, пришёл в мою комнату и изнасиловал меня. Я рассказала это маме, но она мне не поверила и со злости побила. Только твои песни позволяют не сойти с ума в этом кошмаре. Не знаю, долго ли протяну»

Да уж, на что только не пойдут фанаты ради внимания своего кумира, что только не выдумают. Но у этой девушки явно проблем с фантазией нет. Зато точно есть проблемы с психикой. Нет чтобы, как и все другие, просто прислать свою интимную фотку. Максим бы хоть немного порадовался. Зачем писать этот бред? Но любопытство взяло верх, и он решил дочитать до конца. «Единственная хорошая новость – это то, что ты приезжаешь к нам с концертом. Я уже купила билет и во что бы то ни стало попаду на него»

Максим посмотрел на дату, когда было написано письмо. Выходило так, что оно пришло в самый разгар тура. «Давненько я не заходил в ВК и не разбирал почту», – подумал он. А жаль. Хотелось бы посмотреть на эту выдумщицу. Просто из любопытства. Та-а-ак, а она же ещё что-то писала совсем недавно. «Вчерашний день, а точнее вечер – единственное хорошее событие за последние десять лет. Я никогда его не забуду и надеюсь, что ты, как и обещал, заберёшь меня отсюда».

Максим был в недоумении. Чего это она себе выдумала? Когда он что-то кому-то обещал? От прочитанного ему даже стало немного неловко. Он попытался собраться с мыслями и вспомнить, когда и кому мог такое сказать, но в голову ничего не приходило. Так, откуда там эта фантазёрка? Пальцы ловко пробежались по экрану телефона, высвечивая страничку автора письма. Ни фотки, никакой либо интересной информации. Всё, что есть – это имя – Ершова Лера, возраст – восемнадцать лет и какая-то то дурацкая картинка вместо аватарки. Друзей всего двадцать пять, стена пустая. Больше похоже на фейковую страницу какого-то спам-бота, чем на реальную девочку. Хотя стоп. Указана школа, а рядом название города, в котором она находится. И да, в этом городке Центрального Черноземья они совсем недавно играли.

Развалившись в кресле, Максим начал вспоминать, что же там было. Кажется, это тот самый занюханный городок с маленьким клубом, в который набилось запредельное количество народа. Там ещё было старющее оборудование, и настроиться долго не получалось. Они с парнями так намучились с этим оборудованием, что после выступления было решено как следует расслабиться. Да, в тот вечер они неплохо накидались. Был, кстати, ещё один бонус в тот день. Какая-то худенькая веснушчатая девчушка в широком платье сама прыгнула к нему в кровать. Её ещё как-то забавно звали. А, точно! Ради смеха он называл её Валера. Ещё прикалывался, что секс с Валерой он точно не забудет.

От неожиданной догадки дыхание перехватило. Валера. Это же Лера

Спасительная песня

Лера

Двумя месяцами раньше.

– Что-то не знаю, – недоверчиво промямлил мужик на барахолке. – Ему красная цена рубль. Сколько ему лет?

– Я же говорила. Телефону два года. И мне надо полторы тысячи. Не тысяча четыреста и уж тем более не тысяча, – немного нервничая, ответила Лера. – Мне нужно ровно полторы тысячи. Ну что, берёшь?

– Коробка-то, хоть, от него есть?

– Да, и зарядка.

– Ладно, давай сюда своего китайца, – скривившись, сказал он, и у Леры екнуло в животе от радости.

Спрятав мятые купюры в ладони и сунув руку в карман, она не могла поверить, что решилась на это. Продала телефон, подаренный бабушкой на шестнадцатилетие. То единственное, что осталось от неё на память. И теперь, крепко сжимая деньги в кулаке, будто это не полторы тысячи рублей, а самая ценная вещь, которую ей доводилось держать, она быстрым шагом направлялась подальше от рынка. Её совершенно не волновало, что мама устроит скандал из-за «потерянного» телефона, что ни звонить, ни сидеть в интернете, а самое главное – слушать музыку, она больше не сможет. Сейчас в ней боролись только два чувства. С одной стороны, продать подарок покойной бабушки было просто ужасно. Ей казалось, что она предаёт её память, но Лера старалась быть реалисткой. И, если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то через год-другой телефон пришлось бы менять, а так она сможет купить билет на концерт уже сейчас.

О том, что маме нельзя говорить правду о концерте и о проданном телефоне, Лера даже не сомневалась. В лучшем случае она устроит истерику на тему того, что она горбатится на работе, зарабатывая денег для двоих, а её неблагодарная дочь этого не ценит. А в худшем – может и побить. Тот факт, что Лера по выходным подменяет мать на продуктовом рынке, стоя в овощной палатке вместо неё, и даже не просит за это карманных денег, маму не волнует. Её вообще ничего не волнует, кроме водки и её нового мужика. И ладно был бы нормальный мужик, так нашла же себе безработного алкаша. Ну, или сомелье-фрилансера, как он себя называет.

С этими мыслями Лера дошла до кассы клуба, где продавали билеты на редкие концерты, проходящие в их городе. И тут её поджидала первая неудача. В будний день касса закрывалась рано и уже не работала. Варианта оставалось всего два. Можно купить билет онлайн или снова прийти сюда завтра. Первый вариант отпал сразу, ведь для этого нужна банковская карта, а она есть только у мамы. Даже если удастся стащить её на полчасика, она сразу заметит приход и снятие денег со счета. Так что оставался только второй вариант, и Лера твёрдо решила вернуться сюда завтра. Может, даже лучше сходить прямо перед школой. Касса открывается в восемь тридцать, а в школу ко второму уроку. Лера в голове прикинула, сколько займёт дорога, и пришла к выводу, что она вполне успевает.

Обрадовавшись тому, что она нашла выход из сложившейся ситуации, Лера быстрым шагом отправилась на факультатив по математике, который проводят в школе сразу после всех уроков. Обычно перед дополнительными занятиями по математике она успевала сходить ещё и на тренировку по танцам. Но сегодня, совершенно без зазрения совести, она прогуляла танцевальную секцию. На танцы она начала ходить ещё с младшей школы и до сих пор не бросала это занятие. Получалось у неё не лучше и не хуже, чем у других, поэтому она не ставила целей победить на каких-нибудь соревнованиях. По возможности она вообще на них не выступала, ведь соревнования – это костюмы, а костюмы – это деньги. А денег у неё никогда не было. Даже в танцевальную секцию она в своё время пошла, потому что это было бесплатно. А сейчас, вместо прогулянного занятия по балету, она возвращалась в школу, пританцовывая на ходу.

*

Знакомый запах затхлости и дешевой водки ударил в нос, как только Лера переступила порог родного дома. Видавшие лучшие времена мужские ботинки, стоящие в прихожей, окончательно развеяли сомнения. Значит, Борис тут, и они опять пьют. Лера уже хотела тихо развернуться и пойти ещё погулять, но мама услышала звук открывающегося замка.

– Доча, это ты? А ну иди-ка сюда! – донеслось с кухни.

– Ты где это пропадаешь? – вторил ей мужской голос. – Мать волнуется, дозвониться не может

– Я на факультатив по математике ходила, – заходя на кухню и морщась от табачного дыма, сказала Лера, предчувствуя беду. Раз она звонила, то спросит, что с телефоном.

– Вечно ты по этим факультативам шатаешься. Лучше чем-нибудь полезным бы занялась, – недовольно заявила мать, пытаясь сфокусировать пьяный взгляд на дочери.

– Они полезные, на них мы повторяем программу прошлых лет и проходим что-то новое. Без них ЕГЭ хорошо не сдать, – попыталась возразить Лера, но это было бесполезно. Мама не видела для дочери иного будущего, кроме как за прилавком продуктовой палатки на рынке. Уже несколько лет она с нескрываемым презрением относилась к желанию дочери поступать в университет.

– Да? А кто за факультативы платить будет? Может ты? – вмешался в разговор мамин ухажер.

– Они стоят совсем недорого. Триста рублей за месяц, – немного злясь на него, прошипела Лера, – бутылка вашей водки стоит так же.

– Да как ты смеешь нам что-то предъявлять? Я зарабатываю деньги, обеспечиваю тебя всем. Что мне уже расслабиться нельзя? – начала было злиться мама Леры, но Борис успокоил её.

– Кстати о водке, сбегай-ка в магазин, – опомнился он. – Тебе же есть восемнадцать?

– Есть, – обреченно вздохнула Лера.

– Вот и отлично, – подвёл итог Борис, развалившись на стареньком стуле.

– И сигарет захвати, – зло добавила мать, выискивая в сумке деньги и протягивая их дочери.

– И не спеши возвращаться, нам с твоей мамой надо побыть наедине, – самодовольно добавил он.

– Боря, – заливаясь смехом, шутливо одернула его мать, кокетливо толкая в плечо. От её злости не осталось и следа, – не при детях же.

Дальнейшего развития событий Лера предпочла не видеть и спешно удалилась под смех матери и похотливый шёпот Бориса. Ну что, хоть про телефон не спросила – и то хорошо. Когда она пьяная, то легко заводиться, и истерики не миновать. А завтра, может, и обойдется.

Продавщица в магазине была отчасти знакома Лере, и вопросов о том, кому покупает бутылку водки школьница, у неё не возникло. Вообще, в маленьком городе все так или иначе знакомы друг с другом. Тетя Люда смерила Леру печальным взглядом, для порядка попросила паспорт и, вздохнув, сожалея бедной девочке, которой не повезло с мамой, пробила бутылку. Но прямо в этот момент в магазин зашли три Лерины одноклассницы.

– Хорошо Ершовой, – наигранно громко заговорила одна из них. – Уже водку продают.

– Бери больше, Ершова! – подхватила вторая.

– Зачем ей больше? У неё же друзей нет! А ей одной и бутылки хватит, – подыграла третья.