Глава 1

Смерть мира пришла с уведомлением.

Синее окно всплыло поверх всех мониторов в open-space ровно в 21:43. Лев Корсаков откинулся на стуле, щурясь от яркого света. Он только что залил очередной патч, и усталость давила на веки свинцовыми гирями.

[ПРОТОКОЛ «ОБНОВЛЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ 1.0» АКТИВИРОВАН]

[ИНИЦИИРУЕТСЯ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ БИОМАССЫ]

«Вирус? — первая мысль была профессиональной. — Очень наглый. Через корпоративный фаервол?»

[СТАТУС: 10% ХОСТОВ ОПРЕДЕЛЕНЫ К СОХРАНЕНИЮ]

[90% ХОСТОВ ОТМЕЧЕНЫ К РЕСИКЛИНГУ]

[НАЧАЛО ПРОЦЕССА…]

Окно погасло.

На секунду воцарилась тишина, нарушаемая только гудением серверов. Потом за стеклянной стеной офиса, выходившей на ночной мегаполис, вспыхнул тот же синий свет. Он шёл волнами от каждого здания, от каждой машины, от каждого уличного фонаря, сливаясь в ослепительное море.

А потом завыла сирена. Не сирена — это был звук, для которого не существовало названия. Что-то между рёвом земли и скрежетом разрываемого металла.

Лев вскочил, налетев на стол. Кружка с остывшим кофе полетела на пол, разбилась. Он подбежал к окну.

Люди на улице замерли. Застыли в неестественных позах, как манекены с перерезанными верёвками. У женщины в деловом костюме прямо перед окном задергалась щека. По её лицу поползла сеть тонких синих прожилок, словно трещины на фарфоре. Её глаза, широко раскрытые, налились тем же мерцающим ядовитым цветом.

Её голова дернулась. Резко. С характерным хрустом — тот самый звук, который слышишь, когда ломаешь сустав за суставом куриное крыло. На 90 градусов. Потом ещё. Полный оборот. Кости продолжали хрустеть, ломаться, перемалываться внутри. Шея вытянулась, исказилась.

Из её рта, широко распахнутого в беззвучном крике, вырвалось нечто. Не щупальце. Не клык. Нечто влажно-блестящее, остроконечное, с мелкими, как у сороконожки, шипами. Оно выстрелило с нечеловеческой скоростью и ударило в шею мужчине, стоявшему рядом, пытавшемуся бежать.

Лев услышал звук. Чёткий, мокрый, как будто рвут толстую мокрую ткань. Шлёп. Не крик. Только этот ужасающий, будничный звук разрываемой плоти. Алый фонтан ударил в витрину магазина.

По улице прокатилась волна таких же звуков. Хруст. Рык, нечеловеческий, из тысяч глоток одновременно. Визг металла — машины врезались в остановившихся пешеходов, в фонарные столбы.

«Нет. Нет-нет-нет».

Инстинкт, более древний, чем логика, дёрнул его прочь от окна. Он побежал. Не к лифтам — они могли отключиться. Не к лестнице — оттуда уже доносился тот же животный рык и топот многих ног.

Серверная. Стальная дверь. Свой собственный бункер.

Ноги подкашивались, в глазах плыло. Он влетел в небольшое помещение, заставленное стойками с мигающими огоньками, и с силой захлопнул тяжеленную дверь. Защёлка щёлкнула. Он огляделся в панике, нашел массивный огнетушитель в углу. Руки дрожали, но он подтащил его и упёр в дверь.

Снаружи послышались шаги. Неровные, шаркающие. Потом — удар. Что-то тяжёлое и тупое ударило в сталь. Один раз. Два. Потом царапанье. Длинными, медленными движениями, как будто кто-то изучал поверхность.

Лев отполз в самый дальний угол, подальше от двери, прижался спиной к холодному металлу серверных стоек. Дыхание срывалось, сердце колотилось где-то в горле. В голове, поверх ужаса, всплыла абсурдная, истерическая мысль:

«Отлично. Пятница. Дедлайн сорван. Мир закончился. Служба поддержки не отвечает. Всё как всегда».

Удар в дверь повторился. Сильнее. Огнетушитель дрогнул.

Лев зажмурился.

Боль в висках нарастала, превращаясь в невыносимую. Казалось, череп сейчас треснет. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Он чуть не потерял сознание, когда боль внезапно отпустила.

И перед ним, в воздухе, всплыло окно. Чистое, цифровое, знакомое до тошноты.

[СИСТЕМА] Загрузка завершена. [СИСТЕМА] Добро пожаловать, пользователь: КОРСАКОВ ЛЕВ. [СИСТЕМА] Статус: ВЫЖИВШИЙ. Категория: E («Неприспособленный»). [СИСТЕМА] Сканирование состояния... [СИСТЕМА] Угрозы в непосредственной близости: 1. [СИСТЕМА] Инициализация базовых функций... ГОТОВО.

ГЛАВА 2

Лев сидел, уставившись на полупрозрачный интерфейс. Он парил в воздухе, не завися от точки фокуса, реагировал на движение глаз. Напоминал интерфейс его последней игры, только без кнопки «Выйти».

В левом верхнем углу — его условное изображение, схематичный человечек, и три полоски: красная, зелёная, синяя. Здоровье: 31/100. Выносливость: 22/100. Пси-энергия: 15/100. Чуть ниже — характеристики:

Сила (STR): 4 (Комментарий системы: «Худощавое телосложение, мышечная масса ниже среднего. Рекомендуется избегать прямого физического контакта»)

Ловкость (DEX): 6 («Средние рефлексы. Способен увернуться от медленно летящего предмета»)

Выносливость (CON): 5 («Низкая устойчивость к болезням, утомлению и физическим повреждениям. Частые мигрени»)

Интеллект (INT): 17 («Выдающиеся аналитические способности, развитое логическое и абстрактное мышление. Потенциал для нестандартных решений»)

Восприятие (PER): 14 («Высокая наблюдательность, внимание к деталям. Склонность замечать закономерности»)

Удача (LUCK): 3 («Вам свойственна череда мелких неудач. Рекомендуется не полагаться на случай»)

«Спасибо за анализ, — пробормотал Лев. — И за поддержку».

Справа была карта. Схематичный план этажа. Он видел своё местоположение — синюю точку в серверной. И другую точку, пульсирующую красным, прямо за дверью. При фокусе на ней всплывала подсказка: «Опустошённый (бывш. человек). Угроза: низкая. Пассивные способности: повышенная стойкость к повреждениям. Активные: базовый охотничий инстинкт».

Дверь снова задрожала от удара. На этот раз раздался треск — что-то сломалось в механизме замка. Система тут же выдала предупреждение:

[ВНИМАНИЕ] Целостность барьера под угрозой.

[КВЕСТ] Первое выживание. Цель: Обезвредить угрозу. Награда: 50 очков опыта. Возможность распределения очков характеристик. Невыполнение: Смерть.

Лев засмеялся. Коротко, истерически. Выбора не было. Он огляделся. Серверная. Стойки, провода, блоки питания, огнетушитель у двери… Интеллект 17. «Развитое логическое и абстрактное мышление». Что можно сделать?

Его взгляд упал на толстый силовой кабель, идущий от стены к главному распределительному щиту. И на топор пожарный, висевший в стеклянном шкафчике с надписью «АВАРИЯ». Топор был закреплён на защёлках.

Ещё удар. Дверь прогнулась внутрь, стальной лист заскрипел. Между косяком и полотном появилась щель. В неё просунулись пальцы. Бледные, с синими прожилками, с грязными сломанными ногтями. Они с силой тянули дверь на себя.

Лев действовал на автопилоте. Страх сжался в холодный, твёрдый комок в желудке. Он сдёрнул со стойки толстую струбцину, подбежал к щели и со всей силы (Сила 4, да) вогнал металлическую скобу между пальцами и дверью. Раздался сухой, костяной хруст. Пальцы дёрнулись, но не убрались. Наоборот, ярость за дверью возросла. Послышался рёв, и дверь задрожала сильнее.

Лев отскочил к пожарному шкафу. Стекло. Простое закалённое стекло. Он схватил ближайший тяжёлый блок бесперебойного питания, взмахнул и швырнул. Стекло треснуло паутиной, но не разбилось. «Удача 3, чёрт побери!» Второй бросок — стекло вылетело с звоном.

Он выхватил топор. Тяжёлый, неудобный. Взял струбцину. Подбежал к силовому кабелю. Толстая резиновая изоляция. Он приставил конец струбцины к кабелю и ударил по ней обухом топора. Раз. Два. Три. Изоляция протерлась, показались медные жилы.

«Господи, я сейчас умру от electrocution в апокалипсисе, — промелькнуло в голове. — Ирония — моя единственная подруга».

Он намотал на оголённый участок кусок разорванной изоленты, создав нечто вроде ручки. Потом взял топор и подтащил к двери тяжёлый металлический ящик с инструментами. Стал на него.

Дверь с грохотом поддалась. Защёлка сломалась, и полотно распахнулось, сдвинув огнетушитель. В проём ввалилась фигура.

Это был… это был Саша из отдела тестирования. Тот самый, что всегда делился печеньем. Теперь у Саши была вывернута под неестественным углом рука, изо рта сочилась чёрная слизь, а один глаз вытек, оставив мокрую тёмную впадину. Второй глаз смотрел никуда, мутный и синий. Он зарычал, низко, из глубины груди, и шагнул внутрь, протягивая свои сломанные пальцы.

Лев занёс топор.

Саша (не Саша, Опустошённый) сделал шаг. Прямо под него.

Лев с силой опустил обух топора на струбцину, прижатую к кабелю. Медь врезалась в медь.

Искры. Яркая, ослепительная вспышка. Запах горелой плоти и озона. Опустошённый дернулся в конвульсиях, его тело выгнулось дугой. Рёв превратился в хриплый треск. Он рухнул на пол, дёргаясь.

Лев не ждал. Он спрыгнул с ящика и, крича от ужаса и ярости, опустил топор. Тупой стороной. Прямо в голову. Раз. Хруст. Два. Треснула черепная коробка. Три. Что-то хлюпнуло и перестало дёргаться.

Он отступил, тяжело дыша. Руки тряслись так, что топор выпал из пальцев. В глазах стояли слёзы — не от горя, а от чистого, животного адреналина.

Перед ним всплыли новые окна.

[КВЕСТ «Первое выживание» выполнен!] [Опыт получен: 50 XP] [Уровень повышен! Текущий уровень: 2.] [Доступно очко характеристики.] [Доступно очко навыка.] [Обнаружено: Кристаллизованная энергия (малая) x1.]

На груди у бывшего Саши что-то слабо светилось. Лев, преодолевая отвращение, наклонился. В грудной клетке, среди обугленных тканей, лежал маленький, размером с горошину, тускло-голубой кристаллик. Он поднял его. Всплыла подсказка: «Базовая валюта Системы. Может быть поглощена для ускоренного восстановления или использована в качестве энергоисточника».

Лев сунул кристаллик в карман. Потом закрыл глаза и вызвал меню распределения характеристик.

Куда вложить единственное очко? Сила? Чтобы легче было махать топором? Но с его тщедушным телом это капля в море. Выносливость? Возможно. Но система отметила его интеллект как «потенциал для нестандартных решений».

Он вложил очко в Интеллект. Цифра дрогнула и сменилась на 18.

И мир изменился.

Не физически. Но информация, которую выдавала Система, стала… глубже. Детальней. Когда он посмотрел на тело, он увидел не просто «Опустошённый», а список повреждений: «Обугленные ткани, множественные переломы, разрушение нервных узлов в грудном отделе, причина смерти — разрушение примитивного синаптического кластера в черепной коробке». Когда он взглянул на карту, она показала не просто план этажа, а тепловые следы, предполагаемые маршруты патрулирования других угроз (их было ещё три на этом этаже) и даже слабые места в конструкции стен.

[Поздравляем!] [Интеллект достиг порогового значения 18.] [Открыта пассивная способность: АНАЛИТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД I.] [Вы видите слабые точки, структурные дефекты и взаимосвязи объектов и существ. Эффективность зависит от уровня способности и показателя Восприятия.]

Лев посмотрел на сломанную дверь. И увидел, увидел в воздухе, как бы наложенными поверх реальности, стрелки, указывающие на погнутые петли, на трещину в косяке. Места, где конструкция была ненадёжна.

Он снова посмотрел на топор. И понял, что если ударить под определённым углом в определённое место на обухе, можно отколоть кусок металла и получить нечто вроде импровизированного клинка.

Он был всё так же слаб. Так же тщедушен. Так же напуган до полусмерти.

Но теперь у него был интерфейс. И в этом новом мире интерфейс, похоже, значил больше, чем мускулы.

Он подобрал топор, вздохнул и вышел из серверной, в коридор, пахнущий гарью, кровью и смертью. По карте было видно, что к лестнице ведёт самый безопасный путь. Нужно было найти воду. Еду. И понять, что, чёрт побери, происходит.

«Ладно, — сказал он пустому коридору. — Первый коммит в репозиторий апокалипсиса сделан. Пора пушить дальше».

ГЛАВА 3

Очистка этажа заняла два дня.

Лев действовал не как герой, а как программист, столкнувшийся с глючным, но изучаемым кодом. Он использовал Аналитический Взгляд постоянно. Уродливый цветок в горшке у секретаря? Система выделила его как потенциальный аллерген, способный на время ослепить противника. Рассыпанные скрепки на полу перед кабинетом начальника отдела? Идеальная сигнализация — Аналитический Взгляд подсветил их как «препятствие, создающее акустический эффект при давлении».

Опустошённые, как выяснилось, были разные. Были медленные, почти овощи, бродившие без цели. Были «охотники» — чуть быстрее, чуть злее, с какими-то зачатками инстинкта. Одного, бывшую уборщицу Тамару Ивановну, Лев заманил в стеклянную переговорку, где она, бросаясь на него, поскользнулась на разлитом растворителе для кофе-машин и с размаху врезалась головой в угол стола. Хруст был тот ещё.

Другого, агрессивного «охотника» из отдела продаж, Лев победил хитростью. Он нашёл коробку с отгрузкой новых беспроводных клавиатур. Разбросал батарейки по полу в тёмном коридоре, сам затаился. Опустошённый, идя на звук, наступил на батарейку, поскользнулся и упал. Лев, дождавшись, пока тот начнёт вставать, выскочил и вонзил заточенный кусок топора (сделанный, как и подсказал Взгляд) ему в основание черепа — слабое место, светившееся оранжевым.

Опыт капал скудно. За «овощей» — по 10 XP. За «охотников» — 25. Кристаллики энергии тоже попадались не всегда — только у тех, кто казался «свежее» и активнее.

К вечеру второго дня он сидел в кабинете директора, за массивным дубовым столом. Он нашёл здесь запас минеральной воды (теплой) и пачку прессованных галет из барсетки начальства. Пировал.

Он был 4-го уровня. Вложил все очки в Интеллект (теперь 21) и Восприятие (16). Аналитический Взгляд эволюционировал до уровня II. Теперь он видел не просто слабые точки, а вероятные последствия их повреждения. Удар здесь — выведет из строя опорно-двигательный аппарат. Удар тут — вызовет болевой шок. Удар вот сюда — мгновенное отключение.

Он изучил и другие функции Системы. Была вкладка «Мутации/Импланты», но серая, неактивная, с требованием «Достигнуть 10 уровня или найти источник биотехнологий». Была «Крафт» — пока позволявшая комбинировать примитивные предметы, если хватало интеллекта для понимания принципов. Именно так он и заточил топор, использовав электрическое точило из соседней мастерской и знание углов заточки, которое почему-то оказалось в его голове.

Была и «Связь». Пустая. С пометкой «Нет синхронизированных контактов в радиусе».

А ещё были «Достижения». Он уже получил:

«Первая кровь» (бонус +5% к урону против Опустошённых).

«Крыса в лабиринте» (за очистку одного этажа, бонус +10% к скорости движения в знакомых помещениях).

«Мастер на все руки (очень кривые)» (за создание первого инструмента, небольшой бонус к крафту).

Он пил теплую воду, жевал безвкусную галету и смотрел в окно. Город горел в нескольких кварталах. Чёрные столбы дыма ползли в багровое от зарева небо. Иногда доносились отдалённые взрывы, рёв, одинокий автоматный треск, который быстро обрывался. Мир снаружи был огромной, чужой, смертельно опасной зоной.