Пролог

– Счастливая ты все-таки, Миланка. Только не осознаешь этого.

Аля тихонько вздыхает, стараясь не показывать откровенной зависти. Хотя, было б чему тут завидовать. И я уже десять раз пожалела, что доверилась своей коллеге. Молчать надо было.

Но на какой-то момент просто по-человечески захотелось понимания.

Настоящего, дружеского.

Осознание предельно простой мысли пришло позже. Лучше уж совсем без подруг, чем с такими завистницами.

– Аля, давай не будем? Еще дел невпроворот. Надо закончить сегодня, а уже стемнело.

– Ну так и что? – Алька равнодушно хлопает ресницами, – как будто тебе на автобусе добираться. Папа ведь пришлет за тобой личный автомобиль. С водителем.

Последняя фраза снова произносится с каким-то неприятным придыханием.

Завидует Алька, оттого и бесится.

Ну и конечно, пытается строить глазки водителю отцовского «Хаммера». Это тоже ясно. И в прошлый раз я это отчетливо заметила.

Рефлекторно бросаю взгляд на стрелки часов на стене.

Странно, ведь уже почти семь. «Хаммер» должен был приехать еще полчаса назад. Да и сам водитель должен был отзвониться, что уже на месте.

Набираю телефон водителя, но автоответчик сообщает, что абонент находится вне зоны действия сети.

Тревожный холодок закрадывается в сердце. Усилием воли отгоняю непрошенные, пугающие флешбеки из прошлого.

Это больше не должно со мной повториться.

Не обязательно ведь должно случиться что-то нехорошее. Просто, связь в этой части заповедника – не самая лучшая. Вечно проблемы с передатчиками, особенно в непогоду.

– Ладно, я пожалуй задержусь, помогу тебе с оформлением. Сама ж не справишься.

А вот тут тон Альки уже неприятно задевает.

– Нет, Аль. Ты все свои карты заполнила, тебе задерживаться не обязательно. Беги, как раз успеешь на проходящий автобус. Глянь только по приложению, чтоб не торчать на трассе в потемках.

Вместо ответа, Аля забирает себе часть бланков и демонстративно садится за мой стол, только с другого краю.

– Вдвоем веселей.

Скорее всего, Алька хочет вместе со мной доехать до города на «Хаммере».

Но и продолжать разговор с коллегой, которой вот так глупо доверила свою сердечную тайну, совершенно не хочется.

– Слушай, а с Ринатом у тебя совсем ничего?

– Аль, я же сказала. Не нравится он мне.

– Странно, – размышляет она вслух, – из богатой семьи, вполне симпатичный. С хорошим образованием. И смотрит на тебя так… ух, если б на меня так кто-нибудь смотрел.

– Так нравится? Забирай. Ты ж давно на него заглядываешься.

Алька бесстыже таращится на меня, слишком наигранно изображая удивление. Но тут же, спохватывается и едко щурится. И мгновенно переводит тему.

– А кстати, может фото Яра у тебя есть? Хоть бы показала, что ли.

– Аль, не твое дело и фото не покажу. Нет у меня его фотографий.

Вранье чистой воды.

Конечно же есть. Я сделала несколько фотографий Яра тайком, когда приезжала на полигон, где тренируется его отряд. И мне очень хочется верить, что Яр не видел, как я снимала его на телефон.

Алька заполняет бланки ветеринарного контроля, а я скрываюсь за ноутбуком и тихонечко пролистываю фотографии Яра в своем телефоне.

Майор Ярослав Волков шикарен, как античный бог. Особенно, на тех фото, где он в одних камуфляжных брюках. С голым торсом.

Кубики пресса, загорелая кожа и сильные мускулистые руки… На мгновение залипаю на фотографии, где он после интенсивной тренировки вытирает футболкой пот с тела, и закусываю губу.

О-ох, такой мужчина мне точно не светит.

Да и папа ни за что не допустит, чтоб дочь самого генерала Белова закрутила роман с бойцом спецназа.

Сказано – сделано. Стараниями моего отца, Яра прочно услали в очередную горячую точку, куда-то в центральную Африку.

За стенкой раздается взрыв хохота и громкие хлопки фейерверков. Кто-то добавляет громкости ритмичной музыке. Наши ребята бурно празднуют успешное окончание очередной, напряженной волонтерской смены в нашем заповеднике.

– Слушай, ну что ты такая занудная, – не выдерживает Алька, – давай хотя бы заглянем к ребятам. Там же весело.

– Аль, твой рабочий день закончен. Хочешь – езжай домой, хочешь – иди к ребятам. Мне надо заполнить эти бланки.

Алька презрительно пожимает плечами.

– Скучная ты, Миланка. Все б тебе этой дребеденью заниматься, а настоящая жизнь проходит мимо. Ну, как знаешь…

Она бросает взгляд на окно и хищно сощуривается.

Догадываюсь, что в непроглядной тьме она пытается рассмотреть черный «Хаммер», прибывший за мной по приказу отца. Но весь ее разочарованный вид прямо кричит о том, что никакой машины нет.

Снова неприятно ёкает сердце.

Водитель опаздывает уже на полчаса? Может, какая-то авария?

Алька выходит из кабинета и на меня моментально наваливается гнетущая, ватная тишина.

Нельзя дать волю панике.

Подхожу к кулеру и наливаю теплой воды в кружку. Пластиковыми стаканчиками на территории биосферного заповедника мы не пользуемся принципиально. Делаю пару глотков и становится чуть легче. Немного успокаиваюсь.

Прошлое не повторится. Отец такого точно не допустит. Именно по этой причине он не позволяет мне самостоятельно ездить на работу. Только на генеральском «Хаммере» и с личным, проверенным водителем.

Яра больше нет рядом, он где-то в Африке.

В случае беды на помощь сейчас не придет никто.

Эта мысль добивает контрольным выстрелом. Дыхание сбивается в рваный ритм. Остро чувствую свою беззащитность.

От волнения сердце колотится все быстрее. Понимаю, что в таком состоянии я запросто накосячу и внесу в бланки ошибочные данные. Надо просто отвлечься.

Празднование за стенкой явно набирает обороты. Народ постепенно уходит в полный отрыв. Нервно сгребаю пустые бланки в кучу, хватаю ноутбук и сумочку, намереваясь поискать свободный кабинет подальше от этой вакханалии.

Для нормальной работы мне нужна полная сосредоточенность и тишина.

Попутно безуспешно пытаюсь дозвониться до водителя.

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Запрещаю себе думать о плохом.

В конце полутемного коридора тускло светится пост охраны, на котором сейчас одиноко мается Макарыч – добродушный дедушка, работающий в нашем заповеднике с незапамятных времен.

Макарыч обычно развлекает меня интересными историями про будни заповедника, а я притаскиваю ему из дома пирожки собственного приготовления.

Без труда нахожу пустующий кабинет, максимально отдаленный от места всеобщего веселья, и занимаю свободный стол. Хотя бы часик спокойно поработаю. А заодно попытаюсь дозвониться до водителя.

Спохватываюсь слишком поздно. Как я не сообразила сразу. Можно же позвонить отцу.

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети»

Вдох. Выдох.

Это ведь простое совпадение. Телефоны могут иногда быть выключены. Не повод для паники. Прошлое не повторится.

Мое внимание привлекает шум в коридоре. Осторожно выглядываю в темный проем. Меня с этой точки не заметить, а вот мне прекрасно видно все, что происходит на посту охраны. К посту охраны приближаются трое мужчин … в камуфляже и балаклавах, закрывающих лица.

– Где Белова? Милана Белова.

Дыхание перехватывает. Кто эти люди и зачем они ищут меня?

Пол, качнувшись, начинает медленно пошатываться под ногами.

– Уехала час назад, – уверенно лжёт Макарыч.

Тот, кто спрашивал, медлит несколько секунд и переглядывается со своими товарищами. Далее, глухой удар и Макарыч моментально валится на мол.

Зажав ладонью рот, тихо юркаю в кабинет и понимаю, что бежать мне некуда. Запираю дверь и молниеносно прокручиваю возможные варианты.

На проверку кабинетов уйдет время. Примерно, шесть из них – заперты. На штурм каждого потребуется не более пяти секунд. Подобные вещи мне не раз озвучивал отец. А чуть позже и Яр показал это на практике.

Итого, у меня времени – не больше минуты.

Максимум – полторы.

Верная мысль появляется молниеносно. Хватаю сумочку и подскакиваю к подоконнику. Под окном с этой стороны – клумба, так что прыгать не придется. Резкий, промозглый ветер моментально ударяет в лицо.

Ежусь от холода, обхватывая себя руками. На мне шелковая блузка и джинсы. Теплая кожаная куртка на меху благополучно осталась в моем кабинете. Куда уже наверняка вломились мои преследователи.

Душат слезы, захлестывает паника.

Холодной плитой накрывает ощущение полной беззащитности. И срабатывает четкая уверенность в том, что случилось что-то нехорошее…

Всеми силами надо прорываться домой.

Я еще успеваю добраться на последний рейсовый автобус. Надо только добежать до выхода из заповедника. Преодолеть всего пару сотен метров до главного выхода. А там – трасса и проходящий автобус.

Только б успеть.

Но мои надежды мгновенно рушатся. Главный въезд блокирован двумя внедорожниками. Догадываюсь, что на них приехали те, кто сейчас рыщет по кабинетам в поисках меня.

Бежать вглубь заповедника, в лесной массив? Но в такую непогоду я легко подхвачу пневмонию от переохлаждения. И это самая меньшая из бед, которые меня могут подстерегать на территории заповедника.

Спохватываюсь слишком поздно, понимая, что стою на освещенной аллее. Из внедорожника выпрыгивает мужчина и направляется ко мне.

Отступаю назад и натыкаюсь на препятствие.

– Тихо, Милана. Прорвемся, – совсем рядом раздается хриплый шепот.

Резко разворачиваюсь и попадаю прямо руки… Яра. Едва удерживаюсь от вскрика.

– Ты? Как тутоказался?

– Нет времени, сейчас надо прорываться.

Яр сбрасывает с себя кожаную куртку и накидывает на меня. Мгновенно погружаюсь в тепло, пропитанное запахом мужчины, по которому я уже год безответно схожу с ума.

– Бегом, не отставай.

Мы сворачиваем в темный проулок боковой аллеи и я замечаю поблескивающие контуры огромного, хищного байка Яра.

– Яр… мне страшно, – шепчу ему.

– Доверься мне, – бросает Яр и рывком усаживает меня на мотоцикл.

Животом почти ложусь на бензобак. Мотоцикл резко вздрагивает и вибрирует подо мной. Яр накрывает меня собой сзади и фиксирует мои ладони на руле.

– Держись крепко и не шевелись. Доверься.

Его рык прорывается сквозь раскатистый рев движка.

Байк Яра стремительно набирает скорость и мы вылетаем из ворот главного входа. Лишь краем уха в полной неразберихе слышу резкие очереди, похожие на автоматные.

Теряю счет времени и боюсь открыть глаза, вздрагивая на каждом резком повороте. Погоня кажется бесконечной.

Не сразу понимаю, что мы остановились.

Яр осторожно ссаживает меня с бензобака мотоцикла. С перепугу дрожу, как осиновый листок.

– Что происходит? Кто эти люди? Яр, что с моим отцом? Ты можешь отвезти меня домой?

Стальные омуты вспыхивают недобрым огнем.

– Чуть позже я отвечу на все твои вопросы.

Сглатываю сухой комок, царапающий горло.

– Просто отвези меня домой.

– Не сейчас, Милана, – твердо чеканит Яр и мажет по мне темным, нечитаемым взглядом.

Растерянно гляжу на Яра и пытаюсь осознать происходящее.

Меня пытались похитить какие-то вооруженные люди в камуфляже и балаклавах. Мой отец не выходит на связь, значит, случилось что-то серьёзное.

– Мне надо домой. Прямо сейчас.

– Нет.

– Почему?

Грешный взгляд обжигает и завораживает.

Вместо ответа, Яр притягивает меня к себе и накрывает мои губы поцелуем.

Горячим. Первым. Настоящим.