Глава

Посвящаю эту книгу Андреа и Даниэлю.

Если бы у них был другой выбор —

они бы все равно выбрали друг друга.

Даже зная, чем это закончится.

Главный символ этой книги — Пепел.

Пепел — это все, что осталось после пламени: след разрушенного и пережитого, память о боли, любви и выборе, которые уже невозможно вернуть, но невозможно и стереть. Ничто не исчезает бесследно.

Это не конец. Это то, что еще может возродиться.

От автора

Дорогие читатели, это вторая книга цикла «Вороны». Пожалуйста, читайте строго по порядку.

Порядок чтения

1 Никто, кроме тебя (есть в печати от издательства АСТ)

2 Никто, кроме нас (выходит в печать осенью 2026)

3 Никто не узнает (Тристан и Инесс)

4 Никто не разрушит (Габриэль и Ариэлла)

Вся информация, анонсы и сама автор обитает в телеграмм канале https://t.me/yanadin1

ПЛЕЙЛИСТ

I See Red — Everybody Loves an Outlaw

I Was Never There

— Gesaffelstein и The Weeknd

Isabel LaRosa - Eyes Don't Lie

Dangerous Hands — Austin Giorgio

Love Is a Bitch - Two Feet

Billie Eilish – you should see me in a crown

Selena Gomez — Fetish

Nour - Premier Amour (speed up)

Formidable — Stromae

Dynasty — Miia

Sickick - Intro (Infected

Dangerous Woman - Ariana Grande

After Hours — The Weeknd

Tom Odell – Can't Pretend

Rag'n'Bone Man — Human

Kaleo Way Down We Go — Way Down We Go

AKEKSEEV — Океанами стали

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. «ОБРЕТАЯ ЛЮБОВЬ»

ПРОЛОГ

Пять лет спустя

— Даниэль! — голос сорвался на рыдания. — Пожалуйста! — судорожно закричала я в трубку.

Мелкая дрожь пробежала по рукам. Ноги сделались ватными. Тело перестало мне принадлежать. Сейчас им овладел страх. Во рту чувствовался вкус крови.

Он разбил мне губу, когда ударил.

— Андреа?! — в голосе Даниэля проскользнули нотки страха, что медленно съедали нас обоих. Он был рад слышать меня. И в то же время его пугала неизвестность. Дэн боялся меня потерять.

Я жива. Но в данной ситуации — это всего лишь вопрос времени.

— Даниэль, они… они здесь. — Дышалось тяжело.

Боль в груди и, кажется, даже в ребрах. Я не знала, остались ли они целыми.

— Я успела выхватить телефон. Не знаю, что делать. Я… они… они хотят… — рана на губе вновь разошлась, выпуская тонкую струйку крови, скатившуюся по подбородку.

— Ш-ш-ш, — тихий шепот заставил сползти по холодной сырой стене на пол туалетной кабинки.

Я зажала рот ладонью, пытаясь заглушить рыдания.

— Дыши, птичка, слышишь? Я тебя найду. Обязательно. Ты доверяешь мне?

Хотелось прокричать тысячу раз: «Да», но со стороны входа доносились топот ног и крики, и паника сковала горло.

— Они здесь. Здесь, Даниэль, — Сердце колотилось так громко, что, казалось, его стук слышен через тонкие стены туалета.

Шаги приближались.

— Она там! — кричал один из ублюдков.

Я знала, что меня поймают, но у меня была фора, чтобы дозвониться до Даниэля.

— Они… — Истерика съедала все слова, пытавшиеся сорваться с губ.

— Послушай меня внимательно, Андреа. — Он говорил спокойно, хотя за этим спокойствием скрывался настоящий шторм эмоций.

Я закрыла глаза, вслушиваясь в его дыхание. Глубокий вдох.

При мысли о том, что это может быть наш последний разговор, в груди все сжималось.

— В телефоне есть чип, — продолжил Дэн. — Вытащи его, засунь под язык, а лучше проглоти. Он маленький, — быстро и четко инструктировал он. — Послушай, птичка, я обязательно найду тебя.

Я не сдерживала слезы, стирая их с лица: с такой болью прозвучали эти слова.

— Я найду, ты же веришь?

Мы оба замолчали.

Я сильнее прижалась к холодной плитке кабинки, будто она могла скрыть меня от тех, кто уже бежал сюда.

— А теперь разбей мобильник. Чип внутри.

Господи, если это наш последний разговор, хочу сказать только одно.

— Я не часто говорила это, Даниэль… но я люблю тебя. — Телефон скрипел в ладони, разделяя мое напряжение. — Любила, люблю и буду любить. До самой смерти.— улыбка вышла болезненной и отчаянной. — Берегите себя. Если… если ты не сможешь меня спасти, Дэн. Прошу, не вини себя. Только не вини себя.

— Нет, дьяволица!

Что-то с грохотом разбилось. Кажется, Даниэль смахнул все со стола.

— Черт бы всех драл, не смей со мной прощаться! — свирепо прокричал он. — Я найду тебя и спасу, верь мне. Я сожгу этот мир, но найду тебя, Андреа.

— Я люблю тебя, Даниэль Грассо Конселло, — прошептала я, отводя трубку от уха.

Одновременно с моим взволнованным вздохом раздались треск и грохот — судя по звукам, дверь женского туалета вылетела из петель. Страх заставил действовать быстро, ведь дверь в мою кабинку будет снесена через считаные секунды.

Я разбила мобильник об унитаз. На белый кафель упал маленький чип.

— Ну же, детка, выходи по-хорошему! — Эти люди искали меня в каждой кабинке, заставляя некоторых девушек кричать от возмущения.

Я подобрала чип и, положив его в рот, попыталась проглотить. Это оказалось трудно. Горло сжалось, во рту после криков и слез не осталось слюны.

Наконец у меня получилось, и в этот момент дверь оказалась проломлена. Трое мужчин при виде меня оскалились, их глаза сверкнули жадным блеском.

— Теперь ты наша, пташка. — Один из них сделал шаг в тесное пространство и схватил меня за плечи.

Тело пронзила знакомая острая боль.

Казалось, время сделало круг. Я снова чувствовала эту боль, о которой успела забыть со времен пребывания в особняке ублюдка Марко в Портофино.

— Нет! — Я дралась, кусалась, билась — напрасно.

В конце концов, я находилась в их власти.

И единственная надежда была на Даниэля.

Я доверяю тебе.

Я люблю тебя.

До самой смерти.