Глава 1 АРЕНА.

«Перенос осуществится через 5…4…3…2…1».

Я открыла глаза, и первое, что увидела, — яркие строчки:

***

«Вы выполнили легендарный квест: «Найдите все руны (руна равновесия, руна симметрии, руна пространства, руна пути) и соберите амулет пути».

Вами получено 100000 очков опыта.

Вас перенесло на арену для участия в сражении за своего покровителя.

Вы получили уровень 1.

Ваш уровень 49.

Вы получаете 5 свободных очков характеристик».

***

Привычно смахнув надпись, приподнялась и осмотрелась. По злой иронии нас перенесло в пустыню. Вот как чувствовала. Вокруг никого, только бесконечные пески и иссушающая жара.

Вздохнув, я взобралась на ближайший бархан. На многие лиги вокруг — только жёлтый песок. Ни развалин, ни гор вдалеке, ни оазисов, что, конечно, печально. И ведь это не иллюзия. Реальная жаркая пустыня. Странно, а где же арена? Я ожидала другого. Или телепорт сломался, в чём я сильно сомневаюсь, или испытания пройдут как-то иначе. Вместо ожидаемых боёв с игроками на арене мы встретимся с чем-то совсем иным. Ну что ж, нам не привыкать встречать опасности, а пока стоит немного перекусить и подготовиться к путешествию по пескам.

С довольной ухмылкой я достала из сумки пару сухих поленьев и запалила. Налив в котелок воды для чая, пристроила с краю костра. Сама отошла подальше от его жара. Солнце нещадно палило, пот с меня катился градом. Я вытерла ладонью лоб, потерла лицо. Всюду был песок — в волосах, на коже, на одежде; он скрипел на зубах и без конца сыпался в глаза, заставляя щуриться и отворачиваться. Жаль, нет тонкой ткани обернуть голову и закрыть максимально лицо.

Шкас с изумлением за мной наблюдал. Я хмыкнула, передавая мысленную картинку мохнатому другу — чёрные от загара аксакалы сидят под палящим восточным солнцем в тёплых длинных халатах и потягивают горячий чай из пиал. Кот на моё мысленное послание только усами зашевелил, спорить не стал.

Вода вскипела очень быстро, я сыпанула травяного сбора и отодвинула котелок подальше от огня. Достала мяса себе и Джиму, пока мы ели, чай настоялся. Отпив приличный глоток, я сделала вид, что наслаждаюсь напитком. Шкас зафыркал в усы и мысленно сказал, что он ни разу не аксакал и чаю ему не надо. Я из принципа выпила ещё пару обжигающих глотков и взмокла вся с головы до пят. Унюхав мой аромат, кот фыркнул и отвернул от меня морду, пряча смеющиеся глаза. Ладно. Я, видимо, тоже не аксакал. Достала флягу с водой, разделась и облилась холодной живой влагой. Наслаждение!

Увидев заинтересованный взгляд кота, полила и его. Шкас довольно пофыркал и встряхнулся, разбрызгивая вокруг себя сверкающие, словно бриллианты, капли. Улыбнулась ему, быстро всунула котелок в рюкзак, предварительно залив чаем костёр, и мы тронулись в путь. Поскольку нам было всё равно, куда идти, выбрали направление, чтобы солнце светило в спину, а не слепило глаза. Заглянула в карту — она ожидаемо была девственно чиста. Одно большое белое пятно и две точки, едва двигающиеся по карте.

Шли мы с Джимом не спеша. Было жарко, идти долго — спешить значит быстро выбиться из сил. Оно нам надо? Конечно нет. Пока мы медленно вышагивали по барханам, я вспоминала всё, что знаю о пустыне и способах выживания в ней. К сожалению, мои знания были весьма скудными. Не интересовалась я как-то пустыней раньше. Из школьной программы вспомнилось, что ночью в пустыне обычно холодно. Относительно жаркого дня — холодно. Поэтому опытные путешественники пересекают пустыню ночью, а днём ищут укрытие и отдыхают. Одежды у них белые, солнце отражающие, лицо закрыто платком от вездесущего песка. Путешествуют чаще на верблюдах — кораблях пустыни. Ещё помнилось, что в пустыне бывают миражи. Грезится усталым путникам оазис с зелёными деревьями и журчащим прохладной водой родником. Правда, иногда это бывают не миражи, а настоящие оазисы, но крайне редко. Из живности встречаются вараны, змеи, скорпионы, из растений — кактусы и перекати-поле. Наверняка в пустыне полно другой живности, но я об этом, к сожалению, не помню. Обитатели пустыни выходят на охоту, как правило, под покровом ночи — когда жара спадает, а тени становятся длиннее. И главное: в пустыне погибают чаще всего от обезвоживания из-за отсутствия источников воды и жары. Вот и все знания. Маловато будет. Впрочем, погибнуть без воды и еды нам не грозит, остальное не страшно. Ну загорю до черноты, пару раз облезу как змея на линьке. Не смертельно.

Мы беззаботно прогулочным шагом направлялись в сторону горизонта. Других ориентиров не было. Линия горизонта, соединяющая чистое голубое небо и бескрайние жёлтые пески, была будто подёрнута маревом. Воздух впереди дрожал и плавился. Жаркое солнце раскрашивало окружающий пейзаж яркими красками, отражённые песчинками крохотные солнечные искорки заставляли наши глаза болезненно щуриться. Шли и мысленно общались.

Я мысленно показывала Джиму картинки видов пустыни и делилась своими знаниями. Заинтересовали его обитатели, особенно вараны. Хотелось коту на них поохотиться.

Я хмыкнула: “Ну, ночью либо мы поохотимся, либо на нас”.

Шкас в ответ с гордым видом приподнял одну бровь и пренебрежительно фыркнул. Мол, на него поохотятся? Ну-ну, буду ждать смертничков. Так, болтая, мы шли часов шесть, периодически останавливались, чтобы попить и перекусить немного. Ветра не было, но въедливый песок попадал всюду, сыпал в глаза, скрипел на зубах — в общем, как мог усложнял жизнь мирных путников.

За время пути мы не встретили ни единой живой души, даже перекати‑поле решило не показываться. Казалось, жизнь здесь умерла давным‑давно. Остались лишь пустота, тишина, горячий воздух, слепящее солнце и бесконечный песок, который тянулся до самого горизонта. Однообразный и безрадостный пейзаж, скажу я вам.

По моим внутренним часам наступил вечер, было где-то около восьми, и мы решили поискать место для ночлега. Но поскольку вокруг были одни барханы, мы просто спустились к подножию того, на котором стояли, и стали обустраиваться. Шкас отошёл чуть в сторону и изобразил бешеную землеройку. Правильнее следует сказать — пескоройку. За полчаса кот умудрился вырыть приличную яму. Я, немного подумав, решила временный лагерь устроить в этой яме, благо она была не особо глубокая, но достаточно широкая, чтобы свободно нас вместить. Забралась к шкасу, достала ткань и, расстелив её на дне ямы, разложила поверх закуску, изобразив пикник на природе. Затем недалеко от ямы мы устроили себе душ из живой воды, и, довольные и посвежевшие, расположились ужинать. Поев, я расслабленно растянулась на покрывале и устремила мечтательный взгляд в небеса. Рядом расположился кот, блаженно вытянувшись во всю свою немаленькую длину.

Как давно я не видела этого бескрайнего неба? Кажется вечность. Просто с ума сойти. Я заворожённо смотрела в чистую голубую глубину без единого облачка и ни о чем не думала, просто ждала сумерек. После тёмного, мрачного подземелья очень хотелось увидеть звёзды. Интересно, какие они здесь и есть ли луна? Пока ждала, не заметила, как заснула. Обидно, не посмотрела на звёзды. Проснулась резко. Я сильно продрогла от холода, но не это меня разбудило. Рядом тихо рычал шкас, я прикоснулась к нему и почувствовала, как он напряжён. Стала смотреть его глазами, обозревая округу с помощью сканера. Метрах в двадцати за барханом ярко мерцали искры жизни. Много. Очень много. Судя по мерцанию, живые и достаточно крупные монстры. Не время расслабляться. Я достала зелье невидимости, регенерации и выносливости. Напоила себя и кота, активировала щит и скрытность, и мы осторожно поползли по бархану на его вершину. Тихо взобравшись наверх, стали рассматривать ночных гостей.

Ну что сказать, днём я считала, что мы единственные живые в этой пустыне. Сейчас мне казалось, что рыб, плывущих по узким протокам на нерест, меньше, чем монстров перед нами. Они шли плотной толпой между барханами, словно по устью реки. Чёрные, мерцающие в свете звёзд хитиновые панцири, крупные витые рога. Напоминали монстры жуков-рогачей, только размером с малолитражку. Я всмотрелась и прочитала название над ближайшим монстром: «пустынный сорк». Создавалось впечатление, что они целенаправленно идут по чётко определённому пути, и если его не пересекать и их не отвлекать, то сорки и не нападут. Ощущение, что их агрозона — это тропа. Если мои предположения верны, то нам стоит их просто обходить при встрече.

Надо было убедиться в этом, и мы осторожно стали спускаться. Жуки не обращали на нас внимания до тех пор, пока мы не подошли к тропе на расстояние в пару метров. Тогда пара ближайших жуков резко остановилась и вышла в нашу сторону из колонны. Встав напротив нас, эти два хитиновых танка зашевелили длинными усами, словно антеннами, изучая окрестности. Глаз на морде сорков не было. Пасть, подозреваю, была, но мы её не видели. В высоту эти твари были метра три. Нас они чувствовали, но слабо, и, видимо, не могли понять степень опасности, поэтому просто оставались стоять, словно в охранении, не делая попыток напасть. Связываться с этой колонной рогатых танков желания не было, и мы аккуратно подались назад и отползли на безопасное расстояние. Стали наблюдать дальше. Жуки, сошедшие с тропы и стоявшие в охранении ещё минут пятнадцать, пошевелили усами-антеннами и спокойно вернулись в строй. Ну что ж, при новой встрече просто обходим колонну или пережидаем, пока все пройдут. Мобы хоть и грозные, но не агрессивные. Это просто отлично.

С этой мыслью спустились в лагерь. Я свернула ткань, всунула её в рюкзак и вызвала карту. На ней значился пройденный нами путь за день и всё. Белый лист и тонкая полоса. Но хотя бы стало ясно, что мы идём на восток. Решила идти по уже намеченному маршруту, и мы легко побежали по прохладным пескам. Подняв голову, я наконец увидела звезды. Они здесь были удивительно яркие и крупные. Луны не было, но света от мерцающих звёзд было достаточно, чтобы хорошо видеть расстилающиеся перед нами бескрайние пески. Лёгкий прохладный ветерок обдувал лицо, бежать было приятно. Наверное, нам тоже стоит путешествовать ночами, а дневную жару пережидать в укрытии и отдыхать.

Пару часов мы спокойно пробежались, особо не запыхавшись и никого не встретив, кроме ещё одной колонии пустынных сорков. Её мы благополучно миновали, обойдя по широкой дуге. Но вскоре шкас вновь забеспокоился. Подключилась к его зрению и начала высматривать потенциальных врагов. На периферии зрения виделись какие-то невнятные кляксы. Причём виделись они глубоко под землёй. Интересно. Осторожно стали приближаться к месту обнаружения клякс. Песок по-прежнему был девственно чист, а вот кляксы в сканере выросли до ярких искр. Значит, монстры находятся под песком. Что там, внизу? Подземный город, заброшенная шахта, катакомбы?

Подумав, решила не рисковать и обойти это место стороной, но увы, игра распорядилась по-своему. Мы стали осторожно огибать территорию со скоплением искр и неожиданно набрели на заброшенный колодец. Рядом с ним угадывались остатки разрушенных временем стен строений. Поселение? Сканер не показывал здесь жизни ни на поверхности, ни под землёй. Решили, что место безопасное, и потихоньку тронулись по едва угадываемой улице. Мы немного прошлись по ней, внимательно осматривая разрушенные постройки по сторонам, и тут я впервые увидела перекати-поле. Куст в виде крупного шара плавно пересекал пустыню, катясь по пескам невдалеке от нас. Мы замерли, рассматривая необычное зрелище, и вдруг земля под ногами зашевелилась. Не успев среагировать, мы рухнули в пустоту. Полет в полной тьме, сильный удар и темнота.