Книга или автор
4,9
855 читателей оценили
154 печ. страниц
2019 год
12+

1 Планета Чепи

Раттана – один из девяти членов посвященных – одна из первых миротворцев, кто вошел в совет, отвечала за безопасность, на ней лежала большая ответственность. Она – одна из немногих, которая могла видеть красный, оранжевый и фиолетовый цвет энергетики, что всегда говорил об агрессивности и опасности. Самолично предотвратила не один десяток терактов, но сейчас ее волнения были связаны не только с этим. Во многих странах стали появляться секты, которые призывали к уничтожению миротворческого ордена, который, по их мнению, самопровозгласил себя чуть ли не богами. Глупо говорить, но они свято верили, что миротворцы – это продукт генетики, что в лабораториях были созданы эти сверхлюди, и мировое правительство контролирует их деятельность, и что человечество скоро станет их рабами. Они с пеной у рта доказывали, приводя непонятные аргументы, требуя признать незаконным само их существование. Были те, кто им верил и шел за ними. Старые враги ордена, таких было немало, с большой охотой поддерживали истерию, подбрасывая все новые и новые факты о колонизации космоса как вируса в виде миротворцев.

Раттана поделилась своими опасениями, что в последнее время участились нападения на центры миротворцев, не только на школы. Хоть они и были хорошо законспирированы, но скрыть юнов не так-то легко, они – как белые вороны: сразу выделялись среди людей. Также участились нападения на заводы, что работали на космическую, энергетическую, медицинскую и иную науку, что так или иначе были связаны с миротворцами. Агрессия, направленная против них, росла. Это было связано с неудовлетворенностью масс в сфере работы, питания и финансов. Население Земли росло, а занять столько людей правительство уже не в состоянии. От этого в некоторых странах безработица подпрыгнула до двадцати пяти процентов. Катастрофическая цифра. Необходимо содержать безработных, выплачивая пособие из бюджета, а он, соответственно, пополнялся из налогов, а налоги – из производства и из кармана тех, кто работал. Получалось, те, кто уже работал, вынужден был еще больше работать, чтобы прокормить тех, у кого не было работы или кто даже совсем не хотел работать. И таких было немало.

Какой-то замкнутый порочный круг. Морис беседовал с Раттан и понимал, что с каждым годом, несмотря на все новые прорывы в науке и в космосе, миротворцы не в состоянии самостоятельно с этим справиться. Участились проблемы с заповедниками, их стали поджигать. Порой горели сотни и тысячи гектар. Грустно смотреть на всю эту агонию, но порой люди не виноваты. Они не могут прокормить свои семьи, если нет работы, нет еды, когда реки покрыты красной плесенью, а дышать становится опасно. От отчаяния люди готовы на все. Только брось спичку – и загорится пламя. А кто будет виноват, не важно.

Эти печальные новости заставили Мориса продолжить путь дальше. Его небольшой корабль был готов. Он отказался от команды, хотя Бигарес и Коопер, узнав, что Морис готовился к полету, сразу изъявили желание лететь с ним. Но поблагодарив, сказал, что их ждут семьи, и что они еще обязательно вместе полетят, но не сейчас. Его корабль быль маленьким: крошечная каюта, мостик, совсем маленькая кухонька, что-то вроде зала, где можно было размять ноги, обязательно спортивный зал (это всегда неотъемлемая часть любого корабля) и огромные ангары для контейнеров, куда Морис собирался складывать образцы.

Несколько дней он тщательно готовил карту. Ему подготовили доклад по выбору звезд, подходящих под шаблон. В этот раз Морис будет посещать звезды класса как у Солнца, а также районы, богатые тяжелыми металлами. Это первоисточник такой же жизни, как на Земле. По ближайшему радиусу от земли, а это примерно 200 световых лет, их набралось не так уж и много – всего-то 180. Так мало. Остальные звезды не подходили. Он сразу их вычеркнул, некогда тратить на них время. Потом, не сейчас.

Хотару просила взять ее с собой, но он объяснил, что она очень нужна Ай, ведь сейчас ее дочь стала навигатором, с ней занимается Иона и Дул.

– Мы обязательно полетим, – он прижимал ее к себе, чувствовал, как бьется сердце, а потом добавлял, – на нашу планету.

Он улетел, без церемоний, как будто пошел в магазин за продуктами. Сел и совершил прыжок. В тот день все собрались в храме звездного странника и пожелали ему счастливого полета. Они просили его вернутся, а после долго стояли и вспоминали. Каждому было, что вспомнить.

Морис прыгал четко по плану: от звезды к звезде. Прыжок, еще, расчеты, проверка, выпускал дронов, совершал облет, смотрел на мертвые выжженные или замерзшие планеты и летел дальше. Уже через три месяца бесплодных полетов он забыл, что в космосе есть жизнь, и стал думать, что его миссия – это просто трата времени. Все мертво. Да, красиво. Есть уникальные планеты. Он нашел три разорванных планеты, они столкнулись и раскололись, это было зрелищно. Какая сила смогла их расколоть будто орех, похоже, ими поигрались титаны. Он видел гиганты, что больше Земли в тысячи раз, видел карлики меньше Луны, но не было того, что он искал. И тогда, отдохнув несколько часов, он продолжал свой путь.

Шел против спирали параллельно рукаву Ориона, совершенно в другом направлении от цивилизации кацаранцев. Он думал, что возможно между обитаемыми мирами есть какое-то стандартное расстояние, как усреднение, поэтому и полетел в противоположную сторону, и тут его осенило. Морис все время летел почти ровно по кругу, он побывал ближе к центру и чуть не погиб. А если свернуть в сторону ближе к хвосту? А может за рукав Персея? Далеко, ужасно далеко. Так далеко он еще не летал. Это десятки тысяч световых лет. Взглянул на карту, но его путь лежал мимо. Ну и пусть. Он дал команду оборудованию проверить звездные системы и сделать расчеты для корректировки курса прыжков. Пришлось подождать. Развернув 3D карту навигатора, бортовая система высветила ближайшие звезды в стороне. Он отлетел от Земли уже почти на 380 световых лет. Недалеко по сравнению с размером Галактики. Совсем мало, крошечный шажок.

– Где же ты? – спросил он, всматриваясь в сгустки звезд.

Отфильтровал параметры и теперь видел только те звезды, которые ему могли подойти. Подкорректировал настройки и еще отфильтровал. Их стало еще меньше. Если лететь по прямой по краю Галактики, выйдет примерно 30 000 световых лет. А ведь это – самый короткий путь. Какая же она огромная. Морис соединил ближайшие 30 звезд от центра и стал поэтапно их обследовать. Мало что изменилось. А что он хотел? Но он двигался дальше, надолго не задерживался на остановках. Теперь оборудование быстро вычисляло точки выхода, определяло возможные траектории планет, рассчитывало массы, составляющие. Он подлетал только к тем планетам, которые по температурному режиму так или иначе могли подойти. Если горячее или холоднее, он сразу улетал.

Прошел еще не один месяц. Волосы опять отрасли. Теперь его облик стал таким же, как и прежде. Вот только порой сам себя не узнавал: в зеркало смотрели совершенно молодые, юношеские глаза. Так он пролетел 12 000 световых лет. Он не устал, прыжок не забирал силы. Теперь Морис был осторожнее, лучше обойти сомнительную зону, чем опять вляпаться в неприятность. Ему хотелось дойти до внешнего кольца. Это была навязчивая идея, ведь за ним начинался мрак. Ничего, совсем ничего: ни пыли ни газов, только вакуум, а до ближайшей Галактики миллиарды лет.

Выскочил у очередной звезды. По счету она была уже 548. Число как число. Рутина его заела. На автомате проверил данные, подкорректировал новый выход и подлетел поближе. Сейчас для него все звезды были одинаковыми. Он не ожидал ничего увидеть, только хотел удостовериться, что планета мертва и двинуться зачем-то дальше. Вот она. Он посмотрел на датчики: цифры забегали, размер в три раза больше Земли, восемь спутников, наклон, орбита, уровень магнетизма, масса. Цифры менялись, он к ним привык, и они уже все сливались воедино. Какой смысл на них смотреть, если все одно и то же.

Сделал микропрыжок. Не хотел тратить время на подлет. Решил выйти между спутником и планетой. Просто для того, чтобы сделать очередной снимок и убедиться лично, что тут ему делать нечего. Скачок.

Он забыл, что надо дышать. Все замерло. Даже время на некоторое время повисло. Он смотрел на экран и думал только об одном – этого не может быть, не может и все.

Перед ним плыла голубая планета. Даже отсюда он видел ее облака, видел зеленые пятна. Да, именно зеленые, не эти желтые или оранжевые пустыни, это была явно зелень. Морис грохнулся в кресло и закричал.

– Да, да! Я знал, что ты есть, знал.

Наконец его сердце взвыло, как мотор у гоночной машины, аж в глазах потемнело. Дрожащими от волнения пальцами он увеличил изображение. Сквозь облака прочерчивались контуры континентов, это явно вода и облака из пара. Не мог думать, он только боялся обмануться. Встал, отошел, походил по своей звездной келье, вернулся обратно к монитору. А вдруг все пропало, и это была только игра его воображения? Но нет. Планета была на месте и все так же прекрасно сияла.

Осторожно приблизившись и встав на дальнюю орбиту, Морис выпустил дронов. Он не мог ни есть ни спать, ждал отчетов, ну что они так долго там возятся. Сразу, как только исследовательские роботы вошли в атмосферу, поплыли цифры с отчетами. На экране было четыре столбика цифры. Первый – это эталон Земли, второй столбик показывал то, что есть на планете, третий показывал расхождение, и последний – важный – это критические перепады для жизни человека. Он смотрел именно на четвертый столбик. Пока все горело зеленым цветом, иногда проблескивали цифры желтого или оранжевого цвета, но красных не было. Он ждал и готов был помолиться, так, на всякий случай, хотя знал, что это не поможет, ведь этой планете десятки, а может и сотни миллиардов лет. В зависимости от поступающих данных с ботов, цифры в столбиках менялись. Несколько раз вспыхивали красные сигналы, говорящие о критическом или недопустимом параметре, но потом они исчезали, возвращаясь к оранжевому или даже к желтому. Через пять часов были получен первый полный отчет.

Притяжение хорошее, равное Земному, излучение в норме, атмосфера практически идеальная, вода есть. Да, все подходило. Морису так и хотелось самому лично вступить на планету. Его разрывало на части, но он все никак не мог поверить. Он считал, что это нереально, не может быть. И только опыт прошлых контактов с цивилизациями говорил: верь, так оно и есть.

В следующие дни он занимался изучением континентов. Они были обитаемы. Там росли деревья, огромные, просто огромные, некоторые в высоту достигали более двухсот метров, а в диаметре доходили до восьмидесяти и более метров. Он видел животных, они сильно смахивали на древних ящеров: такие же гребни. Среди них встречали исполины. Шаг за шагом просматривал материки, его обуревало любопытство, любовался этим миром и восхищался его красотой. Морис не мог отойти от монитора, боялся что-то пропустить. Этот мир очень похож на земной, тут все было земное, ну разве что размеры были везде большими.

В течении следующей недели были собраны данные о животном мире. Были те, кто питается травой – более 198 видов, 15 видов хищников. Были те, кто летали, но птиц не было, или их не заметили. Были только летающие ящеры – более 26 видов. Есть насекомые и их немало, более 45 видов. В воде были замечены водные животные. Но по ним пока не было данных – только то, что некоторые выпускали столб воды при дыхании. Было насчитано примерно 85 видов деревьев, есть трава или что-то подобное, есть цветы, плоды. С каждым часом данные все пополнялись и пополнялись.

Продолжительность суток была больше, примерно 32 земных часа, а год составлял 293 дня, быстро летит. Благодаря спутникам проходили большие отливы и приливы. Морис смотрел и думал: а есть тут разум, человек, цивилизация? Он нигде не обнаружил следов подтверждения этого. Ни дорог, ни домов, ни полей для выращивания пищи, ни лодок в море или на реках. Если он их не видит, это не означает, что их нет. И Морис продолжил собирать данные.

Вернулись первые боты с образцами. Соблюдая меры предосторожности, Морис поместил их в герметические контейнеры. Теперь он мог сам вот так близко их рассмотреть. Листья жесткие, по краям зазубрены – защита от травоядных. Снизу маслянистая основа, наверное, для сохранения влаги. Он не пытался делать анализ, это удел ученых, а не его. Часами смотрел на каких-то рачков. А чем они, впрочем, отличаются от земных? Да ничем. Только разве что необычные, но и на Земле хватает своих чуд.

Наконец решился. Да, завтра обязательно спустится на планету и пройдется по ней. Морис не спал уже неделю. Так, чуточку вздремнет и снова смотреть. Он ничего не делал, все делали за него, но сидеть вот так нем мог, уже не мог. Используя легкий защитный скафандр, Морис высадился на планету.

Осторожно опустился, глаза сияли от счастья. Его ноги коснулись камней. «Вот оно», подумал он и твердо встал на почву. Земля, новая Земля. Морис присел и очень осторожно коснулся пальцами какого-то цветка, что рос между камней. Потрогал. Живой и ярко-белый как земная ромашка. «Странно все это, разве возможно», подумал он и шагнул вперед. Он старался держаться открытой местности, понимал, что тут не так безопасно, как кажется, что хищные звери могут быть рядом, и он их даже не видит. Так Морис прыгал с камня на камень, ощущая силу мышц, чувствуя через скафандр, как дует ветер, как пригревает звезда. Все это напоминало ему Землю, его родной дом.

На мгновение Морис загрустил. Ох, если бы это видела Нани и Хотару, вот здорово было бы тут жить. Твой мир, никто тебя не трогает и не угрожает. Но об этом он еще не подумал, но чувствовал, что это его дом, и побывав всего несколько часов на его поверхности, Морис уже не хотел возвращаться обратно.

На следующий день опять прилетел. А потом еще и еще. Каждый раз все дольше и дольше оставался на поверхности. Теперь знал многое: где безопаснее, где можно ходить даже среди деревьев, не опасаясь нападения хищника. Он побывал на верхушках крон и был удивлен, что это целый отдельный мир в мире. Побывал в горах и потрогал снег, нормальный снег из воды. Прошелся по воде и повалялся на песке. Правда скафандр так и не снимал, для него это был хоть и родной мир, но чужд для его тела.

А потом, сидя на камнях, вспоминал свою теорию о сеятелях, о тех, кто когда-то посеял жизнь на планетах и поэтому все жизни очень похожи друг на друга. Он был тому свидетелем, когда был у жинаги. Они – такие же, как люди. Он дышал их воздухом, ел их пищу, понимал их, любил их. Так почему же тогда этот мир может быть другим? Может, как раз такой же, как и земной?

С содроганием сердца Морис отстегнул перчатку и снял ее. Если этот мир не пригоден для землян, то какое имеет значение, узнают о нем или нет. Если Морис тут погибнет, значит тайна этого мира останется здесь. Он потрогал голой рукой песок. Как это возбуждающе, как нежно, будто проводишь кончиками пальцев по теплому животу любимой. Прикрыл глаза и запустил пальцы поглубже в песок. Он делал это специально. Снял вторую перчатку, а чуть позже, набравшись смелости, снял и шлем. Его успокаивало то, что приборы выдали схожесть атмосферы планеты с земной, поэтому знал, что дышать сможет, хотя тут чуть больше кислорода, но это, наверное, не так страшно. Сидел и ждал. Вдыхал всей грудью воздух другого мира. Постепенно кровь стала насыщаться и разносить по всему телу кислород. Он ждал, правда, не зная, чего именно. Морис переживал, что может потерять сознание или еще хуже – просто заболеть неизвестной инфекцией. Поэтому, даже если все пройдет хорошо, ему нужен будет карантин на пару месяцев. Но лучше так, чем неизвестность.

Однако он не умер, не потерял сознание, голова побаливала, но это от кислородного отравления, а все остальное было отлично. На следующий день он вообще обнаглел. Презирая всякие меры безопасности, что так тщательно сам прописывал, снял комбинезон, аккуратно положил его на камни и босиком пошел по голому пляжу. Потрясающая легкость. Новый мир, ни одного человека, только он и никого более. Этот мир не его, но уже чувствовал себя частью этой планеты. Он ходил часами, ничего не делая. Рядом летал бот, наблюдая за его здоровьем и следя за периметром вокруг: вдруг выскочит какая-то рептилия и решит перекусить. Так прошло несколько дней и только после того, как он окончательно убедился, что жить можно и что это его планета, что она никуда не денется, Морис продолжил ее исследовать.

Шаг за шагом боты создавали карту планеты. Были места, покрытые льдом, были пустыни, тянущиеся на тысячи километров, и были каменные плато не меньше, чем пустыни, тут же были горы. Одну он замерил, ее высота составила 15 380 м. над уровнем океана. Возможно, она не самая высокая, но впечатляет. Были целые континенты, покрытые только лесом, а были такие участки, которые больше напоминали болота с небольшими островками суши.

Но больше всего среди этого разнообразия Морис отметил один участок. Он обратил на него внимание потому, что тут в большом количестве паслись травоядные животные. Похоже, их не очень беспокоили хищники. С одной стороны океан омывал берег, там были скалы, а в одном месте скалы обрывались и на протяжении более ста километров тянулась песчаная коса, настоящий бесконечный пляж. Примерно в шести километрах от пляжа начинался подъем, а после – ровная, чуть холмистая равнина, на которой росли те самые огромные деревья высотой с хороший небоскреб, это был целый лес. Между деревьями было большое расстояние, и внизу росли деревья поменьше. С высоты это выглядело, как одна сплошная масса зелени. Чуть правее начинались невысокие горы. Они сменялись низиной и опять поднимались, между ними текли реки. А с правой стороны от леса гигантов, лес занимал примерно 3 000 кв. км.. Большой участок. Там текла широкая река, она тянулась от самых гор, вечно покрытых снегом. Слева весь этот участок огораживал частокол скал с глубокими ущельями. А прямо за лесом гигантов, шли холмы, которые вздымались, превращаясь в рванную пустошь, тянувшуюся примерно на пятьсот километров, а дальше начиналась пустыня, и уже за ней поднимались величественные горы.

Этот небольшой по меркам планеты участок очень понравился Морису, и он уделил ему побольше времени. Полетав между ветвей гигантов, он вспомнил, как Ай рисовала деревья с гнездами для эльфов, которые жили в них и летали друг к другу в гости. Он сидел на одной такой веточке, по ней без проблем могли разъехаться две машины, и думал, как было бы здорово тут жить. Эта мысль потихоньку вкралась ему в голову, и уже все оставшееся время мечтал, что обязательно тут поселится, и что у него обязательно будет дом, на ветвях которой будет свисать на лианах и покачиваться вместе с ветром.

Глупые мысли мальчишки, но почему бы и не помечтать, сидя на дереве и осматривая окрестности. Он уже думал о другом: а почему бы здесь не устроить школу юнов? Здесь их никто не достанет. Далековато от Земли, ну и что. Зато это как раз то, что и надо. Он уже начинал строить планы и думать о том, что необходимо и сколько всего нужно доставить сюда, чтобы можно было нормально жить. Да, список получился немаленький, внушительный. Но если это делать поэтапно, то, наверное, получится.

Отправлялся домой на Землю Морис только с одной мыслью: сделать на планете Чепи, что означало фея, школу для юнов и, возможно, новый дом для миротворцев.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
255 000 книг 
и 49 000 аудиокниг