4,0
27 читателей оценили
305 печ. страниц
2013 год

Владимир Мясоедов
Учитель шарлатанов

Пролог

В темных, сырых и мрачных подземельях, расположенных аккурат под небольшим кладбищем, протекала непонятная для большинства обывателей, незнакомых с тайнами магии смерти, возня. В просторном зале, центр которого занимала выплавленная прямо в камне многолучевая звезда, две бледные и пошатывающиеся личности сосредоточенно занимались своим делом.

– Что нового слышно в столице? Расскажи, Тим, а то ведь сам знаешь, я с этой работой уже дней десять на свежий воздух не выбирался, – попросил своего напарника и коллегу по несчастью один из колдунов, отходя от стоящего по центру алтаря черного камня и разминая затекшую от согнутого положения шею.

Внешне от простого человека он ничем не отличался, даже одеждой, поскольку из-за царствующей в подземельях прохлады сменил полагающуюся волшебникам мантию на простой теплый свитер. Изрядно вытертый к тому же. Беседа двух недавних выпускников Академии волшебства протекала неспешно, если не сказать больше, заторможенно. Причиной же этого факта служила давно и основательно вступившая в свои права ночь, а также желание обоих молодых волшебников как следует выспаться. Но увы, поскольку более опытных некромантов в альма-матер, подготавливающей специалистов крайне широкого профиля, не осталось, обязанность регулярно приводить в действующее состояние полигон, где на слабейшей нежити адепты отрабатывали боевые заклинания с минимальным риском для жизни, с недавних пор была возложена на вчерашних студентов, не успевших уехать из столицы, пойманных старшими коллегами, внезапно начавшими испытывать жуткий кадровый голод.

– Не Тим, а Тим де Иладьи, – машинально поправил его приятель и коллега и зевнул во весь рот, едва не выпустив из рук мигающий неярким желтым светом крупный кристалл. Внешность он, в отличие от собеседника, имел весьма экстравагантную, даже если не обращать внимания на слабо светящуюся руническими письменами одежду. Темная кожа и заостренные кончики ушей, выглядывающих из-под гривы длинных белых волос, заставляли засматриваться на него всех женщин вообще и любительниц экзотики, к которой относились темные эльфы, существа злобные, могущественные и, к счастью людей, даже в соседних странах не встречающиеся. И мало кто знал, что такой внешности начинающий чародей был обязан деду – светлому эльфу и бабке, являвшейся чистокровным человеком. Пусть и чернокожим, пришедшим в качестве отрядной шаманки вместе с отрядом наемников, происходящих с далекого выжженного солнцем и могущественными чарами юга. – Понял, Феб?

– Феб Лимутский тогда уж, с вашего позволения, – на этом начинающий чародей прервал свою речь и с некоторым удивлением уставился на предмет, сжимаемый в руках его собеседником. – Не забывай, мой род более знатный, чем твой. И положи на место светильник! Я же просил принести самый большой из малых кристаллов духа! Надеюсь, ты его не с креплениями из стены вырвал?

– То-то я думаю, чем эта штука за полку цеплялась? – Тим внимательно освидетельствовал основательно проржавевшие металлические штырьки на нижней части обруча, опоясывающего бытовой артефакт, которые позволяли воткнуть его в подходящее крепление без опаски, что волшебная вещь оттуда вывалится. – Хм. Ну, может, история твоей семьи и немножечко древнее, но настоящими магами, несмотря на наличие подходящего потенциала, становились очень и очень немногие из нее. В то время как три четверти моих родственников маги, и лишь оставшиеся, ленящиеся развивать свой дар, являются рядовыми дворянами. И не спорь! Данный факт понятен любому, кто заинтересуется клановой символикой на наших одеждах и потрудится вспомнить полученные уроки, разъясняющие, кто есть кто в стране.

– К демонам геральдику. – Феб махнул рукой и опрокинул с массивного каменного алтаря одну из стоявших на нем плошек. – Мне ее еще в детстве хватило по самые уши! Свежие сплетни давай!

– Королевский двор Азалии замер, словно почуявшая хищника лань, взбудораженный сразу двумя событиями, как подозревают многие, непосредственно связанными друг с другом, – принялся излагать потомственный волшебник, во время обучения обнаруживший в себе изрядную склонность к темным искусствам. – Два дня назад его величество издал и самостоятельно огласил на заседании виднейших людей и нелюдей, впрочем, тоже указ о том, что придворный маг освобождается от своих обязанностей и отныне должен сосредоточить все внимание на управлении Академией волшебства и подчиненным ему ковеном магов.

– Самоубийца, – констатировал Тим, отошел от алтаря с целым тазиком костяной муки, насыщенной энергией смерти, и начал засыпать этим веществом выжженные в камне канавки, образующие сложную магическую печать. – Чтобы так унизить великого чернокнижника и потом чувствовать себя в безопасности, надо не таскать на голове корону, а эмигрировать. Лучше всего на соседний континент. Или вообще в иную Вселенную!

– Несколько подсластить пилюлю отставки могущественному чародею, которого в недавно закончившейся войне боялись не только чужие, но даже и свои, должно было разрешение проводить абсолютно любые реформы, – пояснил Тим. – Впрочем, сильнейшие волшебники страны протестовать против перемен в любом случае бы не стали, ибо слишком явные и свободолюбивые бунтари в их рядах уже давно кончились. Правящие круги аристократов и магов, изрядно прореженные сменой власти, едва успевшей завершиться до начала боевых действий, понесли немалые потери именно от рук и жутковатой магии того, кто возник будто из ниоткуда и, встав на сторону слабейшего из кандидатов на престол, возвел нынешнего короля на трон по трупам его врагов. А теперь этот чернокнижник впервые столкнулся с ущемлением своих интересов. И не только.

– Ну-ну, продолжай. – Феб обнаружил, что уже некоторое время сыплет костяную муку мимо своей цели и теперь пытался решить, что будет проще: сдуть сыпучую субстанцию в предназначенное для нее углубление порывом наколдованного ветра или, использовав свои силы начинающего мага смерти, заставить переползти необходимый для ритуала компонент с места на место? В итоге победил здравый смысл, и волшебник отправился в чулан. За веником. – Я заинтригован!

– Второй новостью, дополнившей первую и заставившей всех ее услышавших пересмотреть многие политические расклады и приготовиться едва ли не к кровавой бойне посреди дворца, стало известие о трагической гибели начальника королевских телохранителей Мальграма Исчезающего. Друга и коллеги утратившего свой пост придворного мага, вместе с которым он и заявился к тогда еще младшему из принцев, отправившемуся на тот свет всего через сутки после оглашения злополучного указа. – Слова, сказанные наследственным чародеем, заставили его приятеля и коллегу споткнуться и едва не упасть. – По официальной версии, он был отравлен неизвестными заговорщиками. Вот только службам безопасности дворца не удалось скрыть тот факт, что единственный волшебник в мире, признающий свое умение проходить сквозь стены и напропалую его использующий, испустил дух в постели тетки короля, леди Сейлел, первой красавицы, первой интриганки, первой распутницы и первой отравительницы королевства, происходящей из рода алхимиков, равных которым в Азалии не было. Практически тут же появилась и официальная неофициальная версия, в которой она и ее сидящий на троне племянник попытались немного прояснить события. Их обнародованная в тесном кругу, но разошедшаяся весьма широко речь гласила, будто мучимый жаждой чародей просто отпил напиток из стоящего на прикроватном столике графина, приняв крайне токсичный и абсолютно безболезненно действующий свежесваренный яд, накануне случайно принесенный в жилые помещения и обладающий приятным цветом, вкусом и запахом яблочного сока.

– С ума сойти. – Начинающий некромант ощутил, как ноги его начинают нервно подрагивать. Конечно, по идее, к заваривающейся в высших кругах каше он не был причастен даже мимоходом, но при таком повороте событий простого человека, ну или даже не очень простого, могут растоптать и не заметить. – Понятно теперь, почему наш наставник, мэтр Иринд, так поспешно укатил в какую-то глухую деревушку, и на картах-то отсутствующую! Дай угадаю: в то, что под покровом ночи произошла действительно ужасная трагедия, а не тщательно спланированное убийство, несмотря на заплаканное лицо леди Сейлел, не верит практически никто. Ее актерские способности уже давно известны по всей стране, да и за ее пределами. И не один представитель противоборствующего лагеря во время недавно закончившейся борьбы за власть внезапно умер, отведав эксклюзивной отравы, изготовленной по семейным рецептам и подмешанной в еду, питье или даже воздух.

– Вот-вот, – кивнул Тим. – В особо подозрительных случаях сестра прошлой королевы даже давала магические клятвы, являющиеся гарантией того, что она ничего не знала, не делала и не приказывала, автоматически снимающие с аристократки официальные подозрения. Но все прекрасно понимали: у клана талантливейших алхимиков есть верные слуги, имеющие доступ к определенным хранилищам готовых продуктов, способные действовать, руководствуясь лишь двусмысленными намеками, и в случае провала берущие всю вину на себя. Да и потом, даже если тетка его величества действительно не знала об участи, уготованной ее очередному любовнику, то, значит, решение принял некто из имеющих доступ в ее покои, жилые и предназначенные для алхимических работ. То есть старшие родственники все того же рода, отнюдь не являющиеся белыми и пушистыми, а скорее выплакавшие, наверное, целое море слез на могилах собственноручно уничтоженных врагов, по нелепому стечению обстоятельств так рано ушедших из жизни.

– Сложить одно с другим и понять, что король и его род начали избавляться от тех, кто помог им прийти к трону, несложно, – начал рассуждать некромант, все-таки возобновивший свой трудный и опасный путь за ближайшим веником. – Но почему темного мага, очевидно куда более опасного, чем усопший глава королевских телохранителей, не убили первым? Не осмелились? Не смогли? Решили, что достойной замены ему в данный момент не найдется, а если среди магов Азалии начнется новый передел власти, то их число и силы значительно уменьшатся, поставив под угрозу благополучие и безопасность страны?

– Неизвестно, – развел руками Тим и тоже пошел в кладовку, оставив кристалл на алтаре. В неустойчивом положении. И даже не заметил, как тот тихонько упал набок, прокатился до края возвышения и рухнул на каменный пол, так что на одной из его граней появилась широкая трещина. – Пока, однако, никаких ответных мер, во всяком случае заметных посторонним, безропотно перебравшийся в Академию волшебства глава ковена магов не предпринимал. Только молодая королева, дочь главы одного из знатнейших и влиятельнейших родов страны, вопреки воле родителей развившая в себе склонность к творению темных чар, которую во время военных действий бывший придворный маг доставил с занятой противником территории, почему-то зачастила к нему в гости. Под предлогом частных уроков у наиболее компетентного в стране специалиста. Слухи о том, будто между ними могут быть еще какие-нибудь связи, более тесные, чем рабочие, впрочем, расходиться не спешат.

– Догадываюсь, почему. – Молодой маг смерти, будто обычный уборщик, принялся искоренять беспорядок. – Злить члена правящей семьи имеющим разум кажется просто-напросто опасным. Да к тому же все заранее и априори согласны с тем, что пусть не обученная, но крайне талантливая чернокнижница, превратившая одного из своих прошлых женихов, не пришедшегося ей по вкусу, в каменную статую, будет прекрасно сочетаться характером и интересами с темным магом, носящим красноречивое и заслуженное прозвище Проглот, оставляющим от своих врагов лишь до блеска обглоданные кости.

– Угу. – Его приятель, возвращавшийся из кладовки с новым кристаллом, вдруг замер. – Стоп! Феб! Брось метлу! Что это, во имя гнилых костей всех бродяг, зарытых на кладбище, чтобы служить нам тренировочными манекенами, за пакость?!

Над черным алтарем, находившимся в центре магической звезды, дрожало, постепенно увеличиваясь в размерах, постоянно меняющее форму и цвет переливчатое марево. Ингредиенты для предстоящего ритуала, наделяющего остовы покойников, многократно подвергавшихся ударам боевых чар, способностью двигаться и даже имитировать атаки на живых, частью оказались уже поглощены им, частью улетели на пол. С каждой секундой непонятная аномалия все больше увеличивалась в размерах и уже начинала потихоньку принимать гуманоидоподобные очертания. Если, конечно, где-нибудь водятся пятиметровые гуманоиды, чья верхняя половина туловища напоминает человеческий скелет лилового цвета, а нижняя является здоровой костяной гусеницей.

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
182 000 книг 
и 12 000 аудиокниг
Получить 7 дней бесплатно