Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
150 печ. страниц
2020 год
18+

Школьный плен
Владимир Мухин

© Владимир Мухин, 2020

ISBN 978-5-4498-6143-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Странная прогулка

– Да, вот это тачила! Торпеда вся аж стеклянная… Офигеть, я такие кнопки не знаю даже! А это чего горит? Как тут свет-то хоть врубать? А магнитола где? Ого, что у тебя в кресле!? Задницу массажирует прям…

Мужчина простоватой наружности прыгал на кожаном сидении дорогого авто, словно ребенок, которому разрешили посидеть в отцовском «Логане». Правда, это был далеко не «Логан». Эксклюзивная немецкая модель с несколькими источниками питания, сделанная из экспериментальных сплавов.

Виктор Коврин заказал такой аппарат, будучи на выставке современной техники в Мюнхене. И теперь его футуристическую ласточку проверял на прочность какой-то гопник.

– Это, как ты, сказал? Подсветка зон? А здесь, считыватель штрих кодов? Типа как в магазине, эта пищалка? Может тут ещё клуб с тёлками есть… встроенный?

Виктор морщился, отвечая на такие вопросы. Сам он сидел на пассажирском месте. И не мог понять, как его мега крутой одноклассник смог настолько опуститься за двенадцать лет.

Это же тот самый Серёга Стрелков, который мог разбить морду любому, преуспевал в спорте, так еще и учиться умудрялся почти на пятерки. Он был настоящей звездой провинциальной школы. Заносчивой, пафосной знаменитостью.

Щуплому, прыщавому Витьке было далеко до этого «павлина». И какого же оказалось удивление Коврина, когда вернувшись в родные края, он встретил Стрелкова в образе пропитого дядьки с тусклыми глазами и редкой бородой.

Теперь, бывшая знаменитость восхищалась машиной успешного бизнесмена, задавая глупые, завистливые вопросы.

– А фары может тоже сами светят, когда им хочется?

– Можно выбрать режим. И они подстраиваются в зависимости от окружающей видимости. Это сверхчувствительный компьютер нового поколения. Управляет всеми системами.

Виктор старался говорить непринужденно. Но выходило все равно глупо.

– Ладно, ты чего стремаешься, браток? Это ж тебе не лекция в симпозиуме. Слушай, значит, ты в самой «Московии» окопался?

– В подмосковном поселке. Я часто работаю дистанционно. Нет смысла находиться в городе.

– О как! Тебе бы на хлеборезку нашу, мешки покидать!

Тон Сергея не нравился Коврину. Последние годы он чувствовал себя всем обязанным. Будто окончить техникум, поступить в универ, а потом реализовать важный проект – это преступление века.

Конечно, «проекты» сейчас есть у каждого. И многие терпят неудачи. Но он же не виноват, что каким-то чудом вырвался? Теперь любой знакомый смотрит на него, словно Маяковский на злых буржуев.

Хотя, шансы были даны всем. Причем, Стрелков имел целый КамАЗ этих шансов. И если бы его тупое самолюбие не было таким ядовитым, он мог бы стать «королем нашего грешного мира».

– Ладно… Тачка короче прокатит. Зачёт! Хренова, знака никакого нет или тюнинга там… Блатного. На чёрный тазик со стороны похожа.

Сказав это, одноклассник Виктора принялся вылезать из машины. Кряхтя словно старый дед, он выкарабкался на зимний простор.

Виктор последовал его примеру. Надо было пересесть на водительское и скорее ехать домой, точнее, в гостиницу. Дом был уже продан.

Устроившись в столице, Коврин резко порвал со старыми местами. Но места не порвали с ним. И вот, спустя много лет, ностальгия вновь притянула его за уши в этот небольшой городок, напоминающий колхозную ярмарку.

Хотя вместе с ностальгией тянули сюда и уговоры Отдела образования. Очень уж хотелось на «Вечере встреч» почествовать именитого (для здешних мест) выпускника. Так пусть чествуют, в чем дело? Только без особого фанатизма.

– Оооо, ох. Лепота! – Одноклассник Виктора потянулся, поправив короткую куртку. – Подыши хоть воздухом земли родной! У вас там одна отрава.

– Ага, а ещё в Москве одни педики. Тупые стереотипы…

– Стереотипы не стереотипы, но ты там сам ещё не женился.

Сергей широко улыбнулся подгнившими зубами. Виктору стало не по себе. Ничего не отвечая, мужчина в кожаном пальто обошел машину.

– Да, чувство юмора у тебя точно отшибло. Хоть на вечер выпускников подтянешься?

– Думаю, да.

– Сообразим тогда, может? По косарю и в бар чисто…

– Я нет. Много дел. Я сейчас не пью.

Стрелков отошёл от машины, глядя куда-то вдаль. Виктор, решил, что одноклассник отправился восвояси. Но это было не так.

Сергей обернулся, странно посмотрев на Коврина.

– Помнишь, как по школоте чудили? Тебя ещё телкой называли. Типа Коврин – Коровин. А корова – это телка, – Сергей расхохотался, будто услышал давнюю шутку.

– Стрелков, значит стрелочник. Стрелочник – хуже пидораса, – железно отчеканил Виктор.

– Ага, прикол! Только раньше ты мне такое не базарил. Сейчас смотрю, оперился. Москвич, ёб ты!

Стрелков медленно направился прочь, в сторону краснеющих двухэтажек.

– Быдлан, блин! Все мозги пропил в этом болоте! – Довольно громко воскликнул Виктор.

Но это не дало результата. И чего он вообще распинается? Надо было просто не замечать Серегу. Не беседовать с ним возле магазина. И уж тем более, не пускать в свой авто. Но остатки врождённой доброты Виктора сделали свое дело. В следующий раз он будет умнее.

Коврин плюнул на снег, желая сесть в машину. Но хриплый голос сломал его планы.

– Витёк, ты что ли?

– Это еще кто? Чего на… – сказал Виктор.

За спиной стоял дед Игорь который когда-то был школьным сторожем. Его глаза смотрели живо и ярко. Хотя сам мужчина существенно сдал. Но все мы не молодеем. Потому Виктор постарался не думать лишнего.

– Здравствуйте. Как дела? Да, я Виктор… Помните, вы ещё нас ночью в настольный теннис играть пускали?

– Как не помнить? Конечно, помню… А на Серого не бузи. Он за ум взялся. Вон, как с тюрьмы пришел, сразу на работу устроился. Школу ремонтировать хорошо помогал. И бригаду толковую нашел нам.

– Из тюрьмы? Да он же спортсмен, отличник!

– Ну, так… Мало мозги иметь. Надо ещё применить…

****

Виктор вернулся из мира воспоминаний. Три дня на малой родине пролетели секундой. И события, случившиеся позавчера, казались чем-то далёким. Будто встреча со Стрелковым и дедом произошла на год раньше, чем эта одиночная прогулка.

Да, Виктор любил гулять в одиночку. И сейчас это желание нежданно проснулось. Поэтому мужчина медленно шел к бело-кирпичной громаде с синей решеткой забора по периметру.

Его модельные ботинки хрустели стеклянным снегом. И это почему-то умиротворяло. Вчерашняя встреча выпускников прошла глупо, сухо, фальшиво.

Коврин дал интервью для местного канала. Потом смотрел концерт самодеятельности. После чего общался с учителями, более половины, из которых не знал.

Затем, случилось страшное, пришлось отбиваться от миллиона предложений выпить «огненного лимонада» во всех местах, позах и измерениях.

Ссылаясь на сверхважные дела, Виктор сбежал из родной Альма-матер, словно с суда инквизиции.

Нет, провинциальные нравы не меняются. Как и двенадцать лет назад здесь ценят выгоду. Если бы задрот Витька не мелькал по федеральным каналам и не имел связи с замминистра. Если бы его компания не обслуживала крупные научные центры, вряд ли бы он удостоился хотя бы капли той любезности, в которой его топили весь вечер.

Конечно, парень не стал «включать мажора» или переходить на пафос. Вежливо и мягко он выстроил четкий барьер. Находясь под защитой этой стены, терпеть спокойно гулял в одиночестве, предаваясь колющей ностальгии.

Несмотря на мнимую мощь, школьный забор был ветхим. Кое-где виднелись проломы. Дверь, ведущая на территорию, отсутствовала. Только два столба обозначали вход. Виктору было такое на руку.

Он провел ладонью по ледяной железке, входя на так называемую «площадку». На этой площадке было все и даже больше. Поле для мини футбола, отживший свое спортгородок, импровизированный сад, просто пустое место. Много пустого места.

Сама школа казалась неприятно вытянутой, угловатой и низкой. Спортзал был приклеен сбоку, будто его наскоро подставили к зданию в последний момент. Ступеньки как всегда рушились. А все жалкие попытки их починить заканчивались провалом.

Коричневая парадная дверь была создана из двух железок, между которыми находились опилки или пенопласт, или вообще труп одинокой девственницы. Но зато выглядело все весьма мощно и весило как пару тяжёлых танков.

А пластиковые окна в здании белели в шахматном порядке. Причем, деревянных рам все равно было больше.

Конечно, такое заведение не отвечало нормам современных стандартов. Только Виктора это не смущало. Ведь он видел именно ту «шарагу», в которой отбарабанил одиннадцать лет.

На сердце стало тепло. Многочисленные воспоминания закипели волной. И этот процесс был куда сильнее, чем во время вчерашнего официоза.

Вообще, предаваться ностальгии лучше одному. Посреди ледяной пустыми, обнимая глазами здание своего детства, которое раньше казалось небоскрёбом. А теперь напоминало лишь кирпичную колбасу, растянутую на поле.

Постояв несколько минут, Коврин решил обойти периметр этого сооружения. Во время такого обхода, в памяти предстало вчерашнее интервью.

Седой человек с большой камерой и молодая дамочка в вечернем платье. Платье было довольно пристойным. Но дамочка все равно казалась голой. Так хорошо, так привлекает. Региональному ТВ это было жизненно необходимо.

Потому потряхивая острой грудью и виляя объемными бедрами, журналистка долго выбирала место. Потом, став на фоне школьного коридора, начала не хитрый опрос, улыбаясь огромным ртом.

– Здравствуйте, Виктор. Как вы нашли время в своем напряжённом графике, чтобы посетить наш город? – Первый вопрос, и сразу идиотизм.

– Когда что-то по-настоящему желаешь, то время находится быстро, – сказал Коврин, поправляя пиджак.

– О, значит, наша встреча для вас желанна (глуповатый смех ненормального клоуна)! Расскажите, что дала вам школа, вот эта школа… Для достижения жизненных целей?

– Много чего. Учеба – это основой фундамент для работы над реализацией моих планов, – откровенно соврал предприниматель.

– Как ваши одноклассники и просто знакомые отреагировали на этот внезапный визит?

– Они были рады. И просили подарить миллион долларов.

– О, какая замечательная шутка! А почему вы не посетили нас на десятилетие своего выпуска, два года назад?

– Я не хотел… Не хотел бросать важный проект, который мы осуществляли совместно с Академией Наук.

Было ещё много вопросов. В телевизионную версию не вошло половину. Но возможно, оно и к лучшему.

Прокрутив это в сознании и поразмышляв над тем, не смотрелся ли он полным придурком, Коврин заметил нечто странное. Кочегарки не было.

Стало немного неловко. Но скоро Виктор понял, что красный квадрат с «металлической сигаретой» просто снесли. Мужчина читал об этом пару лет назад. Теперь школу питает другая более мощная котельная. А старая кочегарка оставила после себя лишь бетонный полигон заваленный хламом.

– Да… Голо как-то… – Произнес Виктор, вспоминая, как в детстве пытался забраться на здание кочегарки, возомнив себя скалолазом.

Уличных туалетов тоже не наблюдалось. На них взобраться было намного проще.

Дальше Коврин навестил школьный огород, который теперь был обнесен красивой оградой на европейский манер.

Потом парень подошёл к одинокой яблоне. Во времена буйной подростковости это было совсем молодое растение. Как же круто казалось, подбежать к нему, потрясти и воскликнуть:

– Где мои гребанные бананы!?

Особенно хорошо если тебя могут слышать училки. А ещё добавить к идиотскому выкрику слово «сука». Главное потом суметь доказать, что под окнами кабинета английского орал не ты. Иначе не избежать катастрофы.

Какой же это бред! Хотя, тогда все казалось логичным и классным. Ещё бы, молодость не знает бреда. Она как рассвет, красит в розовый даже грязь с лужами и разбитым асфальтом.

Предаваясь сладким мыслям, Виктор обошел всю площадку. Да хорошо, когда нет людей. Все так спокойно, правильно, справедливо. Но как только сюда пробирается народ, начинается балаган дряни. Провинциальной, понтовской дряни, да и столичной, если дело происходит в Москве.

Сегодня полное расслабление, выходной. Завтра вновь начнется адская карусель. И не только у мрачного, советского учреждения с разбитым крыльцом.

Сам Коврин тоже погряз в делах. И остатки человеческих чувств будут являться лишь только во сне, когда расслабленный мозг размягчит свою каменную оборону.

Гуляя по местам своего детства, Виктор потерял счёт времени. Прошло около получаса или значительно больше. Но небо слегка потемнело, угрожая сумерками. Пожухлая, ноябрьская трава стала мрачной. Влажный воздух пропитался дождливой изморосью.

А деревья и кусты, лишь недавно сбросившие листья, стояли недвижно, подчиняясь тотальному штилю. Такая она – поздняя осень в средней полосе России. Ещё нет мороза и даже относительно тепло. Но уже неприятно, промозгло. Хочется укрыться, как следует.

Шлепая по гнилым травам, Коврин двинулся к выходу. До столбов оставалось немного. Как вдруг парень резко остановился. Он оглянулся вокруг, будто потерял нечто важное. Какое-то время напряженно думал, затем растерянно произнес:

– Погода поменялась! Было же минус одиннадцать и ясно. А сейчас пасмурно… Плюс десять где-то… Что за черт!? И где снег? Могу поклясться, что он был минуту назад!

Мужчина резким движением достал телефон. Это рефлекс современного человека. В любой непонятной ситуации хвататься за свой мобильник, как раньше хватались за пистолет.

Но сейчас это не помогло. Экран огромного смартфона был серым. По нему блуждали какие-то полосы. Выполнять команды гаджет отказывался. Даже после двойной перезагрузки.

– Так, так… Взял же это экспериментальное дерьмо! Лучше бы купил простой… Любой простой «кирпич», не Айфон только. От Айфонов уже тошнит. Особенно, когда знаком с внутренней кухней. Хотя, стоп! Какая ещё кухня? Надо во всем разобраться!

Виктор прошел ещё немного. Затем снова замер, копнув зимним ботинком осеннюю землю.

– Ладно, сейчас зимы мягче, чем на Гоа! Так что потепление могло долбануть ночью. Логично? Вполне! Дальше, мне могло показаться, что снега много. А на самом деле, всего три капли. Температура… Ну да, вчера было холодно. И я по инерции нацепил этот балахон. Хотя, другого с собой тупо не брал. Тем более! Все встаёт на свои места. Я просто пойду домой и как следует, отдохну. Не хватало ещё в рассвете лет впасть в маразм!

Стараясь прогнать мрачные мысли, Виктор подошёл к краю школьной территории. Но затем, стало неприятно и страшно.

Недавняя прореха в решетке была заделана такой же решетчатой дверью и закрыта на крупный замок, который принято называть амбарным.

– Вот черт! Либо я спятил, либо здесь творится какая-то дрянь! – Произнес Виктор, трогая недавно отсутствующую часть ограждения.

Кое-как открестившись от дрянных наваждений, Коврин собрал в кучу весь здравый смысл. За годы дверь вполне могли приварить. А пока он шастал вокруг да около, сторож просто запер ее. Сегодня век тотальной безопасности. Потому такой важный объект не может не закрываться.

Надо было раньше об этом подумать, а не летать в облаках, как наивный романтик. Логика – это основа всего. Про нее забывать нельзя.

Исходя из этого, выйти отсюда не составит труда. Ведь ограда сорокалетней давности имеет кучу разных лазеек. Да и высота ее меньше двух метров, что не слишком критично.

Но не будет же известный предприниматель карабкаться через решетки или бродить по грязи в поисках дырки. Конечно же, нет!

Поэтому нужно позвать сторожа, и решить это недоразумение. Только не стоит забывать, что именно из простых недоразумений вырастают самые страшные трудности.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
256 000 книг 
и 50 000 аудиокниг