Лурд, мощи и чудо

В Лурде, неподалеку от моста Сен-Мишель, находилась небольшая лавка под названием «Благодатное наследие». Мост вел к базилике Нотр-дам де Лурд. А за ней раскинулся храмовый комплекс – подземная базилика Святого Пия X. Здесь в XIX веке девочке Бернадетт являлась Дева Мария, Богородица. Рядом бил святой источник, а вокруг толпились паломники со всего мира, верящие в чудо.

Хозяева лавки, Арман и Жерар, были не просто торговцами – они считали себя творцами. Вернее, создавали «святыни». Арман когда-то работал реставратором, но его уволили «за слишком творческий подход к оригиналам». Жерар, отчисленный из семинарии «за нездоровый скептицизм», оказался искусным кузнецом и гончаром. Они быстро нашли общий язык. Их негласный девиз звучал так: «Людям нужна вера, а мы поставляем удобные объекты для поклонения».

– Вот, мадам, посмотрите. – Арман ослепительно улыбался пожилой паломнице, вертя в пальцах гладкий камешек. – Из пещеры праведного Лазаря. Из той самой, где Спаситель воскресил его. Приложите к пояснице — и радикулит как рукой снимет.

В кладовке такое же ведро камешков, набранных на ближайшем склоне, ждало своей очереди.

– Товар эксклюзивный, – втолковывал он уже другому покупателю. – Наши люди собирают его в Иерусалиме, Сирии, Палестине… Там, где ступали Спаситель и апостолы. – А это? – Арман выкладывал на ладонь ржавый гвоздь. – Со свадьбы в Кане Галилейской. Тем самым, которым шатёр крепили, когда вино иссякло. Десять евро – и семейный покой обеспечен… Стоит всего десять евро, а какая сила! Семейный покой навеки гарантируем.

Они торговали «щепками от копья Лонгина» (обломками черенков для лопат), «черепками от сосудов Марии Магдалины» (глиняными горшками, которые Жерар лепил, обжигал и тут же разбивал), «песком из пустыни испытаний» (с местной стройки) и прочими диковинками собственного производства. Венцом коллекции считался «осколок ребра Адама, найденный под Голгофой» – искусно состаренная баранья кость. В лавке для большей достоверности всегда пахло ладаном и «древней» пылью, специально нанесенной на «артефакты», иногда – горячей глиной из гончарной мастерской, когда Жерар лепил новые горшки и кружки.

Конец ознакомительного фрагмента.