1. Был или не было его?

А вот интересно, посещал ли Создатель Землю, чтобы посмотреть на творение своих рук? Неужели только подсматривал, находясь в четырёхмерным пространстве, чему я оказался свидетелем, когда решился на рискованный эксперимент? Надо бы ему потолковать с людьми, узнать, чем они недовольны, и найти способ им помочь.

Есть свидетельства того, что он мог побывать на нашей планете – речь идёт об Иисусе Христе, это перевод на греческий язык еврейского титула Мессия. Вот что писал в первом веке до нашей эры древнееврейский историк Иосеф бен Матитьягу, известный как Иосиф Флавий: «Около этого времени жил Иисус, человек мудрый, если его вообще можно назвать человеком. Он совершил изумительные деяния и стал наставником тех людей, которые охотно воспринимали истину. Он привлёк к себе многих иудеев и эллинов. То был Христос. По настоянию влиятельных лиц Пилат приговорил его к кресту. Но те, кто раньше любили его, не прекращали любить его и теперь. На третий день он вновь явился им живой, как возвестили о нём и о многих других его чудесах боговдохновенные пророки. Поныне ещё существуют так называемые христиане, именующие себя таким образом по его имени».

В Новом Завете Иисус именуется также Сыном Божиим, Сыном Человеческим, Агнцем, Господом, Отроком Божиим, Сыном Давидовым, Спасителем – якобы Бог создал Землю и человека, а Иисус пытался исправить его ошибки. Индуисты считают, что Иисус был аватарой или садху, и указывают на сходство между учением Кришны и Иисуса.

Иисус не раз говорил о своём втором пришествии на землю. Со слов Иисуса Христа и апостола Павла, во время Второго пришествия произойдёт конец мира, затем воскресение всех мёртвых людей на последний Страшный Суд Иисуса Христа. После такого предсказания сразу становится не по себе, но успокаивает то, что в реальность существования Иисуса Христа не верят многие богословы и учёные.

Впрочем, в трактате Агапия Манбиджского приведена цитата из сочинения Иосифа Флавия, которая не соответствует общепризнанной греческой версии Свидетельства Флавия:

«Они рассказывали, будто он явился им на третий день после своего распятия и был живым». Логично предположить, что второе пришествие было всего лишь плодом чьей-то неумеренной фантазии, вызванной желанием вернуть к жизни убиенного вопреки всему. Тогда и в справедливости свидетельств о первом пришествии можно усомниться – все мы склонны иногда выдавать иллюзии за реальность.

Однако смею утверждать, что Создатель существует! Есть ли связь между тем, что я видел своими глазами и легендой об Иисусе Христе? Прежде, чем приступить к решению этой загадки, надо бы разобраться в мировоззрении личности, то ли выдуманной, то ли реальной.

2. Блаженный Иешуа

Начнём с отрывка из евангельских глав романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»:

– А теперь скажи мне, что это ты всё время употребляешь слова «добрые люди»? Ты всех, что ли, так называешь?

– Всех, – ответил арестант, – злых людей нет на свете.

– Впервые слышу об этом, – сказал Пилат, усмехнувшись, – но, может быть, я мало знаю жизнь! Можете дальнейшее не записывать, – обратился он к секретарю, хотя тот и так ничего не записывал, и продолжал говорить арестанту: – В какой-нибудь из греческих книг ты прочёл об этом?

– Нет, я своим умом дошёл до этого.

– И ты проповедуешь это?

– Да.

– А вот, например, кентурион Марк, его прозвали Крысобоем, он – добрый?

– Да, – ответил арестант, – он, правда, несчастливый человек. С тех пор как добрые люди изуродовали его, он стал жесток и черств.

Владимир Лакшин, проанализировав содержание евангельских глав, написал когда-то, что булгаковский Иешуа – это на редкость точное прочтение основной легенды христианства. Напротив, Камил Икрамов придерживался мнения, будто Иешуа лишь по внешним признакам соответствует привычному образу Иисуса Христа, созданному евангелистами, поскольку прощает сильных мира сего, а слабые его не интересуют вовсе – даже Марк Крысобой для него «добрый человек»:

Одну из причин такого отношения Булгакова к каноническому образу Икрамов видел в атеизме Мастера и, возможно, самого Булгакова, «но это атеизм особый, очень личный». Особенность эта заключалась в том, что в романе воплощена мечта слабого человека о справедливости, причём справедливости лично для него, к тому же достигнутой любым, даже не вполне законным способом.

Действительно, Булгаков надеялся на вмешательство в его судьбу сильного и справедливого человека, который вознаградит за все страдания и защитит от завистливых, жестоких людей. В реальной жизни его надежды, по крайне мере в 1928-1935 годах, были связаны со Сталиным, и тут он вовсе не был одинок в своих стремлениях – достаточно почитать письма писателей, которые только в лице «вождя народов» видели спасение от оголтелой травли со стороны пробольшевистской литературной критики. Ярким примером могут служить письма Бориса Пильняка, в которых он то просил защитить его от критики, то вымаливал разрешение на выезд за границу. Ну а в «закатном романе» заменил Сталина всемогущий Воланд, к которому даже Иешуа может обратиться только с просьбой:

– Он прислал меня.

– Что же он велел передать тебе, раб?

– Я не раб, – все более озлобляясь, ответил Левий Матвей, – я его ученик.

– Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, – отозвался Воланд, – но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются. Итак...

– Он прочитал сочинение мастера, – заговорил Левий Матвей, – и просит тебя, чтобы ты взял с собою мастера и наградил его покоем. Неужели это трудно тебе сделать, дух зла?

Кое в чём мнение Икрамова совпадает с тем, что писал на эту тему в статье «Цепь молчания, или "Чёрт все устроит"» Борис Агеев. Он отмечал, что «учение», которое проповедует булгаковский Иешуа, заключается «в примитивных "формулах", вроде тех, которые он излагает Понтию Пилату: что "все люди добрые", что "правду говорить легко и приятно"». Впрочем, Агеев не исключает, что рукой Булгакова при создании романа водил сам Сатана:

«"Внутренний" роман о Понтии Пилате, эта злобная и лживая "версия" евангельского События написана была вовсе не для того, чтобы "опровергнуть" её ходом основного повествования, или противопоставить ей нечто иное, а для того, чтобы подтвердить на наших глазах мысль о необходимости зла».

На мой взгляд, последние слова свидетельствуют о невероятной путанице в понимании добра и зла. Однако начнём с мыслей, вложенных Булгаковым в уста Иешуа Га-Ноцри.

Сказать «все люди добрые» – это вовсе не свидетельство огромного ума. И вот почему. Основа нашей жизни – следование инстинкту самосохранения и инстинкту продолжения рода. Однако один инстинкт может привести к предательству ради того, чтобы спасти себя. Другой предполагает алчность как средство достижения благополучия семьи и продолжения собственного рода. Печально, но это неоспоримый факт!

Увы, стараниями христианских проповедников распространено ошибочное мнение, что человек с рождения чист и непорочен, а изменяется под влиянием окружающего зла. Можно подумать, что зло – это заразная болезнь, которая передаётся при чихе или половым путём. На самом деле человек рождается лишь с надеждой, что все люди добрые. А станет он по жизни добрым или злым, это как у кого получится. Всё потому что, наряду с инстинктами, есть в человеке ещё нечто, называемое нравственным началом. Оно и удерживает нас от дурных поступков. Иногда даже в ущерб самому себе. Но вот бывает, что начало это недоразвито, не имеет нужной силы и потому, как ни прискорбно, ничего не получается. Тогда зло в человеке берёт верх над добром.

Надо иметь в виду, что Булгаков создал очень странный образ. Вроде бы Иешуа демонстрирует свою доброту и понимание психологии людей. Но может ли нормальный человек настаивать на том, что говорить правду приятно и легко? Вот один попробовал, и его за это распяли на кресте. И между прочим, если верить ему, добрые люди это сделали.

Так можно ли заставить человека говорить правду и делать добрые дела с помощью молитв, проповедей и увещеваний? Кого-то такие слова действительно проймут, а кому-то плевать на христианские заповеди, на человеколюбие. Увы, добро беззащитно и беспомощно – зло правит нашим миром, а вовсе не добро. Вся штука в том, что, если добро обзаведётся силой, оно станет для кого-то злом. И в то же время зло, если посчитает нужным, может сотворить нечто доброе – иначе и впрямь в мире останется одна лишь злоба. Единственное, что успокаивает, это надежда на повышение уровня нравственности, увеличение нравственного начала в человеке. Но это чрезвычайно длительный процесс, в котором особая роль принадлежит литературе.

Хотелось бы понять, способствует ли этому процессу книга известного богослова, где приведён анализ образа Христа, созданный Булгаковым в романе «Мастер и Маргарита». С одной стороны, богослов в чём-то соглашается с Агеевым:

«"Иешуа шмыгнул высыхающим носом и вдруг такое проговорил по-гречески, заикаясь". Если Булгаков так описывает персонажа – это не его герой. Некоторые умозаключения автора, взятые сами по себе – кощунственны и атеистичны. Они написаны без любви и даже без сочувствия к Иешуа. Мастер говорит Ивану: "Я написал роман как раз про этого самого Га-Ноцри и Пилата". Довольно-таки пренебрежительное упоминание...».

С другой стороны, богослов чуть ли не из кожи вон лезет, пытаясь «оправдать» Булгакова: «"Шмыгающий носом" Иешуа – это карикатура на атеистический (толстовский) образ Христа».

Нет, с таким мнением я не могу согласиться, поэтому отправился к богослову в гости с намерением доказать, что он категорически не прав.

3. Богословие против истины

Начал разговор по существу с вопроса:

– Как вы полагаете, блаженный заслуживает сочувствия или же его следует пинать ногами, как шелудивого пса?

– При чём тут псы?

– Так вы же в своей книге интерпретировали слова Булгакова о Га-Ноцри как «пренебрежительное упоминание».

– Ну ладно, пусть будет так. Но есть ли у вас более серьёзные возражения?

– С тем, что Булгаков атеист, я полностью согласен, однако кощунство и карикатурное изображение Иешуа здесь совершенно ни при чём. Писатель лишь хотел доказать, что проповедь, точнее призыв по-доброму относиться ко всем людям, не изменит наш мир к лучшему. Наоборот, злые люди вроде Крысобоя, ощутив вседозволенность, станут ещё более жестокими и начнётся беспредел, что мы и видим, к примеру, в действиях некоторых западных политиков. Неужели вы этого хотите?