Владимир Вячеславович Басенков
Невымышленные истории

© Басенков В., 2025 © Облезин Д. Н., 2025

* * *

Истории для этой книги записывались несколько лет.

Священники из русской глубинки и дальнего зарубежья, монахиня-гид из Иерусалима, принявший православие протестантский пастырь и сам автор, ставшие свидетелями чудес Бога и Его святых. Каждый случай, описанный на этих страницах, – уникален, но каждый описывает духовную реальность через естественные или же сверхъестественные явления, проявившиеся в жизнях каждого из героев.

Во дни тревоги и печали эти страницы могут стать для вас и ваших близких настоящим душевным лекарем. Можно взять в руки книгу, помолиться и просто открыть любую страницу. Можно заглянуть в содержание и, возможно, найти ответ или хотя бы утешение в историях наших героев. Они поведают вам, как Бог через случайности (которые для верующего, на самом деле, никогда не случайны) вырвал их или тех, за кем они наблюдали, из мрачных состояний безысходности, уныния, отчаяния. И сделал их свидетелями Своего присутствия.

Глубокий облегчающий вздох после каждой прочитанной истории ждет вас на страницах этой книги.

Отпускается без рецепта, дозировка – по потребности.

Где скрываются богатства православного прихода

Баба Маня не помнит, как прошли юность и молодость, – война, голод, с детства работа, потом фабрика, дети, запойный муж… В свои 85 она с трудом передвигается с помощью двух палочек, но все еще держит кур и гоняет лису. Она говорит: «Сахар, мука, соль, хлеб есть – я уже богатая».

Служение мое проходит в старинном краю Подмосковья, легендарных Гуслицах. На Светлой Седмице у нас есть обычай – обходить дома наших прихожан в деревнях Мисцево и Авсюнино. С утра служим молебен в местном храме или молельне, а затем идем с одного конца деревни до другого. Поем стихиры Пасхи, славословие празднику. Во многих домах нас привечают, угощают, зовут за стол. Но меня лично больше всего привлекает общение с местными старожилами, людьми повидавшими жизнь и знающими настоящую ее ценность. Пообщаешься с этими бабушками и дедушками, которые пережили страшный двадцатый век, и все встает на свои места.

Вот баба Маня: она восьмилетней девочкой оказалась на оккупированной немцами территории в Воронежской области. Рассказывает, как мать отправляла ее с молоком в немецкий штаб: «И я бегала. Не боялись за меня. А сейчас до 15 лет с детьми за ручку носятся, пока они на наркотики не сядут». Она пережила всех своих родных, претерпела страшные страдания, но не сдалась. И сейчас не падает духом, не унывает и каждый день проводит в молитве и труде. Живет, раз Бог ей дает.

А вот – Клавдия Логиновна. В годы Великой Отечественной ее семья покинула родную деревню и, спасаясь от голода, переехала в Арзамас. В войну Клавдия потеряла отца и восемь родных братьев и сестер. Теперь за кружкой чая рассказывает, как девочкой побиралась у церкви и как, обессилев от голода, лежала в канаве. Говорит, старичок какой-то сидел все время рядом с ней, а когда ей полегчало, на месте, где он сидел, она нашла две золотых сережки. Это потом – по иконе – она поняла, что это был Николай Чудотворец.

Рассказывает, как вернулись в родной дом, как носили из леса хворост для печки. А как-то ночью услышала стук во дворе, выбежала, а там по приказу председателя колхоза все их дрова в телегу грузят и увозят. Рыдала тогда она, маленькая девочка, навзрыд, а мать ее утешала. А наутро вся деревня гудела от новости: председателю на лесопилке обе руки оторвало.

Похоронила Клавдия мать, сестру, мужа, сына… «Вы-то молодые и не знаете, что такое жизнь», – говорит она. И невольно соглашаешься: не знаем. Как часто нападает на нас уныние, осознание собственной немощи, отчаяние! На то сил не хватает, на это – средств, тут сломается, там обрушится, а кто-то может и словом ранить. А пообщаешься с такими вот бабушками – и все скорби улетучиваются.

Кто-то скажет: но ведь мы столько всего знаем про эту войну! И фильмы о ней сняты, и книги написаны. И все же что знаем о ее ужасах, тяготах, а главное, о том, как в этом кошмаре люди остались людьми, мы, теряющие человеческий облик и озлобляющиеся друг на друга из-за сущих мелочей и впадающие в отчаяние из-за невозможности перенести в реальность наши воздушные замки? Иосиф Бродский сказал: «Страшный суд – страшным судом, но вообще-то человека, прожившего жизнь в России, следовало бы без разговоров помещать в рай». Каким бы дерзким ни было это утверждение, в определенном смысле оно справедливо.

К сожалению, с каждым годом людей, подобных этим бабушкам, все меньше. И каждый раз, общаясь с нашими стариками (а точнее, молча им внимая), понимаешь, что становишься богаче. И пока они живы, богатство наших приходов – бесценно.

Иерей Алексей Гугливатый,

настоятель Спасо-Преображенской Единоверческой общины г. Куровское и Единоверческого храма св. Петра митрополита д. Авсюнино Московской области

День, в который я расстался с Библией

Если бы меня спросили, было ли чудо в моей жизни, я бы рассказал именно эту историю. Хотя кто-то наверняка скажет: «Ну и что? Ничего сверхъестественного вроде не произошло»…

Как в родительском доме появилась Библия, сказать не могу – впервые я открыл ее еще в начальной школе. Для начала Книгу премудрости Соломона и Евангелие от Матфея. Но ничего не поняв в запутанной родословной Христа, поспешил закрыть книгу.

Вновь к Книге книг я вернулся уже студентом. Несколько раз пробовал читать Евангелие и Книгу Иова. Последняя вызвала много эмоций и еще больше вопросов, ответить на которые я не мог. В храм я тогда не ходил. Интернета не было. Вопросы оставались без ответа и забывались.

Потом я начал воцерковляться, Священное Писание открывал все чаще. В книге «Закон Божий» впервые столкнулся со святоотеческими толкованиями. Я влюбился в Слово Божие. Со временем страницы моей первой Библии потемнели от постоянного перелистывания – она была со мной и в Челябинском духовном училище, и в семинарии, и в моей келье при соборе.

Однажды духовник епархии направил ко мне женщину по имени Елена. В молодости в поисках романтики ее занесло в Чили. Там она влюбилась, вышла замуж. Муж оказался из адвентистов, и Елена, не особо вникая в богословские тонкости, присоединилась к этой протестантской деноминации.

Шли годы, она решила навестить родину. Но стоило ей взглянуть на купол старого храма – того самого, в котором ее еще ребенком крестили, – у нее вдруг возникло ощущение, что она предала что-то родное.

Поговорили. Вчерашняя адвентистка рассказала, что в Чили так и не смогла найти Писание на русском языке. А у меня в рюкзаке как раз лежала та самая Библия, моя спутница жизни. Было немного стыдно, что она такая старая, затертая, потрепанная. Но Елена улыбнулась и сказала, что в таком виде подарок ей будет еще дороже. Так Книга, сопровождавшая меня столько лет, улетела вместе с Еленой. Какую же радость испытал я тогда от такого, казалось бы, пустякового дела!

Да, эта Библия была мне дорога, она была со мной на всем моем пути к Богу, но оказалось, дороже – чудо изменения человеческого сердца, которое я наблюдал и в котором, надеюсь, эта принадлежащая уже не мне Книга тоже сыграет свою роль.

Иерей Алексей Спицин,

настоятель Свято-Пантелеимоновского храма пос. Роза, Челябинская епархия