Цитаты из книг автора «Виктория Вишневская»

Нет, мне плевать, что меня могут уволить за этот пункт в договоре. В холдинг с детьми не принимают, но… Я сама готова сбежать отсюда. Да только я всеми силами не желала, чтобы Айдаров знал о том, что у меня есть дочь. Его дочь. Моё маленькое рыжее чудо, дожидающееся меня дома у мамы. Я сегодня с трудом ушла на работу. Малышка летела в ноги, плакала и отказывалась спать. – Нет, – не двигаясь с места, уверенно проговариваю. От его взгляда, полного претензий, коробит. И поэтому выпаливаю резко: – Неужели, босс, вы не помните, из-за кого я так и не смогла забеременеть? Огонь в его глазах разжигается сильнее. Знает. Помнит. Но не в курсе, что у меня всё-таки получилось. И я не скажу ему о дочери, что бы он ни сделал. А если увидит её… Никогда не узнает, что она – его. – Помню, – цедит сквозь зубы. – Молодец, – хвалю ехидно. – Но, конечно

ется закурить. Никогда не делал этого, берёг лёгкие, а сейчас… Нащупываю телефон в кармане брюк. Вибрирует. Как раз хотел позвонить своему помощнику, Артёму, чтобы привёз сигареты. А ещё заехал домой, выкинул тот порошок и закинул вещи перестирываться. А то мысль об одежде-убийце будет меня мучить до тех пор, пока я не избавлюсь от неё. На экране высвечивается недавно забитый контакт. Василиса… С чего бы? Отвечаю, устало потирая переносицу. Я был бы рад её звонку, если бы не был таким вымотанным и эмоционально опустошённым. Но признаюсь, что мне приятно. Она где-то нашла мой номер. – Игорь Викторович… Что со Львом? Он в порядке? А она откуда

Сажусь рядом с ней на ковёр, хватаю под мышки и держу на весу перед собой. – Попа, дочь. Всё попа. Услышав мои слова, смеётся, как ненормальная. Радуется, поблёскивая глазками и демонстрируя свои режущиеся зубки. – Смешно тебе, – хмурюсь. – А мне теперь как-то паспорт возвращать надо.

Так, – открываю дверь автомобиля. – Садись. Потом поговорим. Домой тебя отвезу только. Всегда мечтал разъезжать по ночному Мюнхену со своей пьяной горничной, которая прицепилась ко мне, как пиявка.

Уходи, – бубню в дверь. – Иначе я полицию вызову. – Дурочка моя, открывай, – доносится по ту сторону двери добрый голос Тимура. Вот вообще несвойственный для него. Он же вечно грубая глыба.  – Иначе выломаю. Мне эту дверь не впервые менять. Хмурюсь, не понимая о чём он. Присматриваюсь к металлической преграде, отделанной изнутри мягкой обивкой. Не поняла… Дверь новая что ли? Где наша? Обшарпанная прежним котом, теперь живущий на даче у бабушки. Она даже цветом отличается! У бабушки что ли пенсию подняли?

Когда узнает, что бабушка предала – вообще в ярость придёт. Но для её утешения скажу так – свою будущую родственницу окучивал я долго. Прошёл семь кругов ада. Скупил ей весь цветочный. Пересадил кучу раз эти домашние растения. Устроил капитальный ремонт на даче – благо делал всё не своими руками. Бабуля хитрая, жуть. Пользуется возможностью как нефиг делать. Только и делала, что издевалась взамен на информацию.

Выхожу в гостиную, поднимаю взгляд с пола и прощаюсь со своим сердцем, которое моментом рушится вниз. Да ну не-е-ет! Я быстро, словно ужаленная в попу, разворачиваюсь, но даже и шага сделать не успеваю. Родные и в то же время ненавистные руки с силой сжимают меня за талию и не дают сделать и шага. Нос окутывает знакомый аромат, от которого подкашиваются ноги. И пульс учащается. И внизу живота тянет. И глаза слезятся. Всё-всё вместе. – Ну, Ася, ты как будто призрака увидела, – шипит на ухо злобный голос. Ой, бабуль… Спаси! – Да лучше бы призрака! – визжу и пытаюсь вырваться. – Тёть помоги, насилуют! – Я тебя сейчас так изнасилую, маленькая паршивка, – опять шипит мне на ухо. Касается губами мочки, чуть прикусывает, из-за чего я чуть не взвизгиваю. – Рот с мылом вымою так, что потом ещё пузырьки будешь неделю пускать!

Даже прокладки купить не могу. Вот и какие тут брать? Осматриваю полки. Жесть какая-то. Они тут с ромашкой есть. С ромашкой! Для успокоения нервов? Или чай пить? Из-за каких-то кусков ваты застреваю. Всегда решал все проблемы быстро, чётко. А тут…

Любовь пройдёт. Утихнет. Моя – точно сдохнет после всего произошедшего.

Вы что, беременные, почкованием размножаетесь? – говорит этот урод.