Глава 1. "Напилася я пьяна, гоню бесов с дивана"

Диалоги главной героини с чат-ботом были созданы с использованием инструментов искусственного

интеллекта (DeepSeek V3). Ответы были переработаны и художественно адаптированы автором для создания контекста истории. Автор знает, что ИИ пока так не отвечает (на момент написания книги).

Стас мял в руке записку, словно надеясь, что буквы скатятся на пол, останется чистый лист. Потом дверь откроется, его невеста Мила войдет в квартиру, как ни в чем не бывало.

Увы. «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено», — по-прежнему гласила записка. Молодой человек не мог прочесть имя соперника до конца, только первые три буквы. Этот «раф» обжигал горло.

Стас был не в состоянии осознать произошедшее, поэтому пока не испытывал острой боли. Невеста ушла от него, пока он был на работе, даже объясниться не удосужилась! И ведь ничто не предвещало… вроде. Только позавчера они обсуждали свадьбу, запланированную на следующий год.

Может, Стас попал в параллельную Вселенную? В это поверить легче, чем в предательство девушки, которую он знал столько лет!

Ребята учились в одной школе, Мила — на два года младше. Учителя называли ее аленьким цветочком. Она соответствовала своему имени: милая, в меру скромная, но не зажатая, начитанная, хорошо училась, с мальчиками не гуляла, краснела, когда слышала сальные шутки. Стас к ней и не подкатывал, хотя она всегда казалась ему очень привлекательной. С этой няшей-стесняшей интима не будет, а в те годы парню хотелось только этого. Если Мила и согласится, то потом, после неизбежного расставания, проблем не оберешься: слезы, сопли, страдания. Зачем Стасу такие проблемы?

Мила признавалась, долгие годы парень ее раздражал: озабоченный шут гороховый.

Всем изменилось одним летним днем. Стас тогда уже учился в универе и подрабатывал барменом. Он любил теплыми летними деньками спускаться после смены к Волге и любоваться занимающимся рассветом. Было там одно уединенное местечко…

Вот как-то парень пошел туда, а там уже сидела Мила и смотрела на пылающую над Волгой кровавую полоску.

— Что ты здесь делаешь в четыре утра?! — изумился парень. «Ботанку» он здесь встретить точно не ожидал!

— А-а, привет, Стас, — растерянно поздоровалась Мила, узнав его. — Да вот… захотелось совершить дикий и спонтанный поступок. Ничего более бесшабашного я не придумала.

— С чего вдруг у тебя возникли такие желания?

— Юность проходит, — печально вздохнула девушка.

Стас расхохотался:

— Ну да, пенсия скоро!

— Тебе лишь бы ерничать, Стас, — отмахнулась Мила. — Просто многие люди говорят, что шестнадцать-двадцать лет — едва ли самый важный и счастливый период в их жизни, который они вспоминают с нежностью или с затаенной грустью. Время роковых страстей, признаний, зарождения настоящей дружбы, а я над книжками чахну…

У Стаса вертелись на уме пошлые шутки (предложить Миле совершить действительно дикий поступок… прямо здесь, пока никто не видит), но он удержался. С этой девушкой не стоит, не поймет она.

— А все-таки выпереться гулять в четыре утра — импульсивное решение, — вместо этого сказал парень. — Тебе повезло, что ты встретила меня, а не какого-нибудь маньячину.

— А это не одно и то же? — внезапно девушка заразительно рассмеялась. Стас не смог удержаться от улыбки.

И появилось что-то… человеческое.

Ребята говорили по душам, любуясь рассветом. Мила поведала ему о своих нехитрых проблемах. Стас умилился: видно, что эта девчонка не знала серьезных трудностей. Повезло ей! Миле хотелось считать себя мыслящей тростинкой в мире, где клиповое сознание мешает людям смотреть вглубь. Обычно Стас относился к таким из себя особенным и непонятым с неприязнью (и сам не мог назвать причину оной), но в ее случае это не раздражало.

— Мне уже шестнадцать, а я так и не нашла в себе особенных талантов. Да, я обожаю рисовать и неплохо пишу сочинения, но до сих пор не ощутила в себе какую-то… искру, что ли. При этом кажется, что когда-то я была одаренной! Может, не в этой жизни. До чего несчастны недоталантливые люди, вроде меня. Они знают, что такое носить внутри Божью искру, но при этом уже не обладают ею! И чего-то все время не хватает.

Обычно Стас избегал разговоров по душам, отшучивался, после чего с ним больше и не откровенничали. К нему приросла маска балагура, который реагировал на сложности с иронией или с сарказмом, но в тот момент он отчего-то не хотел, чтобы Мила считала его поверхностным типом, поэтому излил ей душу. Стас рассказал, как умер от рака его отец, как начал подрабатывать с шестнадцати лет: и промоутером, и в фастфуде, потому что денег семье катастрофически не хватало, а в одиннадцатом классе, едва ему исполнилось восемнадцать, устроился барменом в ночной клуб. Парень поведал, как его бесили сочувственные взгляды учителей, которые знали, почему он спит на уроке…

— Теперь мне совестно за свои излияния, когда я узнала о твоих сложностях, — сказала Мила, опустив глаза.

— Брось! Ты не должна стыдиться того, что твоя жизнь была благополучнее моей! Радуйся, что у тебя есть возможность искать в себе таланты и рефлексировать. Поверь, Мила, ты не тратишь юность зря. Все так, как надо. В сорок лет ты скорее будешь тосковать по тому, как считала себя особенной, а не вспоминать, как искала приключений на свои вторые девяносто в четыре утра. Если хочешь весело провести время, а не с кем — мне звони. Не думай, я ни на что не намекаю. В парк сходим поболтаться, на карусели покатаемся, чизбургеры на берегу Волги пожрем!

Позднее Мила признавалась, что влюбилась в него именно в тот момент:

— Тогда ты открылся мне с другой стороны, Стас. Я увидела в тебе многогранную личность, а не шута горохового.

И Стас тогда испытал к Миле какие-то чувства… доселе неведомые, потому пугающие. Придя домой, он с сожалением осознал, что не узнал номер ее телефона. Впрочем, какая разница? Напишет девушке в социальных сетях!

Только потом, «на трезвую голову», парень стал судорожно искать поводы этого не делать. Даже не имея склонности к самоанализу, он понимал истинную причину своего нежелания общаться с Милой: ему стало стыдно за чрезмерную откровенность. При воспоминании об этом появлялось болезненное чувство, от которого хотелось отгородиться, занавесить глаза веками, душу — шторами.

Мила сама написала Стасу в социальной сети: «Ну что, готов весело проводить время?». Он ответил: «Извини, я сейчас очень занят! Напишу, когда буду свободен», но так этого и не сделал. Девушка и не стала его одолевать.

Он не вспоминал о Миле несколько лет, пока они не оказались в одной студенческой компании. Всем было очевидно, что девушка влюблена в Стаса. Как Мила прожигала его взглядом! Парень же, признаться, не относился к этому всерьез. Он считал, что это полностью надуманное чувство романтичной барышни и предпочитал более раскованных девушек.

Потом Мила решила попробовать силы в Москве. «Она сваливает, чтобы забыть тебя», — нашептывали Стасу общие знакомые.

Парень провожал Милу на поезд. Улучив момент, девушка вдруг порывисто обняла его и сказала:

— Знай, что я буду тебя ждать, — это был первый раз, когда она обозначила свои чувства. Как у нее горели глаза!

— Мне лестно, но, уверен, в столице за тобой будут бегать толпы парней, Мила!

— Если выдашь клише в стиле «Я тебя недостоин, ты обязательно встретишь единственного», я обижусь, Стас! Но ждать все равно буду, — улыбнулась она грустно.

Даже в Москве, городе искушений и греха, Мила не забыла свою любовь. Девушка все-таки вернулась в родной город. Стас к тому моменту повзрослел и оценил ее чувства по достоинству. Они сошлись. Стас был у Милы первым мужчиной. Это потрясло парня!

Они жили вместе уже год, планировали в следующем году пожениться. И вот теперь верная подруга сбегает от него к другому!.. Как так?!

Парень не знал, сколько просидел в прострации, пока его не выдернул оттуда телефонный звонок. Мама пригласила на ужин. Они давно не виделись!

Стасу захотелось излить душу матери. Его лицо под маской циника распухло, она начала отслаиваться вместе с кожей. Парень вспомнил сцену с героем Джареда Падалеки из фильма «Дом восковых фигур». Если его маска вдруг оторвется, окружающие увидят под ней что-то похожее. Жуть!

И Стас поехал к матери.

Поговорить по душам не удавалось. Во время ужина матушка-блогер снимала Сторис. Потом Вселена Счастливая (в миру Галина Войд) объявила детям и подписчикам: сегодня они будут изгонять бесов, нагло оккупировавших квартиру.

— А все ты! — она шутливо погрозила пальцем младшей дочери, наставляя на нее айфон. Четырнадцатилетняя Алина вздрогнула, точно проткнутая, потом растянула губы в улыбке.

«Надрессировали», — беззлобно подумал Стас.

Улыбка Алины выглядела жалко — губы ее подрагивали, словно она вот-вот заплачет. Не девочка, а бабочка, пришпиленная булавкой — крылышки расправлены, даже шевелятся на сквозняке, а жизни нет. Воплощенная безысходность! Глянешь вот так на Алину — и как начнут ныть зубы, а потом болеть все, что не сбылось в жизни, начиная с мечты полететь в космос в детском саду, а затем проснется экзистенциальный ужас: «Все мы когда-нибудь умрем! А что я сделал для человечества? Вспомнят ли меня потомки?»

— Из-за твоего минорного настроения квартира покрылась болотной тиной, Алюша, — продолжала мама. — «Но в животе у Крокодила Темно, и тесно, и уныло, И в животе у Крокодила рыдает, плачет Бармалей…» Ты не думай, я не упрекаю. Все мы люди! Ничего, это исправимо! — Вселена перевела камеру на себя. — Мои любимки, я не ударилась в мракобесие! Изгнание темных сущностей — это аллегория. Нельзя лелеять в себе негативные мысли, зацикливаться на деструктивных эмоциях, не то они поглотят! Если вас тоже атаковали «бесы», проведите символический ритуал: бейте в бубны и барабаны, веселитесь и выгоняйте их взашей!

— Но мне стремно на душе, — подала голос дочь. — Почему я вечно должна притворяться?

— Сначала ты улыбаешься принужденно, но вскоре начнешь верить, что счастлива, потому что нейронные связи в твоем мозгу изменятся, Алюша! Так что неси барабанчики, ну, африканские, — велела Вселена дочери, а сама продолжила беседу с подписчицами. — Подробнее об уникальных техниках избавления от проблем расскажу на своем марафоне «Обуздай свою судьбу»! Осталось всего несколько мест, любимки. Сейчас, как видите, я делюсь с вами некоторыми методиками безвозмездно! Потому что мне очень хочет вам помочь! Ставьте плюсики в комментариях!

Стас наблюдал за всем этим со скептической ухмылкой. Привлекать и удерживать подписчиков в наше время все сложнее!

Впрочем, Вселена-Галина была эксцентричной женщиной и до того, как стала блогером.

Когда Стас был маленьким, практиковались вылазки к ворожкам, снятие сглаза и порчи, обряды на привлечение денег (закинуть красные трусы на люстру). Только отдаленные деревеньки, только хардкор! Самый яркий пример — когда у отца начались проблемы со здоровьем, матушка где-то достала «волшебные заряженные матрицы»: кружочки из золотистой бумаги, которые надлежало приклеивать к больным местам. Они были призваны лечить своей энергией. Стас никогда не забудет, как матушка разбудила их с батей криком: «Смотрите, матрица перебежала! Я наклеила ее тебе на колено, а она оказалась под ним! Матрица поняла, где болит на самом деле».

Вернулась Алина с двумя маленькими барабанчиками.

— Отлично! Спасибо, дочка! Так, а Стасу тогда дадим погремушку, — распорядилась Вселена. — Или ты хочешь бить в барабан?

— А что, и я должен в этом участвовать? — парень попятился к двери.

У него был свой барабан. В буйной головушке. Он выстукивал слова его девушки: «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено», а потом невидимый садист еще и бил в гонг.

— Конечно! — Вселена шла на сына с айфоном. Глазок камеры превратился в хищный рот. Сейчас укусит Стаса! — У тебя ведь тоже возникли проблемы…

— Мам, я не готов обсуждать их с твоими подписчиками. При всем уважении, — добавил парень, изображая, что снимает перед матерью и ее паствой несуществующую шляпу.

— А жаль! Мы могли бы разобрать твою ситуацию, это помогло бы другим людям, Станислав! Мои любимки удивляются, какие могут быть проблемы у такого симпатичного парня? А хейтеры пишут, что это не в меня.

Когда Стас шел в отчий дом, то был морально готов к тому, что придется прятаться от камеры, как и всегда, но такой навязчивой матушка все же раньше не была. За то время, что они не виделись, Вселена окончательно слилась со своим блогом.

— Что ж, мам, надеюсь, твой метод изгнания бесов поможет мне избавиться от негативных мыслей! — сказал Стас. Поскорее бы покончить с этим балаганом!

Они приступили к ритуалу. Ходили по комнатам, стучали в бубны-барабаны, трещали погремушкой, выкрикивая: «Уходите, бесы!» и хихикая.

Стас вошел в раж, стал паясничать, изображая нетрезвого:

— Напила-а-ася я пьяна! Гоню бе-есов с дива-а-на! — и парень рухнул на диван, как подкошенный, чем повеселил сестру. — Довели-и меня злые сущности до вишневого сада!

Алина прервала вакханалию ударом в барабан, да таким, что тот отлетел к стене. Она расхохоталась, осев на пол.

— Алкогольную зависимость мы не одобряем, — поспешила добавить Вселена, переведя камеру на себя. — Это просто шутка!

— Мы не пьем, только едим, — крикнул Стас, ущипнув себя за складочку на животе.

— Вот видите! Техника помогает! — резюмировала Вселена. — Пользуйтесь, — она еще раз напомнила про свой хваленый марафон. — До следующего включения, любимки мои!

Мама наконец-то выключила айфон.

— Может, попьем чай и поговорим без… посторонних? — предложил Стас.

— У тебя по телефону был такой взволнованный голос!.. — матушка взяла его за руку. — Что случилось, сынок?

От ее ласкового голоса у Стаса что-то дрогнуло внутри, но парень поморщился. Не любил он такие порывы!

— Нужна твоя профессиональная помощь, мам. Вот такой сюрприз ждал меня вчера, когда я пришел с работы, — сказал Стас и протянул Вселене роковую записку, гласившую: «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено».

— Это твоя Мила написала? — у мамы было такое выражение лица, словно на ее очередную трансляцию пришли три человека. — М-да. Не ожидала от нее такого… Она ведь тебя обожала!

— Вот-вот. В голове не укладывается! И ведь ничто не предвещало. Вообще. У нас все было хорошо! Моя невеста не могла уйти к Лехе или к Саше. Нет, только к Рафаэлю!

— А что сама Мила говорит? Ты ей звонил?

— Еще чего! Она даже не сподобилась мне в глаза сказать, что уходит! Не хватало бегать и выспрашивать, чего же Ее Величеству не хватало, чем этот гребаный Рафаэль лучше меня!

— Так. А от меня-то ты чего хочешь, Станислав?

— Вот объясни, ну, как специалист, почему, когда девушка становится для тебя значимой, она предает?

— Значит, ты притягиваешь таких, — сказала матушка.

— Вот чем? Что я не так делаю?

— А на этот вопрос можешь ответить только ты! Коуч не разберется за тебя, только подскажет направление. Ищи причину в себе.

— Я вижу только одну: был слишком хорошим бойфрендом. И деньги приносил, и предложение, блин, сделал! А что в итоге? Когда Мила была мне не нужна, на задних лапках прыгала! «Я буду ждать тебя, Стас», а как проникся… Выходит, чтобы баба тебя уважала, надо ее посылать куда подальше! — разъярился парень.

— Не надо изливать на меня свой негатив! Слово «баба» я не потерплю! Что за мизогиния?

— А как мне выражаться, когда я в запале? Называть предательницу «Ее Сиятельство»?

— И тем не менее! Сбавь тон, Станислав! Только ритуал избавления от негатива провели, нет, ты опять его привносишь! У твоей сестрицы начался пубертатный период. Пляска гормонов, плохое настроение… У меня уже сил не хватает со всем справляться!

— Извини, что побеспокоил! — вздохнул парень и встал из-за стола.

— Зачем ты так, Станислав… Вот что я скажу: Вселенная знает, что для нас лучше. Значит, мудрое мироздание уберегло тебя от неподходящей девушки! «Если невеста ушла к другому, неизвестно, кому больше повезло», помнишь?

— Если уж такая, как Мила, оказывается предательницей… тогда я просто не знаю, кому можно доверять!

— Такое ощущение, что я говорю не с симпатичным молодым человеком двадцати шести лет, а с невзрачной женщиной в тревожных годах, которая жаждет выйти замуж, а вниманием не обласкана! Для тебя никогда не было проблемой найти девушку, Станислав! «Жоржетта, Козетта, Мюзетта…» — запела мама.

Стас недоуменно посмотрел на нее.

— Ну, песня… из того фильма…

— Не смотрел. Да, найти девушку просто… для определенных целей, а вот привязаться у меня получается редко. Теперь точно больше не стану заводить серьезные отношения!

Мама снисходительно улыбнулась:

— Станислав, да ты, оказывается, остался подростком-максималистом в свои двадцать шесть! Нельзя так остро реагировать! Вспомни, какие тяжелые и бедные у нас были времена, когда умер отец!.. Вот это было действительно страшно. Безысходность накрывала. Остальное — пустяки. В то время мне хотелось руки на себя наложить, не скрою. Денег нет, твоя сестра — младенец грудной, меня на работу не берут… Как выяснилось, и такие катастрофы могут быть во благо! Я тогда увлеклась эзотерической психологией и стала лучшей версией себя! Теперь другим людям помогаю. И тебя Вселенная ведет к счастью, Станислав. Не сомневайся!

Повисла пауза.

Стас увяз в сладком, как патока, и вязком, как болотце, месиве мыслепозитивов. Пора было вытаскивать себя за голову, подобно барону Мюнхгаузену:

— Ладно, мам, спасибо за ужин и за чай, пойду я, пожалуй, — он поднялся.

Вошла его младшая сестра.

— Я случайно услышала ваш разговор, — вкрадчиво заговорила Алина, — и вот что скажу: всему виной либо нарциссическое расстройство личности, либо нарциссическая травма.

Парень рассмеялся.

— А что ты угораешь, Стас? Я прочитала много статей и посмотрела кучу роликов. Точно тебе говорю! Нарциссическая травма — это…

— Спасибо за ваше мнение, многомудрый психолог. Ты не поверишь, даже я знаю, что это. Мейнстримная тема.

— Лучше бы ты что-нибудь полезное почитала! Все тебе нарциссы мерещатся, Алька.

— Потому что сейчас время такое, — ответила сестра с философским видом. — Одни нарциссы и травмированные люди! Век зияющей пустоты…

— И травм. Нарциссических, — Стас рассмеялся. Эти философы, познавшие жизнь в двенадцать лет!

— Если правильно мыслить, никакие нарциссы не притянутся! — покачала головой Вселена. — Я вот ни одного не встречала!

— А может, это значит, что нарцисс — ты сама? — ехидно вопросила сестра.

— Семейка остряков-самоучек, смотрите-ка! Я не нарцисс, а роза. Прекрасная царица цветов во всполохах заката!

… Провожая сына до лифта, мама сказала:

— Я вижу, ты разочарован обратной связью, Станислав.

Парень пожал плечами. Он всегда знал, чем закончится его очередная попытка поделиться чем-либо с матушкой. Сам виноват!

— Наверное, ждал, что я тебя приголублю, но не хочу, чтобы ты становился слабым и раскисал. Нельзя! Возьми себя в руки, Станислав! Ты же мужчина!

— Возьму, конечно, а то еще бесы сожрут, — кивнул Стас.

Откровенничать нельзя. Никогда. Ни с кем.

Носить маску балагура — самое правильное решение в его жизни.