Цитаты из книги «Миттельшпиль»

взвесила в руке фигуру великого шахматиста

– Карпы, – объяснила Нелли, отбирая изделие, – это на милицейском языке американцы.

У края доски, занятого черными, стоял небольшой металлический человек, худой, в пиджаке, со втянутыми щеками и падающей на лоб стальной прядью. Он был сантиметров двадцати ростом, но казался странно огромным, а из-за подрагивающего пламени свечей – еще и живым, совершающим какие-то мелкие бессмысленные движения.

Еще можно было успеть в метро, но потом пришлось бы полчаса брести по обледенелому проспекту имени какого-то звероящера

– Эх, береза, – сказала она, – навезли вас в Москву. Да ты хоть знаешь, как мы грины называем? – Как? – покраснев поверх румянца, спросил молодой человек. – Доллары. И мы не герлы никакие, а девушки. Скажи своему командиру, что ваши словари уже десять лет говно.

фрикативно, с малоросским выговором, но очень отчетливо выговаривая слова, спросил: – Эй, герлы, гринов не пихаете?

– Пустота, – ответила Люся, – пьяные матросы какие-то и совки. В «Интурист» пойти, что ли? – Только что оттуда, – ответила девушка. – Там береза сидит, Аньку сегодня опять повязали. Ее кубинский генерал кокаином угостил, так ей, дуре, так стало радостно, что она официанту двадцать долларов сунула на чай. А официант идейный оказался, в Сальвадоре контуженный.

Дорогу наверх преграждал толстый бархатный шнур, перед которым толпились совки

Обычно перед ним топталась очередь минут на пять, но сегодня из-за мороза было пусто и даже плексигласовое оконце было закрыто.