Книга или автор

Отзывы на книги автора Виктор Некрасов

5 отзывов
SvetSofia
SvetSofia
Оценил книгу

Почему эту книгу называют правдой о войне, об окопной войне в городе-герое Сталинграде? Потому что писатель, имея бронь, отправился добровольцем на фронт и сам защищал Сталинград, служа полковым инженером и заместителем командира саперного батальона. Некрасов воевал на самом сложном участке - Мамаевом Кургане. Был награжден орденом "За отвагу".

Итак, вернемся к книге. По отзывам многих именитых писателей, таких как Василь Быков, Константин Симонов, Даниил Гранин, Андрей Платонов, Борис Слуцкий и другие, книгу "В окопах Сталинграда" можно считать как "настоящей правдой о войне".

Повесть написана от лица лейтенанта-сапёра Юрия Керженцева, в биографии которого автор описывает некоторые события из своей реальной жизни. Так что взгляды на войну и на другие события можно считать прямыми взглядами самого автора. Война сводит героя повести с различными персонажами.

Больше всех мне запомнился такой персонаж как интеллигент-математик Фарбер со своими философскими мыслями (роль которого потрясающе исполнил Иннокентий Смоктуновский в фильме "Солдаты"), а также в противовес ему лихой и неунывающий командир разведчиков морской пехоты старшина Чумак. Запал в душу эпизод где Фарбер рассказывает что никогда в жизни не бил людей по лицу, и вряд ли смог бы это сделать... Тем не менее он воюет, защищает свою Родину...

Первоначально кстати книга не прошла рецензию и подверглась жесткой критике... однако, за одну ночь она была пересмотрена и удостоилась высшей награды, - Сталинской премии! Только один человек мог повлиять в то время на такое развитие событий... Видимо ему книга тоже очень сильно понравилась...

Советую всем прочитать в обязательном порядке эту сильную книгу о войне!

korsi
korsi
Оценил книгу

Никто уже не кричит «ура».

Скажу откровенно, что военную прозу я не люблю. Собственно, я её и не читала толком. Но именно потому, что — не понимаю. И даже не хочу делать вид, будто слова «передовая» или там «вторые рубежи» для меня что-то значат. Первая вещь, которая дала мне хоть какое-то представление о войне, — малышовый рассказ Гайдара «Четвёртый блиндаж» — вот это как раз мой уровень.
Но подбираясь уже где-то к середине книги Некрасова, я вдруг оказалась в окопе. Впереди — серая обглоданная земля, ожесточённо частит пулемёт, плечо немеет от толчков отдачи, тонкие противные струйки пота щекочут шею и подмышками, нас четверо, мы в кольце, свистят снаряды, от гильз некуда ступить, патроны кончаются, надо держаться.
Это было так неожиданно и непривычно, что я даже испугалась и оторвалась от книжки. И моментально поняла, что значит словосочетание «окопная правда». Это когда вспорото тело родной земли, а ты сидишь в самой ране, прижимаешься грудью к стылой земляной груди, и после каждого разрыва тебе за шиворот сыплются влажные комки земляной плоти.
В этот момент ты едва ли думаешь о родине или Сталине или скрытой теплоте патриотизма; мысль успевает охватить разве только этих троих, что с тобой плечом к плечу, такие разные и сложные, настоящие души, охваченные сейчас борьбой за одну на всех жизнь. А жизнь ускользает каждую минуту, как песок сквозь пальцы: несколько часов назад ты собирался хлопнуть рюмочку по случаю дня рождения, или поговорить по душам вон с тем хорошим застенчивым хлопцем, или просто снять сапоги уже наконец, но не прекращается кровавая пахота, и всё, всё снова и снова откладывается на потом. Даст бог, будем живы.
И после того, как эта самая окопная правда забивалась тебе в сапоги и хрустела на зубах, ты уже не можешь спокойно смотреть в пустые глаза тупого и самоуверенного капитана, который заседает в двухэтажном дворце-блиндаже с ампирным зеркалом на обшитой панелями стенке, и единственный солдат, которого он знает, — это сферический солдат в вакууме, пушечного мяса кусок, который обязан любой приказ брать под козырёк и не думая бросаться с голой грудью на вражеские пулемёты с криком «ура». А если он хотя бы не кричит «ура» — значит, трус и предатель.
Война не терпит полутонов, она жёстко делит людей на своих и чужих, но национальность не имеет к этому никакого отношения. Страшен разъярённый командир, потрясающий пистолетом, марш в атаку или я тебя сам пристрелю, и совсем не страшен худосочный пленный фашист, который вежливо подносит прикурить, битте камрад.
Мы говорим, что на войне так страшно. Мы ничего не знаем о войне.

red_star
red_star
Оценил книгу

Я знаю, что воспрянули недаром
сердца в чаду коричневого ада:
взошло созвездье красных командармов
на грозном небосводе
Сталинграда.

И суждено надежде распуститься,
раскрывшись, как цветок в объятьях сада.
Написана великая страница
штыками и рассветом
Сталинграда.

Пабло Неруда, "Новая песнь любви Сталиграду", 1943

Интеллигентский взгляд на войну. Не могу отделаться от желания сравнивать эту повесть Некрасова с главами из романа Шолохова. Да простится мне это сравнение, но это ужасно похоже на разницу подходов к коренным народам у Арсеньева и Федосеева – оба писали про сибирских жителей, но один отстраненно, со стороны, а другой рядом, наравне. Так и Некрасов – его герой офицер и со стороны, а у Шолохова герои как раз рядовые бойцы.

При этом простые люди в книге есть, не могут не быть. Но они, если честно, картонные. И Седых, и Валега что твой Платон Каратаев – символизируют народ своей простотой, широтой души, малограмотностью и при этом определенной живостью ума.

Сама фактура книги другая. Герой вспоминает город, город глазами студента и мальчишки из интеллигентной среды. Довоенный Киев конца 20-х, с огромным количеством иностранных немых фильмов в прокате, с кинотеатрами, специализирующимися на арт-хаусе того времени или на ковбойских фильмах.

Но можно предположить, почему эта книга понравилась Сталину. Автор нашел крайне уместный для военный прозы синтаксис. Повествование почти все время идет в настоящем времени, фразы короткие, рубленные, отлично передающие напряжение момента. Герои даже говорят также, быстро, односложно. Лирических отступлений минимум, события накатывают на героя, вертят его, опрокидывают, переносят с места на место.

Книга забрасывает читателя в водоворот сразу, с первых страниц – мы оказываемся втянуты в гигантское отступление летом 1942 после неудачного удара на Харьков. Автор хорошо подает географию. Я читал не отрываясь от карты, стараясь найти и сопоставить между собой Купянск, Булацеловку, Вешенскую и многие другие населенные пункты (на Украине много уже и переименовано, а с нашей стороны границы почти все осталось также, как в 1942). Герои оказываются подхваченными потоком, который выплескивает их на берег уже в Сталинграде, где их шокирует почти еще мирная жизнь. Действующие лица «Они сражались за Родину» остались чуть севернее, а подробнее о них мы так и не узнали.

Автор точен и подробен в деталях. Я почему-то люблю эти канувшие приметы той жизни. Офицеры берут в библиотеке дореволюционные журналы – «Ниву» и «Аполлон». Мне стало интересно, что такое дневная фотобумага и метлахская плитка. Про Hutte я вроде что-то слышал, но в контекст не ставил. И я как-то не задумывался, что Черчилль прилетал в Москву в самый разгар летнего наступления фашистов.

Но потом все это обрывается самой Сталинградской обороной. Детали и красивовсти стираются, остается голая окопная правда. Дурацкое сравнение, но это действительно как шутер от первого лица – сражения за каждый клочок, за насыпь, за будку, за основание трубы, за гору металлолома. Все жестко, жестоко и предельно четко. Кровь, кровь и еще раз кровь. Ошибки, приводящие к ненужным потерям, маленькие хитрости, господство вражеской авиации, наша артиллерия с того берега, и опять кровь и кровь. Наши при этом стараются остаться людьми – бритье иногда, куски художественных книг (любопытно, что герои книги будущего лауреата Сталинской премии читают в землянках книгу другого лауреата Сталинской премии про оборону Севастополя в Крымскую войну – «Севастопольскую страду» Сергеева-Ценского).

Автор неоднократно, но аккуратно славит Сталина. Это и портреты, которые наши помещают в своих землянках, и прочувственный диалог о том, как ему, наверное, тяжело держать весь фронт, думать о каждом участке. Я любопытства ради посмотрел несколько отзывов об этой книге на сайте и сильно удивился - люди пишут, что Сталина в книге нет, как и советского патриотизма. Люди такие люди - то, что потом автор эмигрировал, совсем не означает, что в 1945 он не писал вполне правоверные вещи. Ох уж этот синдром поиска фиги в кармане. Текст - упрямая вещь, вот он, перед вами, все идеологические маркеры на месте, только сделано это аккуратно и точно, так что и самому Сталину понравилось (судя по книгам, получавшим премию его имени, любил он как раз вещи неплакатные, сложные, противоречивые).

Финал существует в двух вариантах. Автор хотел написать три части, но ему предложили напечатать книгу, когда были готовы первые две. Поэтому есть скомканный, но вполне достоверный финал, а также есть и набросок третей части. Любопытно, но, пожалуй, книга должна остаться такой, какой вышла в печать.

MessamoreMosasaur
MessamoreMosasaur
Оценил книгу

События, описываемые в этой повести, происходят с июля 1942 года по февраль 1943 года во время боевых действий. Повествование ведётся от лица лейтенанта Юрия Керженцева, честно и правдиво описывающего страшные дни, которые пережила наша великая страна.
Рассказчик говорит о том, что люди в стрессовых ситуациях ведут себя по-разному. В армии были трусы, но храбрые ребята тоже были и даже в большинстве. Художественная книга о войне, написанная очевидцем войны в самом страшном её проявлении.
Не зря эту книгу хвалили современники, потому что она вскрыла сущность тех событий. Повесть небольшая по объёму, но такая насыщенная и сильная, что я не смогла прочитать её в два присеста. Советские бойцы так самоотверженно и жестоко боролись, отвоёвывали каждый метр своей земли у фашистов.
Керженцев вёл себя как настоящий герой. Я читала и гордилась за весь русский ( не только русский, но и советский) народ.
Я где-то читала, что эта повесть пользовалась невероятной популярностью сразу же после публикации, неоднократно переиздавалась, но после экземпляры изымались из библиотек и магазинов только потому, что власть вдруг усмотрела в Некрасове следы антисоветчины.
Повесть «В окопах Сталинграда» должна быть прочитана всеми, кто понимает значимость истории и памяти в жизни человека.
Ещё я посмотрела фильм «Солдаты», снятый по мотивам повести «В окопах Сталинграда». Тоже произвёл должное впечатление. Иннокентий Смоктуновский справился со своей ролью на все 100%. Но книга мне понравилась чуть больше. Короче говоря, рекомендую к прочтению.

serovad
serovad
Оценил книгу
Нескладно что-то у меня выходит… По-газетному как-то… Но вы понимаете меня, правда? Так вот… Странный мой тост будет… Обычно говорят — дай бог нам встретиться следующий раз в этой же компании. А я вот наоборот… Я хочу выпить за то, чтоб первый Новый год после войны каждый встречал у себя дома, со своей семьей, со своими друзьями и чтоб… Ну, вот и все… Давайте выпьем… И чтоб скорей этот год пришел…

Ну вот какую ещё цитату актуальнее привести сейчас, за неделю до нового года? И как не сказать - слава тебе, Господи, что сейчас актуален именно Новый год, а не война.

Окопная правда тоже ведь разной бывает. Разных сортов, что-ли. С примесями. Вот тут мне показалось, что "В окопах Сталинграда" - из разряда первосортных. По-минимуму идеологии и пропаганды, и много чувств. И контрасты. Целый Сталинград - разрушенный Сталинград. Штурмуемая сопка - взятая сопка. Живой солдат - мёртвый солдат. Всё очень просто. Иногда даже слишком просто. А такие книги и надо просто писать - простыми словами. Потому как стоит только добавить чего-то героического, как сразу окопная правда начинает отдавать искусственностью.

Просто как-то это все здесь, на фронте. Был вчера — сегодня нет. А завтра, может, и тебя не будет. И так же глухо будет падать земля на крышку твоего гроба. А может, и гроба не будет, а занесет тебя снегом и будешь лежать, уткнувшись лицом в землю, пока война не кончится.

Ну и вот ещё:

На войне узнаешь людей по-настоящему. Мне теперь это ясно. Она — как лакмусовая бумажка, как проявитель какой-то особенный. Валега вот читает по складам, в делении путается, не знает, сколько семью восемь, и спроси его, что такое социализм или родина, он, ей-богу ж, толком не объяснит: слишком для него трудно определяемые словами понятия. Но за эту родину — за меня, Игоря, за товарищей своих по полку, за свою покосившуюся хибарку где-то на Алтае — он будет драться до последнего патрона. А кончатся патроны кулаками, зубами… вот это и есть русский человек. Сидя в окопах, он будет больше старшину ругать, чем немцев, а дойдет до дела — покажет себя. А делить, умножать и читать не по складам всегда научится, было б время и желание…

А всё потому, что главным объектом для описания Некрасов выбрал человека. Точнее людей. Много людей. И все разные. Описывай штурмы, атаки, выстрелы - ничего не скажешь о войне. Описывай людей - и скажешь всё. Беспроигрышный вариант.