КРИТИЧЕСКИЙ

АНАЛИЗ

ПУСТОТЫ

ЭССЕ

Виктор Коротенко

t.me/assay_null

Санкт-Петербург 2026 г.

Часть 1 Механизм сознания

Часть 2 Пустота

Часть 3 Единственное существо

Часть 4 Концепция чувства вины

Часть 5 Очередь во вселенную

Часть 1 Механизм сознания

Я есть Бог, который создал вселенную. Я есть Бог, который создал свет и тьму. Я есть Бог, который создал всё. Это слова, сказанные всерьёз, принадлежат одержимому, параноидному шизофренику в момент острого психотического эпизода. Может ли это утверждение быть мыслью человека, находящегося в здравом уме и твёрдой памяти? Определённо да, и это абсолютно логично. Но здесь необходимо сказать откровенно, что данное умозаключение невозможно без использования логики, выходящей за рамки собственного опыта, при использовании которой мы попадаем в классическую ловушку разума. Как определил Иммануил Кант: 'Разум имеет врождённое стремление к безусловному (Идеям), но применяет правила логики опыта (категории рассудка) к тому, что опытом не дано, создавая ложные суждения'. Трансцендентальную диалектику (т. е. диалектику, выходящую за рамки собственного опыта) Кант называет 'логикой иллюзий', потому что она изучает не истину, а то, как мы обманываемся, пытаясь мыслить основные трансцендентальные идеи о душе, о мире в целом, о Боге. Применение разума к космологическим идеям порождает неразрешимые противоречия — абсолютное согласие с уважаемым философом. Необходимо отметить лишь одно: данное умозаключение: 'Я есть Бог', в контексте нижеизложенного текста, является интерпретацией субъективного переживания, одновременно выходящего за рамки собственного опыта, о чём будет поведано во второй части всего размышления. Давайте обозначим ответ на вопрос: 'Может ли это утверждение быть мыслью человека, находящегося в здравом уме и твёрдой памяти?' как неизвестный параметр общей композиции, который необходимо определить в процессе дальнейшего аналитического поиска посредством ответов на второстепенные вопросы в качестве выяснения составных элементов основного параметра. И даже если в конечном итоге определяющее суждение будет являться полным заблуждением, то, по выражению самого Иммануила Канта: 'ошибочное суждение тем не менее может служить условием познания истины'.

Чтобы рассмотреть сознание человека как механизм, сначала необходимо определить, что такое сознание. Но прежде проясним для себя, чем между собой отличаются такие фундаментальные определения, как: сознание, душа, дух, психика, разум, ум, рассудок? Значение этих слов происходит из разных областей знаний и сильно зависит от контекста. Под одним и тем же понятием можно подразумевать все данные определения, также как и под абсолютно разными понятиями, поэтому в своих рассуждениях мы будем отмечать, что конкретно имеется в виду под определением. Также обозначим, что некоторые существующие определения не до конца объясняют смысл своих понятий, поэтому в таких ситуациях мы будем стараться полностью объяснить их смысл и при необходимости заново формулировать рассматриваемое определение. Например, не совсем понятно из существующего определения, что такое 'психика'? Изначально, в переводе с греческого, 'психика' означает 'душа', а современная психология даёт только физиологическое определение данному понятию, такое как: 'способность мозга получать информацию об окружающей действительности'... Мы сейчас не утверждаем, существует душа или нет в контексте общепринятого понятия, но два этих определения дают совершенно разный смысл, поэтому основной смысл остаётся не до конца ясным.

У человека есть чувства и разум (рассудок, ум). То, что мы чувствуем, и то, чем мы думаем. Здоровый физически человек может испытывать различные чувства. Органы восприятия называются органами чувств. Мы можем почувствовать запах, вкус или почувствовать своей кожей, например, прикосновение или физическую боль, которая выступает в качестве важного защитного механизма организма. Мы можем почувствовать физическое состояние своего организма, например усталость. Почувствовать проявление сложных инстинктов через эмоциональные реакции, например страх или гнев. Мы можем переживать глубокие чувства, например любовь или чувство вины. Чем глубокие чувства отличаются от инстинктов? Если чувства внутри, то внутри это где? Чем эмоции отличаются от чувства? Из общего определения понятий о чувстве и эмоции: эмоции — это кратковременные интенсивные реакции на конкретные события, а чувства — это более глубокие и долговременные переживания. Если не учитывать из данного определения продолжительность этих двух явлений (чувство и эмоция), то, по сути, в таком контексте эти определения — синонимы, где само переживание чувства также является своего рода реакцией. Но давайте определим основную разницу. Существуют устойчивые понятия, такие как: 'эмоциональная реакция' и 'подавленные эмоции', например. Любые переживания человека можно назвать чувствами. Эмоция — это обязательная, проявленная во внешнем мире человека реакция на чувство, как нечто экспрессивное в любой степени по интенсивности и продолжительности. Эмоция — это только реакция во внешнем мире человека, самовыражение переживаемого чувства, которое сопровождается максимальным по интенсивности переживанием этого чувства посредством выражения самих эмоций. Эмоциональная реакция усиливает переживаемое чувство, но без проявления эмоций чувство может переживаться также максимально глубоко. Под чувством можно понимать реакцию в виде переживания во внутреннем мире человека на любое происходящее событие или явление. Если чувство неизбежно, то эмоция не обязательна, в этом смысле оба этих феномена можно рассмотреть по отдельности. Однако нужно отметить существование непроизвольных эмоциональных реакций внутри тела, таких как, например, учащение сердцебиения, повышение давления и т. п., которые могут быть также не проявлены внешними эмоциями, поэтому физическое тело человека можно рассмотреть как границу между внутренним и внешним миром.

Часто бывает так, что привычные эмоциональные реакции выражаются автоматически, естественно, без предварительных обдумываний. Но если у человека подавлены эмоции, например из-за чрезмерной строгости родителей или любой формы насилия в детстве, то что происходит со способностью переживать чувства? Подавленность эмоций не может отменить способность испытывать чувства. Отсутствие реакции на раздражитель не отменяет действия раздражителя при существовании раздражителя как явления. Если я сделаю вид, что не заметил, как мне наступили на ногу, это не отменит неловкую ситуацию, если я схвачусь за горячую ручку сковороды и испытаю чувство боли, то мои эмоции могут меня опередить. При чувстве ужаса и страха, но при особом устремлении, натренированности ума я могу не проявлять никаких эмоций в случае необходимости, например чтобы не поддаться панике, или при чувстве гнева, чтобы не травмировать ребёнка. Также при особой натренированности человек способен контролировать непроизвольные эмоциональные реакции внутри тела, проявлять хладнокровие, как, например, хирурги, сапёры и т. д. Переживания глубокого, сложного и продолжительного чувства, например любви, могут сопровождаться многочисленным каскадом различных эмоций. Уметь проявлять свои эмоции, также как и контролировать их, — это безусловно важно для социального взаимодействия.

А если рассмотреть физически не здорового человека? У него не работает один из органов чувств, например зрение. Можно представить, как человек испытывает страдания, чувство неполноценности и другие глубокие чувства, вызванные последствиями отсутствия возможности использовать все органы чувств. В этом случае человек испытывает чувства в процессе осознания своим умом положения вещей, а также испытывает физиологическое чувство самого отсутствия восприятия. А если у человека психическое расстройство? Вероятно, он будет переживать на себе чувства изменённого психического восприятия. Например, параноидный шизофреник, в силу своего психического расстройства, может быть эмоционально холоден и равнодушен. В этом случае эмоции изначально, вероятно, сильно подавлены ещё до проявления болезни, кроме того шизофреник в период осложнения психического состояния, видимо, испытывает очень сложные, поглощающие чувства, при которых весь фокус внимания остаётся внутри переживания данных чувств, и при этом внешне он продолжает быть безразличным к происходящему. Сверхинтенсивность и длительность этих сложных чувств могут приводить к глубокому эмоциональному выгоранию в условиях происходящего психического расстройства. В определённых случаях шизофрении это обратимый процесс за счёт медикаментозного купирования психотического эпизода и восстановления полноценного мышления за счёт нейропластичности самого мозга, потому что происхождение данной болезни основано не на результате грубого, структурного повреждения головного мозга, например как при физической травме, а является результатом изменения его нейрохимических реакций. Хотя и отмечаются некоторые изначальные, структурные отклонения, которые становятся наиболее заметными после проявления болезни, но не влияющие на полноценную деятельность мозга до проявления болезни. Необходимо отметить, что, несмотря на существование этих изначальных, структурных отклонений, они не дают возможности заранее определить данное заболевание. При восстановлении нейрохимических реакций 'сложные' чувства могут утихнуть, вернётся возможность испытывать и выражать чувства в стандартном режиме.

С какими чувствами можно сравнить сложные чувства шизофреника? Отчасти, некоторые моменты болезни можно сравнить с чувствами человека, испытавшего изменённое состояние сознания (разума), т. е. с глубоким психоделическим, травмирующим чувством при потере контроля над реальностью, проходящей в состоянии сильной тревоги и паники. Можно сказать, что человек, испытывающий изменённое состояние сознания (разума), будет находиться в состоянии агонии, а шизофреник, на стадии безразличия к внешнему миру, — в состоянии постагонии. Нейрохирургическая операция, проводившаяся для лечения психических расстройств, в том числе параноидной шизофрении, в середине XX века, называлась лейкотомия (лоботомия) и заключалась в рассечении нервных волокон в лобных долях головного мозга, что приводило к серьёзным изменениям личности. Помимо снижения интеллекта происходило эмоциональное уплощение, в данном случае основанное на структурных повреждениях мозга (синдром лобной доли). Пациенты становились инвалидами в мире чувств, они могли улыбаться или плакать, но эти реакции были поверхностными, чувства становились скудными и плоскими. Нарушалась способность испытывать глубокие чувства, в результате чего пропадала мотивация и интерес к жизни. Сохранялись базовые примитивные реакции — испуг от громкого звука, раздражение от физического дискомфорта, удовольствие от еды или секса, потому что другие центры нервной системы оставались нетронутыми. Человек в таком изменённом состоянии мог испытывать только неглубокие чувства боли, страха, удовольствия, чувство абулии (отсутствия воли) и т. п. Но кроме того, в условиях снижения интеллекта и психического расстройства после такого хирургического вмешательства человек погружался в апатию, но не как в глубокую печаль, а как в эмоциональную пустоту из-за повреждения самой физиологической системы. И вместе с тем наблюдается то, что при снижении интеллекта не исчезает полностью остаточно уцелевшая рефлексия и память. Можно сказать, что смутное осознание утраты способности испытывать глубокие чувства и отсутствие возможности пережить и исправить данное состояние порождают чувство апатии, но не просто как чувство животного спокойствия, а как глубокое чувство страдания при отсутствии самой физиологической возможности испытывать глубокие чувства. Такая парадоксальность основана на неполноте разрушения личности, на сохранении искалеченной, остаточной способности самоосознания и памяти.

А что с физически здоровым человеком, переживающим чувство равнодушия или экзистенциальной пустоты? Эти переживания являются чувствами, но не их отсутствием. А если представить человека без сознания, который ничего не чувствует в данный момент? Если организм (мозг) остаётся жив, невозможно сказать, что человек абсолютно ничего не переживает; безусловно, его внимание исчезнет и появится без самого ожидания, чтобы прийти в чувства, но можно сказать, что человек переживает состояние своего ума, находящегося без сознания. Человек может испытывать различные чувства посредством использования своего ума в процессе познания окружающего мира и самопознания: от простых физических чувств и инстинктов до сложных глубоких чувств. Чувственность — это способность переживать, испытывать, ощущать различные чувства. Различные чувства — это любые чувства по природе своего происхождения. Можно сказать, что человеческое сознание как механизм состоит из двух феноменов — это чувственность и ум, при использовании которого мы осуществляем чувственность. Что значит «любые чувства»? Чем ограничена чувственность — возможностью восприятия мозга и нервной системы?

Прежде чем завершить рассуждения о чувствах, давайте ответим на вопрос: что такое ум (разум, рассудок)? Это то же самое, что мозг? Чтобы ответить на вопрос 'что такое ум', рассмотрим две различные человеческие точки зрения на собственную смерть. Первая точка зрения предполагает, что материя первична. Мозг является источником сознания, которое отражает физиологические процессы, но не влияет на них, т. е. сознание — это эпифеномен. Человеческая личность сформирована полностью мозгом, мозг — это сложное устройство, и при этом является материей. Любая материя имеет начало и конец своего существования — определим данную точку зрения как 'концепцию материалистического взгляда'. Вторая точка зрения предполагает, что первично сознание (душа), материя вторична. Мозг не является источником сознания (души). Человеческая личность сформирована не только мозгом, но и сознанием (душой). Мозг — это сложное устройство, и при этом является материей (имеет начало и конец своего существования). Сознание (душа) влияет на физиологические процессы, не обладает какой-либо формой материи и не имеет начала и конца своего существования — определим эту точку зрения как 'концепцию нематериалистического взгляда'.

Рассмотрим дальнейшие рассуждения на этот вопрос одновременно в двух заданных концепциях, подразумевая под этим лишь то, что во многих основополагающих аспектах они не обязательно являются взаимоисключающими понятиями и обе эти концепции могут существовать одновременно. Сложно отрицать, что мозг формирует нашу личность. Нейронные связи, серое вещество, память, генетика, инстинкты, гормоны, органы чувств и т. д. Сложно не согласиться, что со смертью мозга умирает всё, что формируется посредством мозга. Значит, исчезает и личность? Допустим, мозг — это не всё, что формирует наш ум, и существует некое сознание (душа), обладающее нематериальной формой, но тогда как душа думает после смерти мозга?

Давайте для начала определим, что в этом случае мы будем называть психикой, которую упоминали в вышеперечисленных примерах с психическими расстройствами. Если мозг — это не всё, что формирует наш ум, тогда под психикой можно понимать способность сознания (души) в физическом мире получать информацию об окружающей действительности посредством мозга (в том числе спинного мозга и ЦНС). По сути, это связь сознания (души), обладающего нематериальной формой, и мозга, обладающего материальной формой существования. Любое нарушение структуры материи мозга (в том числе нарушение процессов) приводит к нарушению такой связи и неправильной работе сознания (души); если выражаться корректнее, — к неправильной работе ума как составной части механизма сознания, потому что чувственность нашего сознания обладает чистой способностью переживать любую, в том числе искажённую, неправильную работу ума при нарушении материальной, структурной связи, т. е. психики.

'Я не верю в реинкарнацию' — так сказал мне однажды мой друг. Из общих поверхностных понятий реинкарнация — это переселение некой вечной души после смерти из одного тела в другое. Меня всегда озадачивало в этом определении два момента. Во-первых, под душой здесь можно подразумевать личность, собственное эго, которое после смерти как бы переселяется в новое тело, в новую, чистую физическую память. Во-вторых, под процессом переселения души здесь можно подразумевать некое отделение души от тела. Давайте вначале подробнее рассмотрим второй момент. Обычно визуальное представление себя после смерти происходит с полным отождествлением своей личности при жизни, т. е. с такими же нарративами, парадигмами, паттернами поведения, с теми же страхами и болью, с размышлениями на своём родном языке. Проблема в том, что представить себя отдельно от мозга можно попытаться лишь посредством самого мозга, и мы часто получаем представление себя после смерти как отделившуюся от тела душу.

Немного посмотрим на формирование культурного представления об отделившейся душе от тела. Изначально слово ‘душа’ в славянском языке, как и во многих других, в том числе в древнегреческом, произошло от слова ‘дыхание’. В славянских языках ‘душа’ и ‘дух’ напрямую родственны слову ‘дышать’. Считалось, что человек при своей смерти с последним выдохом покидает тело в виде невидимой энергии, подобной воздуху, — ‘испустить дух’. Платон рассматривал душу в качестве бессмертной и нематериальной сущности, которая временно заключена в теле (тело — гробница души). Он считал, что душа существовала в мире идей до рождения и вернётся туда после смерти. У Аристотеля подход был более биологическим. В трактате ‘О душе’ он определил её как способность организации живого тела. Для него душа и тело неразрывны, как способность видеть неразрывна с глазом.