Дисклеймер

Внимание: только для читателей старше 18 лет!

Это история не о спасении, а о том, что случается, когда любовь приходит слишком поздно и слишком не вовремя.

Герои здесь не идеальны. Он — хищник, который не умеет просить и не умеет отпускать. Она — девушка, которая однажды сделала выбор и теперь не может себя за него простить.

В тексте есть откровенные сцены, жестокость, манипуляции и поступки, за которые героям придётся отвечать. Любовь здесь рождается не из нежности, а из боли. Из ошибок. Из чувства, которое оба пытаются отрицать.

Если вы готовы к истории, где страсть граничит с отчаянием, а выбор часто оказывается между «простить» и «убить», — добро пожаловать.

Пролог. Руслан

— У меня тут всё самое лучшее, Руслан. Взгляни только, какие красотки, — стараясь не выдать своего напряжения, произнёс Андрей и взмахом руки указал на расположенную неподалёку сцену.

— Я пришёл не на девок глазеть! — рявкнул я, но на извивающуюся на сцене танцовщицу всё же посмотрел.

Высокая. Идеально сложенная. Чёрный латексный костюм плотно обтягивал гибкое тело, отчётливо выделяя все достоинства фигуры. Длинные стройные ноги, аппетитная задница и сиськи третьего размера. Тёмно-каштановые волосы поблёскивали в свете софитов и колыхались в такт плавным движениям девушки.

Маска кошечки не скрывала лишь покрытые ярко-красной помадой губы, но и этого было достаточно, чтобы предположить: девчонка хороша собой.

Прекрасный экземпляр, но не эксклюзив. В ночном клубе с такими ценами вряд ли встретишь стриптизёршу с лишними килограммами и отсутствием гибкости. Мордашки разные, а содержание одинаковое.

— Мы же вроде решили все наши разногласия, — нервно произнёс уже бывший хозяин клуба, и я тут же потерял к Кошечке интерес, переведя взгляд на Андрея.

Мужик продолжал трепыхаться и не понимал, что всё уже решено. А я смаковал победу, наслаждаясь каждой эмоцией своего конкурента.

— Разве? — уточнил и откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу.

— Ну зачем нам враждовать, Руслан? Мы же в прошлом порешали, что ты не лезешь в мой бизнес, а я не лезу в твой, — проблеял Шакалов, уже источая неприятную вонь от страха.

— Это было до того момента, как ты, Шакал, забрал мой товар, а потом отказался за него платить, — протянул я лениво, наблюдая за тем, как на сцене появилась уже другая танцовщица, теперь в маске зайца, тело которой в отличие от предыдущей было скрыто лишь стрингами.

— Это клевета! Я не причастен…

— Заткнись! Я дал тебе ровно две недели, чтобы ты возместил убытки. Время вышло, — махнул рукой, и мой помощник подскочил к столу, выкладывая перед Шакаловым документы на подпись. — Я забираю клуб. Это, конечно, всего лишь формальность, но советую подписать всё быстро и без лишних визгов.

— Но… — красное лицо собеседника стало мокрым от пота, потому что он знал: будет так, как я сказал.

— Подписывай и выметайся! — рыкнул и стукнул кулаком по столу.

Шакалов дрожащими пальцами вынул из кармана пиджака ручку и поставил свою закорючку на бумаге.

Ну вот и славненько…

Андрея быстро подхватили под руки и потащили в сторону выхода. Охрана ринулась к нему на помощь, но и они вскоре оказались за пределами клуба.

Со временем я планировал полностью поменять персонал, вплоть до уборщицы, потому что не хотел сюрпризов.

Шакал, без всякого сомнения, отойдёт от шока и захочет отомстить. У него помимо клуба есть откуда получать прибыль, но это пока. Не перестанет мелькать на моём пути — потеряет всё, в том числе и жизнь.

Ещё немного посидел в зале и внимательно осмотрелся. Да уж… Распустил подчинённых Шакал. Официантки, не стесняясь, подторговывали колёсами, а стриптизёрши — собой.

Охранники вместо того, чтобы следить за поведением посетителей, пялились на сцену, а бармен, без всякого сомнения, буторил напитки, набивая собственный карман.

Выдохнул и поднялся на ноги, чтобы наконец избавить свои уши от басов ритмичной музыки, а нос — от неприятной смеси запахов. Всё, что нужно, я уже увидел и сделал необходимые выводы. Осталось лишь забрать нужные мне документы из сейфа и покинуть это злачное место.

В коридоре по пути в кабинет неожиданно наткнулся на уже знакомую маску кошечки, которая валялась на полу. Не знаю почему, но это показалось мне странным.

Подхватил брошенную часть костюма двумя пальцами, поднёс к лицу и принюхался. Помимо резкого запаха латекса и краски обоняние уловило лёгкий аромат ванили и молочного шоколада.

Данное сочетание взбудоражило разум и ускорило бег крови по венам, предварительно в разы увеличив температуру. Из груди тут же раздалось довольное урчание, будто зверюга внутри получил долгожданное лакомство.

Происходящее мне совсем не понравилось, и я поспешил отшвырнуть маску прочь. Не стоило питать пустых надежд на счёт того, что мой искалеченный кошак вопреки диагнозу всё-таки сумел распознать аромат истинной пары.

Подобного просто не могло быть, я знал это и давно смирился с тем, что до конца своей жизни буду одинок. Естественно, вокруг меня вьётся достаточно представительниц женского пола, и недотрахом я не страдаю, но, несмотря на всё это, внутри пусто.

Такова уж сущность оборотней: по-настоящему счастливыми они могут себя ощущать лишь обретя вторую половинку. А меня подобной участи лишили навсегда. Родной отец искалечил меня и моего зверя, заставил на собственной шкуре ощутить, что такое боль потери и пустота в душе от предательства.

Встряхнул головой, прогоняя нахлынувшие воспоминания, и собрался уже пойти дальше, но звонкий визг, доносящийся откуда-то справа, заставил изменить направление. Не раздумывая, бросился на помощь.

Завернув за угол, я уже отчётливо уловил пленительный аромат молочного шоколада, а ещё запах возбуждения и перегара минимум двоих мужчин. Одним ударом ноги выбил дверь и ввалился в тесное душное пространство подсобного помещения.

Первое, что я увидел, — это большие, наполненные ужасом карие глаза девчонки, которую двое придурков прижали к стене и уже успели стащить с плеч костюм, оголив красивую грудь.

Даже в темноте я без труда смог разглядеть синие следы от пальцев, оставленные на светлой нежной коже. Зверюга внутри неприятно заворочался и попытался выбраться наружу, но я вовремя опомнился, и выступившая кое-где шерсть исчезла, возвращая мне человеческий облик.

Однако желание разорвать в клочья двух ублюдков никуда не делось, и из груди раздался предупреждающий рык:

— Грррабли от неё убрррали!