Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Эпилог

Добавить в мои книги
3 уже добавили
Оценка читателей
4.2
Написать рецензию
  • countymayo
    countymayo
    Оценка:
    39

    Свершилось! В серии "Классика в вузе" наряду с Пелевиным, Толстой и Франсуазой Саган вышли-таки мемуары Вениамина Каверина. Вышли - и вошли. Вошли в сознание, воспитанное "Двумя капитанами", "Верлиокой" и сказками города Немухина, и плотно, радостно поселились в нём с первой же главы. Глава называется "Засада", но почему-то на память назойливо лезет "мышеловка" из "Трёх мушкетёров". Вот в такую же мышеловку превратили господа чекисты квартиру Юрия Тынянова и его жены Елены (сестры Каверина, заметьте), чтобы поймать третьего литератора - Виктора Шкловского. При начале операции в квартире было пятеро плюс кошка. При окончании - двадцать три человека, в их числе почтальон, нищий, собиравший на церковь, и бурная еврейская дама, которая забыла выключить примус... И кошка. Кончилось всё, как ни странно, благополучно.

    - Ну вот что, я снимаю засаду. А ты знаешь, кого мы у тебя искали?
    - Я с вами на брудершафт не пил, - ответил Юрий. Комиссар поморгал: очевидно, слово "Брудершафт" слегка его отрезвило.
    - Я гимназии не кончал, - покачнувшись, возразил он.
    - Очень жаль, - отозвался Юрий.

    Вот так "Эпилог" и воспринимается - доля весёлого, водевильного сумбура, доля остроумия, доля интеллигентского критицизма ["Очень жаль!"], доля немухинского бытового волшебства, доля скорби по ушедшим - и надо всеми этими долями тягостная масса, концентрированное тревожное ожидание. Каково это - более тридцати лет провести под грозовыми тучами? Нет, никого из близких, по счастью, не убило молнией. День прожит, и слава Богу. Под тучами гуляли, влюблялись, слушали оперу, ходили в гости и рожали детей. Любовь к ребенку — ведь это же ничего. Это можно. А, кроме того, гостеприимство — это ведь тоже вполне можно. Зачем же вы смотрите на меня так страшно? (Закрывает лицо руками.) [Евгений Шварц. Дракон.]
    Потому что это невыносимо читать. Не страшно - Каверин никого не запугивает. Не тошно - Каверин никого не судит. А не-вы-но-си-мо. Как вешался Тынянов, а жена вытащила его из петли, и у него потом был смущённо-виноватый вид, а у неё смущённо-негодующий. Как мой любимый филолог Наум Берковский планомерно довёл до самоубийства моего любимого писателя Л. Добычина. Как сам Каверин носил на Лубянку ходатайство за своего брата Льва, которого обвиняли в отравлении колодцев, и курьерша, забравшая ходатайство, была в штатском и беременная на сносях. Беременная на сносях женщина, вызывающая невыдуманный мистический ужас.
    О чём он, "Эпилог"? По мнению самого автора - о теневой стороне нашей литературы. Мне эта сторона кажется по-своему светлой. Талант есть талант, даже если его губят или он сам губит себя, продаваясь за чечевичную похлёбку почестей и материальных благ. Талант есть свет?
    И да, дорогие единомышленники, - сколько же всего я не читала! Ничего практически. После "Эпилога" хочется познакомиться со всеми, кто в нём упомянут: прочесть и Лунца, и Эрдмана, и Вс. Иванова, и Шкловского, и Вагинова, и Лидию Чуковскую, и Елизавету Полонскую, и даже Тихонова, Федина и Фадеева, нарисованных, прямо скажем, нелицеприятно. Только вот Кожевникова нимало не хочу читать, ну его многотомные труды в болото. Из имён, из библиотечных формуляров они стали для меня личностями, и в этом главная заслуга "Эпилога". А также непременно, непременно перечитать: Пастернака и Булгакова, Тынянова и Паустовского, Зощенко и Шварца, Твардовского и Олешу.
    Подытожить свои впечатления о последней работе Вениамина Каверина могу лишь одним словом: благодарность.

    Читать полностью
  • defederge
    defederge
    Оценка:
    15

    Прочитав эту книгу, я поняла, что ужасно соскучилась по русской литературе. Что-то мое последнее чтение было ориентировано на зарубежную литературу. Книга напомнила мне о том, какие чудесные и талантливые у нас писатели и их книги. Тем более, что их творческий путь лежал сквозь терни. Не было легко и просто никому. Истинное оставалось в тени, вернее, вынуждено было оставаться.
    "Это не просто воспоминания, - замечал Каверин, - это глубоко личная книга о теневой стороне нашей литературы, о деформации таланта, о компромиссе с властью, о стремлении этому компромиссу противостоять".
    "В книге, в частности, идет речь о попытке НКВД завербовать Каверина в качестве литературного стукача осенью 1941 года (больше им делать было нечего в момент, когда замкнулась блокада Ленинграда, а Гудериан наступал на Москву). Идет речь о подготовке депортации евреев в период "дела врачей" и связанной с этим попытке состряпать письмо "видных евреев" с просьбой расстрелять "врачей-убийц", о травле Солженицына, о разгроме "Нового Мира" Твардовского. И все это описано участником событий, да еще каверинским пером!"
    В книге, помимо описаний, Каверин дает возможность познакомиться с документами того времени: протоколы совещаний союза писателей, письма, выписки и т.д. Уникальное чтение, очень познавательное.
    Сердце от боли сжимается: а ведь все могло быть иначе, не так жестоко.....

    Читать полностью
  • LadaVa
    LadaVa
    Оценка:
    14

    Анализ эпохи на яйца глист.

    Может это прозвучит резко,
    Может это прозвучит дерзко,
    Но в театр я хожу редко,
    А Таганку не люблю с детства.

    А тут перед нами спектакль одного лаборанта.
    Жизнь его была нелегкой, страшной даже. Кругом одни засранцы. Большие и малые производители материала для анализа. И приносят этот материал, главное, с такими невинными рожами: дескать, не мы такие, жизнь такая. Он им, главное, про бабочек, про пони и единорогов, а они ему: товарищ лаборант, вы успокойтесь, не волнуйтесь, все где-то работаем, у всех работа не сахар, а жизнь и вовсе... не сахар, ну что вы...
    А он плачет: Вы не понимаете! Жизнь - г...вно!

    Каверин честно и добросовестно, поименно, настучал на всех кто грешил против Волшебного леса с единорогами. Странно читать у пожилого уже писателя как он ожидает от таких же немолодых сверстников юношеских порывов. Обхамили на юбилее? Дай юбиляру по морде! Растирают в порошок на партийном собрании? Заплачь или скажи с трибуны все, что ты о них думаешь! Ну, и так далее.
    Причем из контекста мы понимаем, что сам Каверин сидит в это время в президиуме, является одним из начальников (зав сектора литературой) в Союзе писателей и делишки его в принципе недурны.
    Одно его печалит - сколько кругом нечистоплотных людей.

    Эпиграфом к этому произведению я поставила бы фразу "Я-то ладно, а вот они...!"
    Тема произведения: нелегкая жизнь литературной тусовки. Именно тусовки, т.к. из текста понимаешь, насколько все свои, насколько первыми сдают "не своих" приблудышей, насколько обижаются на тех, кого сдать не удается.
    Идею и пафос книги можно выразить одной строчкой: "Принцессы не какают!"

    Итог, замысел не плох, исполнение ни к черту.

    Читать полностью
  • politolog
    politolog
    Оценка:
    10

    Невероятно интересные мемуары. Я бы даже сказала, что это не просто воспоминания талантливого писателя о жизни, друзьях, недругах, литературе и т.д., а прямо энциклопедия советской литературы в лучшем смысле этого слова. Вениамин Каверин показался мне человеком категоричным, и уж если ему кто-то не угодил, то камня на камне от него не останется. Влетело по полной и Виктору Шкловскому, и Николаю Тихонову, и Константину Федину. У Каверина вообще наблюдается явное неприятие всего, что связано с бюрократией, преклонением перед властью и т.д. Но это лишь одна его сторона. Он умел любить, ценить, восторгаться талантливыми людьми (столько хороших слов сказано Кавериным о Пастернаке, Солженицыне, Зощенко, Тянынове). Впервые услышала имя Леонида Добычина, жизнь которого сложилась трагически, в большинстве своем именно из-за того, что он жил в СССР в годы сталинизма. Очень интересно пишет Каверин о попытках московских писателей издать альманах "Литературная Москва", о сложностях, с которыми они сталкивались и о том, чем же вся эта история закончилась.
    Читала долго, растягивая удовольствие и не выпуская из рук блокнота, в который записывала авторов и их произведения, которые выделял в своих воспоминаниях Каверин. Обязательно их прочитаю.

    Читать полностью
  • yuliapa
    yuliapa
    Оценка:
    5

    Книга довольно грустная, хотя судьбу ее можно в определенном смысле назвать счастливой. Вениамин Каверин родился в 1902 году, входил в группу "Серапионовы братья", близко знал многих писателей того времени, да и вообще активно вращался в писательской среде в течение всего 20-го века. Живой свидетель многих литературных и исторических событий, он написал несколько документальных книг, но даже во времена оттепели не все факты и мнения можно было опубликовать; так что какая-то часть написанного всегда оставалась "в столе". И вот в 1989 выходит эта книга, "Эпилог", где Каверин наконец-то смог высказать все, что накопилось, рассказать обо всем, о чем умалчивалось. Писатель умер в 1989 году.

    Казалось бы, во времена перестройки было сказано и написано столько, что ко всем этим рассказам об ужасах сталинских времен и мутности брежневских безвремений добавить уже нечего. Каверинская книга читается нелегко, в ней много лишних подробностей и много попыток объяснить тот или иной поступок из своей биографии, потому что автору, конечно же, приходилось идти на сделки со своей совестью, чтобы не только выжить, но и печататься. Но тем не менее книга - живое свидетельство истории, а в тексте находятся очень выразительные страницы, живые моменты, которые поражают и снова и снова заставляют задуматься о тех суровых временах.

    Вот Лев Каверин, брат писателя, талантливый биолог, посажен в тюрьму. С огромным трудом его жена добивается свидания с ним, а он с огромным риском передает ей записку. И что же? В ней не ласковые слова, не уверения в своей невиновности, а рабочие материалы на тему о вирусном происхождении рака, над которой он упорно продолжает работать в камере.

    Вот Николай Тихонов, который мрачно замечает: "Раньше нам не давали говорить, а теперь нам не дают молчать" - и идет подписывать очередное письмо во славу очередных партийных инициатив.

    Вот один из литературных чиновников В.Ермилов, который настолько безжалостно и бездушно гробил литературу и писателей, что после его смерти никто из писателей - никто! даже прихлебатели, уж которых у него было наверняка множество, - никто не захотел добровольно нести его гроб...

    Все это - история нашей родной русской литературы...

    Читать полностью