– Мне кажется, я здесь уже искал! И здесь тоже! А-а вот же мое любимое кресло когтеточка! Значит, точно здесь уже был, – пробегая, подумал Космос. Сел, тяжело вздохнул и стал шарить взглядом по сторонам, – И куда могла деться такая важная вещь на корабле, как Топун? Не мог же он сквозь обшивку провалиться?

– Кос, даже не думай! – послышался строгий голос Тома, который сидел, не поворачиваясь за своим столом. Кот учуял неприятный запах того, что регулярно делал этот человек. «Так! Надо попаять, – говорил он обычно себе под нос и принимался этим «Попаять» заниматься».

– Что, даже не думай? – удивился Космос и, не отрывая взгляда от айтишника, потянулся, впивая подросшие когти в чудесное мягкое кресло.

– Космос! – прогремело снова и Том, бросив лазерный паяльник, уверенно направился к нему. Взял одной рукой кота, а другой указал на ощутимо разодранный край сидушки. – Это мое любимое кресло, слышишь? Не смей его портить, а то не пущу больше к себе, понял?

– Да понял я, понял, – тихонько мяукнул Космос, прижимая уши, – Это и мое любимое кресло тоже, шерсть тебе на язык!

Отряхнувшись всем телом и дернув хвостом в знак протеста после неприятного разговора с Томом, продолжил поиск. Пройдя эту поворотную секцию, вышел в центральную шахту. Затем перебрался, цепляясь когтями, в самый конец корабля и заглянул в иллюминатор машинного отделения. Низкий вой от турбин ощущался даже через шлюзовую камеру.

«Опасно! Вход только в спецзащите!» – надпись на люке.

– Конечно, опасно, – согласился кот и прищурился, – Вон как сверкает та штука за стеклом!

Развернулся было уже ползти обратно, но задумался:

– А что если Топун как раз там?