Дисклеймер

Дорогие друзья! ДАННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНО ДЛЯ ПРОЧТЕНИЯ СТРОГО С 18 (18+) ЛЕТ. Книга не имеет ничего общего с психологическими диагнозами и историями музыкантов. Все совпадения — случайны. Имена, локации и действия персонажей — вымышлены. Автор был вдохновлен различными интервью людей в медиа-пространстве, а также историями о любви, чем и является этот роман.

ВНИМАНИЕ: КУРЕНИЕ, УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ, ДРУГИХ ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ И ИХ АНАЛОГОВ ВРЕДИТ НЕ ТОЛЬКО ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ, НО И РАЗРУШАЕТ ВАШУ ЖИЗНЬ, ЛИЧНОСТЬ, СЕМЬЮ. УПОТРЕБЛЕНИЕ АНТИДЕПРЕССАНТОВ БЕЗ КОНСУЛЬТАЦИИ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОГО ВРАЧА НЕСЕТ УГРОЗУ ДЛЯ ВАШЕЙ ЖИЗНИ!

БЕРЕГИТЕ СЕБЯ.

Глава I. Спасите рок-звезду!

С глубокой благодарностью посвящаю эту повесть, полную страсти и вдохновения, о любви и творчестве Полине Красновой и Анастасии Дюдиной. Именно эти девушки, являясь музой, подарили мне крылья, пробудив во мне безумные идеи. Без них я бы не смог создать эту повесть, и я безмерно благодарен девушкам за то, что они помогли мне найти себя и научили работать над собой.

– Итак, здравствуй, Глеб. Рад, что ты пришел.

Массивная видеокамера, установленная рядом с кожаным креслом, где восседал Глеб, развернула объектив в его сторону, словно желая запечатлеть молодого артиста. Глеб ухмыльнулся и, сложив руки на коленях, широко улыбнулся. Незнакомец, увидевший эту сцену, мог бы подумать, что Глеб не в себе. Впрочем… доля правды в этом, пожалуй, была.

– И тебе привет, Саша. – Глеб привстал и пожал руку видеоблогера. – Это тебе спасибо за то, что позвал.

– Ну… возможно, ты прав. – усмехнулся Саша, взяв с прикроватного столика исписанную тетрадь. – Я давно хотел. И… это нужно не только мне, Глеб. Это интервью жаждут увидеть все, кто тебя любит. А тебя любят очень многие, ведь ты знаменитость.

– Ну, давай я буду с тобой откровенным, Саша. – кивнул Глеб, прочищая горло стаканом воды, что стоял на том же столике, где лежала тетрадь. – Я бы никогда не стал тем, кто сидит перед тобой, без поддержки моих друзей. Без Насти. Без той группы, с которой мы прошли через многое. Каждый человек, который был рядом со мной, вложил частичку себя в меня. В мое творчество и в жизнь.

– Ну… это мило. – заметил Саша. – И я рад, что ты это понимаешь. Что не зазнался, когда твой доход превратился в шестизначные суммы. Но сегодня я все же хочу поговорить об этом. О том, через что тебе пришлось пройти, чтобы стоять на сцене с гитарой в руках и видеть тысячи слушателей, которые пришли к тебе. Что скажешь?

– Ха-ха, ради этого я и пришел сюда. – заметил Глеб, почесывая затылок. – Я знал, что случится что-то в этом духе, но… люди должны знать того, кого восхваляют и слушают. Саша, я готов поделиться своей историей и ответить на любые твои вопросы. Ведь, по сути, обо мне мало что известно. Никто не знает, что вдохновляет меня на написание песен. Никто не знает, кто я на самом деле. Люди слушают мою музыку и им интересно узнать меня поближе. И я думаю, пришло время это сделать, ведь я всю жизнь к этому стремился. Но… мне кажется, это будет не совсем честно. Ведь то, что происходит сейчас, не только моя заслуга. Без Никиты, Ромы, Артура и Насти я бы никогда не стал тем, кем меня сейчас видят. Поэтому, Саша, я очень прошу тебя: после интервью со мной, обязательно поговори и с остальными ребятами из группы. Сможешь это организовать?

– Думаю, что это будет полезным опытом. – кивнул Саша, записывая что-то в тетрадь. – Заодно посмотрим, как вы все отличаетесь друг от друга.

– Не отличаемся. – улыбнулся Глеб. – Мы – единое целое. Мы – группа «Последний аккорд».

– Хорошо. Итак, давай начнем. Глеб, расскажи зрителям о своей жизни. О том, что ты думаешь о своем творчестве? С чего все началось? Расскажи, почему люди не осознали смысл твоего последнего альбома «Шизофрения», возненавидев его больше остальных. Расскажи о себе все, что сочтешь нужным и интересным.

– С чего все начиналось? – Глеб усмехнулся, приложив ладонь к подбородку. Так он выглядел подавленным, но задумчивым, что было очень символично и сочеталось с его образом музыканта. – Знаешь, Саша, это долгая и интересная история, но… я обязательно расскажу ее. За этим я и пришел сюда.

***

– Посмотрите на этого придурка! Хоть кто-нибудь понимает, что с ним что-то не так? Он же не в состоянии провести концерт! – кто-то выкрикнул из толпы, но Глебу было плевать на его мнение. Сложно заметить одного человека из огромной толпы, особенно в момент, когда они скачут в мошпитах и слэмах. Поэтому артист просто продолжил петь, не отвлекаясь на недовольных людей. – У него с головой все в порядке?

– Так нельзя. – новый крик из толпы. Как же они раздражали Глеба. Разве он выходил на сцену ради того, чтобы выслушивать чьи-то обиды?

– Эх, а раньше песни были лучше. Да и Глеб был другим. Я тебя уважала, но… теперь ненавижу. Ты перестал быть собой.

– Помню все наши встречи, сидя на лавке, я ждал тебя так долго-о, у-а! – Глеб закричал в микрофон, пытаясь перекричать крик толпы. – Я был так далеко, но и дня не мог прожить без тебя! Молю о помощи, крик страха заглушить пытаюсь. Суровое время меня очень изменило!

– Я. Всегда. Буду. С тобой. Рядом! – начала подпевать толпа из тех, кто наслаждался музыкой. Остальные обиженно покидали концертную площадку, больше не в силах смотреть на пьяного Глеба. – Проживу с тобой каждую каплю своей жизни.

Как же так вышло, что все изменилось в один миг? Глеб не мог вспомнить, когда его жизнь перевернулась. В голове остались лишь мечты и планы, которые он так хотел осуществить. А потом… как будто по волшебству, он оказался на сцене, окруженный толпой. Они чего-то ждали, просили еще песен, хотели петь вместе с ним. А Глеб… стоял с бутылкой воды и не понимал, как сюда попал. Электрогитара болталась на ремне, ударяя артиста по ноге. И тут, словно молния, его осенило. Я умею играть! Представляете? Просто взглянув на гитару, Глеб вспомнил аккорды, движения. Вспомнил всю энергетику, которую ему дарила музыка! Не допив воду, Глеб швырнул бутылку в сторону, и она укатилась за колонку. Схватив гитару, артист ударил по струнам, и толпа взорвалась восторгом. Да! Именно этого они ждали!

«Они ждали меня! – ликовал Глеб. – Молодую поп-рок звезду!»

– Возьму тебя за руку! Мы убежим навстречу солнцу! – Глеб начал петь, вспоминая слова за секунду до их выкрикивания. – Поцелуй меня в губы, и мы останемся вместе навсегда!

Народ взорвался криками и расступился, освобождая центр танцпола. В образовавшемся пространстве люди сомкнулись в круг и закружились в хороводе. Глеб бросил дорогую гитару на пол, ринулся по сцене, подхватывая волну всеобщего безумия. И это сработало! Круг мошпита превратился в водоворот, люди носились, как угорелые, не переставая петь. Да, публика у Глеба то, что надо! Не зря он столько работал над тем, чтобы собрать всех этих сумасшедших в одном зале!

Глеб принципиально избегал использования нецензурной лексики в своих песнях. Считал это излишним и не видел в этом творческой необходимости. Кроме того, артист не хотел прибегать к цензуре, чтобы выступать на концертах. Его музыкальный путь был самостоятельным, а стиль исполнения – оригинальным. Это привлекало на его выступления разновозрастную аудиторию: от подростков до взрослых, включая семьи с детьми. Посещение концертов было разрешено с 12 лет без сопровождения родителей.

Дальше пели уже без участия Глеба, увлеченные общей песней. Артист же, захваченный ритмом, прыгал по сцене и мотал головой, разбрасывая волосы в стороны. Очнувшись от этого безумия, Глеб понял, что это всего лишь отголосок прошлого – его первый концерт, врезавшийся в память навсегда. Тогда, в самом начале пути, Глеб был полон надежд. А сейчас… Сейчас в его творчестве царит хаос, и в голове, увы, тоже.

Глеб все еще находился на сцене, а зал не унимался, выкрикивая обвинения в безумии. И вдруг, именно сейчас, артиста словно прорвало: стало совершенно безразлично, что о нем думают. Безразлично к слушателям. К тем, кого он всегда ценил. Кого собирал годами. Почему именно сейчас? Что это за переломный момент? Кажется, что Глеб снова потерялся в себе. В своих чувствах и мыслях.

Огромная сцена, словно стальной лес колонн, готовилась к представлению. Железные столбы, увенчанные фонарями, подпирали потолок, играющий всеми красками радуги. Впереди, как стражи звука, высились колонки, готовые извергнуть мощь динамиков. Повсюду царил творческий хаос: провода, микрофоны, аппаратура – все для того, чтобы голос Глеба достиг каждого уголка планеты. Но, увы, сегодня он звучал лишь для тех, кто собрался в зале.

«А почему они думают, что у меня проблемы с головой? Я же не виноват, что никто не понял смысла моего нового альбома. – злился Глеб, смотря на толпу зевак, что пришли к нему на концерт. – Зато я заметил, что людям не понравилось название альбома – «Шизофрения». Почему? Шут их знает. Когда-нибудь они все поймут. Вот только когда наступит этот день?

Знали бы они, через какое дерьмо пришлось пройти, дабы добраться до таких небывалых высот, на которых я сейчас и нахожусь. Меня бросила жена, которую я любил больше всех на свете. Жена, которая была просто лучшей из лучших. И я должен был ее забыть? Оставить все как есть? Просто продолжать заниматься музыкой, делая вид, будто между нами ничего не было? Нет, это не мой путь. В случае с этой красоткой… нет, не мой. Таких, как она, не забывают.

Не исключено, что мои действия были поспешными. Кому теперь известно об этом? Ошибки свойственны каждому, и я не стал исключением. Вероятно, я расставил неправильные акценты в своей жизни. Сейчас уже поздно что-либо менять, прошлое осталось позади. Но воспоминания о ней по-прежнему причиняют боль. Наше расставание стало для меня неожиданным и болезненным ударом. Я страдаю до сих пор, хоть и не показываю этого. К сожалению, не смог справиться с этими чувствами. Вместо этого я погрузился в свои мысли, пытаясь отвлечься от боли и сосредоточиться на музыке. Но это не помогло. Во всех моих песнях слышны отголоски наших отношений. Каждая песня посвящена ей. Я всегда стремился двигаться вперед, преодолевая боль и страдания, но всегда вперед».

Сложно сказать, что послужило причиной… Вероятно, именно пережитая утрата стала катализатором развития множества психологических проблем. Соло-гитарист нашей группы, Никита, настоял на консультации у психолога.

«Психолог озвучил неутешительный диагноз, но обнадежил возможностью выздоровления. Моя запущенная депрессия переросла в филофобию1^[1], фиктофилию2^[2], паранойю3^[3]. Психолог подчеркнул, что успех зависит от моей готовности к работе над собой4^[4]. Но был ли я действительно готов? Я не уверен.

Психолог выявил у меня комплекс ментальных проблем, включая биполярное расстройство, вызванное хроническим стрессом и недосыпом. Эти проблемы усугубились разводом и изнурительными гастролями. Это, как оказалось, было лишь верхушкой айсберга. Внутри меня скрывались и другие проблемы, требующие лечения. В худшем случае, если не предпринять меры, это могло привести к шизофрении. Как же иронично, ха-ха-ха…