Бескрайние степи тянутся до самого горизонта.

Когда-то здесь звучали голоса аулов, лаяли собаки у юрт, дети бегали по траве, а дым очагов поднимался в небо тонкими белыми нитями.

Теперь — тишина.

Только ветер идёт по степи, как по пустому дому, и трава отвечает ему тихим шорохом.

Иногда кажется, будто земля помнит всё… но больше не говорит вслух.

Где-то вдали остались города и сёла, фермы и дороги, по которым редко кто теперь сворачивает в эту сторону.

А здесь, среди бескрайних равнин и высокой травы стоит старый дом.

Он был построен много веков назад.

Дерево потемнело от времени, крыша слегка просела, а краска на крыльце давно стерлась дождями и солнцем.

Но дом всё ещё стоит. В нём жил старик. Вдали от шума и суеты.

И дед его деда тоже жил здесь.

И хранил он в памяти истории родного края — те, что передавались из поколения в поколение.

Истории о ветрах, о степях, о людях и духах земли.

Некоторые из них… я расскажу вам.

Старик тихо улыбнулся, будто вспомнил что-то далёкое.

— Давно это было… — сказал он. — Тогда я был совсем мальчишкой.

В те годы я помогал отцу во всём. На огороде — поливал, полол, собирал урожай. А когда приходило время — уходил с ним в степь пасти овец.

Однажды мы были на пастбище. Солнце стояло высоко, трава тихо шуршала, и всё вокруг казалось спокойным.

Отец сказал:

— Останься здесь, на холме. Смотри за стадом. Я скоро вернусь.

Я кивнул.

Овцы мирно паслись, ветер был тёплый и лёгкий. Ничего не предвещало беды. И вдруг… я услышал звук.

Тихий. Но чужой. Я замер.

Сердце застучало громко-громко. Я посмотрел вдаль — и увидел силуэт.

Тёмный. Большой. То ли волк… То ли медведь… Я не знал.

Бежать — страшно. Оставаться — ещё страшнее. И уйти нельзя — отец велел ждать. Да и стадо разбежится. Я стоял, не зная, что делать.

И тогда поднялся ветер. Не резкий. Но настойчивый.

Он коснулся травы, потом овец… и вдруг начал медленно уводить их в сторону. Овцы пошли. Будто сами знали дорогу. Я пошёл за ними.

Конец ознакомительного фрагмента.