Цитаты из книги «Пандемия. Аркада. Эпизод первый»

Счастье познания вечно, – произнес он, разглядывая бутылки. – Счастье созидания вечно. Жизнь – это вечное обновление, а если ты нашел уютный уголок и замер в нем, как суслик в норке, то чем ты отличаешься от мертвого суслика?

Знаете, чем книга отличается от шутки? Книга заставляет думать, орки мои, а шутки развлекают. Смех почешет отвечающий за удовольствие отросток, сделает мир чуточку веселее и отправит на поиски следующей шутки, благо далеко идти не придется. И думать не придется. Зачем думать, если тебе смешно? Зачем думать, если центр удовольствия приятно кряхтит? Зачем думать, если наступила эра funny?

Потому что время изменилось, – объяснил мушкетер. – Возможность создавать вещи они дали только после того, как убедились, что уровень образования не позволяет подавляющему большинству людей в полной мере воспользоваться этим действительно щедрым подарком. Шаг за шагом, год за годом нас отучали думать, отнимали знания, подменяя конструкторские работы составлением новых домиков из готовых кубиков – из шаблонов. Шаблоны появились везде и в том числе – в программировании. Люди охотно использовали их, продолжая называть себя программистами, но в действительности все дальше и дальше отходили от профессии. Зачем напрягаться, если есть готовое решение? Зачем придумывать, если можно скачать нужную документацию из официальной базы данных? А в официальной базе данных оружия нет.

Большинство просто живет и старается добиться счастья, а меньшинство старается о себе заявить, потому что боится исчезнуть. Это нормально и объяснимо. Меньшинство захватывает власть, чтобы получить преференции и гарантировать себе защиту от исчезновения. Увидев перекос в распределении ресурсов, люди из большинства начинают перетекать в победившее меньшинство, оно становится большинством и замирает, думая, что теперь точно не исчезнет. Система некоторое время пребывает в относительном равновесии, но затем появляется следующее меньшинство и все начинается заново.

Нет, я не о том, что в тридцать пять лет тело слетает с гарантии, и им начинают заниматься доктора… А в действительности – люди-самоучки, не имеющие доступа к исходным кодам организма.

Ты проигрываешь не когда враг наносит смертельный удар, а когда теряешь самообладание.

– Счастье познания вечно, – произнес он, разглядывая бутылки. – Счастье созидания вечно. Жизнь – это вечное обновление, а если ты нашел уютный уголок и замер в нем, как суслик в норке, то чем ты отличаешься от мертвого суслика?

Можно ли спланировать будущее? Тысяча людей ответит коротко: «Нет!» И начнет подкреплять свои слова примерами из жизни, рассказывать о многочисленных ошибках, о том, как корпорации вкладывали гигантские деньги в производство пленочных кассет, выкинутых с рынка лазерными дисками, которые, в свою очередь, были уничтожены еще более удобными носителями информации. Вам расскажут, как в начале XXI века смартфоны всего за год убили телефоны, а потом уступили дорогу smartverre. И во всех случаях разорились целые корпорации, которые не сумели заглянуть в недалекое будущее… Тысяча людей расскажет вам историю ошибок. А один промолчит и, возможно, улыбнется. Потому что понимает, что я спрашиваю не о предсказании, а о планировании, и что будущее – это даже не десять лет. Короткое плечо – это не будущее, а системный анализ текущих процессов. Стратегических инвесторов интересует горизонт планирования от половины века – вот что такое будущее, и в данном случае нет никакого смысла говорить о гаджетах. А о чем? Что можно спланировать на столь длинном отрезке времени? Только людей. Глупо предсказывать, что будут из себя представлять устройства передачи информации в начале XXII века, гораздо важнее, кто их будет производить и покупать. Планирование будущего – это социальная задача. Планирование будущего – это определение структуры общества и его формирование, это разработка конфликтов и глобальных миграций. Планирование будущего – это умение вписывать новые, порой неожиданные, изобретения и открытия в существующий долгосрочный план. Но какова его цель? На что рассчитывают люди, планируя будущее на пятьдесят и больше лет? Чего они добиваются? Чего хотят для внуков и правнуков? Власти. Не богатства – этот этап давно пройден, – а власти. Становление несокрушимых экономических империй завершилось в ХХ веке, управление ими передается из поколения в поколение, династии стратегических инвесторов непоколебимы, и именно они определяют облик мира. И именно они, изучив все возможные варианты будущего, пришли к выводу, что скоро потеряют власть, потому что исчезнет само общество. Из дневника Бенджамина «Орка» Орсона

мы всего лишь песчинки на ветру времени. Ветер подхватывает нас, какое-то время несет, одних поднимая выше, других прижимая к земле, а затем, наигравшись, бросает, чтобы подхватить следующую пыль.

Я давно перестал задумываться над тем, что слышу, и отдал свои чувства на аутсорс: я люблю то, что мне приказывают любить, и держусь подальше от того, что принято ненавидеть. В далеком прошлом моя жизнь определялась выдуманными поведенческими шаблонами, но цивилизация вступила в цифровую эру, и теперь я подчиняюсь алгоритмам.