Мини - юбки — в массы!

Когда выступаешь с какой-нибудь инициативой, то готовься к тому, что тебе может «прилететь» со стороны. И необязательно это будет букет цветов.

Подобный случай произошёл однажды в маленьком городке Зелёнопольске, где мысль, высказанная одной известной личностью, вызвала потрясения глобального масштаба.

…Тот злосчастный день не предвещал ничего плохого. Василий Рудков только что вернулся из поездки, принял душ, и уже решил было заняться обедом, как вдруг ему позвонили:

— Вася, это Хазаров, — представился голос, — через час заседание общественного совета. Тебе следует быть.

— Задолбали, буду! — по-спартански коротко ответил Василий.

Схватив по пути бутерброд с колбасой, он помчался в зал заседаний, где в этот день было довольно людно…

— Итак, господа, на повестке дня у нас главный вопрос: решение демографической проблемы в масштабах Зеленопольска. Какие будут предложения? — объявил председатель, когда все расселись по своим местам.

Делегаты нервно заёрзали. Дело, конечно, очень хорошее, но несколько деликатное. В свете современных тенденций, здесь необходимо соблюдать некие рамки, совсем недавно зауженные до размеров замочной скважины.

Но предложения поступали. Кто-то посоветовал организовать специальные помещения для встреч, кому-то пришла идея провести разъяснительную работу среди школьников, в общем, демографическая мысль кипела, подобно переполненному чайнику на газовой плите.

— У меня есть идея, — вызвался Василий, когда остальные смолкли. — А что, если предложить красивым девушкам носить мини - юбки? Сейчас лето, жара, — и им будет легче, и людям приятней; да и рождаемость такой подход поднимет на пару процентов, благодаря эстетическому созерцанию...

— Рудков, ты совсем тронулся? — возмутился Главный. — Сейчас не о мини-юбках говорить надо, а о введении дресс-кода на пляжах.

— Развратище! Позор! — выкрикнул кто-то из зала.

— А что такого? — обиделся Василий. — Мини-юбки одежда стильная, красивая и они как раз задевают у настоящих мужчин те чувства, которые ведут к повышению демографических показателей.

— Знаем, что они у вас задевают! — недовольно фыркнула дама из комиссии по надзору за чем-то там важным. — В наше время этим вопросом партия занималась, отчего показатели только росли, а не просто поднимались.

— А что вы на меня набросились? — разозлился Рудков, когда каждый из членов высказал своё мнение. — Я дело предлагаю. Эстетическое.

— Вот раз предложил, так и обращайся к народу сам, — подначил его председатель.

— Меня поддержат, — бросил в ответ Василий, — завтра же моя идея будет в интернете.

… Сказал — сделал. Назавтра все его страницы в соцсетях вещали: «Для привлечения внимания противоположного пола облачаться незамужним красавицам в мини - юбки, особенно в жаркий период».

Как ни странно, общественность отреагировала не сразу. Василий даже расстроился маленько, как вдруг, под его постом появился первый комментарий.

— Постыдился бы, охальник, — возмущалась дама бальзаковского возраста, — нет, чтобы проблемы общественные решать, так он под подол к девкам лезет.

— Позорник, ты чего удумал? — негодовал ещё один «блюститель устоев», — а что тогда делать тем, кому демографические вопросы уже не будоражат нервные окончания?..

Мнения о безнравственном поведении несчастного Василия повалили рекой, вмиг сделав его антигероем межрайонного масштаба. Бедолага молча читал эти перлы, терпел и даже не пытался сопротивляться.

— Ну что, герой наш, допрыгался? — ехидно подшутили над ним на следующем заседании. А мы ведь предупреждали…

— Да ну вас всех, — отмахнулся Василий, — я ничего этакого не предложил. Мини-юбки давно в обиходе, а мой совет облачиться в них молодёжи выглядит как милая шутка. И только.

— Угу, конечно, — ответили ему, — ты посмотри, сколько жалоб на тебя поступило.

Главный открыл почту и начал перечислять:

— Сегодня мы получили триста двадцать семь заявлений, из них: от общества старых дев — сто двадцать одно, пятьдесят шесть — от организации маменькиных сынков и папенькиных дочек. Возмущаются и клубы «кому за девяносто» — они боятся утрате части наиболее активной своей аудитории.

— Да. Знаю я, — почесал затылок Василий, — на моих страницах в соцсетях народ уже башни друг другу сносит.

— Это ещё не всё, — невозмутимо продолжил Главный, — только что мы получили сообщение от нетрадиционалов.

— Они-то чего разбушевались? Их такой вопрос не должен волновать.

— Как раз — нет. Они требуют разрешить им тоже носить мини-юбки и мини-шорты. Видишь, на каком костре тебя общественность жарит? Причём дрова в него натаскал ты сам.

— Делайте что хотите, — обиделся Василий, — а я домой пойду…

…Если на тебя все ополчились, то лучше идти к жене. Она и поймёт, и подскажет, и для профилактики у виска покрутит, дескать: «Зачем лез со своими идеями, куда не следует». В общем, кинет спасательный круг утопающему в океане показного целомудрия.

Но не успел Вася выйти на улицу, как к нему подбежала пышная барышня средних лет.

— Это ты-то вопросами мини‑юбок заведуешь? — басом прогрохотала она.

— Да, — осторожно ответил Василий, — я просто хотел…

— Наглец! — заверещала дама, — последнее с женщин снять удумал? Хочешь заставить всех носить эту гадость?

— Ага, конечно, — осмелел Рудков, — если на тебя и налезет мини-юбка, то только в качестве панамки.

— Хам! — взорвалась дамочка. — Я тебя разнесу в клочья!

— Сама не разорвись, — огрызнулся Василий и поспешил домой…

… Ну что, опять прилетело, герой амурного фронта? — попыталась успокоить его жена.

— Достало меня всё, Нина, — упавшим голосом ответил Василий, — я ведь ничего особенного не предложил.

— Общественности нужна жертва, а ты как раз вписался в её образ, — назидательно произнесла супруга. — Садись лучше за стол, я тебе вкуснятины наварила.

Василий отбросил в сторону мобильник, плюхнулся в кресло и включил телевизор.

Через минуту перед ним дымилась большая тарелка борща, посреди которой, в дебрях капустных водорослей и торчащей скалы в виде мозговой косточки, плавал маленький сметанный островок.

Василий шумно вдохнул аромат любимого лакомства и подцепил вилкой малосольный огурчик, что лежал рядом, на блюдечке.

«Эх, а жизнь то и не совсем плоха», — сказал он самому себе.

«Приятного аппетита», — пожелала ему супруга и упорхнула на кухню…

…В это самое время, на экране телевизора появилась слегка потрёпанная светская львица, а рядом с ней — молодой прыщавый корреспондент:

— Что вы думаете о событии в Зеленопольске? — спросил её журналист.

— Нина! — поперхнулся Василий. — Скорее сюда!

— А, что? Террористы? — прибежала на зов перепуганная жена.

— Какие террористы? Смотри, меня уже по телеку полощут!

— Допрыгался! — всплеснула руками Нина. — Что будем делать?

— А что тут остаётся? Послушаем.

Речь гламурной львицы была беспощадна. По винтикам разобрав возмутителя нравственного спокойствия, она произнесла настолько высокоморальную тираду, что семейная парочка дружно поморщилась.

— А я помню, как лет двадцать назад эта звезда также ходила в мини-юбке, — задумчиво произнесла жена.

— Ага, — и я не забыл, — оживился Василий. — Причём данная деталь одежды у неё порой отсутствовала вовсе.

— А знаешь, надоело мне её слушать. Посмотри, что там дальше.

На другом канале как раз начинались международные новости. Экран заняла лысая очкастая физиономия видного иностранного деятеля. Пошамкав немного о мировых событиях, политик неожиданно заговорил о выходке несчастного Василия, обвинив его в нетолерантности к европейским ценностям и невнимании к представителям международных большинств.

— Гляди, — усмехнулась супруга, — сейчас тебе ещё и от разноцветных прилетит.

— Задолбали, — вдруг осмелел Василий, — ну их всех куда подальше!

— И то верно, — ответила Нина и выключила телевизор.

Супруги молча доели свой борщ, а потом отправились на речку, — гулять…

…Буря псевдонравственности бушевала ещё неделю. Но Василию уже было наплевать на брошенные в него камни. Не обращая внимания на глупые выходки, он больше не усложнял себе жизнь и просто продолжал заниматься своими делами.

И в самом деле, Вася, если ты не предложил ничего плохого, то зачем тебе волноваться?

2025г. Таруса.

***

Настоящее советское качество

Анюте Пыжиковой крупно повезло. Как-то раз, ей подарили большую старую коробку, в которой что-то загадочно позвянькивало.

— Что это? — осторожно потрогала она замызганную упаковку.

— Тебе понравится, — ответили ей, — это старинная соковыжималка советской разработки. Мы её практически не использовали с конца 1980-х, так что забирай себе на здоровье. Нам она не нужна, а тебе в хозяйстве пригодится.

Аня поблагодарила добрых хозяев, прижала к груди агрегат и помчалась домой — хвастаться перед семейством.

— Дима, смотри, что нам дали! — объявила она мужу и сунула приобретение ему прямо под нос.

— А ну-ка, покажи, — заинтересовался супруг, — и где ты этот керогаз откопала?

— Не откопала, а подарили, — обиделась Аня, — она старинная, ещё с советских времён.

— Да ты что! — подпрыгнул Дмитрий. — Да это же самое настоящее качество, а не то, что делают сейчас. Открывай скорее!

Супруги быстренько распаковали коробку и вытащили на свет посеревшее от времени пластмассово-металлическое устройство. Здесь же они нашли запасные детали и пожелтевшую инструкцию.

— Гляди! — Схватил бумажку Дмитрий. — На самом деле советская, выпущена в 1986 году. Даже цена выбита на корпусе: 21 руб, 59 коп. Вот что значит стабильность. Эх, могли же делать раньше.

— А давай её проверим, — предложила Аня, — вдруг там всё в труху рассыпалось?

— Ты что, это же советское качество! — фыркнул в ответ муж…

…После изучения инструкции, супруги прикрутили всё, что положено прикрутить и торжественно водрузили готовое изделие на стол, чтобы испытать его в полевых условиях.

— Какой сок будем жать? — поинтересовался Дмитрий.

— Апельсиновый.

— Давай, — согласился супруг и нажал на кнопку.

Мощный рёв агрегата, похожий на звук противопожарной сирены разорвал вечернюю тишину. Устройство подпрыгнуло, затряслось и принялось ёрзать по столу, как будто разминаясь после долгого простоя.

«Держи её! — закричал Дима и мгновенно ухватился за трепещущий корпус».

Соковыжималка обиженно фыркнула, но сразу успокоилась. Вой моторчика немного ослаб, а вместо тревожных завываний теперь слышалось ровное сердитое жужжание.

— Ну вот, наладили, — торжествующе произнёс Дмитрий, — а ты боялась. Давай сюда апельсины.

— И ничегошеньки я не боялась, а только испытала небольшое волнение, — поправила Аня. — На вот, держи.

Ненасытное жерло древней соковыжималки быстро поглощало фрукты, с пролетарским советским приветом перемалывая буржуйские плоды в кашу с одной стороны, и в тоненький ручеёк сока с другой. Довольная парочка с восторгом наблюдала, как живительный нектар постепенно заполняет кастрюльку, и предвкушала райское наслаждение и бездну искрящихся фруктовых ароматов — совсем так, как говорится в рекламе.

Через несколько минут агрегат разжевал последний плод, и Дмитрий с облегчением отключил его.

На кухне вновь воцарились тишина и порядок, если не считать лёгкого жужжания в ушах и слегка забрызганных апельсиновым жмыхом стен.

— Ну, что я говорил! — торжествующе произнёс Дима, с вожделением поглядывая на кастрюльку, — настоящее советское качество сослужило нам службу спустя десятилетия. Отведаем теперь плодов нашего труда. Доставай стаканы.

— Может, сначала помоем соковыжималку? — предложила Анюта. — А то присохнет что-нибудь, потом за час не отдерёшь.

— Давай, — согласился Дмитрий, — где там наша инструкция?

Ещё раз, внимательно прочитав мятую бумажку, супруги принялись за разборку агрегата. Быстро отвинтили крышку, вытащили фильтр и прочие мелкие детали. Но когда Дима попытался снять верхнюю часть корпуса, то возникли проблемы:

— Что-то не поддаётся, — прокряхтел он, тщетно пытаясь разобрать устройство.

— Значит, неправильно делаешь, — пожала плечами Аня, — прочитай внимательней.

— Что значит неправильно? У меня что, по-твоему, руки не из того места растут, а голова…

— Но ведь результат говорит за себя…

— Лучше помоги вместо болтовни. Держи низ. Взяла? А теперь тяни!

— Тяну.

— Сильнее, ну!

— Не получается.

— Эх, да что с тобой? Давай сначала…

…Целый час парочка безуспешно пыталась отделить верхнюю часть корпуса от его основания. Были опробованы все варианты: злосчастную деталь тянули, трясли, пытались поддеть ножиком и даже прогреть паром — не помогало ничего. Она приросла как литая и не хотела покидать насиженное место ни при каких обстоятельствах.

— А может бросим? — предложил Дмитрий. — Пусть останется такой, какая она есть.

— Ты что, совсем? — покрутила у виска Аня, — а потом всё засохнет и стухнет. Давай ещё раз. Тяни!

Ещё двадцать минут безуспешных трудов и Аня в конце концов сдалась:

— Ну и где твоё хвалёное советское качество? Два часа не можем снять какую-то задрипанную крышку. Взять — и грохнуть об стенку!

— Всё сказала? — успокоил жену Дмитрий, — А теперь отойди в сторону и не мешай. Здесь, наверное, пимпочка какая-то должна быть.

— Какая ещё пимпочка? Ты бы ещё пупочку придумал или ложечкой поддел. Убирай эту развалину с глаз долой — лучше купим современную, китайскую.

— Угу, одноразовую.

— Ну и что? Зато… Ой!

Неожиданно для обоих, Дмитрий повернул устройство набок так, что оно скрипнуло, а злосчастная деталь вылетела легко и без всяких проблем.

Как оказалось, от времени части просто приросли друг к другу так крепко, что стали практически монолитом.

Ну вот, а вы ещё ругаете пресловутое советское качество.

2024г Таруса.

***