Глава 1. Неожиданное предложение

Все события вымышлены, а

совпадения с реальными людьми

случайны

– А теперь к новостям астрономии! – прозвучал непонятно откуда бодрый мужской голос.

Сергей продрал глаза, повращал зрачками и огляделся. Дождь по‑прежнему лил стеной, красные габаритные огни стоявших впереди машин расплывались в смутные звёзды. А соседи по пробке нет‑нет да и клевали носом. Как и Сергей пару секунд назад.

Он взглянул на торпедо. Там, на карточке‑визитке, значилось его новое имя: «Сергей Васильевич Поликарпов, водитель такси Ф‑класса, транспортный парк „Новая надежда“».

Мужчина склонился к рулю и поднял плечи. Лёгкая растяжка широчайшей мышцы всегда помогала ему отогнать сонливость. Потом вытянул шею, заодно пытаясь незаметно для пассажиров оценить, не тюкнул ли он бампер чёрного лакированного флаера, пыхтевшего дюзами прямо перед его капотом. Вроде нет – расстояние не меньше метра. Спокойно разъехаться на такой дистанции – плёвая задача для нейропилота. Если бы тот, конечно, работал.

Почему «если бы»? А богачи не любят, когда водители «суперпремиума» излишне полагаются на разные электронные приблуды, а особенно на программу «Искин‑драйвер». Они платят не за автопилот, как простые смертные – толстосумы готовы отдавать большие деньги только за «живой» сервис. хотя и обходится он ощутимо дороже.

Сергей быстро взглянул в зеркало заднего вида. Пассажиры его конфуза пока не заметили. Непростые, надо сказать, пассажиры. И почти нежданные.

Он вспомнил, как час назад уже хотел заканчивать смену, но упал срочный, а главное – жирный заказ. Нужно было отвезти пару от винтовой башни в Москва‑Сити в космопорт «Калуга‑Л». От старой двухуровневой МКАД к нему вела скоростная магнитная трасса – прозрачная и холодная, как байкальский лёд. Ездить по ней могли только флаеры на магнитной подушке и реактивных движках, которые были по карману лишь воротилам из Сити.

Седовласый, спортивного телосложения мужчина в светло‑сером костюме, без галстука, но в белоснежной рубашке и с таким же ослепительно‑белым платком в кармане поднял руку, когда такси подкатило к главному входу уходящего в небо гигантского стеклянного штопора. Сергей не успел даже включить ручник, как пассажирская дверца с шипением отъехала в сторону, и в салон плюхнулась недовольная молодая дама в состоянии, близком к майской грозе. Энергия потенциального скандала отчётливо сверкала в её голубых глазах, куда явно были вставлены импланты с постоянным подключением к инфосфере. Она и не подумала подвинуться, а лишь скрестила руки на груди и фыркнула.

Её спутнику, который и вызывал такси, осталось лишь недовольно хмыкнуть. Он хлопнул дверью чуть сильнее, чем следовало, и обошёл флаер сзади. Сергей выскочил, желая услужить, но его тормознули взмахом ладони и отказались от помощи. Серые глаза финансиста и сжатые губы дали понять, что клиенту лучше не перечить.

– Как поедем? – для протокола спросил Сергей. – По новой трассе или по обычной, асфальтовой?

Пассажир взглянул на часы. Даже через зеркало было видно, что это настоящий шедевр.

– Лучше по новой, – ответил седовласый и зыркнул на спутницу.

Та отвернулась и уставилась в боковое окно. Сапфировые серьги с самым дорогим, васильковым, оттенком камней слегка качнулись, брызнув бликами. Её легкомысленное полупрозрачное платье заходило волнами. То ли от гнева, то ли от струи ионизированного воздуха, вылетевшего из кондиционера.

– Не хотелось бы опоздать, – явно сдерживая раздражение, продолжил заказчик. – Дополнительные расходы включите в счёт.

Сергей покорно кивнул и потянулся к торпедо, где под верхними шкалами сенсоров, отвечавших за комфорт внутри салона, был вмонтирован старомодный жёлтый тумблер. Пассажирам нравилась вся эта винтажная атрибутика, формировавшая ассоциации с самолётами, летавшими ещё на поршневых двигателях. Помимо переключателей и информационных табло, разместившихся на торпедо и козырьке передней части кабины, дизайн магнитолы напоминал старинный круглый радар, по которому постоянно крутился «луч», обнаруживавший «препятствия» со всех четырёх сторон.

Лёгким щелчком Сергей перевёл архаику в положение «вверх», и машина, слегка вздрогнув, начала вибрировать и меняться. Приподнялась, зашаталась, стандартная резина втянулась в корпус, и вместо неё выдвинулись магнитные сопла. Она заскользила, будто лодка по воде, слегка смещаясь вправо. Правая «подушка» прогревалась чуть быстрее, до калибровки парных средних «магнитов» руки у водителя пока не дошли.

Первые минуты поездки, не считая наэлектризованной атмосферы в салоне, прошли вполне штатно. Въехав на третий, скоростной ярус Садового кольца, Сергей быстро перешёл на Калужскую хорду, рассчитывая уже через пять‑семь минут занять левый ряд магнитного яруса Киевского шоссе, чтобы разогнаться до трёхсот километров в час и прибыть к космопорту минут за пятьдесят. Отличное завершение смены с увесистым бонусом к дневному заработку.

Но всё спутала московская жара. Небывалые сорок пять градусов в тени расплавили один из участков магнитных полос перед самой МКАД. Холодильные установки просто не справились, и дорожные службы включили ограничивающие баннеры, расставили предупреждающие конусы, и весь скоростной транспорт стали возвращать на обычный асфальт. А потом и вовсе случилось неприятное: хлынул ливень почти тропической силы, и ледяные полосы для флаеров тут же превратились в каток. В результате сразу после съезда с Рузской улицы на протяжении всего Тропарёвского парка образовалась гигантская пробка из‑за аварии, о которой уже сообщили по радио.

«Да‑да, именно так и началось стояние в этой пробке», – кивнул самому себе Сергей.

Как назло, в термосе совсем не осталось кофе, и со сном в конце длительной смены приходилось бороться народными методами. То втихую ущипнуть себя за ногу, то потереть мочку уха, то покусывать нижнюю губу. Но несмотря на все усилия, пару раз он снова едва не уплыл в объятия Морфея. Хорошо, что клиенты всё ещё были поглощены молчаливой ссорой и не обращали внимания на дёргающегося водителя. Можно было бы спеть, в такие минуты – верное средство, но Сергей решил воздержаться.

– Сделайте радио погромче, – словно угадав его мысли, попросил пассажир. – Вдруг что интересное расскажут.

– Может, включить сразу голо? – уточнил Сергей, надеясь, что трехмерная голограмма информационного вещания разрядит наэлектризованную обстановку.

– Нет, только звук, пожалуйста. Глаза уже дёргаются от всех этих мониторов. – Бизнесмен расстегнул верхнюю пуговицу, а потом, подумав, снял пиджак и закатал рукава рубашки по локоть.

Нахохлившаяся рядом фурия стрельнула глазками в сторону мощных грудных мышц спутника, но оттаивать не торопилась. Она лишь расплела руки и оперлась ими о диван. Поёрзав немного, глубже вжалась в кресло и откинула голову на подголовник.

Радио не подвело. Целый день слушателей готовили к сенсации, и наконец‑то, после долгого блока рекламы, диктор к ней и перешёл.

– Дорогие гости инфосферы, – энтузиазм в голосе ведущего казался неподдельным. Работал явно мастер своего дела, а то и действительно заинтересованный в теме. – Сегодня поздно вечером, 30 июля, в завершении Международного дня дружбы, в московском небе мы сможем наблюдать феерическое зрелище. Полное лунное затмение совпадёт по времени с подлётом огромного, возможно, одного из крупнейших за десятилетие, протуберанца. Ночное светило сначала пропадёт, а потом появится в ореоле северного сияния. И оно будет красным и, возможно, весьма зловещим.

Диктор сделал крошечную паузу – вероятно, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха, – и продолжил:

– Известный московский астроном и популяризатор науки, доктор астрофизики Иван Силантьевич Кремнин организовал уникальный экскурсионный тур для фанатов астрономии – восьмичасовой полёт от Земли до Луны и обратно. Там будет и наш корреспондент, который покажет и расскажет всё самое интересное. Иван Силантьевич, расскажите, пожалуйста, подробнее, чего нам ожидать?

В эфире возник ещё один голос, который принадлежал явно пожилому, но бодрому столичному интеллигенту:

– Добрый день, – мягко начал он. – Ну что я могу рассказать? Благодаря Гидрометцентру мы знали, что сегодняшний вечер будет дождливым, но решили, что было бы неправильно из‑за непогоды пропускать такое событие. Поэтому организовали этот уникальный тур. Шаттл – один из тех, которые возят людей и систетиков на Луну, – сможет поднять нас над облаками. И никакой дождик не помешает насладиться редчайшим явлением, я бы даже сказал, зрелищем.

– Кто будет на борту? – спросил ведущий у астронома.

– Разумеется, в первую очередь учёные – мои коллеги‑астрономы, физики, химики и астробиологи. Также мы пригласили журналистов, блогеров... простите... мнемористов ‑ никак не привыкну к называнию тех, кто делает репортажи для инфосферы... и ряд общественных деятелей. Обещал подъехать к старту и заместитель министра космонавтики, но он человек занятой – потому не будем забегать вперёд с анонсами.

– И что, – снова встрял ведущий, – все восемь часов вы будете просто смотреть в иллюминаторы?

– Нет, конечно, – в голосе учёного послышалась усмешка. – Нас ждёт насыщенная программа. Лично я собираюсь прочитать лекцию об истории полных лунных затмений. Рассказать, какие ужасные предсказания были связаны с ними в прошлом. Какие легенды сочинили люди о богах и злых духах. И оправдались ли они. Мои коллеги расскажут о естественно‑научных аспектах: излучении, солнечной радиации. А потом всех ещё ждёт сюрприз. Какой – пока говорить не буду. Это секрет. Мы приберегли сенсацию для репортажей с борта шаттла. После того как всё состоится, гости смогут просто насладиться отдыхом. Наш полёт согласились скрасить друзья: поэты и музыканты. Среди них будет звезда оперы, которая исполнит «Лунную колыбельную» Джейкоба Нейверуда в сопровождении струнного квинтета. Как раз в тот момент, когда из темноты космоса на свет Солнца выйдет первая тоненькая ниточка Луны.

– Как романтично, – не удержался от сарказма в голосе ведущий. Правда, тут же вернулся к профессиональному энтузиазму. – Но ведь такой полёт – дорогое удовольствие. Слишком дорогое, чтобы на шаттле летали просто туристы. Сколько будет стоить аренда корабля?

– Полвека назад полёты в космос перестали быть чрезмерно дорогим мероприятием, доступным только избранным. Частная космонавтика давно решает все ключевые вопросы. Этот же полёт проспонсировал известный российский портфельный инвестор Николай Александрович Свиридов. Все остальные гости – люди, интересующиеся астрономией. Да что это я? И сам Николай Александрович – тоже большой любитель астрофизики. У него прекрасное образование, просто в молодости он выбрал стезю предпринимателя и на ней преуспел, – проговорил Кремнин, как показалось Сергею, с толикой сожаления в голосе.

Ведущие перешли к обсуждению погоды. Ничего нового Сергею и его пассажирам они сказать не могли. Обильный ливень перешёл в затяжной унылый дождик, продолжая охлаждать перегретую столицу.

– Можете выключить радио, – сухо скомандовал пассажир.

И Сергея вдруг осенило. Он залез в информационный терминал и посмотрел имя заказчика. В графе «фамилия» стояло «Свиридов», а «имя» – «Николай Александрович».

Не веря такому совпадению, Сергей машинально обернулся. Пассажир, поймав его взгляд, коротко кивнул.

– Да‑да. Этот старик, Кремнин, – жёсткий взгляд финансиста слегка смягчился, – преподавал у меня астрономию в университете. А потом помог не вылететь, когда я завалил курс по физике сплошных сред. Вступился за меня перед деканом. Вот, прошло время, и теперь могу отблагодарить. Да и самому интересно, как оно там будет. Молодость опять же вспомню, с однокашниками встречусь. Возможно. Повеселимся как встарь.

Фурия недовольно фыркнула. Свиридов это заметил и снова помрачнел.

– Красивое будет зрелище, наверное, – сказал Сергей. Почему‑то захотелось поддержать такого интересного человека. И не только из мужской солидарности. – Я бы тоже не отказался слетать.

– Да не вопрос, – вдруг оживился пассажир. – Иван Силантьевич как раз звонил перед выездом и сообщил, что двое не смогут полететь. Уже пару часов как не выходят на связь. Вероятно, что‑то случилось. Астрономию любите?

– Очень, – кивнул Сергей и, кажется, даже взбодрился. Во всяком случае, сонливость как рукой сняло.

– Решим вопрос. Флаер найдёте где оставить?

– Да. Вас довезу и мигом на стоянку такси. Ребята присмотрят. Мне понадобится… – Сергей задумался на миг, – минут двадцать – двадцать пять от силы.

– Хорошо. Стойка шестьдесят шесть. Шестой гейт. Я оставлю для вас билет. Если, конечно, мы не опоздаем из‑за этой пробки.

Для такого мегаполиса, как Москва, заторы в дождь не были новостью ни в прошлом, ни сейчас, в первый год двадцать второго века. Сколько бы новых дорог ни строили, люди остаются прежними. Всё равно найдутся узкие места и те, кто пренебрегают правилами. Но эта пробка выдалась какой‑то особенно утомительной. Машины ползли исключительно медленно, а лужицы на асфальте уже полчаса как превратились в приличные заводи, в которых вполне могла бы завестись мелкая рыба, если бы умела выпрыгивать из спрятанных в трубы подземных речек.

Чёткие линии освещения города и дорожной рекламы превратились в разноцветные пятна. Резкость появлялась лишь после того, как дворники смахивали влагу с лобового стекла.

Около поворота на Тёплый стан машины – и дешёвые, и дорогие – поползли совсем как черепахи. Через минуту Сергей, наконец, увидел причину. Прямо посередине перекрёстка – чуть ли не последнего в Москве, где ещё работали светофоры и не было многоуровневой развязки, – стояли два искорёженных флаера. Тот, что побольше, оранжевый с красными «гоночными» полосами на капоте и дверях, протаранил белый – небольшую модель с водителем‑синтетиком. Такие покупали себе либо осторожные богатые девочки, либо состоятельные водители преклонного возраста.

К моменту, когда Сергей поравнялся с белым флаером, тот уже слегка парил, его корпус в середине вывернуло дугой, а по краям сплющило. В толстом слое воды на асфальте проглядывали обломки стекла и металла. Рядом два мокрых покрывала облепили женский и мужской силуэты. Судя по обуви – немолодых людей. Когда порыв ветра открыл лицо одной из жертв столкновения, пассажир за спиной у Сергея охнул.

– Господи, да это же Антонина Степановна! Главный селенолог Московского университета. Она сегодня должна была читать лекцию на нашем рейсе – сразу после Ивана Силантьевича.

Пассажир вынул из кармана телефон:

– Алло! Иван Силантьевич, у меня плохие новости… Как, вы уже знаете? Всё отменяем?.. Нет? – кажется, пассажир был искренне удивлён. – Да, да, я понимаю, уникальное событие… Да, конечно, семье помогу. Но как же?.. Как считаете нужным. Хорошо.

Он отключил телефон и откинулся на спинку кресла.

– Полёт всё же состоится? – решил на всякий случай уточнить Сергей. Женщину ему, конечно, было жаль. Но он её не знал, да и аварии на столичных дорогах – явление до сих пор не редкое.

– Да, – вернувшись из своих размышлений, ответил бизнесмен. – Отмена невозможна. Договор об аренде шаттла безотзывный. Да и не в этом дело. Само сочетание природных явлений уникальное. Повторяется… раз в никогда. Старик явно затеял что‑то ещё, только пока скрывает. Даже от меня. Деньги уже никто не вернёт. За три‑то часа до взлёта. Всё‑таки большой шаттл зафрахтовали, под три сотни гостей собрали.