ГЛАВА 1. ЦИФРОВАЯ ТИШИНА

Вадим закрыл Дзен и потянулся, хрустнув позвоночником как старой половицей. Рассказ Степана до сих пор жил в голове – жил и шевелился, как что-то живое под кожей. Эта Муза-Палач… черт, как же точно он её описал. Будто видел её лично.

Мощно написано, – думал Вадим, массируя затекшую шею.

Пальцы сами собой потянулись к клавиатуре. Нужно написать Степану. Обязательно. Хороший рассказ – это как хороший секс: если промолчишь после, автор подумает, что ты остался недоволен. А этот рассказ… этот заслуживал овации.

Открыл телеграм.

Братан, твой рассказ – огонь! Прочитал на одном дыхании, даже репост сделал. Мощно написал про музу-палача!

Отправил. Одна галочка. Доставлено. Степан онлайн не светился.

Ну и ладно, – подумал Вадим, откидываясь на спинку кресла. Мужик занят. У него там сын болеет…

Через час Вадим проверил комментарии под своими рассказами – подписчики писали восторженные отзывы, кто-то даже поделился своими историями. А еще через пару часов он заглянул в телеграм. Сообщение так и висело с одной галочкой. Не прочитано. Галочка смотрела на него с экрана, как мертвый глаз.

Странно. Степан всегда отвечал быстро. Особенно на похвалу – все авторы одинаковые, голодные до признания, как бомжи до водки.

День тёк вязко, как мёд с ложки. Вадим работал над книгой для Литресс с рабочим названием "Академия" – больше половины уже написано, планировал опубликовать к концу месяца – но мысли то и дело соскальзывали к Степану.

К вечеру нервы натянулись до предела. Вадим написал ещё раз:

Степ, ты живой? Уже сутки тишина…

Ответа не было. И это начинало по-настоящему пугать.

Ночь пришла на мягких лапах, неслышно, как кот в квартире соседей. Вадим включил компьютер – старый системник гудел, как больная собака – и запустил "Касла". Любимый сериал, под который он часто засыпал.

Звуки диалогов, музыка, привычный свет экрана… Всё как всегда. Он откинулся на диване, закрыл глаза. На экране кто-то кого-то убивал, кто-то кого-то искал, всё как в жизни, только красивее.

Сон пришёл медленно, нехотя, как государственный служащий к концу рабочего дня.

Вадим проснулся от тишины.

Не от звука – от его отсутствия. Полная, мертвая, звенящая тишина, которая давила на барабанные перепонки, как вода на глубине. Никаких голосов с экрана, никакой музыки, даже гул компьютера стих.

Он открыл глаза и посмотрел на монитор.

Сериал исчез. Вместо него светился документ Word – чистый белый лист с мигающим курсором. Курсор моргал ритмично, как сердце на кардиограмме. Или как SOS азбукой Морзе.

Вадим нахмурился, потёр глаза кулаками. В голове ватная взвесь недосыпа. Он точно запускал сериал, не Word. Может, система глюканула? Бывает. Техника – штука капризная, как женщина в критические дни.

Но сериал же шёл, он засыпал под звуки… Или не засыпал? Память путалась, как нитки в корзине у бабушки.

Он подошёл к монитору вплотную, вглядываясь в экран. И замер.

Документ был не пустой.

Там было написано:

ПОмоги мне это Степан муза сучка.....

Время остановилось. Или сердце остановилось – хрен поймёшь. Вадим отшатнулся от монитора так резко, что задел стакан с остатками вчерашнего чая на столе. Стакан качнулся, зазвенел, как погребальный колокол.

Сердце забилось где-то в горле, как птица в клетке.

Это невозможно.

Просто невозможно.

Он подошёл к монитору вплотную, так близко, что чувствовал тепло от экрана на лице. Всматривался в каждую букву, как криминалист в улики. Текст был набран обычным шрифтом Times New Roman, 12 кегль. Как будто кто-то спокойно сидел за его компьютером и печатал. Методично. Не торопясь.

Но Вадим спал. Он точно спал, и никого здесь не было. Дом пустой, тихий, мертвый.

Дрожащими пальцами – когда это руки начали дрожать? – он схватил телефон. Экран осветил лицо болезненным светом. Открыл телеграм.

Степан по-прежнему был офлайн. Сообщения не прочитаны. Одна галочка смотрела обвиняюще.

– Степан? – прошептал Вадим в пустую комнату. Голос прозвучал чужим, сиплым. – Ты здесь?

Тишина ответила тишиной.

Он обернулся, быстро осмотрел дом. Как детектив на месте преступления. Входная дверь заперта – замок, задвижка, цепочка. Всё на месте. Окна закрыты, стёкла целые. Кошка с котом мирно спали на диване, даже не дрогнули. Если бы кто-то был в доме, они бы точно проснулись.

Вадим вернулся к компьютеру. Текст никуда не делся:

ПОмоги мне это Степан муза сучка.....

Пять точек в конце. Как будто человек не успел дописать. Как будто его оборвали на полуслове.

Или забрали.

Курсор продолжал мигать. Моргать. Дышать. Как единственная живая вещь в мертвом мире.

ГЛАВА 2. ПОИСКИ В СЕТИ

Заснуть больше не получилось. Вадим лежал на диване, уставившись в потолок, а в голове крутилось одно и то же: ПОмоги мне это Степан муза сучка…

Пять точек. Недосказанность. Обрыв.

Он поднялся, прошёлся по дому. Кошка проследила за ним одним жёлтым глазом, но не пошевелилась. Кот вообще не отреагировал – спал, раскинувшись на спинке дивана, как пьяный.

А что если…

Мысль была дурацкой. Совершенно идиотской. Но она засела в голове, как заноза под ногтем.

А что если рассказ Степана – не выдумка?

Вадим вернулся к компьютеру. Экран всё ещё светился – документ Word с тем жутким сообщением. Курсор мигал терпеливо, как сердцебиение в коме.

Он закрыл документ – пошла нахер эта чертовщина – и открыл браузер. Пальцы зависли над клавиатурой.

Что искать? "Как понять, что твой друг превратился в статую"? Бред.

Но всё же он набрал: как вызвать музу

Первые результаты поиска заставили хмыкнуть.

"8 СПОСОБОВ ПРИЗВАТЬ ВДОХНОВЕНИЕ!"

Уберите рабочее место от хлама. Зажгите ароматическую свечу. Включите классическую музыку или звуки природы. Заведите ритуал – особая кружка для кофе, любимая ручка…

– Фигня полная, – пробормотал Вадим, пролистывая дальше.

"15 СЕКРЕТОВ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ"

Пишите утром, когда мозг свежий. Медитируйте по 10 минут в день. Больше гуляйте на природе. Читайте книги не из своего жанра…

Ещё больше фигни.

"6 РИТУАЛОВ ДЛЯ ПИСАТЕЛЕЙ"

Создайте особое место для письма. У Стивена Кинга есть специальный стол, у Джоан Роулинг – кафе в Эдинбурге…

Вадим устало потёр глаза. Интернет полон этой мотивационной жвачки. А ему нужно было что-то другое. Что-то… настоящее.

Он углубился в поиск. Перелистал десятки страниц, пока не наткнулся на небольшой сайт с чёрным фоном и готическим шрифтом. "Тайны древних культов". Выглядел как поделка подростка-готика, но что-то заставило кликнуть.

"МУЗЫ: ЗАБЫТАЯ ПРАВДА О ТВОРЧЕСКИХ ДУХАХ"

Автор – некий Теофил Мрачный. Наверняка псевдоним. Статья была написана странно – не как обычная эзотерическая белиберда про чакры и кристаллы, а как… исследование. С датами, ссылками на древние тексты, именами реальных писателей.

"Муза не приходит по вызову," – читал Вадим. "Она уже рядом. С каждым истинным творцом с момента, когда он берёт в руки перо. Проблема современного мира в том, что мы разучились их слышать. Заглушили голоса вдохновения шумом социальных сетей, бесконечными уведомлениями, жаждой лайков…"

Дальше было интереснее.

"Каждый творец имеет свою музу-покровительницу. Не в переносном смысле – в буквальном. Эти существа так же реальны, как стол, за которым вы сидите. Но видеть их могут только те, кто действительно творит, а не имитирует творчество…"

Вадим нахмурился. А как же тогда… Степан?

"Однако не все музы добры. Есть среди них падшие, те, кто питается болью художника, а не вдохновляет его. Они ищут творцов в отчаянии, в кризисе, в моменты слабости. И забирают их в свой мир – мир незавершённых историй, нереализованных талантов…"

Сердце ухнуло куда-то в желудок.

"Единственный способ связаться со своей музой – искренний призыв о помощи. Не ритуалы, не заклинания, не особые свечи. Искренность. Боль. Настоящее отчаяние или настоящая любовь к искусству. Тогда они слышат."

Вадим откинулся на спинку кресла, переваривая прочитанное. Бред? Наверное. Но после того сообщения на экране… после того, как Степан просто исчез из реальности… может, стоит попробовать?

Если у Степана есть муза – тёмная, злая, – то и у меня должна быть своя. И может быть… может быть, она поможет?

Первая попытка была смехотворной.

Вадим открыл новый документ в Word и начал печатать, как деловое письмо:

"Уважаемая муза, если вы действительно существуете, обращаюсь к вам с просьбой о помощи в творческом процессе и в поиске моего пропавшего друга. Заранее благодарен за рассмотрение данного обращения…"

Он остановился на полуслове и прыснул. Звучало как запрос в налоговую.

Закрыл документ, не сохраняясь.

Вторая попытка: торжественно, как в фильмах.

Вадим встал, расправил плечи и произнёс вслух:

– Муза моя, покровительница творчества, явись мне и помоги в трудный час! Молю тебя, помоги мне.

Голос эхом отразился от стен дома. Кот недовольно дёрнул ухом. Больше ничего не произошло.

Вадим почувствовал себя полным дебилом. Хорошо, что никто не видит.

Третья попытка: от души, искренне.

Он сел за компьютер и написал:

"Моё творческое начало, та часть меня, которая создаёт истории… Если ты – не просто абстракция, если ты действительно существуешь как отдельная сущность, то помоги мне. Мой друг в беде. Я не знаю, как его найти, но чувствую, что это связано с творчеством, с писательством. Покажись, если можешь."

Отправил в никуда, просто нажал Enter в пустое место.

Тишина.

Четвёртая попытка: стихами.

Муза, приди, я зову тебя,

Мой друг в беде, ему пи…а

В камень превратила его твоя сестра

Как-то грубо вышло. Простовато. Никакой магии.

Вадим устало потёр лицо руками. Час ночи. Он сидит в тёмном доме и разговаривает с пустотой. Может, действительно сходит с ума?

А потом что-то сломалось внутри.

Может, накопившаяся усталость. Может, страх за Степана. Может, просто осознание собственного бессилия. Вадим вскочил из-за стола и заорал в пустоту:

– Слушай, кто бы ты там ни была! Хватит прятаться! Степан в беде, понимаешь?! МОЙ ДРУГ! Его какая-то тварь утащила, а я тут сижу как дурак и разговариваю с пустотой!

Голос сорвался, но он продолжал:

– Если ты существуешь – ПОКАЖИСЬ! Если нет – тогда честно скажи, что я схожу с ума! Но так больше нельзя! Я не могу просто сидеть и ничего не делать! У него сын больной, семья… А он где-то страдает, и я даже не знаю, как помочь!

Кошка спрыгнула с дивана и убежала в другую комнату. Кот только прижал уши.

– ТАК ВЫХОДИ УЖЕ, БЛ….Ь! ХВАТИТ МОЛЧАТЬ!

И тогда воздух в комнате начал золотиться.

Сначала едва заметно – как будто пыль в лунном свете заиграла. Потом ярче. А из ниоткуда донёсся лёгкий, мелодичный смех.

– Ого, как мы разошлись! – в воздухе рядом с окном начала проявляться женская фигура. – А я тут полчаса наблюдаю, как ты изображаешь из себя средневекового рыцаря, взывающего к прекрасной даме.

Вадим замер с открытым ртом.

Женщина становилась всё отчётливее – молодая, лет двадцати пяти, с озорными глазами и лукавой улыбкой. Волосы золотистые, платье… или туника?.. переливалось, как солнечные блики на воде.