Глава 1

Лев

— Лева, в этом году ты женишься! — патетично возвестила матушка, сгружая на стол пластиковые лотки с продуктами. — Наконец-то!

Я крякнул и подавился воздухом. Мой младший брат Матвей, стоящий рядом, отвлекся от созерцания маминой стряпни и внимательно слушал наш разговор.

— Откуда сведения? — заинтересовался Мотя.

— Я была у астролога! — добила мама.

Взяла полотенце, отогнала от стола Жирополка, который признал в маме кормилицу и на нее не нападал. На нас с брательником это не распространялось. Кот недовольно мяукнул, спрятался от монаршего гнева под стол, сел там и не отсвечивал.

Мама победно покосилась на меня, мысленно уже затягивая тугую петлю брака на моей шее.

— Астролога? — в голос возмутились мы с младшим.

— У нее дар от бога. Она составила для всех нас натальные карты.

— Какие карты? — собирая глаза в кучу, уточнил я.

— Натальные, — терпеливо повторила мама, — и сделала расклад на таро. Лева, все сошлось, в этом году ты женишься. А в следующем, даст бог, и внуков мне родишь.

— Мам, тебе Мотя и жену привел, и внука уже готового, — прорычал я.

При одном упоминании о личности Катерины Романовны на лице младшего сразу же включились заводские настройки стиля «влюбленный дегенерат». Из глаз исчезли даже зачатки интеллекта, а с губ только что слюна не закапала.

Малой был влюблен, очень опасен и ради своей большой любви готов был совершать по двенадцать подвигов в день, не отвлекаясь на сон и еду.

— Сын, не спорь! В этом году ты женишься! Это не обсуждается! — стояла на своем мама.

— Лева, ешь паспорт, — сверкая синими — точь-в-точь как у меня — глазами, авторитетно посоветовал Мотя.

Я покосился на брата и сжал зубы. Мотя заржал и полез в пластиковый контейнер. Стыбзил котлетку и с аппетитом откусил почти половину.

Мама умиленно понаблюдала, как младший поглощает все приготовленное, и снова переключилась на меня.

— И давно ты ходишь по астрологам? — угрожающе сдвинув брови, полюбопытствовал я.

— Мне ее тетя Ира посоветовала, отличная женщина. И действительно знает свое дело, — мама не сдавалась, а я почти взвыл.

— Не смей больше к ней ходить! Папа знает, куда семейный бюджет тратится?

— Знает! — вздернула подбородок мама. — Я и ему натальную карту заказала.

— И папу в эту секту втянула, — закатил я глаза.

— Анфиса не шарлатанка! — обиженная в лучших чувствах мама вступилась за своего нового кумира.

— Анфиса, значит. Не шарлатанка, — сквозь зубы прошипел я, пряча руки в карманы домашних шорт. — И что, правда все сходится?

— Да! — мама взмахнула руками.

— Лева, женись! — снова заржал Мотя. — И сотри возмущение, на все лицо расползлось. Тебе же мама ясно сказала: астролог нагадала, таро подтвердили.

Я призвал на помощь всю свою выдержку и уставился в потолок. Знал я таких Анфис, которые разводили доверчивых граждан на деньги под прикрытием астрологии, таро и прочей нечисти.

— Пора забыть о том, что было в прошлом, сын. Она была не твоей судьбой.

В голове вдруг включилось радио, голосом Укупника выдавая что-то про съеденный паспорт и лозунг «Я на тебе никогда не женюсь».

— Ладно, и кто моя судьба? — я старался говорить спокойно.

— Не знаю. Но эта девушка точно будет младше тебя. Планеты сказали, что вы встретитесь в ближайшее время.

— Ясно. А как-то поподробнее можно? Ну кто она, надеюсь, не Скорпион по знаку зодиака? Блондинка, брюнетка… Вдруг я ее встречу и не узнаю?

— Точно! — поддакнул малой, быстро сообразив, о чем я думаю.

— Лева, я откуда знаю? Сходи сам к Анфисе, спроси…

Шалость удалась, и матушка в мгновение ока выдала всю нужную стратегическую информацию.

Мы с братом заговорщицки переглянулись, мысленно уже потирая ладони в предвкушении.

— А давай! — легко согласился я.

— Лев, что ты задумал? — напряглась родительница. — Я тебя как облупленного знаю, не смей мне врать!

Я опустил голову, подумал и решил признаться:

— Мам, спорим на что угодно, что твоя Анфиса просто хороший психолог? Я тебе в два счета докажу, что она обычная аферистка.

— Она не такая. Анфиса — бриллиант. Но раз ты, Фома неверующий, сомневаешься, то сходи и убедись в обратном!

— Договорились. И если я прав, то разговоры о моей женитьбе переносятся еще лет на пять!

— Ладно, — согласилась матушка.

Она записала на стикере, висящем на холодильнике, номер и адрес Анфисы. Удовлетворенно кивнула, пряча улыбку, сообщила, что ей пора на работу, и быстро ушла, оставив нас с братом и вечно голодным котом наедине.

Я запер за ней дверь, развернулся к жующему Моту, который сверкал глазами на пороге прихожей, и выдавил:

— Мотя, фас!

— Гав! — подтвердил брат с набитым ртом.

Сгонял в комнату и притараканил шорты. С пчелами. Развернулся, открыл шкаф и вытащил с верхней полки дедов картуз.

— Лева, жги! — брат выдал мне реквизит и похлопал по плечу. — Выведи шарлатанку на чистую воду! Чтоб эта кочерыжка лупоглазая даже слово «астрология» забыла.

— Давай, — согласился я, с ненавистью глядя на треклятые шорты.

— А паспорт я бы на твоем месте все-таки съел, — не удержался малой, — во избежание…

Глава 2

Есения

— Фиса, я дома! — крикнула я, проходя в комнату.

Тетушка сидела за своим столом и раскладывала карты. Она приподняла бровь, вытаскивая очередную карту из колоды, и с интересом покосилась на меня.

— Как дела?

— Он аферист! — взмахнула я руками, падая на кресло. — Брачный аферист!

— Есения, прошу, не вмешивайся. Это кармические отношения, твоя подруга должна пройти этот урок самостоятельно, — спокойно ответила Анфиса, продолжая всматриваться в свой расклад.

— Что значит «не вмешивайся»? — праведно возмутилась я. — Таких аферюг в тюрьму нужно сажать! Месяц назад он занял у Нины деньги на лекарства для мамы. И не отдал! А сегодня меня не постеснялся и предложил Ниночке самой взять кредит на их свадьбу!

— А ты что? — Анфиса отвлеклась от карт, оперлась подбородком на кулак и внимательно посмотрела на меня.

— А я ее паспорт украла, — отвела я взгляд, чувствуя, как начинают гореть щеки. — Фиса, она меня не слышит. Влюбилась как кошка в этого своего Василия и совершенно не слышит голос разума!

Я вскочила с места и подошла к окну, нервно кусая губы. С Ниной мы дружили со школы. В седьмом классе я потеряла родителей и переехала жить к своей тетушке по маминой линии, Анфисе. С первого же дня в новой школе мы с Ниной стали не разлей вода. Вместе учились, ходили на все кружки, влюблялись, страдали и радовались. Даже поступили в один и тот же институт, правда, Нина грызла гранит бухгалтерского учета, а я решила стать педагогом.

И все у нас было хорошо, пока в жизнь подруги не влетел Вася на черном байке. Мне он не понравился сразу — слишком нахальный взгляд, повадки бродячего кота и взгляд, как у того самого кота, которому контрабандой доставили просроченный наполнитель.

Подруга моя вместе с влюбленностью полностью утратила чувство реальности, Васеньку своего готова была на руках носить и недостатков его решительно не замечала. На все мои робкие и не очень попытки ее образумить только отмахивалась, но сдаваться и отдавать подругу на растерзание аферисту я была не намерена.

Родители Ниночки тоже были не в восторге от предстоящего родства с Василием, но и они не смогли повлиять на влюбленную. Даже общими усилиями нам не удалось убедить подругу, что Вася — нехороший человек.

И я уже сама готова была съесть ее паспорт всухомятку, но не дать связать жизнь с прохиндеем. Что я сегодня и сделала, когда от жениха поступило гениальное во всех смыслах предложение — взять кредит на Ниночку, чтобы сыграть шикарную свадьбу их мечты.

— Что ты молчишь? Фиса, мне нужен совет! — я резко развернулась к тетушке лицом и уперла руки в бока.

— Не лезь! — отрезала тетушка.

Подумала и перевела тему:

— Ты сантехника вызвала?

— Да, вечером обещал зайти, — нервно притоптывая ногой, отмахнулась я. — Анфиса, я не могу оставить это просто так!

— Подойди ко мне, — величественно велела тетушка.

Я вздохнула, подошла ближе и упала на стул напротив.

— Сдвинь колоду, — потребовала Фиса.

— Анфиса, — я закатила глаза, но спорить не стала.

Бесполезно потому что. Я протянула руку, сдвинула верхушку колоды на себя и забарабанила пальцами по столешнице.

Все мои мысли занимала Нина.

— Ну что там? — полюбопытствовала я через несколько минут.

— Ничего, — загадочно ответила Фиса, собирая карты.

Осторожно убрала любимую колоду в коробку, поднялась, спрятала ее в ящик и развернулась ко мне:

— Сегодня ты за старшего. Мы с Ираклием идем на свидание, будем поздно.

— А что карты сказали? Что мне с Ниной делать? Как помочь?

— Займись своей личной жизнью, — отрезала тетушка и ушла в свою комнату.

Легко ей говорить!

Я сжала кулаки, вернулась в гостиную, взяла пакет с продуктами, разложила покупки и налила себе чай.

— Боже, Сеня, снова хот-доги, — возвела очи потолку тетушка. — Желудок испортишь.

— Где свидание будет? — игнорируя замечание, поинтересовалась я.

— Мы идем в театр.

— Приобщаться к прекрасному? — хмыкнула я.

Представляю лицо Ираклия, когда тетушка в своей обычной манере сообщила супругу, что все еще не теряет надежды привить в нем любовь к искусству.

— У нас в следующем месяце юбилей свадьбы. Десять лет. Это его подарок.

— Угу, — весело хмыкнула я.

Проводив тетушку, я заперла дверь, обернулась и отвлеклась на телефон. Мне звонила Ниночка.

— Алло, — нерешительно ответила я.

— Сеня, ты украла мой паспорт! — обвинительно прокричала подруга.

Предположим, украла, да. Но во имя благой цели!

— Нет, — быстренько открестилась я. — Что, паспорт пропал?

— Не придуривайся, я знаю, что это ты! Верни немедленно, или ты мне больше не подруга!

И бросила трубку. Вот же кошка влюбленная!

Я топнула ногой от злости, прошлась по коридору туда-сюда, соображая, что мне делать. Следовать мудрому совету тетушки и не лезть в личную жизнь подруги я точно не собиралась.

Я закусила губу, пытаясь составить план действий, когда мысли мои перебил тревожный звонок в дверь. Звонили так, словно где-то за дверью начался пожар. Надеюсь, это не Ниночка пришла требовать свой документ обратно…

Распахнув дверь, я удивленно округлила глаза, уставившись на незнакомую мне тучную женщину лет пятидесяти. Яркий хищный макияж намекал, что дамочка в очень активном поиске жизненного партнера, а огонь решимости в глазах — на то, что искать того самого, единственного, она пришла к Фисе.

— Я записана! — отрезала дамочка, нагло сдвигая меня с порога.

И прямо в обуви потопала в гостиную! А я, между прочим, вчера весь день делала генеральную уборку!

Скрипнув зубами, я пошла за ней. Встала на пороге и уперла руки в бока, пока незнакомка садилась на стул возле рабочего стола Фисы.

Принимала клиентов тетушка всегда у себя дома.

— Мне нужен расклад на деньги и мужа, — махнув рукой, велела незнакомка.

— А…

— И быстро! Я что, зря деньги заплатила?

Ну, Фиса… Она что, специально сбежала, оставив эту нахалку на меня? Если да, то вечером тетушку ждет очень серьезный разговор.

— Я не… — попыталась я объясниться с женщиной, но та не дала мне и слова вставить.

— На мне порча! Я в этом уверена на сто процентов! Мне сорок лет…

Тут мадам явно привирала, но спорить я посчитала лишним.

— А я ни разу не была замужем! Посмотрите, это точно венец безбрачия. Меня сглазили в детстве! И канал на денежный поток мне откройте! Ну быстро, быстро…

У меня в тот момент точно открылась дополнительная чакра от злости, когда клиентка потянулась за колодой Фисиных карт. Правда, бутафорских. Свои рабочие Анфиса хранила на полке, строго-настрого запретив кому бы то ни было прикасаться к сокровенному.

Женщина просто взяла колоду и стала ее перемешивать, взглядом поторапливая зазевавшуюся меня.

А я разозлилась.

Села напротив, забрала колоду и вперилась изучающим взглядом в дамочку.

— Как ваше имя? — полюбопытствовала я.

— Тоже мне, профессионал, могла бы и запомнить, я говорила, когда записывалась, — цокнула она языком, — Любовь Ивановна мы.

Я проглотила колкость, но решила, что сегодня подходящий день, чтобы преподать нахалке короткий урок. Хамить незнакомым людям — плохо.

Задумчиво перемешивая карты, я делала вид, что изучаю клиентку.

— Что вы так смотрите?

— Настраиваюсь на вселенский поток, — объяснила я.

Любовь Ивановна сарказм не распознала и удовлетворенно кивнула.

— Денежный канал мне открыть не забудьте, — напомнила она.

— Да-да, — согласилась я.

Я медленно раскладывала карты так, как это обычно делала тетушка, выдерживая длинную театральную паузу. Любовь Ивановна сопела, ерзала на стуле и тоже вглядывалась в расклад.

— Ну что там? Не молчите? На мне порча, да?

И что ей сказать?

— Да! — серьезно кивнула я. — Перекрыты дороги твоего суженого к тебе, ходит все по кругу, да найти не может.

— Я так и знала! Чувствовала. Что мне делать?

— Снимать!

— Что снимать?

— Порчу снимать!

— Так не сидите! Анфиса, я никуда не уйду, пока вы ее не снимете! С места не сдвинусь, — пригрозила она.

Приехали, называется…

Я вздохнула поглубже, вознесла короткую молитву, прося терпения и избавления от Любови свет Ивановны, и решительно произнесла:

— Вставайте!

Отложила карты в сторону, поминая Фису с ее клиентками недобрым словом, и полезла в шкаф. Достала старые мелки и прямо на полу криво начертила пентаграмму. Подвинула зеркало и закрыла окна шторами, создавая интимный полумрак.

Подумала, накинула на себя мантию Анфисы с глубоким капюшоном, выставила по углам пентаграммы свечи, зажгла и велела:

— Встань в центр!

Любовь Ивановна важно кивнула и встала в центр рисунка, внимательно вглядываясь в свое отражение.

— Какой мужчина тебе нужен? — спросила я, чтобы что-то спросить.

— Богатый, умный, вежливый. Чтоб любил меня, на курорты возил, подарки дарил.

Пока Любовь Ивановна мечтательно перечисляла все известные ей курорты от Куршавеля до Мальдив, я нашла черное полотенце и перебила:

— На колени!

— Это еще зачем?

— Надо, — загадочно ответила я.

Любовь Ивановна встала на колени, я накинула на нее черное полотенце и томным шепотом велела:

— На себя в зеркало смотри, да взгляд не отводи, да пришептывай «Мужик, приди!»

Кажется, меня тоже проняло настолько, что стихами заговорила. Любовь Ивановна так хотела мужчину, что подставы не заподозрила. А чтобы мужик точно услышал, громко и требовательно заговорила:

— Мужик, приди.

— Еще, — вставая за ее спиной и водя руками по воздуху, велела я.

— Мужик, приди! Мужик, приди! Мужик…

Мы обе синхронно открыли рты и хором побледнели, когда в отражении зеркала реально появился мужчина! Словно из темноты он смотрел на нас таким же обалдевшим взглядом ярко-голубых глаз. Его рот тоже удивленно приоткрылся.

Я автоматически отмечала, что на голове у нашего призрака смешной картуз, на крепком торсе белая футболка, а завершали образ призрачного альфа-самца шорты. Ярко-желтые, с пчелами. И сандалики, из-под которых совсем нескромно были видны желтые носочки, натянутые почти до колен.

— Пришел, — блаженно выдохнула Любовь Ивановна.

— А-а-а-а… — жалобно пропищала я, зажмуриваясь от страха.