Книга или автор
На ее условиях

На ее условиях

На ее условиях
4,2
378 читателей оценили
112 печ. страниц
2014 год
16+
Оцените книгу

О книге

Симона хочет скрасить своему единственному родному человеку, любимому дедушке, последние дни жизни. С этой целью она появляется на пороге Алесандера Эскивеля, ловеласа и личного врага их семьи, и предлагает ему… жениться на ней.

Для возрастной категории 16+

Читайте онлайн полную версию книги «На ее условиях» автора Триш Мори на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «На ее условиях» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Переводчик: Р. Юсупова

Дата написания: 2013

Год издания: 2014

ISBN (EAN): 9785227049728

Объем: 202.0 тыс. знаков

Купить книгу

  1. Seofine
    Seofine
    Оценил книгу

    Ужасно хотелось ее почитать. Это время пришло. Я начала ее читать. В начале книги я разочаровалась, хотелось уже забросить, но потом... Она полностью поглотила меня.

  2. Анастасия Клюева
    Анастасия Клюева
    Оценил книгу

    очень понравилась книга

  3. anel...@mail.ru
    anel...@mail.ru
    Оценил книгу

    Интересно, сюжет не избитый

  1. смертного одра. Симона беременна и даже не удосужилась сказать об этом ему, отцу ребенка. Он должен злиться на нее. Как долго она знала – несколько дней, неделю? Алесандер должен… нет, не просто злиться, быть в ярости! Случилось то, чего он боялся все это время, – обстоятельства их сделки внезапно сильно усложнились. И Симона ему ничего не сказала. Ища ответы, он поднял лицо к небу и сделал глоток воздуха, такого же прохладного и чистого, как чаколи, что производили на этом винограднике. Почему он не злился? Вместо ярости он чувствовал почти облегчение. Алесандер выдохнул, только тогда поняв, что затаил дыхание. Теперь Симона не сможет вернуться домой. Странным образом эта внезапная мысль показалась ему единственно правильной. Он не отпустит Симону. Она ждет их ребенка. Теперь она не сможет уехать. Фелипе умер. Чувствуя себя одинокой и опустошенной, Симона опустила руку деда на его грудь, последний раз поцеловала его небритую щеку и встала из кресла, в котором провела последние три дня. – Прощай, Abuelo, – сказала она. – Спи спокойно. У нее ныла спина, болела голова, а на месте сердца зияла пустота. Abuelo умер, и больше ничто ее здесь не держало. Скоро она соберет вещи и вернется домой. Но даже эта мысль
    26 февраля 2017
  2. чувствовала себя совершенно измотанной. Фелипе ничего не ел и не пил, но он все еще цеплялся за жизнь. Симоне было больно слушать, как хрипело у него в груди. Девушка держала деда за руку, когда ей казалось, что он ее слышал, и вытирала его лицо, когда он метался в бреду. Его беспокойство усиливалось. Он теребил край одеяла, бормоча что-то, чего Симона не понимала. Взяв его за руку, она ласково укорила старика: – Ты замерз, Abuelo. Спрячь руки под одеяло. Одна из сиделок отвела ее в сторону, когда Фелипе уснул и Симона встала размять ноги. – Это признак конца, – сказала женщина. – Его кровообращение замедляется, все его тело постепенно выключается. – Но почему так долго? – всхлипнула Симона. Она не хотела, чтобы ее дед умирал, но еще меньше ей хотелось, чтобы он страдал. – Почему он так беспокоится? Он хотел тихо умереть во сне, почему он так мечется? Сиделка сочувственно тронула ее руку: – Иногда живые не хотят отпускать тех, кому пора уйти. А иногда люди сами не могут уйти, потому что не закончили какое-то дело. Есть что-то, о чем он может волноваться, вы не знаете? Что-то, что он не завершил? Симона покачала головой: – Он хотел снова встретиться с Марией. – Ничего другого, чего бы он мог ждать? Девушка со вздохом закрыла глаза. Было кое-что, чего Фелипе хотел. Но она не могла исполнить его желание. Неделю назад у нее начались месячные, так что те страстные объятия с Алесандером под сенью винограда не продолжились беременностью. Симона не удосужилась сказать ему об этом, а он не спрашивал, потому что не следил за датами или потому что ему было все равно, она не знала. Может, потому, что поверил, когда она сказала, что все будет в порядке. Или потому, что его волновала только земля, и каждый день приближал его к цели. Как бы то ни было, Алесандер явно не хотел об этом знать. И если подумать, Фелипе тоже незачем было об этом знать. Закусив губу, Симона взглянула на него, прикованного к постели, едва в сознании. Что изменит еще одна ложь? Крошечная неправда в числе других? Ничего, решила Симона, глядя, как скрюченные пальцы теребят одеяло. Она села на край кровати Фелипе, взяла его холодную руку в свои и легко сжала: – Abuelo, это Симона. Одна из сиделок позвонила Алесандеру, предупредила, что осталось недолго. Он сомневался, стоит ли ему там присутствовать. Последние дни Симона жила в коттедже, и Алесандер не появлялся ей на глаза. После последнего их разговора он не был уверен, что она вообще захочет его видеть. Но он не мог остаться в стороне. Она скоро уедет. Со смертью Фелипе у нее не будет причин оставаться. Она соберет вещи, уедет в Мельбурн, и Алесандер вряд ли увидит ее снова. Он хотел встретиться с ней до того, как это случится. Кроме того, она должна вот-вот потерять единственного родного человека. Кто-то должен был находиться рядом с ней. Алесандер хотел быть рядом. Он хотел, чтобы Симона знала, что он рядом, даже если ей все равно. Когда он шагнул через порог коттеджа
    26 февраля 2017
  3. улетит домой, так что привыкать к ее присутствию смысла не имело. И он не хотел, чтобы она привыкала к нему. Женщины в его жизни были временным явлением. Он так хотел и намеревался придерживаться этого и дальше. Они почти дошли до коттеджа, когда до них донесся звук падения и сдавленный крик. – Фелипе! – вскрикнула Симона, срываясь с места. – Они не хотят его выписывать, – всхлипнула девушка. – Я должна была находиться рядом. Я не должна была оставлять его одного. – Она сидела в больничной комнате ожидания, которую только что покинул врач. – Твое присутствие ничего не изменило бы. Фелипе болен, у него хрупкие кости. Если бы этого не случилось сегодня, то могло бы случиться завтра или послезавтра. – Я должна была быть рядом. Алесандер обнял ее за плечи, притягивая ближе: – Ты не виновата. – Фелипе ненавидит больницы. Он хотел бы видеть лозы из окна. – Симона, он умирает. Он уже слишком болен, чтобы находиться дома. Ты не можешь за ним ухаживать, присматривать круглые сутки. Она снова всхлипнула. Алесандер знал – никакие его слова не принесут ей облегчения. Фелипе нуждался в ней, а ее не было рядом. Она была… О боже, неужели Фелипе все-таки получит свое последнее желание? Такую цену ей придется заплатить за его счастье? Симона спрятала лицо в ладонях и разрыдалась. – Я должна была быть рядом с ним. * * * С этого времени состояние Фелипе только ухудшалось. Перелом бедра приковал его к постели, и Симона проводила рядом с ним почти все свое время. Бывали дни, когда он был в ясном сознании и рассказывал, как он познакомился с Марией и ухаживал за ней. Бывали моменты, когда его речь становилась смесью из испанского, баскского и английского, бессвязной и бессмысленной. По вечерам Алесандер забирал Симону из больницы, увозил в свою квартиру и заставлял что-нибудь съесть до того, как девушка падала на подушку и утром просыпалась, чтобы все это повторить. Алесандер смотрел, как она замыкается в себе, видел, как ложатся тени вокруг глаз, как западают худые щеки, и поражался ее внутренней силе. И он желал Симону, желал до боли. Он хотел обнять ее, утешить, прогнать ее горе. Он хотел заняться с ней любовью и вернуть искру жизни в ее прекрасные голубые глаза. Но он дал слово, и он не касался ее. Она же вообще едва его замечала, и Алесандеру не становилось от этого легче. По ночам он смотрел, как она спит, любовался спокойствием на ее прекрасном лице, хотя бы на несколько коротких часов, до того, как утром вернется боль скорой потери. – Тебе не обязательно проводить там каждый день, – сказал он Симоне после первой недели. – Потрать один день на себя, отдохни. Но девушка только покачала головой: – Я должна пойти. Я все, что у него есть. А он все, что есть у меня. Эти слова были как нож в сердце
    26 февраля 2017