Глава 1 – то, чем мы занимались

То, чем мы занимались… Никто из нас этого не желал, но мы все же встречались. Встречались – в коридорах, на парковках, в зонах для курения, у главного входа в небоскреб – ожидая свои тонированные вкруг таксомоторы. Встречались – и легким кивком приветствовали друг друга. В этом жесте было больше презрения, чем скромности. Мы поносили друг друга, высмеивали слабость и глупость, лицемерие, которыми были пропитаны все слова и поступки. Зачем было ломаться, зачем было корчить из себя самых умных, самых оппозиционных, самых вменяемых, если теперь мы те, кем боялись стать, но отчасти имеем наглость еще и радоваться этому? А кто, скажите нам, был бы огорчен возможностью ни в чем себе не отказывать до той степени, что необходимость сменяется достатком, достаток – роскошью, роскошь – заслуживающим зависти и порицания безумием? Мы были богаты настолько, что заслужили собственную ненависть и родительскую гордость. Да, они были горды нами. Они были счастливы, что из зачуханных патлатых животных мы превратились в элегантных мужчин и женщин, способных обеспечить себя, свою семью, будущее – свое и даже своих детей. Однако, мы продолжали оставаться одинокими. Даже более одинокими – чем были прежде.

Общее совещание руководителей отделов разных филиалов Конторы. Обмен опытом. Приглашенные высококвалифицированные гости, что лучше всех знают, как делать то, без чего человечество вполне себе могло бы прожить. Например, проведение аналитического разбора путем системного анализа проведенного анализа размеров чистой прибыли за третий квартал текущего года среди привилегированных клиентов Конторы в области обеспечение производственных мощностей в сфере товаров народного потребления сектора малого бизнеса.

Иначе говоря, мы слушали, как люди, говорили о том, как люди, оформившие циферки в таблицы Excel, анализировали то, как люди, дающие работу других людям, следили за тем, как действительно работают люди. Вроде так. Хотя, впрочем, если перемешать все слова между собой или расставить их в правильном порядке или прочитать задом наоборот – ничего не поменяется. Мы просто перемешивали в своей речи слова и термины, случайные звуки и буквы так, что в них порой проглядывал некий смысл. Никто ничего не понимал, но виду не подавал, чтобы не показаться тупым. Мы были детсадовскими детьми, которые в песочнице, подражая настоящим взрослым, делают вид, что беседы беседуют.

Совещание проходит в дистанционном формате. Нам уже прислали на почту ссылки-приглашения на видеозвонок. Веб-камера установлена, микрофон настроен, задний фон тщательно закрыт или прибран. Впрочем, технологии позволяют просто замылить разбросанные майки и коробки из-под замороженной лазаньи. Наша очередь.

Микрофон активируется нажатием горячей клавиши. Триггер. Горячая клавиша. Мы забыли. Забыли что-то очень важное. Мы провалились в пустоту, обнаружив ее внутри собственных «Я».

Микрофон активируется нажатием горячей клавиши – и что-то рвется, надрывается в стиснутом тяжестью горле. Дышать – и то беспокойно.

Микрофон активируется нажатием горячей клавиши – и мы словно готовы вспомнить о том, кто мы такие. На самом деле.

Глава 2 – коллеги

Мы.

Тихоня. Душнила. Мистик. Дура.

– Кажется, все прошло довольно продуктивно.

– Да, впрочем, на третий блок я бы сделал более серьезный упор в отношении удельных единиц. Договориться о терминах, знаете ли…

– Мне кажется, нужно предложить руководству чаще проводить подобные встречи. Они должны сыграть решающую роль в укреплении взаимодействия коллективов различных филиалов, чтобы дух здоровой соревновательности не перерос в простую конфронтацию.

– Вы правы, коллеги. Все Ваши замечания непременно должны быть услышаны руководством, ведь мнение столь компетентных специалистов стоит очень многого.

Тишина. Легкий треск, улавливаемый и передаваемый конденсаторным микрофоном. Неожиданно, мы все прыснули смехом, разом – все четверо. Смех этот был похож на свист, с которым открывается иллюминатор самолета на высоте нескольких тысяч метров. Смех этот – сработавший на избыточное давление клапан, выпускающий перегретый пар в потолок. Смех этот – признак жизни.

– Она сказала «Коллеги»?

– Кажется, это все же прозвучало как «калеки».

– Как-ка-леки?

– Еще одно слово и я вас мигом переведу из коллег – в калек.

– Как она позволяет себе так общаться со своими коллегами?

– Коллеги, давайте проведем голосование за то, чтобы исключить Дуру из списка коллег.

– Коллегиальное решение!

– Присваиваю вам звания конгениальностей!

– А что это значит?

– Если смотреть по толковому словарю или энциклопедическому?

– Какая, собственно говоря, разница? Дура наверняка сама не знает, что это слово значит.

– Конечно, я же слова выбираю по их красоте, а не по смыслу.

– И насколько красиво слово «конгениальность»?

– Какой параметр оцениваем? Количество сонорных?

– Явно красивее, чем слово «коллеги».

– Но менее мягко, чем «калеки».