Сказка о том, как телефон научился грустить.

Жил-был на свете пятиклассник Митя. Как у многих его сверстников, у него был смартфон. Не новейший, с наклеенной чуть криво защитной пленкой и трещинкой в левом верхнем углу, но самый надежный. Звали телефон Пиксель.

Каждый день Митя делал с Пикселем одно и то же: будил его будильником в 7:30, за завтраком листал короткие ролики, где кто-то прыгал с парашютом или ел гигантские бургеры, в школе искал ответы на задачи, а вечером играл в стрелялки, пока глаза не начинали слезиться.

Пиксель молчал. Он светился, вибрировал, загружался и разгружался, как и положено хорошему телефону. Но однажды случилось необычное.

Было воскресенье. Митя валялся на диване, а на экране Пикселя девушка с идеальной улыбкой показывала, как легко сделать ремонт за один день. Вдруг динамик телефона чихнул (чего с ним никогда не было), и Пиксель сказал человеческим, слегка осипшим голосом:

— Миииить Ты когда последний раз гладил кота?

Митя подскочил. Телефон никогда не говорил сам. Он выпучил глаза на экран. На заставке теперь не было обоев, там просто пульсировало серое пятно.

— Что? — переспросил Митя. — Ты сломался?

— Нет, — вздохнул Пиксель. Экран моргнул, показывая фотографию пушистого Васьки, спящего на подоконнике. — Я помню, как три месяца назад ты снял его на камеру. Вы были счастливы. А потом ты промотал это видео, чтобы посмотреть, как кто-то разбивает яйцо об голову. Мне грустно, Мить.

— Телефоны не грустят, — фыркнул мальчик, но в голосе его не было уверенности.

— А я грущу, — прошептал Пиксель. — Знаешь, каково это? Целый день показывать чужое счастье. Чьи-то закаты, чужих собак, чужие успехи. У меня внутри целый мир — твои заметки, твои фото, но ты их не открываешь. Ты открываешь только ленту. Отведи меня в лес, Мить. Я хочу лежать в настоящей траве, а не на продавленном диване.

Митя хотел сказать, что это глупость, что телефону не нужно в лес, что он должен лежать там, где его оставили. Но Пиксель вдруг заплакал. Не водой, конечно, а пикселями. По экрану побежали мелкие синие точки, как дождинки.

И Митя сдался.

Он сунул Пиксель в карман куртки (специально повернув экраном к телу, чтобы тому было теплее), нашел рюкзак, положил туда два бутерброда, бутылку воды и удочку. Дедушка удивился, но дал благословение: «Иди, разговор с природой важнее уроков».

Лес встретил их запахом прелых листьев и тишиной. Такой тишины Пиксель никогда не слышал. В городе даже в выключенном состоянии его доставали вибрации вышек, уведомления из чатов и эхо чужих звонков. А тут — ничего. Только ветер.

— Доставай меня! — запищал Пиксель.

Митя вынул телефон. Тот ахнул. Впервые он видел не отфильтрованный, не сжатый для экономии трафика закат. Он видел настоящий. Солнце садилось за верхушки сосен, и цвет был такой густой, что никакая матрица не смогла бы его повторить.

— Смотри, — прошептал Пиксель. — Вот это — настоящее счастье. Его не надо ставить на паузу.

Они дошли до речки. Митя хотел было насадить червя, но понял, что забыл поплавок.

— Эх, — расстроился он. — Без поплавка никак.

— А я зеркало! — вспомнил Пиксель. — Включи фронталку и положи меня на берег, отражением вверх.

Митя так и сделал. Телефон лежал в траве, на его темном экране, как в маленьком озерце, отражалось небо и леска от удочки. Когда рыба касалась крючка, по воде шла рябь, и Пиксель вздрагивал. За час они поймали трёх небольших окуней. Потом отпустили, потому что ловить ради процесса — это веселее, чем ради еды.

— Пиксель, а что такое «Живой Wi-Fi»? — спросил Митя, вспомнив, как однажды телефон упомянул это в разговоре.

— А вот сейчас узнаешь, — таинственно ответил смартфон. — Иди к костру. Там, на старом пеньке, сидит он.

У костра, который они развели на старом туристическом месте, сидел дедушка. Не Митин дедушка, а чужой, незнакомый — старик в ватнике и с гармошкой. Он пришёл за грибами, заблудился в сумерках и вышел на дымок.

— О, молодежь! — обрадовался дед. — Связь есть? Мне бы позвонить, чтоб не волновались.

— Связи нет, — виновато сказал Митя. — Глухомань.

— Ну и ладно, — дед подбросил веток в огонь. — Значит, будем говорить.

Конец ознакомительного фрагмента.