Глава 1

— Муж жалуется на мои волосатые ноги. Мне кажется, он от меня скоро уйдет.

— Из-за волосатых ног? — Ира явно не уловила, почему я так расстроена.

— Да нет же! Думаю, я больше его не завожу как женщина. Ноги — лишь предлог.

Мы пили кофе в маленькой уютной кофейне. Я нервно поедала пирожное, вечно худеющая подруга ограничилась американо без сахара. На душе было гадко и пасмурно. Дело в том, что Денис в последнее время был сам не свой, словно его подменили. Он отстранился. Приезжал поздно и уставший, в плохом настроении. На мои вопросы отмахивался.

А вчера вот заявил, что со мной даже в постели лежать неприятно — ноги колются. Да ещё таким тоном, будто у меня там щетина в три сантиметра.

— А почему ты не бреешь ноги? — продолжила допытываться подруга.

— Я их брею. Но не каждый же день.

— Ну, запишись на лазер. Я вот курс сделала, так уже полгода про волосы не вспоминаю, — защебетала Ира и начала рыться в сумке. — Сейчас, найду контакт своего мастера.

У меня дернулся глаз.

— Ир, да при чем здесь ноги?! Дело в отношении. Мне кажется, у Дениса кто-то есть… или он кого-нибудь себе найдет в ближайшее время. Раньше моя волосатость его не задевала.

Подруга задумчиво закусила губу. Мой муж ей никогда особо не нравился. Она всегда говорила, что я заслуживаю кого-нибудь лучше и не должна зацикливаться на Денисе. Особых причин так считать у неё не было, но Ира невзлюбила его с первой же встречи.

А я его любила…

Он стал моим первым во всех смыслах.

Я старалась ради него и даже подумать не могла, что какая-то фраза сможет выбить меня из колеи.

— А хочешь, проверим его? — внезапно предложила Ира, кокетливо поправив локон.

— В смысле?

— В коромысле. Не тупи, Савельева. Я могу написать твоему герою-любовнику или где-нибудь случайно на него натолкнуться. Вся такая красивая, свободная и доступная… с бритыми ногами, — хихикнула она. — Если твои опасения по поводу Дениса верны, он поведется. Тогда бросай его к чертям собачьим. Если же нет — сходи на эпиляцию и не парься.

— Хм, думаешь, это хорошая идея? Не знаю, как-то неправильно, обманывать мужа…

— А почему нет? Если он кобель, то узнаешь это наверняка.

— Ладно. Давай попробуем.

…Через две недели, когда я застала их в нашей постели, подруга без какого-либо стыда сказала:

— Слушай, а кто меня под него подложил? Ты сама во всем виновата...

***

Застав подругу с мужем, я сбежала из квартиры. Села в автобус, который привез меня к дому детства. Там жили родители. Планировала переночевать у них, а завтра, на трезвую голову, решить, как быть дальше. Потому что вернуться домой — как будто признать поражение.

Типа: ну да, ты, конечно, изменщик, но ночевать мне негде, поэтому давай перестелю простыни.

Дверь открыла мама. Папа как всегда допоздна задерживался на работе.

— Денис изменил мне, — произнесла я с порога, проглатывая ком в горле.— Я от него ушла.

И слезы начали литься из глаз. Удержать их было невозможно. Я кое-как сдерживалась в транспорте и пока шла сюда. Но теперь, глядя в строгое лицо мамы, они прорывались наружу. Мне требовалась её поддержка. Её теплые слова, мягкий плед и домашнее малиновое варенье. Мне хотелось ненадолго представить, что ничего не произошло, что мне снова восемнадцать лет, и самая большая проблема в жизни — прыщ на весь нос перед свиданием.

Нет ни мужа, ни измен, ни подруг-предательниц.

Но она посмотрела на меня строго и сказала суровым тоном:

— Маша. Ты что натворила? Немедленно возвращайся домой.

Не такого ответа я ждала от самого родного своего человека. Не возмущения. Не укоризны.

— Мама, ты серьезно? — мой голос дрогнул. — Ты слышала, что я сказала? Он мне изменил!

— Ну и что? — отмахнулась она, как будто я пожаловалась на то, что муж мою стряпню не оценил. — Из-за этого теперь разводиться? Он же тебя не бьет. Знаешь, сколько у меня знакомых, которые и с побоями мирятся, и выпивох терпят. А тут... Тьфу! Из-за ерунды.

— Ерунды? Мама, ты… — у меня попросту слов не нашлось, чтобы закончить предложение.

По ее мнению, измена — это ерунда? И даже побои — недостаточная причина к разводу?

Мама отошла к окну и выглянула во двор, как будто ожидала увидеть Дениса прямо там.

Она у меня моложавая, следит за собой. Ей не дашь больше пятидесяти, хотя маме за шестьдесят, и я — её младшая дочь. Мама не выходит на улицу без макияжа, у неё всегда выглаженные костюмы, волосы уложены волос к волосу.

Она прекрасно выглядит. Умеет скрывать эмоции за маской гостеприимной хозяйки.

А вот я стояла и позорно рыдала, не в силах удержать слезы.

— У тебя всё есть: муж, дом, — продолжила она холодным тоном. — А главное — квартира принадлежит Денису. Что будет, если вы разойдетесь? На улицу пойдешь? Ко мне переедешь? Твоей зарплаты даже на съем нормального жилья не хватит. Маша, ты головой хоть немного думай перед тем, как уходить от мужа.

— И что теперь? Его измены терпеть?

— А что в этом такого страшного? Жизнь, она непростая штука. Не всегда гладкая, как ты привыкла. Вот тетя Галя, у нее муж в аварию по пьянке попал, сидит в инвалидном кресле — так она теперь на всю семью одна пашет. А у тебя мужик здоровый: с руками, ногами. Главное — головастый. Бизнес свой держит. А ты нос воротишь!

Я качнула головой, не в силах поверить в то, что слышу.

— Маша, — мама отвернулась от окна ко мне и посмотрела как-то устало, но решительно. — Ты просто зажралась. Денис — нормальный мужик. Да, оступился. Но бросать его? Из-за какой-то девки? Он же твои недостатки терпит. Ты же не считаешь себя идеальной?

— Так, всё. — я решила поставить точку в этом бессмысленном разговоре. Всё равно что слепому с глухим общаться. — В любом случае, мне нужна передышка. Я в душ схожу, хорошо?

— Ну, сходи, — фыркнула она. — Подумай о своем поведении. Как перед мужем извиняться будешь.

— М-м-м. Я еще и извиняться должна?

— А как же. Семья — это не только про любовь. Это как работа, Машенька. Ты же на работе не будешь плакаться, что начальник пока тебя не было, на время твоего больничного другого человека к работе привлек. Ну, вот и тут так же.

Я застыла, ошеломленная, внутри оборвалась струна. Смотрела на мать, чувствуя, как в груди поднимается злость и боль. Так вот какую судьбу она для меня хочет? Всю жизнь закрывать глаза, терпеть и молчать? Ради «семьи»?

Ещё и первой бежать извиняться?

“Денис, солнышко, прости, что была недостаточно хорошей женой, и тебе пришлось залезть на Иру. Я исправлюсь”, — так, что ли?

— Нет, мама, — я произнесла это, с трудом подбирая слова. — Семья — это не работа. В семье должны любить и ценить,, а не притворяться и закрывать глаза!

Мать хмыкнула. А я быстрым шагом направилась в ванную комнату. Закрыла за собой дверь и включила горячую воду, пытаясь заглушить глухое отчаяние, сжимающее изнутри.

Когда, наконец, вышла из душа, с красными, отекшими от слёз глазами, меня ждал новый удар.

В гостиной на диване сидел Денис. Рядом с ним стояла мать.

— Машенька, твое место — дома. Так что заканчивай эту глупую драму и поезжай со своим мужем. Он даже за тобой приехал.

Я застыла на пороге комнаты как парализованная. Руки сжали дверной косяк до боли в пальцах.

Предательство за предательством сыпались на меня градом.

Сначала Ира, моя лучшая подруга, с которой мы дружили еще с института, обнаружилась рядом с моим мужем и, не прикрывая наготы, смотрела на меня, абсолютно честными глазами.

— Слушай, а кто меня под него подложил? Сама виновата, — говорила она, поправляя волосы.

В тот момент я чувствовала себя придавленной бетонной плитой, не было сил даже вздохнуть.

И я ушла. Сбежала из дома, не дожидаясь оправданий мужа. Приехала к матери.

Чтобы увидеть Дениса, который сидел как ни в чем не бывало, разве что чаек не попивал.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала я опустошенно.

Он глянул на меня с удивлением, но каким-то вялым и, даже, можно сказать, усталым.

— В общем, извини. Я... я козел, — это звучало так, словно он про мой день рождения забыл или про что-то такое же обидное, но не настолько значительное. — Оно как-то само получилось… Ты сама подумай. Стал бы я приводить ее к нам, если бы всё было серьезно?

Он поднялся с дивана.

«Надо уйти», — единственная здравая мысль заставила меня развернуться на пятках.

В отражении зеркала, что висело на стене, я видела самых, как мне казалось, родных людей. Но теперь они выглядели чужаками.

— Маша, постой, хватит бегать от меня, — жестко попросил муж.

— Я, пожалуй, оставлю вас наедине, — улыбнулась Денису мама. — Поговорите, обсудите всё как взрослые. Пойду чай заварю.

Я смотрела на мужа через отражение, так, будто видела его впервые.

Он чертовски хорош. В него невозможно не втрескаться по самые уши.

У него красивое привлекательное тело, которое мне всегда безумно нравилось. Ещё бы. Денис ходил в самый дорогой в нашем районе спортзал три раза в неделю — я бы тоже хотела там заниматься, но времени не хватало. Работа, поддержание быта, готовка. Денис категорически не выносил «магазинную» и «ресторанную» еду, а домработницу отказывался нанимать, говоря:

— Зачем нам чужой человек в доме? Это небезопасно. У меня жена есть.

Вот и выходило, что из-за его аллергии на пыль мне приходилось каждый день проводить влажную уборку и пылесосить всё: от ковров до мебели.

Какой уж тут фитнес. Под вечер я ощущала себя вымотанной без спортзала.

А у Дениса выбора не было. Перед партнерами по бизнесу он хотел всегда выглядеть с иголочки. Ну, мой муж в переговорах и встречах половину жизни проводил, поэтому его стремление я понимала. Как-никак первое лицо фирмы.

— Маш, ну, чего ты артачишься. Пойдем домой. Иру я выгнал. Твоя же подруга, чего ты кипятишься?

Это прозвучало так, будто был вариант, что Ира дожидается нас дома.

Я развернулась обратно к мужу, сжав до боли кулаки.

— Чего кипячусь? Ты серьезно? Ты мне не изменял?

На миг у меня мелькнула мысль, что я с ума сошла. Может, я всё неправильно поняла? Может, они там чай пили? А разделись — потому что жарко. Да и вообще кондиционер сломался. Пришлось снять одежду и ходить голышом.

— Ты придираешься к мелочам, — он закатил глаза. — Да я её случайно у дома встретил. Она говорит: “Пусти в туалет, до дома не добегу”. Что мне оставалось делать? Это же твоя лучшая подруга. Не мог же я её прогнать. А потом... — он почесал затылок. — Слушай, давай начистоту, без обид: ты в последнее время себя запустила, а она такая… доступная, готовая… Вышла из ванной уже без белья. Это как-то само собой получилось. Она меня совратила. Любой мужчина на моем бы месте поступил так же.

А-а-а, вот оно как, оказывается. “Она сама пришла”. Отличное оправдание.

Я взглянула ему в лицо, когда-то такое любимое, а сейчас словно незнакомое.

— Ладно-ладно, прости, — добавил он с легким раздражением, как будто это сугубо моя ошибка: застать мужа с подругой в постели. — Ну, чего ты от меня хочешь? Хочешь, я к психологу пойду, чтобы… проработать этот момент? Ты ведь знаешь, что люблю только тебя… А ты… ты на себя тоже посмотри! Килограмм на восемь со свадьбы поправилась! Не следишь за собой совсем. Ты когда последний раз красилась? Знаешь же, что я обожаю, когда ты со светлыми волосами, нет, уже второй год назло мне свой русый отращиваешь. Челку бы сделала, нарядилась для меня хоть разок…

— Так это я виновата? — Я не узнала свой голос, он казался предельно спокойным, ледяным.

— Конечно, нет, я же говорю, виноват я. Я — козел. Если честно, я Ирку пока трахал, два раза ее твоим именем назвал. Мне она не нравится совсем, глупая, недалекая баба. Деревенщина какая-то. С ней даже поговорить не о чем. Это нельзя полноценной изменой считать. Так, ошибкой. О-о-о! А хочешь, я на домработницу соглашусь? Тебе полегче будет.

Я смотрела на него во все глаза и не верила своим ушам. Денис пытался убедить меня в своей "невиновности", заявив, что во время секса с другой женщиной называл мое имя?

Как я должна была отреагировать?..

Обрадоваться?

Мол, выкуси, Ирка, он меня любит — как может хранит верность, не телом, так душой. Вот такой он у меня любящий и замечательный.

На глаза вновь навернулись слезы. Я не представляла, как поступить.Но каждый новый довод мужа лишь сильнее отдалял меня от него.

— Маша, ты только сгоряча решений не принимай, — он покачал головой. — В конце концов, у нас семья, не надо её рушить из-за одной ошибки.

Я устало кивнула.

Кажется, Денис принял мой ответ за свою маленькую победу. Не послала же, даже согласилась с его словами, так, глядишь, и домой вернусь.

А если… если Ирка права? В том плане, что я сама согласилась на её «проверку». Подруга заигралась, но я — лично! — ведь дала ей добро. Проверила, блин. Убедилась в чистоте его помыслов.

— Так что, запишешь нас к психологу? — весело уточнил Денис. — Давай, я готов сходить разок-другой, разобраться в наших проблемах. Видишь, всё для тебя делаю. Такое счастье, что Елена Борисовна мне позвонила и сказала ехать за тобой. Пока ты глупостей не натворила.

Я молчала. Мне нечего было на это ответит. По его мнению, психолог что-то изменит? Заставит меня простить?

Еще и проблемы, оказывается, “наши”. Ну, да, логично, кто виноват в измене, если не жена? Которая трудилась на благо семьи и — о, ужас! — не всегда брила ноги.

— Что ж, — продолжил муж, не дождавшись моей реакции. — Тогда предлагаю попить чай, и поедем домой, а там всё обсудим.

— Домой я не вернусь.

— То есть как это понимать?

— Как хочешь, так и понимай. Я не собираюсь жить с тобой под одной крышей.

— И где тогда ты собираешься жить? — донесся из коридора голос мамы; она точно подслушивала, чего даже не пыталась скрывать. — Я тебе не разрешу семью рушить. Здесь ты не останешься.

— Мама…

— Не мамкай, пожалуйста, я тебе добра желаю. Так, ладненько. Пойдемте на кухню, я сегодня как специально печенье испекла, — добавила она приветливым тоном.

Собственная мать выгоняет меня из дома… где это видано. Кому расскажешь — не поверят.

Я понимала, что если соглашусь поехать с Денисом, то проиграю первую же битву. Он мне изменил, а я безропотно вернулась в нашу квартиру и легла на кровать, где рушился наш брак.

Можно, конечно, снять номер в гостинице или квартиру посуточно, но зарплата только через неделю, а тратить деньги с общего счета, который пополняет Денис… это как-то странно.

Ничего страшного. Еще есть сестра. Мы с ней достаточно близки. Думаю, если я побуду у нее пару дней, никто не обидится.

— Маша, ты идешь? — мама поманила за собой, но губы поджала неодобрительно.