Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
65 печ. страниц
2020 год
18+

Предисловие.

– Я не был гермафродитом11, не был психопатом с раздвоением личности. Я просто родился с уникальным отклонением ДНК. Точнее, нельзя было сказать, женщиной я был или мужчиной, потому как я мог менять пол, на какой мне вздумается. Когда я родился, то врачи сами не могли определить пол, не потому что им сложно было это сделать, а потому что было невозможно его определить. Как определить пол существа, которое его постоянно меняет? – начал рассказывать мне свою историю Валерий.

Я – тот человек, к которому Валерий пришёл поведать свою уникальную историю. Я писательница. И со мной много, кто делится своими историями, как банальными и затертыми до дыр, как старый коврик, так и уникальными, со своим стилем письма, какой бывает у талантливого художника, который в повседневность смог влить яркие краски. Но об этом человеке я узнала из интернета, и попросила его дать мне интервью.

– Вы меняли его ещё в утробе? Поясните? Почему врачи не могли определить Ваш пол? – полюбопытствовала я.

– Именно так. – Валерий попил воды из стакана, что стоял на столе перед гостем. – Я мутировал у них на глазах, и они сначала ссылались на ошибки аппарата УЗИ. А когда я начал «мелькать», когда уже родился, они и вовсе оказались в замешательстве. А моим родители не смогли с этим фактом смириться… Да я бы сам испугался, наверное, если бы увидел подобного монстра перед собой… – как бы оправдывал он поведение своих родителей, а потом закончил мысль, – поэтому им ничего не оставалось, как сдать меня в интернат.

– Я правильно Вас поняла, Валерий, родители, когда увидели, что Вы «мелькаете», просто Вас испугались? – задала я наводящий вопрос.

– Да, всё верно. – подтвердил мою теорию Валерий.

– А как часто Вы «мелькали», когда родились? Процесс «мелькания» происходил безконтрольно? Независимо от Вас?

– Мог поменять облик в любую секунду. При рождении это происходило безконтрольно. Когда я подрос, то со временем научился контролировать это умение.

– В каком возрасте, Вы поняли, что смена облика Вам подвластна?

– Уже лет в пять-шесть.

– В статье о Вас говорится, что в интернате Вас боялись, как дети так и взрослые. Дети с Вами не общались, избегали Вас, воспитатели относились к Вам с принебрежением.

– Таких людей, как я, таких монстров, таких, отличных от нормальных людей, никто не понимает и не принимает. Люди пугаются их, смеются над ними, избегают их. Это нормально. Если бы перед Вами был монстр, как бы Вы на него отреагировали?

– Если страшный, то испугалась бы. Вы были страшным? Или страшным выглядело то, как Вы превращались, меняли облик?

Валерий немного задумался. Казалось он на мгновение погрузился в те давние времена, когда он был маленьким и жил в интернате. Выражение его лица за это мгновение поменялось несколько раз. Возможно, те метамарфозы, что с ним когда-то происходили, сыграли на том, что он мог так часто меняться в лице. А вероятно, воспоминания о его детстве вызывали у него самые разные эмоции. Спустя несколько секунд, он ответил на мой вопрос:

– Скорее то, как я менял облик. Сам по себе, я, будь я девочкой или мальчиком, был очень даже симпатичным и милым ребенком. Мне забыли дать имя, потому что не знали, какое дать – женское или мужское.

– Это как? – удивилась я. – Всем дают имена при рождении. Вам же обязаны были выдать свидетельство о рождении.

– Врачи даже пол не могли определить! Было целое дело по этому поводу. Ни одна из муниципальных служб не могла дать долго чёткий ответ, какое имя мне дать «мужское» или «женское». Сошлись на том, что для меня сделают исключение из правил, и в графе пол написали «неопределён», а имя… – он задумался. – Моё имя скорее было условностью. Чтобы что-то вписать в графу «ИМЯ», написали самое распространенное на то время – Саша.

– Угу, – кивнула я, подчёркивая тот факт, что понимаю, что он хочет сказать, – даже не Александр, а именно Саша?

– Да! Понимаете, имя Александр подразумевает, что это мальчик, а Александра – что девочка. Я был ни тем, ни другим, вернее не так! – он поправил сам себя. – Я был и тем, и другим одновременно. А по имени Саша этого сказать нельзя.

– Это-то понятно. – сказала я. – Но! Вы сказали, имя Вам дать забыли! А его всё-таки дали.

– Я имел в виду родителей. Они мне так и не смогли дать имени. Имя мне, фактически, дал суд.

– А фамилию?

– А с фамилией… – Валерий почесал подбородок, как бы обдумывая, как ответить на этот вопрос. – Тут родителям повезло. Фамилия у них была казачья и оканчивалась на «ко».

– Понятно. – ответила я и усмехнулась. – Мдаааа… Не повезло Вам в детстве. Но взрослая жизнь Ваша, судя по Вашим комментариям, стала налаживаться. Расскажите поподробней, как Вам всё-таки удалось избавиться от Вашей мутации и так хорошо устроиться в этом мире.

– Повзрослев, я сам назвал себя Валерой и предпочёл не менять пол с мужского. Сам себе придумал фамилию и место рождения. В паспортном столе просто сказал, что все мои документы были уничтожены во время пожара в интернате. Работников интерната же попросил, чтобы они подтвердили эти данные.

– Постойте! Работники интерната к Вам брезгливо относились. Или я что-то путаю?

– В детстве, да. Но потом я научился справляться со своими метамарфозами, а за всё моё время пребывания в интернате, вплоть до восемнадцати лет, воспитательниц сменилось не мало, – он улыбнулся уголком рта, как будто вспомнил что-то смешное из его прошлого, – и последние относились ко мне очень даже хорошо. Ведь я перестал перед ними мелькать, закрепил за собой образ мальчика. Плюс ко всему, я был очень хорошим и воспитанным мальчиком, добрым, отзывчивым, да ещё и к тому же прилежным учеником. Поэтому с байкой о сгоревших документах они мне помогли.

– Так какие Вы решили назвать себя Валерием Валерьевичем Валерьевым? Всё верно?

– Да, я не стал заморачиваться. Место рождения выбрал Краснодар. Там был расположен интернат, в этом же городе я себе купил первую квартиру и прописался в ней, а потом купил и вторую для Леры.

– Валерий… – повторила я за ним его имя, как бы подытожив сказанное. – Остановились-таки на мужском поле? И даже сквозь армию прошли, чтобы понять, каково это стать настоящим мужчиной?

– Именно так. Хотел прочувствовать на своей шкуре армейскую муршртру.

– А ведь могли остаться Валерией и не пойти в армию… – попыталась я зацепить словом собеседника.

– Мог. Но не хотел. Понимаете, ещё будучи ребёнком, я осознал, что мальчиком живётся проще. И в армии мне даже понравилось, кстати.

Со временем, появились у Валерия и друзья, и подруги. И тут-то, во взрослой жизни, он и понял, как это удобно быть двуполым существом.

– Если тебе хочется отшпилить женщину, прикинься красавцем-мужчиной. – объяснял Валера. – Если же наоборот, хочешь, чтоб в тебя проникал член, ву а ля, ты обаятельная девушка. Один лишь был огромный минус, хотя, в какой-то степени может и плюс. Я был абсолютно бесплоден, как с женской, так и с мужской стороны.

– В чём плюс, а в чём минус? Поясните. – попросила я.

– Минус в том, что моя женская сущность хотела иметь детей, но не могла, а плюс, хех – он усмехнулся, – всё просто! Валера плодиться не хотел, ему это было на руку.

Двуликий был настолько хитёр и умён, что вряд ли удалось бы его раскусить. Тот, кто знал Валерию, не знал о Валере, и наоборот. Квартиры у него было две, одна – для отъявленного холостяка Валеры, другая – для его сестры-близняшки Валерии. А вот работал только Валера, чтобы не раскрывать своей тайны другим. У Леры работа была лишь прикрытием.

– Откуда взяли деньги на две квартиры? – поинтересовалась я. Вопрос мой был вполне логичен, ведь передо мной был подопечный из интерната.

– Мне повезло. После армии я поступил в университет на очное на бюджет. На специальность «Связи с общественностью». Тогда это была не совсем понятная специализация, и не все знали, что за рекламой, пиаром и продюссированием стоит будущее. В универе я познакомился с нужными людьми и обзавёлся хорошими связями. После универа благодаря этим связям, я быстро поднялся. Тогда-то я и понял смысл поговорки, что в шоу-бизнес путь заказан через постель. И когда я стал ведущим пиар-менеджером в сфере «связи с общественностью» в Краснодарском крае, то в местный шоу-бизнес попадали через мою постель, вернее через Валерину. Вот так, вскоре после университета, у меня была уже возможность иметь аж две квартиры в южной столице. И даже был автомобиль бизнес-класса. Но это всё лирика.

– Как Лера встретила мужчину своей мечты и что стало потом?

– Оооо… – растянул Валерий. – А это как раз отдельная история.

– Ну, так я Вас за этим в гости и позвала. – я улыбнулась Валерию надменной улыбкой.

Так Валерий начала своё повествование о том, как однажды Лера умудрилась влюбиться в одного мужчину. И с этих пор двуликому пришлось снова начать «мелькать». Ведь большинство людей, с кем он общался, знали только Валеру. И лишь немногие были знакомы с Валерией. И те, и другие знакомые не знали о существовании друг друга также, как и знакомые Валеры не знали о том, что существует Валерия, и наоборот. Единственный человек, который знал о существовании и о Валере, и о Валерии – была секретарь Валеры. Валера разыграл перед ней целый спектакль, чтобы та поверила, что перед ней сестра-близнец Валеры, а не кто-то ещё. Потом он взял с секретарши обещание, угражая ей увольнением с удержанием заработной платы, что она ни одной живой душе не скажет о существовании Валерии. Это было своего рода коммерческой тайной. Секретарь была девушкой молодой и робкой, а также любила свою работу и дорожила ей, поэтому хранила эту тайну. А Валерию нужно было как-то обосновать появление посторонней женщины у них в офисе, поэтому подобный маневр с его стороны был вполне оправданным, как он считал.

***

Валерий был достаточно успешным и красивым молодым человеком, преуспевающим в своем деле. Он был бизнесменом. А муж Леры даже слегка завидовал ей, что она зарабатывает больше него. Чтобы муж был уверен, что она и правда бизнес-леди, и для собственного успокоения души, закрывшись у себя в кабинете, Валерий перевоплотился в обольстительную высокую Леру. Валерия, в свою очередь, одела женский строгий костюм, и сделала фотографию себя на рабочем месте. Затем быстро переоделась обратно и перевоплотилась в Валерия Евгеньевича.

Муж очень любил свою Леру-Валеру и безумно хотел от неё детей. От этой мысли двуликий впадал в депрессию. Он не мог раскрыть свою тайну. Не был готов. Женственная и нежная Валерия лишь кормила обещаниями, что рано или поздно чудо свершится, надо лишь подождать. Она однажды даже сказала, что посещала гинеколога, и врач сказал, что с ней всё в порядке. Можно смело делать детей. Понятное дело, она просто обманула мужа.

А что она могла ему сказать? Нет, она, конечно, могла сказать, что она бесплодна. Но как бы она ему объяснила, что она бесплодна из-за того, что она мутант? То, что она не такая, как все. Да она – это даже не она, и не он, а непонятное двуликое существо. А может, она и не с этой планеты вовсе, как супермен, к примеру. А может быть, в мире, правда, есть место, где собираются все уникальные люди, как в рассказах комиксов. Нет, на вряд ли. Конечно, в мире были и есть люди, с нарушением ДНК, но, чаще всего, их просто обзывали фриками, или, по-русски, уродами. Ну не хотел просто двуликий разбивать сердца и рушить мечты, как хрусталь об мраморный пол.

И всё бы ничего, если бы ни одно обстоятельство. У Валеры был свой собственный массажист, вернее массажистка. Его персональный релакс-тренер тела и души, так он её называл. И считал её самой лучшей в этой профессии, пока та однажды не ушла в декрет. За своей занятостью Валерий Евгеньевич даже не замечал у молодой девушки живота, поэтому сильно удивился, когда узнал о подобной новости. Так бывает иногда с деловыми людьми.

Но ей на смену быстро пришла другая. Тоже молодая, и даже намного симпатичнее прежней.

– Надеюсь, Вы не собираетесь в декрет? – спросил Валера, скидывая с себя белый халат перед процедурой.

Вопрос новую массажистку немного застал врасплох, но она всё же ответила, практически не колеблясь:

– Один уже есть, пока хватит. – ответила она и улыбнулась.

Валерий улегся на кушетку лицом вниз и полностью расслабил тело:

– Вот и хорошо. Потому что я не переживу, если ещё один мой мастер свалит в декрет. Мужчинам-массажистам я не особо доверяю. Они либо чересчур грубые, либо педики. А я ярый гомофоб. Терпеть не могу педиков!

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
255 000 книг 
и 49 000 аудиокниг