…Всем, заблудившимся на Земле инопланетянам, посвящается.

Глава 1

Ранние утренние звонки всегда неожиданны.

Кому там не спится! – ругнулась про себя Ольга.

– Слушаю, – вздохнула в трубку, не собираясь скрывать своего недовольства. Кто посмел прервать замечательный сон? А ведь сон был какой-то бесконечно-прекрасный и завораживающий.

– Олик, ты еще не уехала, а я уже скучаю! – по восторженным интонациям в голосе Ольга поняла, что Сашка изрядно под хмельком.

– Ты хоть знаешь, который час? -

– На моих часах время любви! – Сашка засмеялся, радуясь своей удачной шутке.

– А у меня – сон в летнюю ночь, – съязвила Ольга и нажала на кнопку отбоя.

Телефон заверещал вновь.

Нет уж, дорогой, пусть будет по-моему хотя бы на этот раз! – она опять нажала на кнопку отбоя.

Сна как не бывало! Интересно, откуда он звонил? Опять, наверное, в какой-нибудь развеселой компашке резвится?

– Ну таким я уродился! Компанейским парнем, понимаешь? – Сашка наивно широко распахивал ясные голубые глаза, вспоминая очередную историю.

– Проезжал мимо, девчонок толпа, голосуют. Я их подвез. Потом дружно чаек попили. Смеялись, анекдоты травили. Ничего такого не было, не думай…

Поначалу Ольгу забавляла та неожиданная легкость, с которой Сашка знакомился с людьми разного возраста и положения. Где бы он ни появлялся, мгновенно становился душой любого сборища.

– Да он с пеленок был такой, веселый балагур! – с нежностью улыбалась Сашкина мать. – Карапуз, от горшка два вершка, а, словно магнит, притягивал к себе и ребятишек, и взрослых людей.

– Магнит! – сквозь зубы произнесла Ольга, глядя на экран телефона. – Ненавижу, ненавижу!

Сколько раз она внушала сама себе – нужно расстаться! Забыть этого ветреного, обманного, как зимнее солнце, парня.

Внушать-то внушала, а ничего не получалось. Себя, как оказалось, уговорить значительно труднее, чем кого-либо.

Вот придумала еще одну попытку вырваться из сладко-горького Сашкиного плена – уехать.

Уехать! Да не куда-нибудь, где серость и скука, а туда, где экзотика, сумасшедшее солнце, щекотливые сюрпризы. Набрала в долг у знакомых денег, и завтра, нет уже сегодня поднимется высоко в небо лайнер “Санкт-Петербург – Паттайя”, унося Ольгу от всего вчерашнего.

Душ. Завтрак. Последняя проверка чемодана, собранного несколько дней назад. Что еще? А еще она вдруг застыла перед зеркалом, поймав себя на мысли, что все это время вела внутренний монолог. С кем? Нет не с Сашкой, который ее нахально разбудил. Нет не с родителями, она обещала позвонить им, как-только приземлится в Таиланде.

– А с кем, Оля, ты разговариваешь? – шепотом спросила свое зеркальное отражение.

Нет, нет! Действительно пришло время отдыхать! Какой-то непонятный сумбур в голове.

Она вызвала по телефону такси. Таксист, смуглый, глаза – веселые щелочки, всю дорогу насвистывал какие-то незнакомые мотивчики, и это было замечательно. Иногда так не хочется разговаривать.

Особенно с незнакомцами.

Аэропорт не спит никогда. И ночью, и ранним утром шумят разноязычные людские волны, тарахтят колеса чемоданов и обязательно где-то плачет ребенок.

– Девушка, вы не забыли, что завтра самый замечательный праздник. Наша туристическая фирма поздравляет вас! – смуглый высокий мужчина протянул Ольге миниатюрный букетик из белых цветов.

– Ой, спасибо! Да, завтра ведь наш любимый женский день – Восьмое марта! – Ольга искренне улыбнулась. – Вы первый меня поздравили! Так приятно путешествие начинается. А вы с нашей группой летите?

– Да, я с вами буду все ваши десять дней. Рад познакомиться. Я – руководитель группы Борис. А вы, если не ошибаюсь, – он заглянул в блокнот, – Ольга Лебедева?

– Да, она самая! Надеюсь, скучать нам не придется?

– О чем вы говорите? – громко воскликнул Борис и взмахнул руками, как дирижер. – Я в эту страну много лет вожу группы, но каждый раз волнуюсь, как перед первым свиданием. Такая необычная, непредсказуемая атмосфера там. Да вы скоро сами все поймете. Ни о какой скуке не может быть речи!

– С праздником, с весенним праздником, милая дама! – Борис уже протягивал очередной душистый букетик высокой блондинке, с яркими губами, которые шевелились, как крылья

бабочки-пожарницы.

У него прямо конвейер, – почти обиделась Ольга и отошла к столикам, за которыми туристы, озабоченно склонив головы, заполняли разномастные бумажки. Некоторым эта нехитрая процедура давалась с трудом. Попеременно спрашивая что-то друг у друга, они яростно комкали неправильно-заполненные листочки-анкеты и старательно, как ученики начальных классов, царапали на новых бланках.

– Придумали, тоже мне, на английском заполнять, а меня спросили, знаю я этот язык или нет? – блондинка с ртом-бабочкой искала поддержки возмущения у Ольги. – Вот какой у нас сервис совковый для туристов!

– Да здесь же все просто, – пожала плечами Ольга.

Элементарные знания латинского алфавита.

– Почему латинского? – блондинка наморщила высокий чистый лоб. – Вы, я вижу, тоже не очень-то рассекаете? – почти с презрением взглянула на Ольгу.

– Давайте заполню, – вздохнула Ольга, вспомнив, что уже не один раз в зарубежных поездках сталкивалась с дремучим невежеством и чванством наших туристов.

Она обожала путешествия!

– Вы на шмотье, брюлики и сумки транжирите то, что заработали. А я на новые впечатления! – всякий раз парировала подругам, которые завистливо округляли глаза, ехидно спрашивали.

– Лебедева, откуда у тебя финансы на вояжи?

Только за последние два года Ольга умудрилась слетать в Италию, Францию, Швецию. И вот новое приключение…

До отлета оставалось еще достаточно времени, и Ольга решила скоротать его в баре за чашечкой кофе.

Сашка так и не приехал в аэропорт, хотя обещал. Обманный герой-любовник! От этой мысли кофе показался отвратительно-горьким и невкусным.

Ну ладно. Все это было вчера, а что впереди? Она перевернула чашечку с остатками кофейной гущи на блюдце. Выждав мгновение, убрала миниатюрную фарфоровую посудинку и стала вглядываться в разорванные очертания.

– И что там видно, Госпожа-прорицательница? – неожиданно раздался голос над плечом.

– Ой, Борис, – Ольга вздрогнула, – вы меня напугали!

– Вот уж не думал, что девушку с дерзкими глазами, так легко можно напугать, – руководитель группы бесцеремонно окинул взглядом ее длинные стройные ноги, затянутые в узкие брючки.

– Да вы лучше сюда посмотрите! – Ольга пододвинула блюдце с кофейными разводами.

– Что же я вижу? – Борис подмигнул Ольге. – О, большая клякса похожа на неведомую планету, а вокруг точки – наверное, звездочки.

– И что бы это значило? – серьезно спросила Ольга.

– Неужели вы верите во всю эту чушь? – мужчине явно наскучила игра в гадание, но хорошенькая девушка так пристально смотрела на него, ожидая ответа…

– О, точно! Клякса-то почти в форме сердца. Ха! Вас полюбит необыкновенный мужчина, – выпалил он первую пришедшую в голову мысль. Прозвучало горячо и убедительно.

– А при чем здесь звезды? – разочарованно протянула Ольга.

Она взяла блюдце в руки, как маленькое зеркало и объяснила сама себе.

– Он будет с далекой Звезды! На нашей планете необыкновенных мужчин не бывает, разве не так?

Вопрос она задала уже в пустоту. Борис, как появился неожиданно, так же неожиданно и исчез. И уже в другом конце зала ожидания что-то увлеченно объяснял рыжеволосой толстушке в цветастом сарафане.

Через стеклянную дверь кафе Ольга с любопытством рассматривала людей, снующих с озабоченными лицами.

Интересная публика собирается! В основном мужчины. Все как один в распахнутых кожаных куртках, в широких спортивних брюках. На шеях золотые цепи, перстни на пальцах и очень заметные наручные часы.

– Таиланд – тур исключительно для крутых мужчин, – Ольга вспомнила, как в турбюро, оформляя путевку, светлоглазая

Танечка восторженно сообщила.

– Представляете, однажды под Новый Год я везла группу из сорока пяти туристов, так вот сорок из них были лица мужского пола!

– А почему Таиланд так мужиков привлекает? – по-свойски поинтересовалась Ольга.

Танечка не ответила, только загадочно улыбнулась, словно она знала что-то такое, о чем Ольге знать не положено.

И действительно зал ожидания гудел низкими мужскими голосами. Вот сюда бы Людмилу! Ольга представила свою приятельницу, подвижную брюнетку с лукавыми глазами и ярким ртом. Вот уж она бы разошлась и разыгралась. Уже кто-нибудь из мужиков помогал бы ей тащить чемодан, другой заполнял декларацию, третий заказывал кофе. И каждый считал бы себя самым ценным кавалером.

“Что важно в начале отношений? Нужно уметь прикинуться слабой и беспомощной, – не раз наставляла Людмила подругу. – Пусть мужик себя орлом почувствует! Расхорохорится! Они ведь обожают ощущать себя богатырями-спасителями. А крылышки-то мы ему попозже подрежем. Пусть, родимый, полетает чуть-чуть…”

– Неужели тебе все такие простофили встречаются? – удивлялась Ольга, с любопытством вглядываясь в темные, как жгучий омут, глаза. – Ты силки расставляешь, а они, что добровольно идут в плен?

– Ну ты и сказала, простофили! – хохотала Людмила, закинув голову и поглаживая себя по пышной груди. – Где ты встречала умных мужиков? Они ведь просто самцы до мозга костей. И мы, женщины, должны управлять ими. Нет, не совсем точно! – Людмила мечтательно прищуривалась, – они должны нам служить!

И ведь действительно ей служили! Людка управляла своими многочисленными поклонниками, как виртуозный дирижер. У каждого был свой инструмент и партия, предназначенная только для него. А в целом на маленькой планете Людмилы звучала мощная симфония, где главной темой проходила любовь к ней, уникальной женщине с загадочными глазами.

Вот только Сашка не клюнул на волоокую красавицу.

А почему Ольга так уверена в этом. Она вздрогнула, будто эта мысль ее обожгла. Перед глазами всплыла танцующая пара.

Томно-медлительная фигура в объятьях сильных рук. И они так слаженно и гармонично существуют под музыку, и так старательно не смотрят друг на друга…

О, о! Где же были мои глаза? – Ольга стиснула руки, аж хрустнули суставы. Потом она тряхнула головой, словно пытаясь отбросить непрошенное видение из прошлого.

Забыть! Забыть! – опять попыталась приказать самой себе.

Еще одна мужская компания шумно ввалилась в зал ожидания. Пять широкоплечих парней живой замысловатой цепью окружали одного, который независимо шагал в центре, абсолютно игнорируя все вокруг. Ясно. Телохранители и хозяин. Но кто он?

Ольга вглядывалась в приближающийся силуэт. Высокий, наверное, под метр девяносто. Широкий размах плеч. Крупная, гордо посаженная голова со светлой копной волос. Во всем облике, походке, движениях что-то такое особенное, не позволяющее перепутать с кем-нибудь другим.

Где она могла видеть его раньше? Но сомнений не было, откуда-то она его знала.

Не глядя ни на кого, высокий блондин пересек зал и направился к коридору посадки. Видимо, ожидать в толпе было не в его правилах.

– Хм, а я чего жду? Персонального приглашения? – возмутилась про себя Ольга. Как мы порой поддаемся магнитизму толпы. Все сидят и мы сидим. Все бегут и мы руки в ноги и вперед!

Она схватила с кресла сумку и устремилась за кожаной свитой. В салоне самолета кожаная братва заняла несколько рядов кресел в центре. Причем, они как-то ловко перегнули спинки впереди стоящих сидений, что образовалось подобие большого стола-площадки.

– Занимаем только одно место на человека, – стюардесса возмущенно наблюдала за уверенно-хозяйскими действиями парней. Они доставали из больших баулов бутылки, свертки и раскладывали снедь на импровизированном столе.

– Я непонятно сказала? – обратилась к бритоголовому крепышу, зубами снимающему пробку бутылки.

Тот недружелюбно сверкнул глазами. За него ответил другой.

– Не верещи, девочка!

– И не мешай! – крепыш, наконец, закончил операцию по вскрытию сосуда, – не мелькай здесь! – он запрокинул голову и звонко стал вливать в себя желтую жидкость. – Блин! – он смачно вытер губы тыльной стороной ладони, – сколько живу, бочки вылакал разных напитков, а лучше Жигулей ничего нет! – он громко рыгнул. – А ты еще здесь? – нахмурился в сторону стюардессы.

Она обиженно вскинула по-мальчишески коротко-стриженную голову и, резко развернувшись, устремилась в сторону кабины пилотов.

Отойдя на безопасное расстояние, не выдержала, обернулась и выпалила:

– Хозяева тоже мне нашлись! – девичьи щеки пылали румянцем возмущения. – Возьмем вот с Петровичем и не полетим! – угроза прозвучала по-детски капризно и наивно. Так стращают друг друга маленькие хозяева песочниц.

На сердитую реплику никто не отреагировал. А те, кому она была адресована, даже и не услышали ее, занятые своими делами и разговорами.

Ольга устроилась недалеко от шумной ватаги кожаных. Краем глаза видела все, что происходило у них. Парни пили, не чокаясь и не провозглашая тостов, сосредоточенно жевали. Кто-то достал колоду карт.

Высокий блондин, Ольга так и не вспомнила, где же видела его раньше, участия в трапезе не принимал. Он откинул спинку кресла и прикрыл глаза.

Один крепыш из свиты моментально поставил свой стакан на стол. Из верхнего люка, расположенного на креслами, достал клетчатый плед и накинул на фигуру задремавшего.

– Благодарю, Гарик! – голос низкий, с приятной хрипотцой.

Надо же, еще и вежливый! – отметила про себя Ольга.

На своей работе она насмотрелась на подобные королевские свиты, где все роли были расписаны неуставными законами. И никогда она не слышала, чтобы Главный проникновенно благодарил шуструю “шестерку”.

Интересно устроен человек! На работе, как только выдавалась свободная минутка, Ольга думала о выходных, а наступали дни отдыха и мысли о работе, о девчонках-сменщицах не выходили из головы. Рука сама тянулась к телефонной трубке.

– Как у вас там дела? Какие новые гости пожаловали?

Ольга работала менеджером в гостинице. Сначала трудилась дежурной, спустя три года удостоилась повышения. Работа в этой гостинице считалась престижной. Как-никак один из навороченных отелей города, где останавливались только иностранцы или звезды отечественной эстрады. За три года Ольга налюбовалась на них.

Пьяных, кричащих, полуодетых. Теперь она совсем перестала ходить на концерты и в театр. Когда знаешь изнанку, блестящая мишура лишь усиливает чувство неприязни. Разве может вздрогнуть хоть одна струна в душе, когда сегодня женщина поет на сцене о чистой, нежной любви, а вчера пьяная валялась в своей собственной блевотине, громко материлась и орала.

– Ну, мужики, налетай! Я баба, на все готовая. Да еще и спою на “бис”!

Хототала, как безумная. А потом рыдала, размазывая тушь, помаду. И лицо певички то расплывалось в клоунских гримасах, то застывало в ведьминских морщинах.

А, может быть, человек, как детская игрушка-пирамидка, состоит из разных колец? И не могут быть эти составляющие одинаковыми. И чем больше они разнятся друг от друга, тем личность ярче и талантливее.

– Знаешь, за что меня любят? – та же певица, прихлебывая пиво, глаголила Ольге. – Во мне несколько женщин живут. И романтичная Ассоль, и вокзальная шлюха, и ненормально-преданная Сольвейг, и директриса, и буфетчица. И каждый день я разная!

Поймав недоверчивый взгляд Ольги, артистка замолчала, усмехнулась и тихо добавила.

– Ты не думай, я вовсе не хвастаюсь. Ведь это мое мучение. Я ведь не знаю, какая я истинная…

Есть! Ольга внезапно вспомнила, где видела раньше высокого блондина, который дремал сейчас под клетчатым пледом.

Полгода назад в бизнес-зале гостиницы проходила конференция ученых и специалистов из разных стран, связанных с космическими аппаратами.

Ольга помотала головой, словно спорила сама с собой. Он что – космонавт? Но почему с охраной? Или это его друзья? И ей просто померещилось, что они охраняют хозяина. Насмотрелась сериалов. Вот и все!

– Пристегните ремни! – белокурая стюардесса улыбнулась Ольге.

– А где ваша подружка, которая хотела отменить полет? – подмигнула Ольга.

– Отдыхает! – махнула рукой белокурая в сторону кабины летчиков.

– Вы, наверное, не в первый раз в южные широты вылетаете?

Такой у вас красивый золотистый загар!

– Ой, что вы, – стюардесса как-то мгновенно превратилась в простушку. – Первый раз вообще на загран-рейс попала. Такие экзамены, блин, выдержать пришлось, – она прикрыла маленький рот ладошкой. – А загар? Так это девчонки посоветовали мне в солярий сходить. Я ведь белесая, облажу в один момент.

– Ребята, – она переключилась на Ольгиных соседей, – пора бы вам пристегнуться. Правила такие!

– Ай, иди ты! – бритоголовый крепыш раскидывал карты, как профессиональный дилер.