Глава 1

В жизни Кьяры все было хорошо, начиная с красивого имени и музыкальной школы и заканчивая рукастым мужем и умницами-дочками.

Кьяра мечтала о Венеции. Ну, как мечтала… Не поехать, конечно, а картинки посмотреть, фильмы. Она понимала, что ни о каком путешествии речи быть не может, потому что реальная жизнь – она вот такая, с ипотекой и выставлением товаров на маркетплейсе "по возрастанию цены".

У Кьяры было две работы. К сожалению, обе нелюбимые, но зато приносящие доход. Сначала была только скучная работа бухгалтером в риэлтерском агентстве, потом муж настоял на том, чтобы она нашла подработку.

– Сама же решила Светку в гимнастику отдать, – в очередной раз рычал Юра. – Теперь ищи деньги на все эти прибамбасы.

Кьяра улыбалась и с улыбкой шла искать работу. Ей удалось устроиться в колл-центр сети медицинских клиник. Зато там не было такой ответственности, как в бухгалтерии.

Кьяра никогда не жаловалась на судьбу, мама так приучила: девочка всегда должна улыбаться!

Наверно, единственный раз, когда Кьяра не смогла выдавить из себя улыбку, когда застала мужа, толкающего ее же начальницу в зад. Зад при этом был без белья, а лежала начальница на столе в своем кабинет. И очень разозлилась, что Кьяра вошла без стука!

– Я стучалась… – шокировано оправдывалась Кьяра. – Вы не ответили.

Юра опустил юбку Натальи Семеновны, натянул штаны и шваркнул молнией.

– Только орать не начинай, – мужчина скривил губы в неприязненной ухмылке. – Дома поговорим.

– Юрочка! – воскликнула Наталья фольцетом. – Не объясняй ей ничего!

Но объяснить все же пришлось, точнее – обвинить во всем Кьяру.

***

– Не могу я так больше, – причитал Юра, бросая вещи в чемодан. – Устроила из нашей жизни День сурка какой-то. Живем от зарплаты до зарплаты! Думал, закроем ипотеку – поживем. Но нет! Тебе захотелось детям репетиторов нанять. Вот нахрена?! – Юра старался не смотреть жене в глаза. – Мы же учились как-то без репетиторов.

– Юра, – Кьяра сидела на диване, положив ладошки на колени, словно провинившаяся школьница. – Но ты никогда не говорил, что недоволен нашей жизнью. Я же предлагала поехать на море…

– В три звезды? – глаза Юры горели гневом. – Я достоен большего! Я жить хочу, а не выживать. В Эмираты ездить, а не к твоей матери на дачу, чтобы картошку сажать, а потом питаться ей весь год. Ты же мне руки связываешь, неужели не видишь?!

Мужчина, наконец-то, остановился и обиженно уставился на Кьяру. Она даже испугалась, никогда его таким не видела.

– Ты должна меня понять и отпустить.

– А как же я… одна? – потерянно прошептала Кьяра. – Я же не смогу. А если кран потечет, или бандиты в дверь будут стучаться?

Юра тяжело вздохнул и закрыл чемодан:

– Заведи овчарку.

***

Кьяра вернулась на диван и уставилась в одну точку. Как так-то? Она всегда была хорошей женой: детей воспитывала, борщи варила, работала и никогда не роптала. Почему же так все обернулось? Где она ошиблась?

Картошка ему не понравилась? Так он не говорил. Наоборот, радовался, что можно экономить. Нахваливал ее соленые огурцы и старательно замороженные заготовки овощей. Вон, отдельную морозилку купили для ее многочисленных полуфабрикатов. На выходных полдня лепила котлеты, крутила голубцы, блины жарила. Вещи выстираны, выглажены, даже пододеяльники! Никто не гладит пододеяльники!

Машка, соседка, застала ее как-то за этим занятием и была реально шокирована. А дети? Он же сам говорил: рожай, транспортного налога не будет. Троих детей родила!

Кьяра прижала руки к пылающим щекам. Он же и четвертого просил, сына. Хорошо, что Кьяра попросила время на карьеру. Мол, чтобы накопить побольше.

Хорошо. Кьяра сделала глубокий вдох: у нее на балансе трое детей, пятнадцатилетняя Ксения, тринадцатилетняя Ольга и десятилетний Димка. Взрослые. Порой жутко-ненавидящие её, потому что подростки, но в основное время вполне себе адекватные.

Придется сильно ужать бюджет, отменить репетиторов. Хорошо, что май, они и так заканчивают учиться, а в сентябре она придумает, как объяснить.

Кьяра понимала, что до осени она миллионершей точно не станет. Женщина встала и отправилась на кухню: скоро придут дети из школы, нужно приготовить обед. Открыв холодильник, Кьяра поняла, что обед-то готов. Обычно дети приходят раньше нее и просто разогревают то, что она приготовила накануне.

Но бездельничать точно не стоило, так можно загрузиться окончательно. Давление поднимется, мигрень начнется. Можно устроить генеральную уборку, но квартира, как назло, сияла чистотой.

Кьяра задумчиво прикусила мизинец, была у нее такая дурацкая привычка. Хм, можно потрещать с Лизой, соседкой. От нее тоже муж ушел, Кьяра ее тогда поддержала. Теперь очередь соседки.

Лиза открыла дверь и удивленно уставилась на подругу:

– Ты с работы сбежала? А как же твоя гиперответственность?

Кьяра приподняла бутылку красного вина:

– Похоже, я теперь безработная.

Глава 2

Лиза выслушала подругу и вынесла вердикт:

– Все мужики – козлы!

– Это мы еще в прошлый раз поняли, – кивнула Кьяра слегка захмелевшей головой. – Делать-то что?

– Ну, во-первых, – Лиза поставила на стол очередную порцию сыра. – Не увольняться. Тебе сейчас нельзя без денег оставаться. Как ты будешь спиногрызов своих кормить? А так – сможешь заодно и на нервы подействовать своей начальнице.

– Скорее, она – мне, – буркнула Кьяра.

– А ты не настраивайся на негатив! – улыбнулась Лиза. – Посмотри не меня, я пострадала месяцок и отошла. Прекрасно обхожусь без разбросанных по квартире носок. Будем вместе на курорты ездить! Поверь, недельных романов вполне достаточно, чтобы встряхнуть мозг и трубы прочистить.

Женщина глупо захихикала.

– Какие романы, Лиз! Твоему Артемке шестнадцать, ты его то в деревню, то на сборы, то в лагерь отправляешь. А я куда своих троих дену?

– Так… ик… туда же, – Лиза махнула рукой в неопределенном направлении. – К родителям на дачу.

– Они терпеть не могут эту дачу, – Кьяре вспомнились постоянные скандалы и уговоры, когда нужно было поехать за город.

– Ну, а теперь придется полюбить, – Лиза развела руками. – Объясни им, что папа ушел, и маме нужно как-то жизнь налаживать.

Кьяра в ужасе округлила глаза:

– Да ты что?! Как я такое детям скажу?!

– Ротом, – буркнула Лиза и перевернула бутылку горлышком вниз, упала последняя капля. – Мать, нам нужна добавка.

Кьяра протерла глаза основанием ладони:

– Не, подруга. Домой мне пора. Может, придумаю, что детям сказать.

Лиза тоскливо посмотрела на бутылку:

– Вечно ты меня кидаешь. Знаешь, как мне тоскливо с этой удаленной работой? Я небо только в окошко вижу.

Кьяра встала и уперла руки в стол, чтобы прекратить собственное качание:

– Поехали на выходных к моим? С меня мангал, с тебя – мясо.

Лиза поставила бутылку и сочувственно посмотрела на соседку:

– Сегодня вторник. Давай до четверга доживем и будем там решать?

Кьяра кивнула, в эмоциональном порыве обняла подругу и на непослушных ногах потопала к себе.

Пока шла по коридору, собирала мысли в кучку. Не планы строила, а просто старалась выглядеть трезвой.

Осторожно открыла дверь и на мысочках прошла на кухню. Дети уже шумели в своих комнатах, но пока не приметили, что мать вернулась.

Кьяра поставила турку на плиту, всыпала сразу две ложки кофе. Мелькнула мысль о бессмысленности пьянки, раз потом трезветь приходится. В маленькой турке кофе сварился быстро, и Кьяра смогла опуститься на стул.

– Маам? – старшая, Ксения, заглянула на кухню, села напротив и удивленно протянула матери телефон.

Кьяра потягивала густой черный кофе с большим количеством сахара. Пустым взором она посмотрела на телефон на столе. Самая страшная мысль при таких вот появлениях: ребенок разбил телефон, нужен новый! Но экран был цел. Кьяра подняла удивленный взгляд на дочь:

– Старый?

– Кто? – не поняла Ксюша.

– Телефон. Ты же это хочешь сказать?

– Блин! – девушка разблокировала телефон, и на экране высветилось сообщение от отца.

"Дорога моя дочка, не суди строго. Когда-нибудь ты вырастешь и все поймешь. Каждому человеку хочется прожить яркую, полную впечатлений, жизнь. К сожалению, с твоей мамой я это позволить себе не могу. Ты – мой первенец! Поэтому я клянусь, что, как только встану на ноги, заберу тебя к себе".

Кьяра поперхнулась кофе, перечитала сообщение и в ужасе уставилась на Ксению.

– Папа… ушел? – все еще не верила девушка. – Это как?

– Сама не поняла, – честно призналась Кьяра. – Вдруг решил, что без нас он будет счастливее.

– Это – климакс? – прищурилась Ксюша, подавшись вперед. – Может, ему таблеточки попить? Я читала в интернете, есть специальные витаминки.

– У мужчин не бывает климакса, – Кьяра поставила чашку и в отчаянии посмотрела на дочь.

Она, конечно, уже как бы взрослая, но не настолько же, чтобы на нее это взваливать.

– Мам, какая жизнь? Вы же старые уже! Чего он надумал?! – Ксения начинала заводиться.

До этого ей еще казалось, что это просто розыгрыш или спам.

Кьяра умоляюще посмотрела на дочь, погладила ее выпавший из прически локон:

– Дорогая, я, правда, не знаю, как это объяснить…

Ксения отстранилась, облокотилась о спинку стула:

– А я знаю. Видела такое в роликах. Ты его упустила. Перестала за собой следить, его радовать, вот он и начал налево засматриваться. Наверняка, выбрал себе кого помоложе.

Девушка вскочила, фыркнула на мать, взяла телефон и вышла из кухни.

Кьяра почувствовала, как по щекам побежали слезы. Наталья Семеновна была старше нее на восемь лет. Безусловно, богаче, ухоженнее, свободнее… Юра не раз говорил, что возраст женщины всегда очень условен, можно и в двадцать выглядеть старушкой.

Вот она и состарилась под грузом своей, казалось бы, счастливой жизни. Ксения в чем-то была права: Кьяра считала, что жизнь движется к пенсии. Все время и все силы она вкладывала в благополучие семьи. Все ее мечты были мечтами Юры и детей. Разве что Венеция…

Кьяра посмотрела в коридор. Может, сейчас щелкнет замок на входной двери, и муж вернется? Может, все это было сиюминутной блажью?

Перед глазами встала сцена из кабинета начальницы: голые ягодицы мужа на фоне бедер Натальи Семеновны. Так и хотелось сказать "Не верю". В области левой груди вдруг стало сильно жечь, Кьяра испуганно замерла. Сердце? Этого еще не хватало. Нужно было срочно взять себя в руки! Заняться детьми!

Кьяра вскочила и практически побежала в комнату Димки. Он сидел в наушниках перед компом и с кем-то резался в онлайн-игру.

– Дим, а домашка? – с порога вопросила строгая мать.

– Сделал, – бросил мальчик, прикрыв микрофон рукой.

– Покажешь? – не отступала Кьяра, мог по обыкновению и наврать.

– Потом, мам, – прошипел Димка. – Не мешай.

Кьяра хотела начать спор, но остановилась. Пусть отдыхает, потом сделает.

Ксения лежала в постели, тоже в наушниках, но с телефоном.

Она бросила на мать неприязненный взгляд:

– Что?

– Давай поговорим? – тихо попросила Кьяра.

– Нет, – отрезала дочка и уперлась в телефон.

И снова Юра оказался прав. Он частенько ей говорил, что она балует детей. Что те ее не уважают. Но Кьяре важнее было доверие! Особенно, сейчас, когда они в таком возрасте.

Ну, ничего, все наладится. Ксения вообще взрывная, но отходчивая. Очень умная девочка.

Кьяра подошла ближе и подождала, пока дочка снимет наушники.

– Ксюш, об одном прошу: не говори пока Оле и Димке, что папа ушел.

– Думаешь, он вернется? – глаза девушки загорелись надеждой.

– Ага, – кивнула Кьяра.

Пришлось соврать. Лучше так, чем ненависть.

Глава 3

Ночью Кьяра прорыдала несколько часов подряд. Вино отпустило, бытовая суета ушла, и навалилось отчаяние. Она стучала кулаками в подушку и зло шептала "Почему". Почему это произошло именно с ней? Чем она заслужила? Что делала не так?

С утра Кьяра пыталась кое-как спрятать красные глаза, но патчи и косметика не помогли. Она переживала, что на работе начнут задавать вопросы.

Зря.

На рабочем столе Кьяра обнаружила коробку с наспех побросанными туда вещами. Даже кардиган скрутили и запихнули.

Кьяра шокировано посмотрела на коллег, но все прятали глаза. Все, кроме Марининой, злобной тетки сорока с небольшим, которая изливала яд каждый раз, когда открывала рот.

– Ну, что, Шумилина, доигралась? – тонкие губы растянулись в победоносной улыбке. – Надоело начальству, что ты себя самой умной считаешь?

Кьяра никогда не лезла на рожон и самой умной себя не выставляла, но Марининой нужно же было что-то сказать.

– Бумеранг всегда возвращается, – продолжала язвить тетка. – Не делай зла, не получишь его в ответочку.

Кьяра села в кресло, открыла ящики, чтобы проверить, все ли ее вещи так старательно сложили в коробку:

– А я тебе зло сделала? – дрожащим голосом спросила она. – Когда это?

– Ой, а то ты не знаешь! – Маринина закатила глаза.

Похоже, она и сама еще не придумала, что за зло такое совершила Кьяра.

Можно было бы, конечно, пойти на принцип, отработать две недели, но Кьяра чувствовала, что Наталья Семеновна превратит эти недели в Ад. Сейчас ее больше волновало, чтобы начальница оформила "по собственному", а не статью какую придумала.

Словно услышав ее мысли, в кабинет заглянула Наталья Семеновна:

– Шумилина, ко мне зайди, – строго бросила она и тут же скрылась.

Кьяра встала, взглянула на ликующей Маринину и последовала за начальницей. Наталье Семеновне уже за пятьдесят, но выглядит она, как женщина-вамп, а Марининой сорок с хвостиком, но она уже тетка-теткой! Иначе не назовешь. Вот почему так?

Кьяра бросила взгляд на свое отражение в стеклянных рамах многочисленных дипломов. Кьяра тоже выглядела теткой, серой мышью. Плечи ссутулились, уголки губ опущены, волосы собраны в скучный пучок. Да, и рабочий костюм делает ее похожей на достопамятную грымзу из советского фильма.

Кьяра тяжело вздохнула и вошла в кабинет начальницы. Без стука. А чего стучаться? Все, что можно было, она уже увидела.

Наталья Семеновна в обтягивающем красном костюме, выгодно подчеркивающим ее огромную грудь, развалилась в кожаном кресле. На столе лежал лист бумаги, шефиня высокомерно кивнула на него.

– Подписывай.

Ноги отказывались слушаться. Вот как нужно себя вести в подобной ситуации?

– А вы в курсе, что у меня трое детей? – к горлу подкатывало отчаяние. – Ладно, Юра. Забирайте! Но как мне детей кормить?

– Получишь за неотгуленный отпуск, – Наталья Семеновна равнодушно пожала плечами. – И не ври, у тебя вторая работа есть.

– Не… ври? – ошарашено повторила Кьяра, понимая абсурдность претензии. – Если вы про клинику, то это только подработка. Хватит разве что на коммунальные платежи.

– Ну, а я-то тут при чем? – Наталья Семеновна вдруг выпрямилась, положила локти на стол и посмотрела на соперницу волчицей. – Не я же виновата, что ты за столько лет не смогла нормальную работу найти. Посмотри на меня, – женщина взмахнула рукой. – Думаешь, у меня возникли бы проблемы с тем, чтобы детей прокормить?

– У вас нет детей, – тихо напоминала Кьяра.

– Вот именно! – воскликнула начальница. – Потому что незачем нищету плодить!

Все смешалось в голове у Кьяры: она обвиняла ее в том, что та не смогла прокормить своих детей? Но разве это не является задачей отца тоже? И, если Юра – такой пустозвон, то зачем он ей? Она смотрела на начальницу полным непонимания взглядом.

– Ты начинаешь меня раздражать, – Наталья Семеновна зашевелила желваками. – Если продолжишь пререкаться, я вообще устрою так, что ты нигде в этом городе не сможешь найти работу. Придется тебе уезжать в деревню какую-нибудь. Подумай, твоей старшей понравится такая перспектива?

Кьяра открыла было рот, но, похоже, начальница была в курсе всего. Юра язык за зубами не держал. Видимо, жаловался, какой он бедный и несчастный.

Она подошла к столу и посмотрела на заявление. Хоть в этом не обманула: по собственному желанию. Чиркнула подпись, глаза на бывшую начальницу больше не поднимала – слишком больно, и вышла.

Маринина сидела за своим столом и все еще лыбилась, будто Деда Мороза сегодня встретила. Кьяра чувствовала ее колючий взгляд. Конечно, ей дай только повод позлорадствовать.

Кьяра взяла коробку со своими вещами, сумку и вышла из кабинета, не попрощавшись. Пусть теперь обсуждают, развлекаются.

Женщину душили слезы, но нужно было хотя бы из здания выйти. Незачем доставлять удовольствие этому осиному гнезду.

***