Отзывы на книгу «Огни на равнине»

В книге, написанной от лица рядового японской армии Тамуры, читателю предстоит погрузиться в события последних дней Второй мировой, наступивших для вооруженных сил страны Восходящего Солнца, когда-то захвативших филиппинский остров Лейта в ходе операции, являющейся частью "Большой войны в Юго-Восточной Азии и взглянуть на них глазами не просто отступающего человека, а лишенного поддержки, моральных и физических сил, раздавленного тяжестью предстающей картины бытия.

Когда-то цветущий остров в результате военных действий и деятельности человека превращается в место, усеянное горами разлагающихся трупов, источающих миазмы разложения, опустошенное, где среди растительных зарослей шныряют остатки японской армии, жаждущие прокормиться и пробиться к тому месту, где еще возможно рассчитывать на помощь собственного государства.

Блуждание Тамуры по острову в поисках спасения, с одной стороны, - это действительно физическое передвижение на пути к искомой точке, а с другой - душевное противостояние надвигающемуся хаосу и разрушению, способному каждого превратить в животного, пожирающего себе подобных, и как следствие лишенного самых простых моральных норм и устоев. Весь его путь - по сути поиск Бога, моральной поддержки в жутких условиях, способа не скатиться за черту, после которой нет возврата.

Как практически все книги японских авторов, эта тоже лишена динамики. Всё происходящее мы видим глазами героя, но почувствовать и прочувствовать весь ужас и трагедию возможно за счет тут и там разбросанных, упомянутых практически вскользь, без выпячивания и смакования, деталей, делающих картину поистине страшной, лишающей военные действия какого бы то ни было ореола романтики.
Беспощадная натуралистичность здесь тоже необходима, чтобы в очередной раз ярче и доходчивее показать, что война низвергает человека до самых низин бытия, переворачивая сознание и подталкивая к переоценке собственных ценностей, что и случилось с Тамурой.

Я всегда думала, что война - это пулеметные очереди, кровавые раны, смелые поступки. Это сражения, атаки - вообщем какие-то действия; борьба, где есть место и победителям, и побежденным.
В книге Сёхэй Оока все абсолютно по-другому. Мы увидим страшные картины глазами главного героя Тамуры - и их захочется стереть, убрать, закрыть на замок...
Здесь, на этих забытых Богом тропических Филиппинах, он переживет настоящий ад. И дело совсем не в боевых действиях...

Везде правит голод. И горстка побежденных японских солдат тщетно мечутся по острову, чтобы отыскать себе хоть немного еды. Тамуре уже все равно - он чувствует приближающуюся смерть, худой и изможденный. Он не боится. В его душе - кризис. Волнами прокатывается по телу то эйфория, то безразличие. Он пытается напомнить себе, что все еще человек, но теряет остатки себя, рассыпается в пыль.
Чувства и мысли - в смятении, и в какой-то момент стирается хрупкое равновесие между его внутренней сущностью и внешним миром.

Следующей приходит экзальтация. Он наслаждается красотой природы, вбирает в себя ее краски, дышит полной грудью.
Эти все переходы сменяются и превращаются в феерию разрозненных фрагментов. И становится немного страшно. И кажется, что вот-вот душа покинет это бренное тело. Все носит какой-то мистический оттенок до того момента, пока в этой пустоши не возникнут другие...

А люди хуже зверей. Все пороки и отклонения - как на ладони. Повсюду гниющие трупы, личинки, ужасающий запах. Здесь процветает каннибализм. И герой уже в одном шаге от того, чтобы не съесть себе подобного.
Вот что такое война... грязь, болезни и нескончаемый голод...
Ну очень тяжело было читать - много отталкивающих подробностей, поэтому людям брезгливым категорически не советую и пробовать. Ну а тем кто все же рискнет, будет предоставлена возможность пройти все этапы экзистенциального кризиса, виртуозно описанного автором.

Смерть никогда не обманывает, на нее всегда можно положиться. Бедолага рядовой Тамура хлебнул по полной военных действий на острове Лейте. И пусть попал он туда в момент, когда даже японское командование понимало нереальность выполнения своих приказов, честь и присяга обрекли на бессмысленную гибель тысячи людей. А самого Тамуру на долгую дорогу до Паломпона, единственного порта, оставшегося в руках японской армии. Разбитые, разоренные части, лишенные поставок, брошенные на произвол, обессиленные, больные, голодные...они понимали, что успеют лишь помахать на прощание тем, кто отплывает на Себу.

Вторая мировая и японские солдаты. Грабят, насилуют, убивают, безропотно подчиняются обстоятельствам. И армейская машина, одна из самых жестоких - система, которая калечит души и убивает всякое подобие сочувствия и сострадания.
Призрачная сила вооруженных людей и ненависть населения, которое спасается бегством, оставляя пустыми жилища.
Всепоглощающий страх и сигнальные костры, как символ грядущего возмездия.

Рядовой Тамура образован, добр, доверчив, он тонко чувствует красоту. Вот только, оказавшись в бесчеловечных условиях, ему, так же как и остальным, приходится убивать. Жалкие попытки сохранить в себе что-то человеческое. Инстинкт самосохранения перекрывает все этические нормы. Подобно диким зверям для них возможно лишь выгода и сообщничество. И только от одного, последнего падения, сможет он удержаться. От каннибализма. Предложенная умирающим рука - последняя капля для сознания и разума.

Записки, находящегося на излечении в клинике для душевнобольных - вот что представляет собой рассказ Тамуры. Добровольное затворничество, размышления о месте религии в мире, о том кто есть Бог. Обличительный приговор прошлому и предостережение будущему.
Личный опыт рядового войны.

Это жуткая книга. Другого слова даже подобрать нельзя. При достаточно еще живых воспоминаниях о "Прощай, оружии" это произведение ужасает еще больше. На контрасте воспринимается острее. И кажется в разы сильнее, мощнее своего европейского "аналога". Тот же потерявший видение всякого смысла в войне герой, госпиталь, болезнь и потом нечто среднее между дезертирством, бегством от противника и от самого себя и каким-то религиозным, философским поиском смыслов. Но то, что подразумевалось у Хемингуэя под ужасами войны кажется реальным курортом по сравнению с тем, что на самом деле представляет из себя война.

Сразу предупреждаю вас, если у вас низкий порог чувствительности к неприятным физиологическим деталям, то эту книгу нужно читать с большой осторожностью. Богатое воображение сыграет тут злую шутку, потому, что многие сцены невозможно читать без содрогания. Но этот натурализм критически необходим. Иначе так и будет война казаться сентиментальной прогулкой по горам и равнинам филиппинских островов.

Но особенно ужасающим было ощущение превращения людей в ходячих мертвецов. Они и появляются перед глазами читателя уже в не самом человеческом облике. Но уровень падения, как морального, так и физического преодолевает все ожидаемые пределы. Конечно, разумом каждый из нас понимает, что война – это боль, страх, грязь и кровь. Но чтобы это было подобным зомби-апокалипсисом... Просто невозможно заставить свое сознание рисовать подобные картины. А именно так нужно представлять войну, чтобы никогда снова ее не захотеть. И в этом ключе этот роман, на мой взгляд, гораздо больше отвращает от самого образа войны, чем эталонный роман Хемингуэя. Конечно, кто-то может найти это красивым – печально пережевывать разрушительную силу войны, сидя на веранде миланского ресторана. Но вот ползать по болотам тропического острова под обстрелом авиации, под огнями партизанов, без еды и воды даже не неделями, месяцами – тут уж точно никакой романтики. Никто, ни один здраво и даже не очень здраво мыслящий человек не должен желать такой опыт для себя, для своего ближнего и даже для чужого человека. Так просто не должно быть никогда.

C.R.
Обложка в стиле серии, но абсолютно ни о чем. И даже странно было открывать такую яркую и радостную обложку и читать под ней этот текст.
Обложка издания на английском ближе к истине, но очень уж "приличная". Красное небо оригинальной обложки подходит уже гораздо лучше. Но вот черная обложка с "человеком" – она идеально попадает под суть книги. Вызывает экзистенциальный ужас.

Потом у меня перед глазами встает кусок выжженной равнины. Как тень под водой, дым ползет по черному, только что выгоревшему жнивью, стелется между корнями травы, которую не затронул огонь.

Мрачная, тяжелая, невероятно депрессивная, но при этом честная книга.

И невысокая оценка не потому, что книга сама по себе плоха. Нет, написана она хорошо, ярко, образно, достоверно, иногда даже чересчур. Но вот читать эти яркие образы – тяжело невероятно.

Про события второй мировой, происходившие в южно-азиатской части планеты, мне уже доводилось читать. Уже были и Тан Тван Энг - Дар дождя , и Тан Тван Энг - Сад вечерних туманов , и Эка Курниаван - Красота — это горе . Но там события в Малайзии и в Индонезии рассказывались с точки зрения оккупированных. Здесь же повествование идет от лица оккупантов. И это уже далеко не те бравые вояки, которые в 1942 году захватили филиппинские острова, чтобы нести отсталым туземцам свою великую японскую культуру, глубокую философию, литературу, духовность, музыку, ̶б̶а̶л̶е̶т̶  и спасти их от какого-нибудь тлетворного влияния, и, попутно, разрушить их дома, забрать их ресурсы, отправить мужчин в трудовые лагеря, а женщин – в бордели.

Повествование начинается в 1944 году на филиппинском острове Лейте. Японской армии уже везде приходится несладко, но мужественный японский народ под началом богоподобного императора, благодаря многолетней военно-пропагандистской закваске, всё ещё надувает щеки и отправляет на оккупированные территории всё новых и новых мобилизованных. Они, конечно, уже не так хороши, как в первые годы войны: плохо обучены, слабы здоровьем, частично даже демотивированы, но когда это останавливало высшее военное руководство? Людей отправили, задачи им поставили, а то, что не смогли их обеспечить ни оружием, ни лекарствами, ни продовольствием, - кого волнуют такие мелочи?

Наша рота стала сводной, ее ряды постоянно пополнялись за счет солдат, отставших от своих частей. Измотанные, истощенные, мы, как загнанные звери, затаились в маленькойдеревушке.

Да, мы видим разрозненные, разбросанные по тропическим джунглям жалкие остатки некогда великой армии, у солдат которой только одна цель – как-нибудь добраться до последнего форпоста японцев на этом острове, и попутно не умереть от многочисленных тропических болезней, регулярных американских авианалетов, филиппинских партизан и, самое главное, - от голода!

Я вежливо поблагодарил интенданта и убрал скудное подаяние в ранец. Меня трясло, руки дрожали. Шесть крошечных бурых комочков! И всё! Вот чего я стоил! Вот какова была мера ответственности моей родины за меня, живого человека! А ведь я готов был отдать за Японию жизнь...

Тема голода, пожалуй, - основная в книге. С продовольствием настолько туго, что... Вернее, не так – продовольствия нет совсем! И, если в начале солдаты еще как-то обходятся грабежом деревень и сбором подножного корма (в ход идут и любые съедобные корешки, и травки, и гусеницы, и свежая падаль), то под конец везде уже процветает самый махровый каннибализм. И описано это всё весьма подробно и впечатляюще...

Почему же у мертвецов отсутствовали некоторые части тела? Я ничего не понимал, поскольку давно утратил способность логически мыслить. Но однажды днем я наткнулся на труп, еще сохранивший мягкость свежей плоти, и во мне поднялось дикое желание вонзиться зубами в мясо, и рвать, и кусать, и глотать... Я получил ответ на свой вопрос.

Интересно, что в начале книги ГГ, повинуясь встроенному, наверное, в каждого японца удивительному умению, умудряется любоваться окружающей его природой.

Облако темного пуха игриво кружилось над плюшевыми «початками» и колосьями, а потом, подхваченное ветром, улетало прочь.

Под конец же, любой новый пейзаж изучается исключительно с утилитарной целью: есть ли там укрытие, нет ли там партизан, найду ли я там хоть что-нибудь съедобное...

Солдат теряет связь с природой, леса, холмы и реки становятся для него чем-то лишенным истинного значения.

Можно, конечно, сказать, что ГГ – ненадежный рассказчик, который и пишет-то свои записки из психушки. Но тут обращаемся к личности Автора и узнаем, что он «в 1944 году был призван в японскую императорскую армию и после минимальной боевой подготовки был отправлен на фронт на Филиппины. В январе следующего года сдался в плен армии США и был послан в лагерь военнопленных на остров Лейте». То есть совпадение с событиями в книге – 99,9%. Не обязательно, конечно, перед нами автобиография, но то, что многое взято из личного опыта Автора, – несомненно.

В целом, повторюсь, книга написана весьма талантливо, но произвела на меня крайне гнетущее и беспросветное впечатление. Схожие по общему настрою Эрих Мария Ремарк - На западном фронте без перемен ,  Эрнест Хемингуэй - Прощай, оружие! Рассказы. или  Генрих Бёлль - Город привычных лиц (сборник) - просто милые и добрые истории.

Скажу лишь одно: не оккупируйте – и не оккупируемы будете!

На пустынной равнине трава колышется вокруг меня, точно такое же бесконечное движение я видел, когда был жив. На темном небе темное солнце блестит, как обсидиан. Но уже слишком поздно...

Сцена из фильма "Полевые огни" (1959), снятого по данной книге. Реж. Кона Итикава