Предисловие

Войдерум – энергия, живущая в каждом живом организме. Существо, имеющее войдеровый потенциал, способно использовать эту энергию, взяв под свой контроль стихию, позволяя манипулировать ею. Для кого-то их приёмы кажутся волшебством и некой магией, но сами же люди гордо называют себя войдерами.

Акт 1 "Реки крови"

Глава 1 "Опустились братья на причал"

5 эра, 17 кольцо¹

На севере государства Хондруфер, городе под названием Одэф, двое агентов из особой организации переговаривались, пока холодный морской ветер вместе с приливом на сапфировых берегах своим мертвецким спокойствием сдавливали плечи молодым братьям. Их ждал путь на остров-тюрьму, где им предстоит одолеть главу секты, но туда ещё нужно было как-то добраться, поэтому агенты выискивали паромщика, готового плыть на Ан, остров-тюрьму и злосчастную землю, давно забытую после войны.

– Нова, если мы тут найдём хоть одного паромщика с добрым ебалом, с меня все деньги мира. – раздражённым голосом сказал Рино своему брату, пока застёгивал пальто от холода, что скрасил красным щёки и горбатый нос, а короткие каштановые волосы слабо развивались от бриза, вслед за которым последовал ответ Новы.

– Не кипятись, всё у нас получится, вот увидишь-ёло! – ответил Нова в своей привычной, позитивной манере, добавляя к случайным словам фирменное "ёло", что не означает ровным счётом ничего. – После этой миссии нас повысят, так что давай выложимся на полную! – энергично добавил Нова, придерживая ладонью шляпу-котелок, из под которой торчали мягкие светлые волосы до плеч, а зелёные глаза по-особенному сверкали, отчего блик постоянно перемещался справа налево.

Пока небо затягивалось тучами, Сэн²кутался в их мраке, ещё не совсем спрятавшись за тёмными облаками, а летний, но холодный западный ветер разгонял облака, пока издали с востока были слышны отголоски душ путешественников. Эхо страшной войны, после которой остались глухие поющие трупы на побережье Одефа. Для кого это городская легенда, для кого – встреча, после которой не говорят "увидимся". На причале царили страх и ненависть. Все паромщики были настроены негативно ко всему окружающему, что есть на белом свете. Будто сегодня или завтра им придётся умереть от рук морских богов.

Миниатюрная карта северо-восточной части Хондруфера

Братья поглядывали на мореходов, желая найти хоть одного доброжелательного, дабы меньше заплатить. Но каждый второй ловил взгляд братьев отворачиваясь и нервно цокая. Никто не хотел смотреть на неместных, тем более на головорезов из Вияжа, города на северо-западе Хондруфера, – ведь именно там расположена штаб-квартира организации "Бровсо", из которой отправились на задание Рино и Нова. О Бровсо знал каждый второй, так же людям на Хондруфере было известно и о том, какую грязную работу агенты этой организации готовы выполнить ради денег, и в какие кровавые бани они могут войти. И даже сам Император Хондруфера пользуется услугами Бровсо в открытую только в самых крайних случаях, когда конфликты на политической арене становятся безвыходными. Поэтому среди народа Бровсо имеет дурную славу, а её агентов чаще называют головорезами. Однако паромщики на Одэфе были неприветливы к Рино и Нове не только из-за причастности их к Бровсо, но и их желания отправиться на проклятый остров-тюрьму. Так в один момент, когда Нова засмотрелся радостным взглядом на старика у причала, давя на него какой-то раздражающей жалостью, словно в глазах парня читалось: "Ты ведь такой добрый, помоги нам!" – этот немолодой паромщик не выдержал, ибо в голове бушевали гневные мысли: "Этот сраный головорез делает вид, будто я ему обязан помочь, пускай говна пожрёт! Да, так я и скажу этому уроду!" И когда Нова поймал встречный взгляд, тот подумал, что старик пожалел работяг и в мыслях желает им помочь, но как только братья подошли к желанному спасителю, дед взорвался оскорблениями и в гневе поднял над собой ящик, грозясь ударить им неприятеля:

– Храни меня Тасим³, я убью тебя, если будешь дальше так пялиться, уродец! – прохрипел старик, после чего очень громко отхаркнул ком слизи и выстрелил им перед ногами братьев, будто отчертив ею территорию под названием "Не подходи ближе!"

– Да у тебя беды со здоровьем-ёло, такой тощий, да и зубов некоторых нет – как ты держишь этот ящик? – неиронично Нова поволновался за здоровье престарелого моряка, даже не подозревая, что эти слова только действуют бедолаге на нервы. Однако после такого акта сострадания Рино вовсю отвечал гневом на гнев.

– Тебе, может, природа слишком много зубов дала? – во влажном холодном воздухе из напряженных кулаков Рино струился пар. – Я тебе их с корнем вырву и затолкаю туда, куда свет Тасима не проникает – этого хочешь, а?! – судя по этим словам Рино, братья по-разному смотрят на здоровье старика, но что поделать, ведь им всё ещё нужно на Ан.

Старик в страхе выслушал Рино, что не заканчивал поливать угрозами как из ведра, объяснял, куда и насколько важно им попасть на пароме в нужное место, пока Нова, после тяжелого вздоха, в очередной раз осуждал импульсивность брата. Однако какими бы не были методы Рино, они, всё-таки, дали свои плоды, и старик, скрипя зубами, согласился плыть на Ан, предварительно сказав парням: "Как только вы высадитесь, я к Родизовой матери уплыву от вас и этого проклятого острова, ясно вам?!"

Гнилые дощечки причала отдавали хлипкими ударами туфлей головорезов. Они только ступили на борт, как почувствовали резкую смену атмосферы: доски причала и палубы парома так сильно отличались по звуку, но на вид дерево как дерево. Нову это немного насторожило, но желание прибыть на Ан было сильнее. Его брат, Рино, довольствовался тем, что сумел сэкономить уйму денег, но путь предстоял долгий. Можно лечь спать в каюте, прождать первую ночь в пути, и с восходом Сэн ступить на берег острова-тюрьмы.