Человеческая кожа уступала место то ли звериной шкуре, то ли панцирю насекомого.
– Нет! – закричал Дандело, но голос его сорвался на визг и чем-то напомнил стрекотание цикады. – Я хочу рассказать тебе историю о священнике и хористке.
– Уже слышала, – ответила она и выстрелила дважды: одна пуля вслед за другой вошла в мозг аккурат над тем местом, что было его правым глазом.