Глава 1 – Утро добрым не бывает

В чёрной Сонной книге чего-только не написано. Она рассказывает про всё на свете со своими выпученными глазами и усмехающемся ртом. Даже об Адовых знает. Благо что большинство тёмненьких историй в мире людей и монстров связано именно с ними. Но чего далеко ходить? Читать надо! Или слушать. Тут уж кому-что ближе. В чёрной книге с выпученными глазами и усмехающимся ртом так и написано…

…Эта ночь выдалась тяжкой для Даймона. Глаз его дёргался, обсидиановые очки сидели криво на лице, уши торчали и безумно болела голова, так как начинали пробиваться рога. Приходил тот самый переходный возраст, когда придётся носить шляпу или кепку, чтобы скрывать их от посторонних. А вот людей или прочих тёмных сил, сразу и не сказать.

Морщась от боли, демонёнок сидел на кухне, хлебал кофе спозаранку и раздумывал о том, как вернуть спокойную жизнь, которая была в семье какие-то пару месяцев назад, когда Адовы спасли мир от Конца Света. Тогда как теперь для всех словно наступил персональный ад, который совсем не радовал даже демона. А всё дело было в младшем брате.

В семье появился Малой!

Сонное начало нового дня было обманчиво-тихим. И глядя на обугленный потолок, демонёнок почёсывал лысую голову, прекрасно понимая, что теперь волосы отрастит ещё не скоро. И даже лёгкая утренняя щетина обуглится и разлетится прахом через четверть часа.

Даймон громыхнул кружкой о стол, заявил:

– Надо что-то делать!

От вечных нападок Малого даже демонический пудель Пукс взрывался так часто, что родители перестали вставлять окна в доме в первую же неделю, а вырванные с петель двери даже сестра перешагивала с унылым видом уже спустя месяц.

Уже не маленькое, но младшее проклятье приподняла бровь. Оно же – младшая сестра. Она безмятежно восседала за столом напротив, делая вид, что пытается «учится».

– Мара, я так больше не могу, – признался старший брат. – Я же на себя перестал быть похож! Ещё немного и мелкий мне хвост оторвёт.

– Знаешь, люди не очень ценят хвосты. И длинные уши, зато любят раздутые губы и длинные ногти. Может, тебе отрастить ногти?

Даймон криво усмехнулся:

– В моём случае это будут когти, а люди тоже не очень их ценят.

Он готов был поклясться, что они с сестрой стали ближе друг к другу в последнее время. Но только для того, чтобы объединить силы против нового члена семьи.

– Это ты из-за Ленки расстраиваешься? – хмыкнула Мара, добавляя себе в кружку зефира для пущей бледности кожи. – Вы же давно не виделись. В гости её пригласи, что ли. Или сам похить. И в лес увези. Ночью… Девочки любят романтику.

– А как мне её в дом привести, где всё взрывается и постоянно горит? Она же пострадает! – возмутился брат и на всякий случай отставил кофе подальше, чтобы и ему зефирку не сунули.

Ладно бы цианистый калий, на него у демонов иммунитет. А со сладкого только сиди в туалете всё утро. Попробовал как-то раз, когда Ленка привезла пачку зефирок, потом всё свидание насмарку!

Глаз демонического подростка продолжал дёргаться. Тогда как сама младшая сестра выглядела довольно неплохо. После того, как дала бой самому Сатане, маленькое проклятье быстро начало расти и теперь походило на юную особь из той субкультуры, которая предпочитает носить всё чёрное и закатывать глаза на любой вопрос родителей.

Допив кофе, Мара сосредоточилась на занятии. Стальной цилиндрик «двухсотлетнего курса школьного обучения тёмных наук», который подарила бабушка банши валялся перед ней, изрыгая из себя голографические изображения монстров и людей. Он показывал ей ближайшие звёздные системы и нудным речитативом Сфинкса диктовал тексты из школьной программы на латыни. Или предлагал разгадать ребусы из трёх анубисов, двух крокодилов и шести пар ног, бредущих в разные стороны. Проще говоря, сестра так же учила и древнеегипетский, но уже из ностальгических побуждений. Вдруг снова в Египет всей семьей поедут?

Домовой Топот с напряжённым лицом покачивался на люстре, заменив за остаток ночи и утро свет по дому и вновь пытаясь понять, стоит ли белить потолок. С Малым постоянный ремонт для домового, что так и не научился выговаривать букву «ч», становился сущим проклятием… но радости в этом не было.

– Што делает Малой, ты посмотри-ка? Нет, вот што он делает, а? – как всегда шепелявил он, как и прежде заменяя «ч» на на «ш». – Да мне с такими расходами на ежедневный ремонт никаких материалов не хватит. На него же не напасёшься!

Пукс гавкнул с пониманием в голосе. Приставленный к Даймону не в качестве домработницы, а скорее в качестве надсмотрщика, (который охотно станет проблемой для любой угрозы), демонический пудель-маскот никак не мог понять, как защитить своего хозяина от Малого. Потому что этот мини-демон, (очевидно поднятый из самых глубин преисподней), был ему не по зубам.

Всякий раз проигрывая очередной бой новому члену семьи, пудель лишь со всей суровостью бесчеловечного взгляда окидывал сонное лицо хозяина в ожидании новых приказов.

– Не смотри на меня так! Я не знаю, что с ним делать! – признался Даймон, который вроде бы тоже был не против учиться в ПТУ имени Агаты Карловны, возведённому при посёлке для монстров – Мрачново. Но для этого нужно было завести всю пожаростойкую одежду, а не только штаны из кожи саламандры.

На кухню пришёл сонный отец в человеческом обличье. И зевая во весь ресурс лица, колоритный оборотень уставился на холодильник с большим замком на ручке. Тот установлен не против самого Михаэля, но повешен женой исключительно ради защиты от Малого, чтобы «завтрак», «обед» и «ужин» для семьи были не только временами дня, но ещё и приёмами пищи, раз уж перенимают привычки людей.

Стараясь не отвлекать ни сына от завтрака, ни домового от работы, ни дочь от занятий, рыжий глава семьи пытался самостоятельно подобрать пароль к «хранилищу припасов», но не тут-то было.

– Какой пароль? Три шестёрки?

– Это же не мой личный холодильник, – кисло ответил демонёнок. – Думай шире. По-вампирски! Или у вас с мамой ничего общего?

– Только дети, – вздохнул оборотень-медведь в человеческом обличье. – А для того, чтобы думать, надо спать часов шесть хотя бы раз в неделю, – признался отец, снова широко зевнул и превратив руку в медвежью лапу, просто оторвал у холодильника ручку с замком и распахнул обе дверцы, от чего глаза сами собой распахнулись лучше всякого кофе! – А я с прошлого полнолуния ни в одном глазу. Ни в этом, ни в другом образе.

Подхватив медовый сбитень в бутылке, как один из самых любимых напитков, рекомендованный правительством для монстров в качестве «безвредных» продуктов, отец возжелал этот дивный напиток с диким, почти звериным азартом. И выпил в один присест.

– Не надо пароль, – добавила Мара. – Там сетчатка глаза была. Бабушка Агата подарила после вчерашнего пожара, чтобы мелкий не залех. Там и твоя сетчатка внесена… Забыл?

– А после позавчерашнего кто холодильник дарил? – попытался припомнить отец, и застыл перед навороченным холодильником. Затем постарался приладить ручку обратно, благо руки людей на многое способны. Да не тут-то было после звериной силы. Разве что снова убеждать жену, что идентификационное устройство «проклятого рефрижератора» к красоте нового зрачка оборотня осталось равнодушно. Мол, не верило ему и требовало старую радужную оболочку, звериную.

– Вот нет, чтобы управление голосом поставить, – нашёлся Михаэль, наконец.

– Малой подделывает голоса, – напомнил домовой, что совсем недавно был повышен с чердачного ради избегания проблем с речью. – Он ещё и шревовещатель! Заказал мне намедни семь грузовиков гравия и две бетономешалки. А я даже опалубку не сделал!

– Кто-кто? – переспросил глава семейства.

– Шрево…вещатель, – добавил Топот и спрыгнул с закреплённой люстры.

– Ага, голоса разные может «предметам» давать и всякий существующий голос подделает на раз, – кивнул Даймон. – Это одна из способностей демонов высших уровней.

Демонёнку были знакомы подобные способности. Но скорее с точки зрения техники. Ему уже приходилось искать в сети старые программы на голосовое управление «железом» в «умном доме», но пришлось избавиться от этой привычки, и вновь вводить всё в доме вручную. Ведь Малой начал управлять его гаджетами, как своими, заказав два раза пиццу, один раз дозвонившись до мэрии и целых три раза попросив исключить его из ПТУ, где Даймон пытался освоить профессию сварщика, чтобы быть поближе к огню.

Признаться честно, Даймон даже немного завидовал. Ведь каждый раз мелкий «исключал» его под разные основания. То «рога растут», то «пятница 13-ое же», то «всё равно я в семье самый умный».

Поскольку сам Малой пока толком не говорил, он озвучивал свои мысли для людей на расстоянии, и с помощью тех же компьютерных программ для озвучки текста голосом. А писать и печатать новенький в семье умел с самого появления на свет.

Домовой Топот только ладонями похлопал после ремонта очередного такого света, как тут же взялся за ремонт холодильных дверец.

– Шо делается. Шо делается-то! – для порядка бурчал он, доставая инструменты из кухонного шкафчика, так как давно не относил их на чердак. Чего туда-сюда таскать? Понадобятся уже к обеду!

Убедившись, что Даймон дремлет над кружкой, а Мара принялась зубрить текст, диктуемый кубом, Пукс прошёл в зал и запрыгнув на диван, нашарил пульт дистанционного управления, а затем взял его в пасть, чтобы включить телевизор.

Тут стоило сказать, что кто бы чем не занимался на кухне, все это делали как можно тише, чтобы не разбудить Малого. И не потревожить Блоди, которая хоть и жила по ночному графику последние пару веков, но в последний год предпочитала дневное время суток. Однако, появление нового члена семьи возвращало её к старым привычкам.

Особенно, к жажде крови!

Телевизор, заранее поставленный Малым на всю громкость вчера вечером, тут же заорал на весь дом. И вместо того, чтобы смотреть любимые мультики с насилием мыши на котом, Пукс только уши навострил и попытался тут же проглотить пульт, как главную улику. Но дело уже сделано.

– А-а-а! – тут же заголосил Малой и испепелил все три опоясывающие его ремня в несгораемой колыбели, что когда-то взрастила Мару.

Но если маленькому проклятью хватало и одного ремня на ночь, то связать демона высшего порядка только по рукам, ногам и за пузо, было большим просчётом.

Блоди подскочила от кровати мгновенно и закричала следом:

– КТО ПОСМЕ-Е-ЕЛ?

Пукс, не будь дураком, тут же юркнул в разбитое окно на улицу, а вампирэсса, перекинувшись в летучую мышь с красными глазами, сиганула следом за ним. Тогда как Малой потянулся, зевнул и смахнув с себя остатки прогоревших пожарных ремней, приподнялся.

Начинался новый день. Ещё столько всего предстоит натворить!

Легко перемахнув запоздало сомкнувшиеся стальные прутья кроватки, Малой первым делом пошёл на звук, и выйдя из родительской спальни, тут же принялся спускаться вниз по лестнице. Ходить он ещё толком не умел, поэтому предпочитал катиться по парапету прямо в особом подгузнике, который предоставили сами демоны вместе с младенцем. Он был для Малого как амортизатором, так и всё впитывающей бездонной чёрной дырой. Плюс никогда не сгорал и не требовал замены, что несколько облегчало жизнь Адовым, но со всем остальным справляться по условиям Договора они должны были сами.

Топот, уже починивший ручку и следом выключивший телевизор, предпочёл выйти через чёрный ход и вернуться на чердак по верёвочной лестнице, по которой Малой взобраться ещё не мог. Зато он вполне мог добраться до кухни.

Михаэль как раз вполне себе по-отчески постукивал по холодильнику рукой, словно просил у него прощения и бормотал:

– Ну ты это… не серчай.

Что Малой сразу же воспринял как акт агрессии.

– Помогу! – пробормотал демонический младенец, подполз к стулу, подхватил его за ножку вместе с Даймоном и выкинув старшего брата в окно, тут же принялся «так же» стучать по холодильнику.

– О-о-о, – протянул Михаэль. – Вы только посмотрите на малютку. Он… подражает.

Стулья в семье были довольно крепкими ещё с лета. Удар тут же оставил на холодильнике заметную вмятину, отчего могучее бытовое устройство слегка пошатнулось, но устояло.

– Помог? – переспросил Малой, отшвырнул стул в сторону и подполз уже к Маре. – Сидеть хочу! – заявил он следом и в окно полетело уже и младшее проклятье.

В то же время в дверь вбежал рассерженный Даймон весь в осенних листьях и всяком мусоре и тут же рванул к Малому.

– Я сейчас покажу ему, как братьями кидаться! – заверил он, разгораясь пламенем по всей поверхности тела.

Но отец заранее перекинулся в медведя, подхватил его подмышки и приговаривая:

– Ай, ай, горячо! – начал перекидывать из лапы в лапу, как горячую сосиску.

После чего опустил сына в раковину и включил холодную воду. По кухне тут же пошёл пар. А вернувшаяся следом Мара едва открыв дверь, тут же пообещала ровным голосом:

– Однажды я останусь с ним наедине…

В этот момент в окно на скорости влетела летучая мышь и перекинулась прямо на холодильнике. А затем начала поправлять причёску:

– Так, что я пропустила?

Мара тихонько начала читать проклятье сквозь зубы, но малой лишь рассмеялся в голос. Демоны его уровня обладали иммунитетом к любым формам словесного воздействия.

Михаэль пожал плечами, подхватив дочку на руки и привычно начиная раскачивать из стороны в сторону, пока по комнате не перестала проноситься вдохновляющая латынь.

– Дети. Что поделаешь? – ответил он супруге, усадив Мару на уцелевший стул, затем подхватив с холодильника жену.

Улучшив момент, Малой тут же подкрутил под кранами воду и вместо холодной успокаивающей воды в ёмкость для мытья посуды с демонёнком начал набираться кипяток, от чего у Даймона пар повалил уже из ушей.

Пока Михаэль склонился под раковиной, чтобы вернуть подачу воды, Малой тут же залез за холодильник и сказал:

– Бум!

Тут же что-то заискрило, повалил дым. Оборотню оставалось лишь подхватить Малого и выдернуть холодильник из розетки. Что с его звериной лапой закончилось фатально для последней. Кусок стены так и остался среди когтей.

– Повелеваю! – добавил Малой.

Рефрижератор задрожал уже без всякого электричества, а затем добавил мерзким голосом совершено неожиданную фразу:

– Начинаю обратный отсчет! Десять, девять, восемь, семь…

– Это чего это он? – спросил Даймон.

– Того, – ответила Блоди, прекрасно понимая, что кофе с утра ей не видать, как своё отражение в зеркале. – Бежим, дети! Не стоит стоять рядом с разговаривающими холодильниками!

– А где он успел взять взрывчатку? – не понял демонёнок, выбираясь из раковины с мокрыми штанами.

Не говоря уже о подмоченной репутации, настроение было так себе.

– Через тёмный интернет. Где же ещё, брат? – ответила Мара и теперь вздохнуло даже младшее проклятье. – Всё зло теперь творится через интернет.

– Чёртовы конкуренты, – пробурчал Даймон.

– Три, две, одна… – продолжал отчёт холодильник.