Глава 0. Старый автобус

Я смотрю на желтые пятна потолка в чужом доме и гадаю, как долго это будет продолжаться. Порой мне кажется, что бесконечно. Но, как сказал водитель старого потрепанного автобуса – бесконечных маршрутов не бывает. Мне совсем не хочется в это верить, и я лежу на чужой кровати в чужом доме и смотрю на задвинутый за кровать розовый домик для куклы. До меня здесь жила девочка, которая хотела собрать полный набор. Где она сейчас? Марфа Петровна ничего не рассказывает, она лишь доброжелательно улыбается, предлагая остаться здесь навсегда.

Но этот город совсем чужой для меня.

Память играет со мной, то подкидывая обрывки из прошлого, то ускользая. Я пытаюсь вспомнить свою жизнь. Кто я, как дошел до жизни такой? Эти вопросы повисают в воздухе, а потом растворяются, стоит что-то вспомнить. Меня зовут Максим, мне девятнадцать лет. Я хожу в университет, играю в баскетбол. У меня есть девушка по имени Ира. А что еще?

Наверное, лучше не вспоминать.

Но я упрямо думаю об этом, закрыв глаза и сцепив зубы. Мне так хочется раствориться в тишине городка, но не могу. Моя лень словно амеба уползает куда-то, вытягивая псевдоподии. Так погано на душе. Стоит закрыть глаза, как в сон врывается дым, гарь и крик. Кто-то яростно просит держаться. И порой мне кажется, что это я сам. А порой – что это кто-то посторонний. Но с чего же все началось?

С автобуса?

Нет.

Закрыв лицо ладонями, делаю глубокий вдох и пытаюсь вспомнить все заново. Был вторник, я точно знаю. Конец лета. Я сдал экзамен. Сдал же? Ну… сессия у меня осталась без хвостов, это точно помню. Лето еще давало о себе знать, жарило так, что дышать тяжело. Нет, нормальное было лето, не больше тридцати градусов с копейками.

Так что же я делал в тот злополучный вторник?

Спокойно, Макс, спокойно. Не надо напрягаться, иначе память сбежит. Она словно кошка, которую нужно приманивать, а не носиться за ней подобно идиоту. Так что посмотрю лучше в окно и полюбуюсь особняком Кукольника. Единственное красивое в этом месте здание, жаль, что брошенное. А ведь будь я героем какой-нибудь книжки, меня бы поселили именно там.

Но я ведь обычный человек, с обычными желаниями и тайнами. Как я могу на что-то претендовать? Не то что мир спасти, я себя с трудом спас когда-то. Спас, да. Теперь начинаю вспоминать.

Это был торговый центр – три или четыре этажа, эскалаторы, множество мелких кафешек, отделы с одеждой и прочими радостями жизни. Мне нужны были новые кроссовки, так что я недолго думая пошел туда. Ира хоть и клялась, что будет смотреть телек, все же отправилась со мной, чтобы я опять не выбрал какую-нибудь фигню. Это ее слова – какая-нибудь фигня. Она совсем не доверяет моему вкусу.

Или не доверяла?

Нет, она здесь, в этом же доме, только в другой комнате, вместе с соседкой. И у меня сосед. Мы все познакомились в том автобусе, что нас подобрал. Да… верно, это я тоже вспомнил. Но что было между?

Мы пошли в отдел с кроссовками. Продавец сидел за прилавком и листал журнал, что меня удивило. Не проще ли в приложении? Ну да плевать. А я сам рылся в поисках кроссовок своего размера. Нет, у меня вовсе не редкий размер, просто Ире ничего не нравилось – то расцветка поганая, то качество. Будто это она будет в них бегать, а не я. Но….

К сожалению, она уже никогда не будет бегать.

Надеюсь, эта боль постепенно отпустит ее.

Тогда я не думал об этом. Просто ходил между стеллажами и ворчал, что такими темпами ничего не выберу. Мне хотелось поскорее убраться из магазина, но Ира упрямилась. По ее мнению я должен был быть лучшим из лучших. Раз уж она не может заниматься волейболом, так пусть я исполню эту мечту на двоих. И у меня пропадало всякое желание спорить, как только я видел, как старательно она пытается не хромать. Лучше бы не пыталась.

– Эти подойдут, – в ее руках появилась коробка с белыми кроссовками.

– Прекрасно, сейчас примерю и пойдем, – наконец-то свобода. Покажу кроссовки родителям, а то ведь не отстанут, пока не узнают, как выглядят, и как смотрятся на мне. Тоска…

– Чем это пахнет? Горит что-то?

Продавец отложил журнал и покрутил носом. Если подумать, и правда горит. То ли кто-то перестарался с едой в фудкорте, то ли что-то похуже. Но звуков сигнализации я не слышал. Ничего подозрительного. Да и как тут бежать, когда Ира с трудом ходит?

В ушах зазвенела тишина. Снаружи грохнуло. И тишина распалась на миллионы хаотичных звуков. Вздрогнув, Ира бросилась ко мне, словно умоляя сказать, что это неправда. Жаль, что я не мог соврать – у меня были плохие предчувствия. Я схватил Иру за руку и потащил за собой.

Прямо в ад.

В голове гудело, но я помнил, что нельзя смешиваться с толпой. Нельзя бежать туда, куда и все – тысяча леммингов не всегда правы. И я тянул Иру назад, возможно в самое пекло, стараясь не смотреть на искаженные ужасом лица людей.

Где выход?

Здесь немало выходов, я точно знаю, заходил с разных сторон. Один раз даже в какой-то магазин прямо с улицы. Двери на датчиках. Могут перестать работать.

Окно.

Да, окно.

Мы поравнялись с женщиной в строгом костюме. Она тоже бежала в другую сторону. Возможно и спасется. Кто-то разбивал окна. Не глупее нас, да. И я потянул Иру туда, к разбитому окну. Но там уже толпа, у дверей тоже. Что же делать? Если мы задержимся, то задохнемся нафиг.

– Туда, – незнакомая женщина показала наманикюренным пальцем в неизвестный мне закуток.

Ладно.

Лишь бы там была дверь. Но в ту сторону никто не бежит. Неужто женщина ошиблась? Она хоть знает, как дорого обойдется эта ошибка! Она хоть понимает? Она… она… бежит весьма уверенно. Мы с Ирой понеслись за ней, прямо к выходу.

– Хорошо, что я его запомнила, – женщина вынырнула наружу, мы следом.

Или нет?

Или нам что-то помешало? Не помню. Но, кажется, все же мы спаслись без проблем. Без серьезных проблем. А потом я повалился на траву и глотал воздух ртом. Ира стояла рядом и тяжело дышала, готовая заплакать. Надо бы ее утешить, подумал я тогда, но не мог подняться.

– Молодой человек! Помогите, пожалуйста.

Голос раздавался из разбитого окна. Мужик, лет тридцати, может, больше. И чего это я должен ему помогать, пусть сам себе поможет.

– У меня тут девочки на руках.

Ну раз девочки, тогда помогу. Девочки это другое дело. Им надо помогать, это долг каждого взрослого человека. И я поднялся, протянув руки двум девочкам в розовых платьях и с большими бантами на светлых хвостиках. Близняшки. Удивительно.

Следом вылез мужик, откашлялся и сел на траву, продолжая задыхаться. Видимо, надышался. Зато девчонки ощущают себя неплохо. Проревелись и побежали исследовать место.

Кстати.

Место и мне незнакомо. Где-то слышались сирены скорой помощи или полиции, я их не различаю, но идти туда мне совсем не хотелось. Я в полном порядке, так что мне это и даром не нужно. А вот остальным? Ну остальные вроде бы тоже в порядке. Значит, надо идти на остановку или вызвать такси. Лучше бы, конечно, на остановку. А то придется потратить деньги, что берег на кроссовки.

– У кого-нибудь здесь связь ловит?

Строгий костюм потрясла телефон, и я полез за своим. Так… никаких сообщений, интернет не работает, позвонить некуда. Сигнал исчез. Это что… мы вышли с другой стороны магазина и попали в деревню? Очень смешно.

– У меня тоже пусто, – Ира судорожно выдохнула, и наконец начала расслабляться. Мужик в белом халате растерянно пожал плечами, а у близняшек спрашивать бесполезно, вряд ли им доверили телефоны. Но кто знает.

– Куда нам теперь идти?

Ира медленно подобралась ко мне и вцепилась в руку. Я не стал ее отталкивать, разглядывая местность. Странное место, очень странное – серо-зеленая, будто пыльная, трава, грунтовая дорога куда-то на запад. Солнце уже заходит, хотя, казалось бы, всего обед. И серая стена магазина, даже двери не видно. Ну то есть, если поискать, то ее можно найти.

– Обойдем магазин? – Строгий костюм спрятала телефон и пошла вдоль магазина, но вскоре вернулась с озадаченным видом. – Там завалы какие-то, не перебраться. Разве так бывает?

– Без понятия, – и чего она у меня спрашивает, я тут самый эксперт что ли? Но раз там не обойти, с другой стороны тоже? Оттуда вернулся Белый халат и пожал плечами. Лезть назад мы, понятное дело, не горели желанием. Ха-ха. Очень смешно.

Оставался только один путь – по тропинке. Ну мы и пошли по ней, молчаливые, напряженные и растерянные. Знал бы я, куда нас это все выведет, как бы поступил, а? Не знаю. И знать не хочу.

Но мы шли и шли, тропинка казалась нереальной, терялось чувство времени и пространства. Пару раз мимо прошли какие-то люди. Строгий костюм окликнула одного из них, он повернулся и раскрыл рот. Брр… лучше б я не смотрел – теперь обрубок языка будет мне каждую ночь сниться.

– Может быть, мы попали в другой мир? Или нам все снится? – Ира не хотела меня отпускать, и почти висела на моем плече. Как же это…

Надоедает.

Но я не могу, я должен быть к ней помягче.

Так я думал, пока плелся по тропинке. Та закончилась остановкой, такой же серой и пыльной, как и все вокруг до нее. На стенке написаны неразборчивые буквы, урна валяется рядом, ветер поднимает в воздух кусочки бумаги, а вокруг буйное разноцветье. От этого контраста глаза начинают болеть. Близняшки сели на лавочку, притихли, даже хвостики поникли, а Ира все еще продолжала цепляться за мою руку. Она казалась такой слабой в этот момент, что я пожалел о своих нехороших мыслях. Зачем я так с ней…

– Кто-нибудь это место знает? – Строгий костюм опустилась на лавочку, бесцеремонно подвинув девочек, но те возмущаться не стали. А зря, за свое место под солнцем надо драться до последнего.

– Видимо, никто не знает, – Белый халат сунул руку в карман и выудил зажигалку. Вот вам и доктор. Он же док? Скорее всего, мне так кажется. У него какое-то особое выражение лица, взгляд, – прямо можно писать сцену врача для какого-нибудь фильма. Вот и курить сейчас будет.

Но сигарет он не взял, только зажигалку, и принялся ею играть.

– Сейчас не курю, – он перехватил мой взгляд и опустил голову.

Солнце зашло за горизонт, и как-то резко стемнело, но я на удивление видел все четко, словно это не темнота, а лишь фильтр. Где-то вдалеке на дороге появился маленький автобус, размером с маршрутку, наверное, может, побольше. Он ехал в нашу сторону, номера я не увидел. Но это пустяки. Пусть он до Центрального рынка довезет, а там мы уже разберемся, куда и как.

Дверца сложилась гармошкой, и в проеме появилось бородатое лицо. Лицо вытаращилось на нас, изучило как букашек, и сунулось назад. Автобус продолжал стоять, пуская хлопья черного дыма.

Ну и?

– До Центрального довезете? – спросила Строгий костюм.

– Довезем куда надо, садитесь. – раздался усталый голос. Какой самоуверенный тип. Но, если подумать, мы здесь довольно долго торчим, а до сих пор ни одной машины не проехало. Может, ну его нафиг, и поехали отсюда хотя бы так? Ира лезть туда не хотела, упиралась. Но здесь торчать тоже нехорошо.

– Ир, главное, в знакомое место выйти. А там уже домой.

Ира смирилась, села возле прохода, мест здесь было мало, расположены они как-то неправильно, невпопад. Ну и ладно. Мне вот понравилось то, что возле окна. Я устроился там и закрыл глаза – смотреть на один и тот же вид утомительно. Потому я лучше попытаюсь поспать. Ира всю дорогу молчала, остальные тоже. Разве только Строгий костюм что-то ворчала якобы себе под нос. Ее высокий пронзительный голос долетал до самых тайных уголков автобусного салона.

Почти мистика.

Мы все ехали и ехали, дорога убаюкивала, пейзаж не менялся. За окном ни единой машины или пешехода. Небо темное, даже не думает просветляться. Кх… проясняться, да, просветляться это немного другое. В общем, ощущение нереальности осталось. Может, мы попали в картину безумного художника, и никогда никуда не приедем? А может, мы в другом мире? В какой-нибудь Нарнии, например. Сейчас выйдет фавн, протянет зонтик и предложит выпить чай.

От чая я бы не отказался.

Автобус остановился. О, выходить пора? А я только-только прикорнул, почти заснул в дороге. Если бы мимо проносились фонари, точно бы убаюкали. Люблю такой полумрак, когда гуляешь по слабо освещенному городу и смотришь на красочные вывески, не думая о том, как это некрасиво днем.

Автобус впустил светловолосого лохматого парня. Он улыбнулся, пригладил торчащие пряди, похожие на собачьи уши. Но волосы вновь стали торчком, придавая парню сходство с корги. Он сел сзади меня и сразу же спросил, куда мы едем. А я почем знаю.

Но что-то мне подсказывает, что едем мы не на Центральный рынок, цивилизации нет совсем. Где мы? Да… Ни домов, ни построек, ничего, одна трава и цветы. Кажется, нас похитили. Я бы предпочел историю с другим миром, там главные герои все сплошь и рядом спасают мир или совершают что-то выдающееся. Только кто сказал, что здесь главный герой я?

Очень смешно, три ха-ха.

Автобус остановился снова, впуская рыжеволосую девушку в дорогих очках и дешевой одежде. Следом за ней вошел запах, а потом уже и новый пассажир. Мы дружно поджались, надеясь, что водитель выгонит этого небритого типа с непонятного цвета фуфайкой, в которой летом адски жарко.

Но водитель спокойно ждал, пока его помощник закроет дверь вручную.

– Вы зачем его сюда пустили? – с этой женщиной мы или пропадем, или наоборот. Спокойно жить она нам не даст. – Здесь дети, между прочим, а вы бомжей всяких пускаете.