Глава 1: Букварь и Фиалка

Сидя на вершине холма, укрытые густыми зарослями, мы с Фиалкой почти не дышали. Ветер слегка покачивал листву деревьев, а мы старались не издавать ни звука, чтобы ни один хруст под ногами не выдал нашего присутствия. Маленький город внизу, застывший в тишине предрассветных сумерек, еще не знал о том, что произойдет в ближайшие часы. Фиалка пристально смотрела в бинокль, направленный на центральные кварталы города. Мы ждали начала перезагрузки.

И вот началось. Город со всех сторон начал окутывать густой туман. Я ощутил его кисловатый запах, который пронзил воздух.

– Как думаешь, сколько это продлится? – спросила Фиалка, не отрываясь от наблюдения.

– В методичке написано, что перезагрузка быстрых кластеров происходит в течение нескольких часов. Наблюдаем и ждем гостей. Пойдем в город только после их захода, а лучше вообще после выхода, – ответил я.

Как только туман начал понемногу рассеиваться, на горизонте, с противоположной стороны города, возникло движение. Я прищурился.

– Фиалка, посмотри на другой край, там вроде какое-то движение.

– Да, вижу. Топтун, пара лотеров и восемь бегунов.

– Смысла сейчас заходить в город нет. Пока зараженные в городе, там ловить нечего, даже если никто из них не выскочит навстречу. Эти твари всё чуют, нюх у них как у собаки, и всё слышат, так что любой звук, даже шаг на бетон загонит нас в капкан. Ждём пока твари насытятся. Как только уйдут, ждем еще минут десять на случай, если кто-то из них задержится или вернётся.

– А если кто-то из них останется?

– Поэтому и ждём. Следим за их маршрутами, считаем, сколько вошло – сколько вышло, всё на глаз. Когда останется один-два зараженных, выдвигаемся, обходим город стороной, по мелкой дуге, мимо ангаров и водонапорки. Если город чист – двигаем через ту же южную улицу, ближе к магазину, там вход в подвал.

Слышу, как в городе начались крики, пока еще не частые. Стрельбы не слышно, значит сопротивление минимальное или монстры всех застали врасплох.

Смотрю в бинокль, зараженные разбегаются между домами, ни один не оборачивается, все заняты делом. Через минут двадцать топтун возвращается к окраине, стоит на месте, ждет остальных.

– Скоро уйдут, – говорю, больше для себя, чем для неё. – Городок мизерный, уже почти все наелись. К топтуну подтягиваются остальные. Девять особей в сборе, не вижу еще двух. Ладно, их ждать не будем, выдвигаемся.

Переглядываемся ещё раз, молча. Раз, два, три – и поползли. Я впереди, Фиалка следом, мы как тени друг за другом, максимально низко, кромка травы и кустарник до первого забора за оврагом. Всё время держу глазами дорогу, потом взгляд на левую сторону. Никого. Тишина. На востоке солнце медленно поднимается всё выше, окрашивает крыши малоэтажных домов ржавчиной, всё выглядит будто под фильтром фотошопа.

Мы у забора. Осторожно выпрямляюсь, крадусь. Воздух сырой, трава как будто маслом натёрта после росы. Скользко, чуть не падаю, ловлю равновесие руками. Фиалка молчит, только дыхание чуть тише. Осторожно идем вдоль забора, выходим к дороге, заходим в городок. Передвигаемся вдоль домов. Фиалка держится на дистанции метра два позади.

По дороге рассыпаны вещи – плюшевый мишка, детский ботинок, бутылка минералки. У гостиницы валяется труп. Обхожу, не смотрю лишний раз.

Мы идем к центру. Слева за углом слышен хруст. Не видно, но понятно, что там пирует зараженный. Идем дальше, только медленнее, пригибаемся ниже. Я поднимаю кулак – значит стоп, максимум внимания. Слышим тяжёлое дыхание, потом смачный чавкающий звук. Держимся правой стороны, вдоль кирпичной стены. Шаги медленные, сердце колотится, пот по спине под бронежилетом горячий, мерзкий.

Дальше пересекаем аллею. У кафе «Вдохновение» разбито окно. Я заглядываю внутрь – пусто, столы и стулья опрокинуты. Окно на противоположной стене – удобный сквозной маршрут, если вдруг нападут. Запоминаю.

Двигаемся дальше, центр близко. Дом с тайником только через одну улицу. Двухэтажный жилой дом, рядом мусор вперемешку со стёклами, на деревьях остатки одежды болтаются. В воздухе звенит тишина, вдалеке на востоке слышится вой, но это может быть просто ветер. Улицы пусты, но опасность может быть за каждым поворотом.

Фиалка вздыхает негромко, переводит взгляд на меня. Я киваю – держись, мол. Слева, в тени лестницы, вижу силуэт: бегун, щурится, ловит носом воздух. Нас не заметил – мы в тени, а ветер дует от него. Протискиваемся между машинами, сгибаемся в три погибели. Сердце выскакивает наружу, когда он вдруг делает шаг в нашу сторону, начинает водить красными глазами по сторонам.

Мы замираем, задерживаем дыхание. Вдруг вдали раздается то ли вой, то ли хрип. Бегун поворачивается и убегает на звук. Наверное хозяин свиту собирает таким кличем. Пронесло, добираемся до дома с тайником.

Перед домом куча тел. Судя по тому, что все стены в брызгах крови, здесь тварям оказали сопротивление. Проверяю дверь – не заперта, замок выбит. Захожу внутрь, проверяю комнату. Пусто. Фиалка за мной, усмехается – сама не ожидала, что так быстро доберемся. Мы внутри.

На улице утро в разгаре. Лучи солнца пробиваются сквозь занавески. Все комнаты внутри хорошо освещены светом с улицы. Но нам в подвал. Достаем фонарики, спускаемся медленно, по очереди, я первый. Пахнет плесенью, старыми консервами. Фиалка спускается за мной, ствол держит наготове. Где-то тут тайник. Теперь главное найти, забрать и выдвигаться назад до того, как в городе появится следующая голодная смена.

Иду медленно, фонарь хорошо освещает пространство передо мной. Первая дверь приоткрыта, внутри стеллажи доверху набиты банками. За банками ничего. Вторая комната мастерская: верстак, тиски, ящики с инструментами. Тоже ничего интересного. Третья дверь закрыта. Толкаю ее плечом – поддается. За ней – пустая комната. Фонарь освещает у дальней стены силуэт железной двери. Добротная сварка, толстое ребро, петли смазаны совсем недавно. Замочная скважина как у сейфовой двери. Понимаю, что это то, что нам нужно.

Я подергал ручку – закрыто. Фиалка приложила ухо, затаив дыхание – тишина. Но взламывать замки мы не умеем и даров на взлом у нас тоже нет.

– Ключ надо искать, – сказал я.

– Думаешь он в подвале? – спросила Фиалка.

– Не знаю, давай начнем с первого этажа.

Начали с кухни. Я проверил все ящики кухонного гарнитура – пусто. Фиалка тем временем залезла под стол, осмотрела его снизу, проверила отдельно стоящий шкаф, цветочные горшки, тоже пусто.

Потом была комната справа. Это был кабинет. Вытряхнули все книги, стоящие на стеллажах – ничего. Фиалка заметила выступающую от пола половицу – под ней оказались какие-то документы. Сунулись во вторую комнату – шкаф, весь забит одеждой, ключей нет.

Время поджимало. Я уже не думал где искать, просто машинально двигался: открывал, выдвигал, щупал, снова и снова, раз за разом оглядываясь на Фиалку – она такая же упрямая, как и я, тоже обшаривала все вокруг.

Вдруг, проходя по коридору в очередной раз, я заметил странность – вроде бы обычное прямоугольное зеркало на стене, но оно состояло из двух половинок, и левая половинка немного выступала над правой.

– Посвети сюда! – тихо позвал Фиалку.

– Думаешь? – прошептала она.

– Да, тут или тайник, или дефект установки.

Проверил края, нащупал пальцами за зеркалом небольшую выемку. Странно. Зацепился ногтем – зеркало немного поддалось. Отодвинул сильнее – раздался негромкий хруст. Да, это не просто зеркало, это дверца.

Фиалка посветила фонариком. В стене была вырезана неглубокая ниша. В нише лежит большой железный ключ. Я беру ключ и мы бежим в подвал.

Сбегаю по лестнице вниз, вдруг резкий щелчок. В затылок прилетает чем-то тяжёлым, сразу резкая боль, хлопок в ушах и темнота.

Очнулся от пронзительной боли в руках. Попытался повернуться, но что-то жёстко тянет руки назад. Наручники впились в запястья, я почувствовал, как пальцы затекают. Пошевелил ногами – связаны пластиковым хомутом. Голова гудит, все плывет перед глазами, сразу толком и не понял где я. Воняет соляркой, ржавым железом. Тусклый свет пробивается через маленькое мутное зарешеченное окошко. Дополз до стенки кузова машины, принял сидячее положение. Фиалка прислоинлась к противоположной стене, тоже связана, глаза открыты. Она молчит, только губы дрожат – видно, что злость ее душит, а не страх. Двигатель гремит где-то спереди, от вибрации кузова зубы вибрируют в такт. Похоже нас загрузили в автозак.

– Саша, ты как? – спрашивает Фиалка шепотом, словно боится, что её услышат.

– Букварь! Забыла, что в Стиксе другие имена? – прошипел я.

– Букварь, как думаешь, есть шанс вырваться?

– Шанс есть всегда, как бы банально это не звучало.

Фиалка хмыкает. Слышу, как она пробует освободить ноги, скрипя по полу хомутом на ногах.

– Нет тут ничего, ну ничего вообще. Даже пол гладкий, не зацепиться.

– Ага, всё предусмотрели. Но когда дверь откроют, будет шанс. За нами ведь придут в любом случае. Так понимаю муры нас подловили на нашей же невнимательности. А если это муры, то повезут на продажу внешникам, или сначала в стаб, а потом все равно на продажу.

– Думаешь попробовать сбежать?

– Конечно. Дверь откроется, они полезут внутрь. Допустим первую схватят тебя. Скорее всего вдвоём схватят под руки. Попробуй ударить ногами им по ногам, резко, внезапно. Если вдруг сработает, один пошатнется, а то и падать начнет, потянет вас со вторым муром за собой. Я буду за вами, попробую оглушить кого-нибудь из них. Если повезет, выпадет оружие или ключи от наручников, или нож, чтобы хомут срезать. Если все очень удачно сложится, то сможем выпрыгнуть из машины и побежим. Неважно куда – лес, поле, главное отбежать от машины.

Вдруг автозак затормозил так резко, что нас обоих швырнуло в сторону. Я чуть не кувыркаюсь, в голове гудит от удара. Слышу приближающиеся голоса, топот ботинок, кто-то хлопает ладонью по кузову.

Задняя дверь открывается с лязгом, в глаза бьет яркий дневной свет. В салон залазят бандюки-муры, двое, амбалы под два метра.

– Ну что, голубки, приехали, – рычит первый детина под два метра ростом, ухмыляясь заросшим щетиной лицом.

Он сразу же без лишних разговоров хватает Фиалку двумя ручищами, как курицу на убой, приподнимает, чтобы передать её вниз. Но она изворачивается, и связанными ногами с силой ударяет в живот второму муру. Но для громилы фиалкин удар, как слабый тычок. Он хватает её за ноги. Все происходит быстро. Снаружи уже стоят, подставив руки, еще две гориллы. Они подхватили девушку под руки и колени, и не оглядываясь, понесли прочь от машины.

В это время я пытаюсь ударить связанными ногами по ноге первого амбала, но бесполезно, это как пинать бетонный столб, вкопанный глубоко в землю. Громила молча поворачивается, все с той же дебильной ухмылкой, поднимает меня сзади под руки и тупо выкидывает в дверной проем автозака вниз на землю. Затем двое муров спрыгивают вниз за мной. Меня берут под мышки и волокут вслед за Фиалкой.

Оглядываюсь по сторонам, вокруг нас еще около десяти муров. Стволы автоматов направлены на нас, все напрежены, видимо ждут внезапного применения даров, глушилка скорее всего берет недалеко.

Двое конвойных жестко вывернули мне плечи и волокут вперед. Остальные муры разделились на две подгрупы, организовали своеобразный коридор. Таким построением мы движемся вперед. Впереди, метров через сто, стоят еще люди, все в футуристичных боевых скафандрах. На всех шлемы, забрала затонированы. Ну все понятно, я не ошибся, муры поймали нас и привезли на продажу внешникам.

Через несколько минут нас дотащили до покупателей. Внешников я раньше еще не встречал. Покупателей было в два раза меньше, чем муров. Но разглядев внешников вблизи понял, что мощь их вооружения в разы больше наших обалдуев. На всех вроде бы камуфляжные костюмы, но две трети поверхности занимает не ткань, а матовые пластины похожие на броню. Открытых участков кожи нет. Футуристичные высокие берцы, похожие на мотоботинки, перчатки в таком же стиле. Сама ткань костюмов была не простая, она меняла узор под разными углами, как хамелеон. На головах – бронешлемы с выступающими воздушными фильтрами в районе подбородка. На месте лица – глухое тёмное забрало, во внутреннем слое мерцает голубой узор, но не видно ни черт лица, ни глаз.

Трое из шести внешников в руках держали какие-то гибридные пушки. То ли ружья, то ли автоматы, ствол короткий, патроны или батареи в прикладе, не понятно. У каждого за плечом и на поясе было какое-то оборудование, скорее всего боевое. У половины из них светилась голубая подсветка внутри шлемов. Голосов не было слышно, но было понятно, что они общаются между собой по своему каналу связи.

Позади этих гостей стояло две бронемашины, внешне похожих на БТРы. Размер кузова был примерно такой же, колес тоже было восемь. Но на этом сходство заканчивалось. Двигатели работали практически бесшумно; не было ни запаха масла, ни копоти. Форма кузова была монолитной, без каких-либо выступов. Защитный камуфляж на кузове переливался, как на их костюмах. На крыше турели – три ствола вкруговую, лазеры или рельсы, непонятно. Двигались плавно под управлением искина, сканирующего все вокруг.

Главарь муров вышел вперед к внешникам.

– Сегодня только двое, – начал он сиплым голосом. – Зато свежее мясо, без вредных привычек. Парень и девка – оба свежаки, молодые, тридцати еще нет. Смотри как похожи, это брат с сестрой. С вас шесть черных жемчужин.

Навстречу муру вышел внешник.

– Максимум две черных, – зазвучал искаженный голос из динамика шлема, – Цена снижена, рынок перенасыщен. Спрос уменьшился, предложение увеличилось, качество среднее. Полная стоимость – две черных жемчужины за два тела.

– Какие две черных, вообще товар видишь? Два молодых тела, кровь с молоком! Это я еще мало прошу, за таких родственников и красную не стремно просить. Для вас разве не лучше родственников дербанить?

– Кстати, насчет крови, вот сейчас и проверим, – последовал ответ из динамика. – Проверьте иммунных, может они вообще не иммунные!

– А надбавка за срочность? Вы вчера сказали, что вам сегодня нужно, – продолжал торговаться мур.

– Сегодня утром нам уже привезли тела, конкуренты ваши, – ответил внешник.

– Это Хромой что ли мой конкурент? Он свежаков ловит на только что перезагрузившихся кластерах. Они и дня в Стиксе обычно у него не проживают; доходяги, алкаши, пенсионеры, без даров.

Пока шел торг, к нам с Фиалкой подошли двое внешников с оборудованием.

Первый вытащил из кобуры белый металлический цилиндр, мигающий синими светодиодами. Взял меня за руку – аккуратно, машинально даже, и этим самым устройством быстро, без боли, сделал прокол в вену. Кровь моментально всосалась внутрь. Тот же трюк повторил с Фиалкой.

Второй достал другое устройство, похожее на сканер. Лазер пробежался полосками по нашим телам. Щелчки, переборы, до мурашек по коже. Наверное проверил синяки, переломы, гематомы, и тому подобное.

Пока второй сканировал Фиалку, первый вставил пробирки в специальную консоль. Из нее выдвинулся экран, на котором посыпались какие-то цифры, графики, линии, все по-быстрому.

– Анализ – чисто. Оба годны к изъятию, – через несколько минут отчитался первый внешник, бравший кровь.

– Идентификация совпадает. Показатели органов удовлетворительные у обоих, – отчитался второй внешник со сканером.