Отзывы на книги автора «Шуй Жу Тянь-Эр»

И пошла шуршать и звенеть - во имя Искусства!
Видимо, придется заранее извиняться перед людьми с тонкой душевной организацией, которые успели книгу полюбить и (что мной непостижимо) найти там выдающиеся достоинства и даже... сюжет. Мне категорически противопоказано читать современные китайские новеллы - но сайт и не такие вызовы подкинет. Поэтому...
Погнали! Эпиграф:
Ты - трансвестит, Сижка, а это значит,
Что и тебя сегодня Цао навестит.
Ты - трансвестит, Сижка, оно не плачет,
А только с башни свои арии вопит.
Переложение (скромным) автором песни группы УмаТурман из х/ф "День Выборов".
Как-то так, напевая свежеиспеченную карапулю добрым голосом Володи Крестовского, я дочитывала эту книгу. Признаюсь честно - оторваться не могла, и читала с половины второго ночи, а еще по пути на работу и с работы. Но отнюдь не из-за выдающихся художественных достоинств - а ради ярких образов, которые она вызывала. Я вроде не новичок в китайском чтении: люблю Юй Хуа и Ма Боюн - Зоопарк на краю света , прочитала Ланьлинский Насмешник - Цзинь, Пин, Мэй, или Цветы сливы в золотой вазе. В 4 томах (комплект из 4 книг) , Лизу Си и Эми Тан. Но вот с современными китайскими новеллами мне не очень везет... Хотя как посмотреть - Дянь Сянь - Удушающая сладость, заиндевелый пепел. Книга 1 вызвала у меня просто истерику, а Виноградинка a.k.a. Пельмешка - просто стала мемом. Ну, думаю, была не была - чего я только не читала...
Книга - действительно о Китайской опере 30х годов 20го века, а точнее об очень ярком ее представителе самородке Шан Сижуе. И все могло бы быть оптимистично - потому что сцена, где нашего ГГ кто-то разозлил до такой степени, что он забрался на башню и орал свои арии так, что изгнал полк солдат - я считаю, должна войти в анналы книжных историй.
*Тут я должна сделать (страшное) признание, что - не очень понимаю и люблю пекинскую оперу. Наверно, я немного варвар и дикарь, но больше люблю баритоны и альты. Ну а когда эти густо разряженные и раскрашенные люди начинают заводить свои инфернальные завывания - во мне просыпается священный ужас... Так что, мужики - я вас очень понимаю и не осуждаю. Если бы я услышала эти мяу-хау-яу от подобного существа, непонятные и, возможно, угрожающие - я бы тоже сбежала...
Можно? Можно-можно? У меня возник вопрос. В первых главах очень уж часто повторяется, что генерал Цао взял под свое крыло и практически содержит нашу "актрису" (да, я про ГГ - и кавычки тут нужны). Это-то все понятно - были и французские куртизанки, которых сменили карманные собачки. Некий (не совсем постижимый мной) синоним статусности. Но... А наш генерал-то в курсе, что его "актриса" - вообще-то мужик? Или - ради этого?.. ... Оооууу, выдающаяся сцена "У каждого свои недостатки" Давно не играла такими красками!
В общем - да. Наш Сижуй (звать его Серегой даже язык не поворачивается) - наверное, даже не совсем drag-queen - скорее универсал. Я так поняла, в китайской опере это ценится еще сильнее. Ну - думаю, сейчас будет история - что-то вроде Энни Линд. Но - было скорее похоже на фильм "Клетка для пташек". Для подобного самородка - обязательно должна быть припасена история о трудном детстве или злом продюсере. И автор пытался куда-то туда, заряжая про голодное детство героя. Но когда он в следующую главу вплывает в шелковой шубке с лисьим воротником, а его хм-хм обещает ему и норковую наколдовать - пуффыыыстенькую - как-то сочувствие к ГГ нивелируется. Ужасно позабавила меня фраза, когда прибыли сценические наряды

Да Сижую ж все равно, что натягивать - лишь бы красное

Ну да, ну да - две страницы назад целая страница была посвящена описанию всех узоров и вышивок. Конечно - во имя Искусства, как и лисья шубка. И характер у него мерзковатый - тоже во имя Искусства.
Как бы книга не пыталась делать мне прекрасное всеми доступными ей способами - недостатки пересилили. Да - мне немного по цимбалам зарождение даже таких возвышенных и взаимовыгодных отношений. И я отвлекалась на антураж и "декорации", который все больше казались - скрепленными плевками и честным словом. Повторюсь, что у нас 30е годы. Императора уже того, куда-то дели, Китай движется - куда-то, неведомо куда. Но и - дух императора и всей имперской роскоши еще витает, и Запад потихоньку проникает. Хотя кажется, что - только-только, потому что народ жутко удивляется - скрипке.
*Вы б еще, дикие люди, ей об пол побили, как питекантропы. Как люди без гугла выживали?!
Поэтому компания золотой молодежи, которая встречает читателя, живет словно... на шпагате, и нашим, и вашим. И совершенно я не поняла один момент. На одном из первых представлений, где мы встречаемся с ГГ, очень подчеркивается, что народ под культурное мероприятие - еще и насыщается. Ну а чего - хлеба и зрелищ. Ну, думаю, тут нам и раскрывают реальный уровень Серёги - под семечки сойдет. Но потом был абзац, который говорил, что "хлебом и зрелищами" славилась как раз китайская опера, а западные веяния принесли более нам привычное: разряженные люди слушают певца с серьезными и преисполненными лицами.
*Многие с такими лицами просто пытаются не уснуть - визгливого хуциня к нам не завезли.
... Помогите - я не понимаю! Нет, я понимаю, что на фоне развития высоких отношений это вообще не важно - но все-таки.
Ну и совсем мы не подружились со стилем автора. Первые страницы вызвали у меня только одну реакцию: "А? Что-что, простите?". Как-то - слишком много слов, слишком мало смысла. Просто одна цитата уже многое поясняет Лучше, чем "Надела все лучшее сразу - и давай этим шуршать" я не скажу. Бесконечное пояснение за нашу "золотую семейку": кто кому третья наложница и вторая жена... Добавляет этому шуршащему веселью перевод - совершенно странный перевод. В котором встречаются: портки, блажИть, половой... Нет, не это, рано еще - официант. Чё - бакановцы?) Это прям их почерк.
Ну и жирную точку поставил - конец. Точнее - его отсутствие. Нет, я знаю эту новую фишку - прощаться в совершенно неожиданном месте до следующего тома. И не претендую на продолжение наших возвышенных отношений. Но к читателям, которые умудрились историей проникнуться и даже полюбить - это уже свинство.
Как-то так. Бывают и такие книги в читательской биографии. Эмоций я получила массу - и в основном вполне позитивных. Но - слишком уж книга шуршит и звенит там, где могла бы вкрадчиво облекать шелком. Кто готов и способен проникнуться историей талантливого недокормыша (в лисьей шубке) и оценить зарождение... чего-то - пожалуйста, устремитесь навстречу прекрасному. Я же пойду утешаться к Моэму или Кингу, которые-то знают, что под всеми этими шубками, блескушками и тоннами штукатурки важнее всего - душа.
Берегите себя, дорогие мои. Позволяйте себе периодически шуршать своим величием. И - читайте хорошие книги)

Признаюсь честно, изначально я начала читать книгу, держа ее в руках, но после поймала себя на мысли, что хочу узнать оригинальную версию, и продолжила знакомство уже с аудио версией книги.

Сама история мне очень понравилась. Изначально я, конечно, сомневалась в этом, в особенности из-за поведения героев. Слишком уж они меня отталкивали от себя. Но в последствии их раскрытия, то с одной, то с другой стороны, я прониклась и к Чэн Фэнтаю, и к Шан Сижую. Первый, я бы сказала, высокомерный, но очень даже справедливый мужчина, а второй, несмотря на все слухи о нем, самый настоящий ребенок!

История плавная, в ней нет «вот это поворотов» или экшена, лёгкий роман о жизни двоих. Я добавила эту книгу на полку с любимыми и буду ждать продолжения этой истории с нетерпением.

На руках его оказался актер, придавленный многовековой оперной историей, разве мог он быть легким?

Второй том истории знакомства бездельника-коммерсанта Чэн Фэнтая и популярного оперного певца Шан Сижуя, положившего начало "редкой дружбе на всю жизнь", как это обозначено в аннотации первой части с учетом материковой версии издания и нынешних ограничений законодательства, по-прежнему скрывает в себе нечто большее.
Как минимум, всё ту же сложную картину жизни Китая 1930-х годов, когда в стране вот-вот грянет большая проблема с японцами, а общество еще не разобралось с многочисленными конфликтами старого и нового, Запада и Востока, оперы пекинской и той, что называется куйцюй.
Как максимум - и вовсе энциклопедию национального искусства музыкального театра, где судьбы персонажей сопровождаются интересными деталями работы над новыми постановками, дискуссиями о сценических костюмах и информацией о ставках оплаты труда аккомпаниаторов.

Рада, что чутье в прошлый раз меня не подвело, и в продолжении текста действительно потихоньку раскрутились все те мелкие фоновые моменты, что я отметила в рецензии на первый том, и которые еще тогда казались спорными, а в перспективе так и вовсе угрожающими.
События неумолимо подкатывают к опасным датам.
Когда герои на новогодние праздники оказываются в Нанкине, поневоле начинаешь сначала лихорадочно подсчитывать, какой там у них уже год (1937-й!), а потом графиней изменившимся лицом бежишь пруду в интернет, чтобы выяснить, что злополучная зима с Нанкинской резней - это еще не февраль, а только грядущий декабрь.
Впрочем, тревожные приметы времени всё равно усиливаются - смутная опасность, хорошо ощутимая на протяжении полутора томов, ближе к финалу этой книги уже обретет более-менее ясные формы планируемой кое-кем эвакуации.

Раскроются и мрачные тайны Чэн Фэнтая (говорила же, что он слишком мало делает для таких доходов, и вот оно - парниша торгует вовсе не только тканями и прочей низкомаржинальной ерундой).
Себя, наконец, во всей красе покажет и его жена - приверженка старой женской школы.
А еще сюжет не раз и не два проутюжит паровой каток военной силы свояка-главнокомандующего - и склонность к некоторому самоуправству мне тоже тогда не показалась, хоть и сыграла здесь в пользу главных героев.

Самое же прекрасное в "Зимней бегонии" - это по-прежнему отличное сочетание тонко выписанного исторического романа, понуждающего много гуглить и осмыслять, и ярких мазков судеб интересных персонажей.
К моей огромной радости, повествование здесь оторвалось от десятка уже намеченных лиц и резко пошло вширь, живописуя массу других мелких историй, со всех сторон иллюстрирующих жизнь актеров - начинающих и уже сошедших со сцены, бегущих славы, смирившихся с забвением и тех, кто и на шестом десятке никак не может расстаться с амплуа кокетливой девицы.
Мир "Грушевого сада", всё сообщество входящих в него певцов, либреттистов и музыкантов, показан в сложном сочетании вдохновения, труда, взаимовыручки, но также зависти, ревности и грязных интриг.

И над всем этим будет возвышаться фигура Шан Сижуя - нашей "королевы драмы", который будет то восхищать всех своим талантом и простодушной непосредственностью, то бесить бездушной жесткостью и капризной оторванностью от реальности.
Его образ продолжит усложняться, так что уже невозможно разобрать, надо ли его любить, ненавидеть или просто взирать в восхищении со стороны и принимать как самую яркую звезду поколения.
И пусть главных событий в сюжете, судя по всему, стоит ждать только в третьем, финальном, томе, я по-прежнему пребываю под сильным впечатлением от неподражаемого меланхоличного тона и атмосферы этой истории вкупе с эффектным взаимодействием персонажей, особенности которого ясны вне всяких национальных контекстов.

Что касается непосредственно русскоязычного текста, то всяких русско-литературных "сударей" и "обозы" в этот раз успешно разогнали, оставив лишь пару-тройку "барчуков" на всю книгу.
На фоне этого с новой силой считаю, что перевод и работа над его редактурой тут на высоте.
А вот качество печатного издания несколько спорное. Бумага, хоть и стала чуть более белой и гладкой, в сравнении с прошлым томом, но явно истончилась и теперь основательно просвечивает, пачкая пальцы (а от них и бледно-желтую обложку) типографской краской.
Печалят и иллюстрации от Katiko внутри книги - их там три, но они не добавляют ничего нового, всё так же изображая двух героев в полный рост, один из которых одет в западного кроя костюм, а второй, пусть и меняет сценический наряд, но везде предстает с неизменным (и откровенно скучным в силу многократных повторений) выражением лица.

Впрочем, я же не ради картинок эту книгу домой принесла, а всё остальное меня более чем устраивает.
Разве что тоскую на тему, как долго теперь ждать третьего тома и насколько трагичной окажется с учетом непросто обставленной сцены развязка.

В конце концов, все таланты в этом мире приходят к одному концу - пусть и разными дорогами. А Шан Сижуй твердо верил, что он талант.

Приятного вам шелеста страниц!

Книжка прожужжала над ухом бессмысленно и беспощадно. Вторые жёны, третьи племянники, четвертые друзья примы - все поют, все жуют, у всех драма, блёстки и разврат.
Сюжет я не поймала, смогла выучить только имя главного героя, Шан Сижуя. Остальных перед пушками не вспомню, это же не имена, это пытка китайская. Да с обязательными объяснениями кто кому какой родственник. Зачем вся эта куча ненужной информации?
О чём вообще книга? Череда ничем не заполненных дней бэйпинской богемы - еда, меха, представления, утехи тела и духа, стихи и музыка. Никак не могла отделаться от образов Есенина и Мариенгофа)) Казалось, мне рассказывают их будни на китайский лад.
Про оперу было интересно узнать. Я в общем-то никакую не люблю, ни итальянскую, ни азиатскую, но в теории, без звучания, для меня в самый раз. Удивилась параллели с явлением гхату, о котором узнала из только что прочитанной книги Ян Марек, Душан Збавител - Два Пакистана . Правда, карьера мальчика в женских ролях в Китае длится не до пубертата, а насколько таланта хватит. Понять бы эту восточную страсть к театральным сложностям. Конечно, и у актера, и у его зрителей, фанатов, несколько нарушается восприятие себя и другого. И уже не уловить, Шан Сижуй родился истеричкой или стал таким, потому что слишком много и успешно играл женщин. Хотя его отношения с девушкой, которая сестра не сестра, мать не мать, любовница не любовница, намекают на то, что имеется просто сложный характер с многочисленными детскими травмами, еще и с фиксацией на еде - короче там полный капец и без сцены. А опера добавила шика и блеска.
Обрывается первая часть на полуслове буквально. Но нет, не сработало. Хватит с меня этого полёта шмеля, больше не выжужжу.

Начну с того, что я смотрела экранизацию и вот после этого решила прочесть книгу. И словно это две абсолютно разные вещи нам показаны. Если дорама это как раз про дружбу, пекинскую оперу и перемены в жизни общества Китая, то здесь ну очень странная «дружба» и очень много про личную – домашнюю жизнь главного персонажа. Что там, что тут было скучно, но экранизация хотя бы реально показывает, почему народ любил пекинскую оперу, почему интересовался этим, здесь же этого нет.

Начну с того что тут нет какой-то сомнительной тематики, сами понимаете какой направленности, однако стоит учитывать то, что в Китае с древности и до периода Республики вполне себе были как Цветочные дома, так и Бамбуковые павильоны, не сложно догадаться кто и чем в этих домах занимался. И как бы ни хотелось сказать, что талантливый художник – голодный художник, но нет. Чтобы выжить, нужны были покровители, а они могли быть абсолютно любого пола. Вот таким образом и встретились Шан Си Жуй и Чэн Фэн Тай.

И вот, собственно, о личной жизни последнего тут очень и очень много рассказывается. С кем женился, кто родился и много тех подробностей, которые в принципе не интересны. А тут собственно, много именно этой женской болтовни. Ну да, гаремник он такой, шумный, завистливый и вздорный. Но я-то не за этим сюда пришла.

Читать или не читать, каждый решает сам, как говорится за неимением других китайских авторов с тематикой Республики и это как говорится сгодится, но поверьте, это не лучшее.

С литературой Китая я более менее знакома  по книгам Лизы Си, но вот чтобы события развивались в 20 веке ещё ни разу не встречала.

Обычно от книг я никогда ничего не жду, кроме пожалуй адекватное изложение материала и такое же ждала и от этой книги. Боже это был вынос мозга...

Книга представляет собой вырванный из контекста  слой бреда под названием " жизнь театрального актёра". Подобный тяжёлый текст я уже встречала, но правда в отчественной литературе.

Я, честно сказать, не совсем поняла задумку данного опуса. Показать какие были  китайские актёры в начале 20 века или  заварить такую кашу из топора, что можно сойти с ума?! В чем " прелесть " данной книги?

Мало того что собственно ничего интересного не происходит, так ещё и текст достаточно густой и тяжеловесный. Читаешь и думаешь - когда же эта словесная каторга закончится?!

Устала буквально от всего что было заявлено в книге - от сюжета , героев, событий ( если это возможно назвать эту тягомотину).  У меня под конец книги болела голова.

Не запомнила ни героев, ни того что они там делали. От слова совсем и хуже наверное я в своей жизни ничего не читала в своей жизни.  Монохромный текст ни о чем.

В какой-то момент мне этот опус напомнил песню " На берегу реки Чу  ". Абсолютно ничего не понятно, но красиво же звучит. Вот ровно также и с этой книгой.

Пояснительные ссылки открывались в  лучшем случае через каждые две- три страницы.  Я с продолжением цикла знакомиться не буду и вам не советую.

Теперь мне нужна какая-то более светлая и  приятная книга, которая меня не выведет из себя. Буду искать такую книгу в своих библиотеках.

До новых встреч❤

Эту новеллу я начал читать совершенно случайно, из рекомендаций в я.книгах. Это было стопроцентное попадание, а финал второго тома оставил в таких растрёпанных чувствах, что, дабы не расставаться с полюбившимися образами, взялся за дораму.

Причём первые главы первого тома давались со скрипом; автор больше рассказывает о персонажах и их запутанном прошлом, чем показывает их в деле. Прорваться через такое вступление может быть тяжело, особенно если читатель не привык запоминать много разных китайских имён за раз; но и это ещё не всё! Описывая происходящее на сцене, автор почти всегда неймдропит китайскую классику; в важных для сюжета местах автор сам поясняет, что происходит в сюжете, в остальных местах приходится обращаться к сноскам. Сносок, поясняющих контекст, будет много (на моём устройстве вышло по 50+ телефонных страниц на каждый том).
Но если прорваться через этот входной порог, то это замечательная, неторопливая история. В первом томе — небольшие закулисные байки, история знакомства и зарождения симпатии главных героев, расстановка акцентов, которые уже во втором томе наберут обороты.
Шан Сижуй — гениальный исполнитель, но социальные навыки у него, мягко говоря, пробуксовываю. В противовес ему — Чэн Фэнтай, у которого есть множество денег и связей, и если в первом томе не совсем понятно, зачем такому влиятельному человеку этакий дружочек-пирожочек, но потом проясняется, что у него немало и своих проблем.

Чтобы быстро понять, насколько привлекательна будет история, я бы рекомендовал посмотреть 3-5 серий дорамы — там как будто проще понять, как выглядит (и, что не менее важно — как звучит) мир новеллы.