До прочтения этой книги всё, что я вскользь слышала о деле Руби Франке, было обрывочным.
Кто такая Руби Франке
Руби Гриффитс родилась в 1982 году в штате Юта, США. Она была старшей из пяти детей. В 18 лет она поступила в Университет штата Юта, но почти сразу познакомилась с молодым человеком по имени Кевин Франке и в 2000 году вышла за него замуж, после чего бросила учёбу.
Оба супруга были мормонами, состояли в Церкви Иисуса последних дней и мечтали о многодетной семье. В браке родилось шестеро детей: Шери (род. 2003), Чад (род. 2005), Эбби (род. 2007), Джули (род. 2009), Рассел (род. 2011) и Ева (род. 2013).
В 2015 году Руби завела канал на YouTube, который назвала «8 Passengers» («Восемь пассажиров»), на котором выкладывала видеоролики о своей семье, быте, методах воспитания и т. д. Руби позиционировала себя любящей, счастливой матерью, придерживающейся консервативных ценностей, благочестивой. Канал быстро приобрёл популярность. Доходы с канала позволили семье переехать в дорогостоящий особняк в городе Спрингвилл, штат Юта.
К 2020-му году на канале насчитывалось 2,5 миллиона подписчиков. Тогда же начались первые скандалы, связанные с семьёй Франке. Зрителей возмущали методы воспитания многодетной матери, о которых та с гордостью рассказывала в своих видеороликах. Например, она лишала детей еды и личных вещей, запрещала спать на кроватях (провинившиеся дети спали на кресле или на полу в гостиной), лишала подарков на Рождество. Причём детей наказывали не только за реальные проступки, но и за «эгоизм», «злость», «недостаточную благодарность», «отсутствие смирения».
Руби проповедовала, что у детей не может быть личного пространства и личных вещей. Каждая вещь в доме по умолчанию принадлежала родителям, дети лишь имели возможность пользоваться ею, если не были наказаны. Причём это относилось не только к гаджетам и игрушкам, но и к предметам первой необходимости. Детей могли ограничивать в еде или возможности помыться.
Старшего сына, Чада, по решению Руби отправили в коррекционный лагерь для «трудных подростков», причём подписчики узнали о причинах его отсутствия только после его возвращения. В том же 2020 году на сайте Change.org появилась петиция с требованием проверить семью Франке на предмет жестокого обращения с детьми. Петиция набрала более 17800 подписей, однако юридических последствий для Руби не было. Проверяющие органы не видели нарушений или злоупотреблений в семье.
Между 2020 и 2021 годом Руби познакомилась с Джоди Хильдебрандт, которая называла себя консультантом по психологическому здоровью и наставником по образу жизни . Хильдебрандт действительно с 2003 года являлась лицензированным клиническим консультантом по психическому здоровью, однако неоднократно была замечена в нарушении врачебной этики. Так, в 2012 году она была приговорена к 18 месяцам исправительных работ за разглашение информации о пациенте без его согласия. Джоди, как и Руби, была верующей мормонкой. Главной опасностью для психического здоровья окружающих она видела «зависимость от порнографии и секса», причём обнаруживала её даже у детей.
Хильдебрандт начала появляться на канале Руби, причём та представила её психотерапевтом своего сына Чада. К 2022 году женщины сблизились настолько, что стали жить вместе — то в доме Руби, то в доме самой Хильдебрандт в городке Айвинс, Юта. К этому же времени относится разрыв отношений между Руби и Кевином и его отъезд из дома. С появлением Хильдебрандт жизнь оставшихся в семье детей, особенно двоих младших, Рассела и Евы, стала невыносимой. Наказания становились всё более жестокими и длительными. Детей ограничивали в еде, воде, не выпускали из дома. Рассела, который несколько раз пытался сбежать, привязывали верёвками, отчего на его теле образовывались раны и рубцы.
В 2021 году Руби перестала вести свой канал и вскоре вовсе удалила его. Она объяснила это тем, что хочет «защитить своих детей» от разного рода негатива и хейта.
В 2022 году Руби и Кевин расстались. Кевин съехал из дома и не поддерживал контакта с детьми. Двое старших, Шери и Чад, к тому времени тоже ушли из семьи и проживали отдельно. Руби осталась одна с четырьмя младшими детьми.
30 августа 2023 года 12-летний Рассел смог сбежать из дома и добраться до соседей. Мальчик был крайне истощён, на его запястьях и лодыжках были остатки скотча и гноящиеся раны от связывания, которые Руби и Джоди лечили народными методами. Открывшему дверь мужчине Рассел сообщил, что сбежал из соседнего дома, и попросил еды и воды. Сосед вызвал полицию.
Дом, из которого сбежал Рассел, принадлежал Джоди. На тот момент там находилась также младшая из детей, Ева. Полицейские обнаружили её прячущейся в шкафу, тоже в крайней степени истощения, как и её брат. 10-летняя девочка почти не разговаривала, боялась взять предложенную ей еду и пошла на контакт с полицейскими только через несколько часов. Рассела и Еву госпитализировали, а их мать и Джоди арестовали. Двух средних девочек, Эбби и Джули, обнаружили в другом доме на том же участке, физически они пострадали меньше, поэтому их передали органам опеки.
свернуть
Воспоминания Шари Франке, старшей дочери Руби, позволяют увидеть происходившее изнутри, с точки зрения ребёнка — заложника нежеланной популярности, материнских властности, амбиций и жадности. Книга, - особенно её первая половина, - написана почти литературно, не документально: мать и отец, названные по именам, предстают полноценными художественными образами. Руби (Шари называет здесь мать всегда только по имени) предстаёт целеустремлённой, властной, решительной, волевой, склонной к контролю. Все цели, которых она ставила, добилась. Так и просится с языка расхожее "такую бы энергию, да в мирное русло", да вот мирное русло Руби не интересно. Ей не столько нужны красивый и обеспеченный муж, дети, дом-полная-чаша, сколько полигон для беспредельной власти и контроля. Кевин, отец детей — красивый, обеспеченный, увлечённый своим необычным делом мужчина, которому изначально требовалась более властная женщина. Он пал к ногам Руби не столько потому, что она была его типажом; он пал к её ногам благодаря её железобетонной самоуверенности, безоглядной решительности. Кевин остался жертвой Руби, готовой её защищать, и после её разоблачения. Однако Руби не всегда сильна. Её настроение напрямую зависит от идеальной картинки, от ощущения полного контроля; она склонна к унынию, к раздражению, которое срывает на детях. Шари верно подмечает, что её мать злая, и поэтому она не работает и сосредоточилась на семье: в другом месте её никто бы не стал терпеть.
Свой канал на YouTube Руби создаёт, увидев, какие деньги и популярность он принёс её сёстрам. "8 passengers", наполненные буднями дружной, красивой, идеальной семьи, почти сразу приносит рекламу, деньги, популярность, которой питается эго Руби. Люди, выросшие в неблагополучных семьях, пережившие развод родителей, сироты, обожают смотреть видео идеальной семьи: они греются душой у образа семьи Франке, не зная, что эти восемь пассажиров — ещё умирающие пассажиры семейного катафалка. Они благодарят Руби за отдушину, не зная, какого демона кормят. Они не знают, что за кулисами спектаклей идеальной семьи — жестокие, унизительные наказания, тотальный контроль матери, выпрашивание её разрешения на сущие мелочи, спасительное притворство. Но дьявол, как всегда, выдаёт себя в мелочах. Вроде бы ненамеренно испорченная бровь дочери, кадры больной Шери, погрузившей голову в ведро, многочисленные проявления пассивной агрессии. По мере роста звёздной болезни и уверенности в безнаказанности, Руби открывает своё настоящее лицо и закономерно теряет большую часть своего дохода. Здесь культура отмены прекрасно сработала. Как часы.
Но на любого хитреца найдётся свой хитрец, на наглеца — свой наглец. Руби обращается за помощью к Джоди Хильдебрант, очень сомнительной женщине. Для всех, кроме Руби, видящей в ней родственную душу. И если до Хильдебрант дом под началом абьюзивной матери был красивым вертепом, теперь он превращается в полноценную секту. Только Руби не становится её лидером: её влюбляет в себя, ловко усмиряет и задвигает более опытный лидер. Уже сломанные, обезволенные Кевин, младшие дети, попадают под её влияние, подчиняются чудовищно жестоким, абсурдным, противоречивым требованиям. Шари тоже на какое-то время подчиняется, но всё же выплывает. К счастью, Руби позволила старшей дочери выскользнуть в колледж.
Шари оставляет за кадром все подробности истязаний и пыток — физических. Не стоит акцентировать на этом внимание, если уже из описанного можно понять, до чего две помешанные на тотальной власти бабы могли дойти. Кровь тоже пролилась — собачья; до человеческой крови два чудовища дойти не успели. Но успели перемолоть души детей, ставших заложниками их безумия.
Шари отчаянно нуждалась в единомышленниках вовне. Отца слишком сильно засосала трясина контролирующей, безумной жены; он сначала был добр, затем был полностью сломлен, а впоследствии яростно защищал свою мучительницу. Друзья в школе были фальшивы: их привлекала не Шари, а её принадлежность к каналу-миллионнику, её статус. От нормального психотерапевта её оторвала Руби. Увы, именно такие девочки, из неблагополучных семей, дочери тираничных родителей, попадают в грязные лапы хищников. Шари была социально феральным ребёнком: школьное образование есть, этикетные, гигиенические нормы соблюдает, даже, может, за модой следит, но в социальных навыках у них такая же брешь, как и в психике. Поэтому она с жадной благодарностью приняла поддержку сорокалетнего женатого Дерека, не замечая исключительно мужские сигналы. Пока Шари под полной опекой Руби, Дерек отступал. Но в первый же день учёбы в колледже был отравлен: теперь Дерек не услышал даже решительного отказа той, которую назначил своей жертвой. Началась долгая история серого изнасилования, которое жертва осознавала, но не могла прекратить из-за иллюзорной вины и... благодарности за поддержку, за помощь — тоже иллюзорные. И совсем не иллюзорного стыда за связь с женатым мужчиной, годящимся в отцы. К счастью, Шари повезло встретить добрых людей — отзывчивых, решительных, юридически грамотных и с правильным пониманием веры.
Руби отправлена в тюрьму на тридцать лет. На какие-то тридцать лет, когда её дети переломаны, раздавлены, растёрты. Хочется надеяться, что у них всё сложится хорошо, что у них хватит сил собрать себя по крошкам, осколкам, кусочкам воедино и жить дальше, жить счастливо, но это может занять всю жизнь. Если она ещё будет долгой — хотя бы дольше срока их мамаши раза в два... А Руби просидит в относительном комфорте какую-то жалкую треть века.
Несправедливо.
