Глава

Глава 1

- Алло, папуль, привет! Как ты?

- А, Ириша, здравствуй! Рад тебя слышать! Я - нормально. Ну как, хорошую я тебе квартиру подарил? Как ты и просила, для самостоятельной жизни.

- Да, квартирка ничего. Вот, обставляю ее помаленьку. Сегодня холодильник новый привезли. Цвет - металик.

- Хороший хоть холодильник-то?

- Да, пап, самый дорогой, какой только нашла. Магазинов десять объехала.

- Ну, так, молодец, хоть немного, а при деле. А мебель? Мебель ведь ты с мамой хотела присмотреть?

- Мебель мне еще вчера привезли. Полный гарнитур. Все в белом лаке. И комнаты, и прихожая, и кухня. Зачем маму беспокоить? Я уже совершеннолетняя. У меня свой утонченный вкус прекрасного.

- Ну, это – да. Конечно, подбирай всё под себя, на свой вкус. Ну, а если что-то не понравится, всегда заменим. Да, дочка, у тебя еще есть вопросы, а то у меня дел невпроворот.

- Пап, вопросов нет. Есть одна ма-аленькая просьбочка.

- Ириш, денег мало?

- Нет, папочка, денег хватает…Понимаешь, сегодня холодильник привезли…

- И что, нагрубили? Говори, я с ними быстро разберусь.

- Нет, папочка, там один грузчик был – Саша, он, блин, такой!

- Какой?

- Пап, ну я же теперь совершеннолетняя. Двадцать один год. Я даже алкоголь могу сама в магазине покупать.

- Ирочка, ты же моя дочка, ну какой алкоголь?

- Так я и не покупаю.

- Ну и что – Саша?

- Пап, знаешь, у него такая улыбка! От такой улыбки все женщины с ума сразу сходят, и штабелями падают.

- И что?

- Пап, мне ведь замуж уже пора.

- И ты решила выйти за грузчика?

- Пап, ну ты скажешь!

- Ир, я тебя не пойму?

- Пап, а давай, ты примешь его себе на работу?

- Зачем?

- Ну, тогда он будет уже не грузчик.

- А кто?

- Ну, я не знаю. Кем примешь, тем и будет. Ты бы в какой должности у себя предпочел видеть своего зятя?

- Если честно, то я бы зятя в своей фирме вообще не предпочел никак видеть.

- Па-ап…

- Ну, я понял. Только не понял, у него образование какое-нибудь есть?

- Я не знаю.

- Ир, ну, ты замуж собралась, и ничего не знаешь о своем кандидате. А вдруг он даун, преступник какой, или десять раз женат, и детей полстраны?

- Пап, ну ты так все мои светлые надежды отобьешь. Никакой он не даун.

- Хорошо, Ир, я понял тебя. Надо, то есть это дело выяснить, да? И преподнести тебе на блюдечке.

- Пап!

- Ир, я всё понял. Отправлю на разведку своего юриста. Он все выяснит, а дальше будем решать, стоит ли с ним дальше развивать отношения.

- Пап, юрист-то у тебя хоть не женщина?

- А, н-нет. Юрист – мужчина. Очень добросовестный работник, въедливый. Он дипломатично и тактично всё узнает об это твоём Саше, поговорит с ним, доложит, а дальше ты уж сама примешь решение. По идее, можно выделить ему кабинет, стол, стул, компьютер, назначить оклад, и пусть сидит дурака валяет.

- Пап, ну мне дурак-то не нужен.

- Вообще-то и я не хотел бы видеть твоим мужем какого-то придурка…Л…ладно, это дело второе, поднатаскаем, подучим, главное, чтобы масло в голове было, и семьи не было. В общем, я сейчас же позвоню юристу, дам задание. Пусть он выяснит, где твой Саша работает, и всё остальное.

- И пусть предложит ему работу!

- Ир, само собой.

- И оклад чтобы достойный был.

- А какой – достойный?

- Пап, ну тебе лучше знать, какой достойный. Такой, чтобы его другая фирма к себе не переманила.

- Ох, молодость-молодость, грузчиков никто особенно не переманивает. Был бы менеджером от Бога, вот тогда бы там да, посыпались предложения. Впрочем, это и к лучшему. Ну всё, дочка, займемся твоим Сашей.

- Пап, я тебя люблю, целую и обнимаю! Ты самый лучший папочка на свете!

Глава 2

- Ксения, ну как у нас дела?

- Сергей Валентинович, договор готов. Сейчас перечитаю, чтобы ошибка какая случайная не закралась, и можно передавать второй стороне.

- Ага, очень хорошо. У меня к тебе просьба одна конфиденциальная.

- Какая, Сергей Валентинович?

- Только дело очень деликатное, Ксения. Босс попросил меня лично этим заняться, никому не передоверять, и никого не посвящать в это дело. Только столько работы навалилось, и вся срочная, и тоже никому не передоверишь. Всю ночь придется возиться.

- Так вы сегодня не придете?

- Ксюша, я бы рад прийти, только сегодня никак. И дело это весьма личного характера.

- Вы же знаете, я – могила, Сергей Валентинович.

- В общем, дочка босса влюбилась в грузчика. Парень этого еще не знает. Надо бы выяснить о нем всего побольше. Вот тебе его данные, как зовут, где живет. Я уже узнал, что он не сидевший, двадцати пяти лет, семьи и детей нет.

- И?

- И надо бы проведать его на дому.

- Зачем?

- Чтобы составить о нем объективный портрет. Кто он? Что он? Босс опасается, вдруг это какой-нибудь там прохиндей, или еще какой тип, с отрицательными наклонностями. Для дочки единственной зятя подбирает.

- Сергей Валентинович, и что вы хотите, чтобы я сходила к нему прямо домой?

- Ксения, доверял бы кому другому, как себе, попросил бы его. Но некого. А ты умница, красавица, всё высмотришь, всё выспросишь. Да и с девушками парни легче контактируют. А я, представляешь, приду, начну ему вопросы задавать очень личного характера. Я бы, например, такого, сующего не в свои дела нос, типа, просто послал подальше.

- А вы не боитесь, Сергей Валентинович, что он мне может тоже понравиться? Ему двадцать пять, мне - тоже.

- Ксения, вот ты зря такие вопросы задаешь…

- Ладно, Сергей Валентинович, извините, больше не буду.

- Ну, вот, молодец, Ксюша. Я же тебя люблю. Да, вот еще один момент. Если этот молодой человек окажется более-менее адекватным и вменяемым, то ему нужно предложить у нас работу. Какую именно, босс не сказал. Сказал, что выделит для него кабинет, стол, стул, компьютер, и пусть хоть в компьютерные игры целый день играет. Со временем, может, чему-то научится.

- Я бы тоже от такой работы не отказалась.

- Да, вот так получается. Ксюш, дочка босса боится, что его кто-нибудь другой к себе переманит, поэтому предложишь ему вот такую зарплату.

- Ого, это ровно в три раза больше, чем у меня! А мне босс не хочет поднять зарплату до такого уровня?

- Ксения, ну что поделаешь, надо было родиться вот таким парнем.

- Сергей Валентинович, а я родилась вот такой вот девушкой! И вы мне не хотите ничего прибавить, хотя бы за хорошо проведенные вечера?

- Ксения, лапочка, будь это в моей власти, я бы конечно это сделал уже давно.

- А разве это не в вашей власти?

- Ох, ладно, давай я тебе за сегодняшнюю внеплановую работу выпишу премию. Пусть и небольшую, но сколько уж смогу.

- И сколько?

- Ксюш, надо подумать. Много выписать, у меня нет таких полномочий. Но немножко…

- Ладно, Сергей Валентинович, не буду вас мучать. Схожу сегодня к этому молодому человеку.

- Вот и ладно, Ксюш, буду тебе очень сильно благодарен. Только ты ему про дочку ничего не говори, и про то, что его так просто хотят взять на работу. Придумай чего-нибудь, что он попал под программу поддержки перспективных молодых людей.

- Под программу молодых кобелей.

- Ксения!

- Молчу-молчу, Сергей Валентинович, сейчас рабочее время закончится, и пойду себе, легкой неземной походкой, на сверхурочную явочную малину. Могу еще потом вагоны поразгружать. До утра времени много.

- Ксюш, не лезь в бутылку!

- Слушаюсь, товарищ командир!

- Вот, правильно. А с работы можешь прямо сейчас уйти.

- А договор?

- А договор завтра доработаешь. Не к спеху.

- Так что, я прямо сейчас тогда пойду?

- Да, иди, я отпускаю.

Ксения вышла из фирмы, улыбнулась еще висящему довольно высоко, яркому, дружелюбному солнышку, вспомнила, что дома, а правильней, в маленькой однокомнатной съемной квартирке, которую оплачивает для нее Сергей Валентинович, чтобы удобнее было иногда навещать Ксению по вечерам, кончается кофе, сахарный песок, булочка, сливочное и растительное масло, молоко и яйца, решила убить сразу двух зайцев, пройдя через ближайший супермаркет, а затем уже отправиться по нужному адресу.

Указанный субъект жил, как на зло, совсем не близко, от фирмы, и пришлось с тяжелым пакетом продуктов трястись в городском транспорте, чувствуя, как чуть ли не вдвое, практически до самого пола, удлиняется рука с пакетом продуктов. Появилась даже грешная мысль, а не оставить ли этот пакет прямо в автобусе. А когда пришлось еще и примерно километр идти с тяжелым пакетом пешком, Ксения отчетливо осознала всю пагубность идеи убивать двух зайцев сразу, и что эта идея имеет лишь чисто теоретические преимущества, которая вдребезги разбивается о скалы жестокой, но достоверной практики.

Когда Ксения подошла к дому, набрала код квартиры, умоляя, чтобы хоть кто-нибудь ей открыл, и на вопрос «Кто?», она уже просто и отчаянно выговорила: «Откройте!». Дверь, на удивление открылась. Ксения поднялась по лестнице на второй этаж, где из приоткрытой двери выглядывал молодой мужчина.

- Вы ко мне? – спросил он. Номеров ни на одной из четырех дверей, на этой лестничной клетке не было. Но Ксения сориентировалась, что именно сюда ей и нужно.

- Здравствуйте, а мне бы Александра Владимировича Новгородцева, - проговорила она.

- Зачем?

- Это вы?

- Ну, допустим.

- Александр Владимирович, вы попали под программу поддержки молодых перспективных людей…

- Меня аферы не интересуют, - оборвал молодой человек Ксению, и захлопнул перед самым ее носом дверь.

Кнопки звонка не было. Ксения переложила тяжелый пакет из руки в руку и еле слышно постучала ладошкой, тут же встряхнув ее от боли.

- Блин! – с досады, проговорила она. Дверь открылась опять.

- Александр Владимирович, это не афера. Я хочу предложить вам…

- Не интересует, - оборвал опять ее молодой человек, и снова захлопнул дверь.

- Вот придурок! – всхлипнула она и опять постучала, но уже основанием кулака, и опять встряхнула от боли руку. Дверь чуть приоткрылась.

- Девушка, что еще? Никакие программы, никакие товары, ничего меня не интересует.

- Саша, я к тебе! – почти вскрикнув, произнесла Ксения, - и хватит хлопать у меня перед носом дверью! Ну-ка, пусти давай, а то от пакета руки уже отваливаются!

И тут Саша отступил.

- Проходите, - предложил он, открывая дверь на полную ширь, и делая два шага назад, давая свободный путь.

Глава 3

- Куда можно поставить пакет? – спросила она, заходя в коридор, который был такой маленький, что где начинался, там практически и заканчивался, переходя одной стороной в комнату, а второй – на кухню.

- На пол.

- На пол? Там у меня продукты. Я домой купила!

- А, ну тогда на стул, в комнату. – показал он рукой. – Правда у меня бардак. Не прибрано. Я никого не ждал.

Ксения сняла нога об ногу туфли, и уменьшившись в росте сразу на десять сантиметров, на длину снятых каблуков, почти на носочках просочилась в указанную сторону. И тут же пожалела, что сняла туфли, потому что через следки ощутила, насколько загрязнен пол. Нашла взглядом первый попавшийся стул, он же оказался и последним, в этой комнате, двумя руками поставила на него свой пакет, встряхнув несколько раз кистями обеих рук, снимая с рук болевое напряжение, врезавшимися в кожу ручками. За одно, мгновенным женским взглядом оценив убогость помещения, так красиво называемого комнатой. Шторы на окнах выгорели и обесцветились. Окна не мыли от слова «никогда». С потолка краями свисали квадратики пенопластовой декоративной плитки. Часть квадратов, изображавших когда-то небесную голубизну, уже отсутствовала совсем. У стены находился разложенный полутораспальный диван, на котором был постелен обычный плед. Второй плед, вероятно использовавшийся в качестве одеяла, скомканный лежал у стены. Никаких даже признаков простыней не существовало. И маленький квадратик подушки тоже был без наволочки. Возле подушки лежал открытый ноутбук, изображение на экране которого замерло на одном из эпизодов вероятно какого-то фильма. Ксения брезгливо подумала, что она бы на такой диван даже не решилась сесть, не говоря уже о том, чтобы на него лечь. Пол деревянный, когда-то покрашенный. Но краска во многих местах уже отсутствовала, а в секторах меньшей эксплуатационной напряженности, краска припухла, или приподнималась этакими лепестками.

Ксения оглянулась на Александра. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, руки засунув в карманы джинсов, и наблюдал за Ксенией, что она будет делать дальше.

Дочка начальника фирмы нисколько не ошиблась. Александр действительно выглядел эталонным красавцем. Ксения это заметила почти сразу, но целиком смогла рассмотреть молодого человека только сейчас. И пусть на нем была потертая старая джинса, и скорее всего, ни разу не стиранная, выцветшая многолетняя, и даже в двух местах дырявая футболка, и один носок тоже был дырявый; и не качок, но эта расслабленная осанка, руки, ноги, тело, нос, губы, и наконец, глаза, этот проницательно манящий и гипнотизирующий взгляд, вся эта сборка индивидуальной конструкции, превращали его в какого-то демона породистости, от которого женщинам просто не было спасения. Видимо, Ксения опешила, и тогда Александр чуть, одной половинкой рта, немного улыбнулся. И это был шах и мат женской эмансипированности. Конечно, по улицам ходит много разных красавцев, и одеты бывают они с иголочки, и конечно же возможно они выглядят еще более эффектно. Но Александр брал не только красотой, а и каким-то непонятным шармом родственной души. Он обезоруживал, лишал иммунитета, рушил все защитные мысленные преграды, одной лишь своей вот такой скромной улыбкой.

- Я бы вам предложил что-нибудь, - как-то по-свойски, нехотя проговорил он, - но у меня практически ничего не осталось.

- А хотите, я вас кофе напою, - осенило Ксению.

- А у вас есть кофе?

- Да, вот, - достала она стеклянную небольшую ёмкость.

- Ого! Я такое кофе только раз и пил, да и то не помню уж когда.

- Не нравится?

- Да нет, наоборот. Только оно дорогое. Я обычно мимо витрины прохожу, с этим кофе. Я беру что попроще. Да и то всё кончилось.

- Ну вот, значит попьем кофе. Чайник-то у вас есть?

- Да, на кухне, - показал Александр. Ксения взяла двумя руками весь пакет и пошла с ним в указанном направлении, опять неприятно ощущая ступнями, что идет по какому-то мелкому мусору, или песку.

Сама кухня представляла собой, видимо, музей минимализма, где, при таком же никогда не мытом окне и просроченных тюлевых занавесках, на совершенно небольшой площади размещался квадратный крошечный столик, с двумя обычными табуретками, ржавый умывальник и допотопная газовая плита. Ни каких-нибудь полочек, шкафчиков, еще предметов дополнительного кухонного интерьера, а тем более – холодильника, просто не имелось в наличии. Некоторая посуда лежала на подоконнике. Часть ее явно еще ни разу не мыли.

Ксения, делая вид, что ничего этого не замечает, поставила пакет на одну из табуреток.

- Александр, а вы можете пока поставить чайник?

Александр дружелюбно, с улыбкой, развел руками, взял с окна коробок спичек и чайник. Ксении пришлось вжаться в стол, чтобы дать дорогу Александру. Он поставил чайник в умывальник, включил струю воды, а сам спичкой зажег огонь.

Чайник наполнился, и оказался на плите. Ксения с удивлением отметила, что газ у Александра зажигается спичкой. Это в нашем-то современном мире, когда уже везде газ зажигается сам автоматически, стоит только просто повернув регулятор, на подачу газа.

Пока Александр набирал и ставил чайник, Ксения выложила на стол кофе, сахарный песок, молоко, батон, сливочное масло.

- А может, вас покормить? – поинтересовалась она.

- Я так-то уже ел, - почесал Александр растерянно голову. – А чем?

- А вот, у меня яйца есть. Можно поджарить. Сковородка есть?

- Сковородка-то есть, масло растительное закончилось.

- А у меня и масло есть, - достала она пластиковую бутылку масла. – Не против яичницы?

- Нет. Конечно, не против.

- Вот у меня десяток яиц. Где сковородка? Сколько пожарить?

- Сковородка на окне. Жарьте, сколько не жалко.

- У меня десяток. Мне нисколько не жалко.

- Тогда все и жарьте.

- Ого! Ладно! У вас, похоже, зверский аппетит, - улыбнулась Ксения.

- Я грузчиком работаю. Разную крупногабаритную мебель клиентам доставляем. Энергии очень много тратится.

- Ладно, будем компенсировать затраты вашей энергии. – опять улыбнулась Ксения, заметив, что Александр перестал улыбаться, и уже начал смущаться. – Зажгите мне еще одну конфорку.

Быстро сполоснув сковородку, Ксения достала растительное масло.

- Откройте, - протянула она бутылку Александру. Тот легким мужским движением руки, сорвал пломбу, и отдал бутыль обратно. Ксения налила немного масла в сковороду и стала разбивать, о край скорлупу, и выливать в сковородку яйца. Рядом с газовой плитой, на полу, стоял открытый пакет, отчасти наполненный мусором. Сверху в пакете видны были шкурки от сосисок и наверное, старые макароны. Не спрашивая, Ксения стала туда отправлять яичную скорлупу.

- А соль-то есть?

- Соль - есть, - согласился Александр, подавая опять же с подоконника половину пакета с солью.

Ксения посолила яичницу, убавила газ.

- Сейчас всё будет готово. А тарелка, чашки, ложечки чайные, вилка - у вас есть?

- На подоконнике, - смущаясь за свой бардак, ответил Александр.

– Вы пока сядьте, а то вдвоем трудно расходиться. – озвучила Ксения решение, и подойдя к подоконнику, стала выбирать нужные предметы посуды, перенося их в умывальник.

- Хорошо, что губка и моющее средство есть, - подумала она, включая воду и начиная всё это мыть, а уже помытое чистое складывать на кухонный стол, где сидел Александр.

Как-то незаметно, за интенсивным мытьем посуды, во время которого Ксения помыла еще кое-что с подоконника, закипел чайник, и поджарились яйца.

- Ну вот, яичница готова, только нет такой большой тарелки, чтобы выложить.

- А мне в тарелку и не обязательно, - ответил Александр, - вы себе возьмите, сколько нужно, а я из сковородки могу.

- А мне нисколько не надо. Это всё вам.

- Так вы что, голодом будете сидеть?

- Нет, я бутерброд с маслом себе сделаю и кофе с молоком. Мне хватит.

- Ничего себе? – удивился Александр, - и больше ничего не надо?

- Нет, больше ничего не надо. Вам крепкий кофе? С молоком? С сахаром?

- Крепкий, без молока, одну ложечку сахара.

Так Ксения и сделала. Александр уже сидел с столовой ложкой в руке, перед сковородкой.

- Вот, батон берите, - предложила Ксения.

Александр взял и просто отломил целую половину батона.

Глава 4

Ксения помыла нож, с подоконника, села напротив Александра, отрезала очень тонкий кусочек корочки батона, раскрыла пачку масла.

- Вот, масло берите, - предложила она, ножиком отрезала тоненький пластик, положила себе на корочку хлеба и повернув нож ручкой к Александру, подала ему.

- А я вас не объедаю? – явно смущенно спросил Александр, беря у Ксении нож.

- Нет, нисколечко. Съедайте всё. – пододвинула она масло. – Домой я ничего уже не понесу.

- А вам этого хватит? – показал Александр взглядом на очень маленький, какой-то детский бутерброд Ксении.

- Да, мне хватит. Я же девушка. А вы кушайте-кушайте. Вот и батон весь доедайте. Я и кофе здесь вам оставлю.

Говорила Ксения, с небольшой долей иронии, а Александр воспринял это за высшей пробы искренность. Но, так было и лучше.

Ксения с интересом наблюдала, как сидящий перед ней прожорливый динозавр махом сметает и уничтожает яичницу, вместе с первой половиной батона, накладывая, время от времени, на него отрезанные пластики масла, придерживая их указательным пальцем, чтобы не свалились с батона, и запивая это всё кофе. Когда первая половина батона закончилась, Александр взглянул на вторую, и тут же вопросительно на Ксению.

- Берите-берите, - среагировала она мгновенно, - и масло доедайте.

Александр не заставил себя упрашивать, а взял булку, опять положил на нее масло, подчерпнул остатки яичницы, и допил из чашки кофе.