Кунианцы часть вторая

Сергей Суровенков

I

Темень. Кругом одна темень. Сколько прошло времени, неизвестно. Гром божьего света не видел. И, неизвестно сколько, не общался с живыми существами. Он был бы рад, даже крысе. Учитель затолкал его в каменную яму, привалил кирпичом. Только щели для воздуха. Велел сидеть. Сказал, что так меняется зрение и мышление. Если у Грома и сменилось мышление, то в сторону помешательства. Голова отупела. Теперь ей можно гвозди в камень забивать. Больше она ни на что не годна. Чтобы совсем не лишиться рассудка, Гром начинал кричать, потом выть, и всё это заканчивалось истерическим рыданием. Он начинал бить головой о каменную стену. Бил, пока не становилось больно.

С начало, ему не давали еды, только воду. Потом, немного хлеба с солью. Теперь еда нормальная. Но, постная. Откуда бралась еда и вода, куда убирались отходы? Гром не знал. Появлялись и исчезали, сами по себе.

Кисть левой руки защекотало. Словно кто-то полз по руке. Гром поднял руку и увидел большого таракана. Таракан был не ядовитым. Гром сбил таракан щелчком с руки. Он даже не обратил внимания, что в кромешной темноте видит свою руку и таракана.

«Зараза! Разбегался, - подумал Гром. И только тут сообразил. – Я вижу?»

- Я вижу! – закричал он во всё горло. Слёзы ручьём потекли из глаз. Не зря были его мучения. Нет. Не зря.

Когда эйфория немного улеглась, в голове Грома послышались слова учителя:

- Молодец. А ты сомневался. Никогда не сомневайся в моих словах и пожеланиях. Я знаю, что говорю, знаю, чего желаю. Первый шаг сделан. Скоро ты станешь великим магом.

- Как дедушка? – спросил Гром громко.

- Нет. Твой дедушка лишь шаман. Ты станешь магом. Твоему деду приходилось чертить пентаграммы, чтобы вызвать духов в помощь себе. Ты же одной мыслью будешь творить чудеса.

Душа парнишки встрепыхнулась от радости.

«Я буду сильнее деда! Как дед и говорил. Он хотел, чтобы я учился у огненного шара и принёс пользу своему племени»

- Правильно говорил твой дед, - послышалось в голове у Грома.

«Ведь он читает мои мысли зар. Ой»

- Да. Читаю. Но, зачем, же ругаться?

Гром смутился. Закашлялся. Потом, вспомнил про деда, и сердце сковала грусть.

- Я ничего не знаю о родных, - проговорил Гром. – Дозволь мне проведать их. Я ненадолго отлучусь.

- Не к чему тратить время. Я скажу тебе про них всё.

Гром горько вздохнул и сказал:

- Рассказывай.

- Твой брат женился на морской девушке. Скоро, у них будет ребёнок. Они живут отдельно от племени, в доме на берегу моря. Брат теперь шаман племени. Дед уступил ему свой пост. Сам дед, занимается изысканиями в области шаманизма. Правда, у него не очень получается.

- А почему не дядя вместо деда?

- Дядя, чтобы Ветра не наказали за ваш побег, отказался от шаманства. Шамана же наказывать нельзя. Учитель не сказал о гибели дяди и смерти деда, чтобы не расстраивать мальчишку.

- Да. Нельзя. Значит, и меня не накажут, когда я вернусь великим магом?

- Значит, не накажут. Ты избежишь порки ремнём по одному месту.

- Как мама поживает? Как там тётя и Шустрик?

- Все живы и здоровы. А теперь, довольно болтать. Возьми тряпку, она висит на стене.

- Вижу.

- Завяжи тряпкой глаза и поднимайся наверх. Да смотри. Завязывай плотно. Дневной свет может лишить тебя зрения.

- Я, что, не смогу днём быть без повязки?!

- Сможешь. Но не сразу. Завтра утром, пока не взойдёт солнце, ты выйдешь без повязки. Думаю, завтра будешь гулять без шторки на глазах. Ну, в крайнем случае, послезавтра.

II

Уни сидела на краю утёса и наблюдала за шестилетней дочкой. Девочка резвилась в воде. Мать не переживала за ребёнка. Здесь не было хищников. Водоём напоминал каменную чашу с морской водой. Чаша была огромной. Морская вода попадала в чашу через трещины в скале. Попасть с моря, в озеро, можно только пройдя по скалам. Но, для морских хищников, сделать это затруднительно.

Женщина улыбнулась, глядя на резвящее в воде сокровище. Уни чувствовала себя очень счастливой. Что женщине надо? Любимый мужчина, только её мужчина, ребёнок и покой. Конечно, ей пришлось побороться за своё счастье. Сначала пришлось искать, пропавшего жениха. Потом, скрываться от родного племени и от племени Улов. Сын вождя Улов, хотел взять Уни в жёны. Но, девушка не сдалась. Потом, сопротивление матери. Мать ни за что не хотела отдавать дочь в жёны Кунианцу. Мать говорила, что племена не совместимы для семейной жизни. Вряд ли будут дети от такого брака. А если и будут, то с изъяном. Уни не слушалась. Ей хотелось быть с любимым. Наверно, за непослушание, её наказал создатель. Когда Уни ушла жить к Ветру, на её маленькое племя налетели Улы. Они убили всех. Теперь Уни сирота. Она лишилась не только матери, но и своего племени. Но, на этом, злоключения девушки не закончились. В один прекрасный день, когда светило сияла в небе, пели птицы, а на душе было покойно и счастливо, Ветра позвали провести обряд. Последнее время, охотники возвращались с охоты без добычи. Вот и просили Ветра, умилостивить духов.

Ветер начертил пентаграмму, расставил в нужных местах пентаграммы чашки с жиром, дождался нужного времени. Но, духи молчали. Похоже, духи не хотели слушаться шамана недоучку. Вдруг, позади ожидающих чуда охотников, раздался женский голос:

- И чего вы хотите дождаться от шамана неумехи?!

Все обернулись, и увидели Зорянку, вдову погибшего от лап Хвостарей, Утёса. Женщина не простила свёкру, деду Ветра, смерть своего мужа. Она люто ненавидела всех родных свёкра. Особенно, злилась на Ветра. Ведь он занял место, предназначенное Утёсу.

Сказать, что все были поражены дерзкой выходкой женщины, не сказать ничего.

Бросить такие слова в лицо шаману племени. Не важно, что шаман молодой и неопытный.

Первым опомнился вождь:

- Ты, что? Сдурела женщина?! Смерти захотела?! Взять её!

- Прежде чем вы меня схватите, идите за мной и посмотрите! Схватить вы меня успеете, - гордо проговорила женщина. Вождь махнул рукой и двинулся вслед женщине. Все присутствующие, кроме ветра и его жены, с матерью, двинулись следом. Зорянка привела их на возвышенность. Там был ровный участок. На земле была начерчена пентаграмма, расставлены плошки с маслом, каждая на своём месте.

- Ты, что делаешь?! - Вскричал вождь. - Тебя нужно повесить за такой поступок! Женщины не могут заниматься шаманством! У нас есть шаман!

- Шаман?! Это щенок, а не шаман! Шаман я! Муж нарушил вашу дурацкую заповедь и учил меня всему, что сам знал.

- Вот и поплатился за нарушение! - Сказал вождь.

- Молчи! Червь! - Крикнула женщина, и посмотрела на солнечные часы. - Пора!

Вождь чуть не задохнулся от злости. Он готов был отдать приказ, чтобы схватили дерзкую женщину, но Зорянка взяла горящий факел, и быстро зажгла плошки с маслом. Воздев руки к небу, она крикнула:

- О, дух неба! Слышишь ли ты меня?! Прошу тебя, дух неба, если я не достойна шаманства - порази меня молнией. Если же я достойна - порази сомневающихся во мне!

Толпа охотников попятилась. Но, ничего не происходило. Вождь крикнул:

- Схватить её!

И тут же, небо словно раскололось, и непонятно, откуда, ведь небо было чистое, ни тучки на небе, молния. Она ударила в вождя, испепелив его. Охотники рванулись от площадки.

- Стойте! Нельзя же вам впереди вашего повелителя идти! - крикнула женщина.

Все разом остановились. Со злой улыбкой на лице, женщина подошла к охотникам.

- Ну?! Признаёте меня своим шаманом и повелителем?!

- Признаём! - Раздался дружный хор.

- Тогда возьмите своего вождя, и несите за мной.

Мать Ветра вслушивалась в происходящее на вершине горы. С начало грозные голоса. Потом, неизвестно, откуда взявшийся гром. И, наконец, крики паники.

Посмотрев на сына, мать сказала:

- Сынок. Там, что-то творится неладное. Давай уйдём отсюда.

Сын молчал. Уни, поддержала свекровь. Тоже стала уговаривать мужа уйти.

- Куда мы уйдём? Что мы без племени? Пища для хищников, - тихо проговорил Ветер. - Вам нужно уйти. Ты должна родить наследника.

- Я никуда не пойду. Останусь с тобой.

Ветер нахмурил брови и крикнул:

- Быстро домой!

Уни заплакала и прижалась к мужу. Её тельце дрожало от рыданий. Ветру стало жалко жену. Он прижал её к себе и стал шептать утешительные слова.

"Слабохарактерный я. Не могу строго с женой обращаться. Дед бы не уступил её слезам. Ведь это для её же блага. А я размяк от двух слезинок"

Размышление прервал шум толпы. Охотники спускались с вершины. Впереди шла Зорянка. Уни плотнее прижалась к мужу.

- Нам конец, - прошептала она.

Мать вышла чуть-чуть вперёд, защищая сына и сноху. Не доходя до матери шагов, пять, Зорянка остановилась и сказала, указывая пальцем в сторону Ветра:

- Взять их!

Охотники неуверенно двинулись исполнять приказ. Они опасались. Страх перед шаманом, хотя и недоучкой, оставался

- Чего топчитесь?! Вперёд!

Ветер увидел в руках троих охотников, обгоревший труп. Не найдя в толпе вождя, Ветер понял, кто обгорел.

Охотники ускорились. Но, тут, в небе появился огненный шар. Огненная ширма отделила Ветра с женой и матерью, от толпы. Все, трое, почувствовали, как поднимаются и плывут над землёй. Женщины завизжали. Им было страшно. Ветер не боялся. Он решил, что их несёт к брату. Но, Ветер ошибся. Их принесло в верховье гор и опустило у озера. Где теперь сидит Уни, любуясь дочкой. Воспоминания омрачили чело женщины. Потом, она вспомнила рождения дочери. Вспомнила, как они спорили с мужем об имени дочки.

Ветер предложил назвать дочку рыбкой. Уни запротивилась. Сказала, что рыбка, пища. Она не хочет называть дочь пищей. Тогда, Ветер предложил назвать дочь русалочкой.

- Нет. Русалочка, это утопленница, - продолжала упрямиться Уни.

Они чуть не поругались. Тут встряла свекровь. Уни повезло со свекровью. Сначала она чувствовала, свекровь недовольна выбором сына. Потом, когда узнала лучше сноху, стала с ней ласковой и доброй.

- Чего спорите? Назовите Жемчужинкой, - сказала свекровь.

И вот, с лёгкой руки свекрови, в озере резвилась самая дорогая жемчужинка в мире.

II

Уни сидела на краю утёса и наблюдала за шестилетней дочкой. Девочка резвилась в воде. Мать не переживала за ребёнка. Здесь не было хищников. Водоём напоминал каменную чашу с морской водой. Чаша была огромной. Морская вода попадала в чашу через трещины в скале. Попасть с моря, в озеро, можно только пройдя по скалам. Но, для морских хищников, сделать это затруднительно.

Женщина улыбнулась, глядя на резвящее в воде сокровище. Уни чувствовала себя очень счастливой. Что женщине надо? Любимый мужчина, только её мужчина, ребёнок и покой. Конечно, ей пришлось побороться за своё счастье. С начало пришлось искать, пропавшего жениха. Потом, скрываться от родного племени и от племени Улов. Сын вождя Улов, хотел взять Уни в жёны. Но, девушка не сдалась. Потом, сопротивление матери. Мать ни за что не хотела отдавать дочь в жёны Кунианцу. Мать говорила, что племена не совместимы для семейной жизни. Вряд ли будут дети от такого брака. А если и будут, то с изъяном. Уни не слушалась. Ей хотелось быть с любимым. Наверно, за непослушание, её наказал создатель. Когда Уни ушла жить к Ветру, на её маленькое племя налетели Улы. Они убили всех. Теперь Уни сирота. Она лишилась не только матери, но и своего племени. Но, на этом, злоключение девушки не закончились. В один прекрасный день, когда светило сияла в небе, пели птицы, а на душе было покойно и счастливо, Ветра позвали провести обряд. Последнее время, охотники возвращались с охоты без добычи. Вот и просили Ветра, умилостивить духов.

Ветер начертил пентаграмму, расставил в нужных местах пентаграммы чашки с жиром, дождался нужного времени. Но, духи молчали. Похоже, духи не хотели слушаться шамана недоучку. Вдруг, позади ожидающих чуда охотников, раздался женский голос:

- И чего вы хотите дождаться от шамана неумехи?!

Все обернулись, и увидели Зорянку, вдову погибшего от лап Хвостарей, Утёса. Женщина не простила свёкру, деду Ветра, смерть своего мужа. Она люто ненавидела всех родных свёкра. Особенно, злилась на Ветра. Ведь он занял место, предназначенное Утёсу.

Сказать, что все были поражены дерзкой выходкой женщины, не сказать ни чего.

Бросить такие слова в лицо шаману племени. Не важно, что шаман молодой и не опытный.

Первым опомнился вождь:

- Ты, что? Сдурела женщина?! Смерти захотела?! Взять её!

- Прежде чем вы меня схватите, идите за мной и посмотрите! Схватить вы меня успеете, - гордо проговорила женщина. Вождь махнул рукой и двинулся вслед женщине. Все присутствующие, кроме ветра и его жены, с матерью, двинулись следом. Зорянка привела их на возвышенность. Там был ровный участок. На земле была начерчена пентаграмма, расставлены плошки с маслом, каждая на своём месте.

- Ты, что делаешь?! - Вскричал вождь. - Тебя нужно повесить за такой поступок! Женщины не могут заниматься шаманством! У нас есть шаман!

- Шаман?! Это щенок, а не шаман! Шаман я! Муж нарушил вашу дурацкую заповедь и учил меня всему, что сам знал.

- Вот и поплатился за нарушение! - Сказал вождь.

- Молчи! Червь! - Крикнула женщина, и посмотрела на солнечные часы. - Пора!

Вождь чуть не задохнулся от злости. Он готов был отдать приказ, чтобы схватили дерзкую женщину, но Зорянка взяла горящий факел, и быстро зажгла плошки с маслом. Воздев руки к небу, она крикнула:

- О, дух неба! Слышишь ли ты меня?! Прошу тебя, дух неба, если я не достойна шаманства - порази меня молнией. Если же я достойна - порази сомневающихся во мне!

Толпа охотников попятилась. Но, ни чего не происходило. Вождь крикнул:

- Схватить её!

И тут же, небо словно раскололось, и не понятно, откуда, ведь небо было чистое, не тучки на небе, молния. Она ударила в вождя, испепелив его. Охотники рванулись от площадки.

- Стойте! Нельзя же вам впереди вашего повелителя идти! - крикнула женщина.

Все разом остановились. Со злой улыбкой на лице, женщина подошла к охотникам.

- Ну?! Признаёте меня своим шаманом и повелителем?!

- Признаём! - Раздался дружный хор.

- Тогда возьмите своего вождя, и несите за мной.

Мать Ветра вслушивалась в происходящее на вершине горы. С начало грозные голоса. Потом, неизвестно, откуда взявшийся гром. И, наконец, крики паники.

Посмотрев на сына, мать сказала:

- Сынок. Там, что-то творится не ладное. Давай уйдём отсюда.

Сын молчал. Уни, поддержала свекровь. Тоже стала уговаривать мужа уйти.

- Куда мы уйдём? Что мы без племени? Пища для хищников, - тихо проговорил Ветер. - Вам нужно уйти. Ты должна родить наследника.

- Я ни куда не пойду. Останусь с тобой.

Ветер нахмурил брови и крикнул:

- Быстро домой!

Уни заплакала и прижалась к мужу. Её тельце дрожало от рыданий. Ветру стало жалко жену. Он прижал её к себе и стал шептать утешительные слова.