Пролог

Словил дзен.

Единственное адекватное определение для состояния, в котором пребываю уже второй месяц. Абсолютное счастье, пушистое и безмятежное, словно облачко, на котором только что дремал единорог.

Шум прибоя ласкает слух. Ветер, пропитанный ароматами неведомых цветов с лёгким привкусом свободы, ласково шевелит волосы. В правой руке приятно холодит пальцы хрустальная кружка с местным IPA. Это пойло здесь варят гномы. Называется «Громовая Пятка», градус такой, что после второй кружки хочется либо свернуть горы, либо немедленно жениться на первой попавшейся эльфийке. После третьей и то, и другое. Хотя желательно в разных последовательностях.

Итак, перед нами курорт «Изнанка Рая». Представьте себе Ялту, которую проектировали эльфы-сюрреалисты под воздействием гномьих паров с пивоварни. Белоснежные виллы с увитыми плющом колоннами. Драконы, дремлющие на черепичных крышах и изредка роняющие «сюрпризы» на выложенную мозаикой брусчатку. Дамы в кринолинах, виртуозно огибают эти «сюрпризы» с видом, будто так и задумано.

И весь этот высший свет местного фэнтези-бомонда общается на дивном сленге, который напоминает общение московской молодёжи, вываливающейся под утро из ночного клуба.

– Слышь, Брунгильда! – орал баронессе толстый гном в расшитом золотом кафтане, наблюдая как та безуспешно пыталась наколдовать себе зонтик от солнца. – Иди к нам в тенёчек! Тут вентилятор магический поставили, зачётный! Просто бомба, ваще! Крышу рвёт, отвечаю!

– О, Цитадель, – картинно закатывала глаза вампирша в викторианском платье, поправляя кружевные перчатки, подозрительно заляпанные чем-то красным. Брунгильда принципиально не покупала ничего без скидки, а томатный сок в местной забегаловке до обеда отдавали почти задаром.

– Опять этот Хомо-сапиенс Саныч тут релаксует, – проворковала она, заметив меня. – Завидно, аж зубы сводит.

Я помахал ей кружкой.

Да, я был тут единственным человеком. И, кажется, единственным, кто знал, что такое техника безопасности и сопромат. Остальные всю жизнь полагались на магию, божественное провидение или просто на толстую шкуру. Вчера, например, местный рыцарь-балабол сэр Гедройц решил устроить файер-шоу на собственном копье. Зрелище было красивое ровно до тех пор, пока его фламберг не начал плавиться и капать расплавленным металлом на паркет в главном холле.

Вот оно – счастье, думал я, потягивая гномье варево. Вот ради чего стоило вляпываться в конкурсы.

За всё это я любил этот курорт. Тепло, сытно и безумно весело. И не нужно ни перед кем отчитываться. Я просто отдыхающий. Саныч, который знает кучу анекдотов и умеет играть в «Мафию» без применения магии. Кот Бассейн, соглашаясь со мной, мурлыкнул, перевернулся на другой бок и придавил хвостом мою панаму.

***

Ладно, хватит лирики, а то расписался тут, как эльф на поэтическом вечере. Пора уже рассказать, как я, инженер с двадцатилетним стажем, умудрился променять любимый гараж-мастерскую на райский пляж, а «Балтику-7» на гномье крафтовое пиво. История вышла та ещё.

Сначала немного обо мне, чтобы вы понимали, с кем имеете дело.

Я Саныч. Для узкого круга особо приближённых – просто Саня. Для особо пафосных личностей, что любят раскланиваться и целовать ручки дамам, так и быть, Александр Сергеевич. Хотя после второй кружки «Громовой Пятки» и на «Эй, налей!» отзываюсь без проблем.

Пятьдесят пять. Если смотреть в зеркало с утра, до кофе и без оптимизма, все прожитые годы, а то и больше, видны с лихвой. Седина в бороду, точнее, в аккуратную трёхдневную щетину, которую студенты считают стильной. Морщинки у глаз от многолетнего вглядывания в чертежи и мониторы. И привычная сутулость. Десятилетия за кульманом даром не проходят. А вот если сначала выпить кофе и только потом заглянуть в зеркало, отражение показывает мужика ещё крепкого, с живыми глазами, но с въевшейся под ногти графитовой смазкой, которую проблематично отмыть даже после двух месяцев в раю.

Роста среднего, чуть выше гнома, но чуть ниже эльфа. Это я теперь так меряю, а в прошлой жизни мерял сантиметрами и метрами, и был просто метр семьдесят два. Телосложение нормальное, бывший атлет, ныне просто добротный середняк с небольшим пивным животиком (привет от «Балтики-7» и гномьих экспериментальных сортов). В юности качался, думал, что девушки любят бицепсы. Но давно понял, что это полный трындёж. Девушки любят, когда можешь прокачать её ноутбук, машину и заодно жизнь. Бицепсы отошли на второй план, а руки стали рабочим инструментом. Сбитые костяшки, шрамы от фрез и мозоли на ладонях.

По жизни инженер. И этим всё сказано. Настоящий, советской закалки, только с поправкой на то, что Союз развалился, когда я заканчивал институт. Отучился на инженера по автоматизации технологических процессов. Если переводить с заумного на обычный, то я тот чувак, что настраивает железки, чтобы они делали нужные штуки без участия человека. Станки с ЧПУ для меня словно живые. Разговариваю с ними, чувствую. Бывало, приду в цех, подойду к фрезерному, поглажу по станине, шепну ласковое: «Поехали». И он выдаёт деталь с допуском в два микрона. Коллеги крутят у виска, но результат говорит сам за себя.

***

Но хватит про внешность. Давайте про суть. Про то, как обычный инженер, у которого руки из нужного места, докатился до жизни, что теперь якшаюсь с эльфами и пью пиво с гномами.

В девяностые пришлось выкручиваться. Кому нужны заводы, когда кругом бартер и крышевание? Но ничего, на время нашёл своё золотое дно. Чинил импортную технику, настраивал компьютеры, собирал сигнализации. А в душе всегда оставался инженером-производственником, мечтал вернуться к станкам. В нулевые, когда страна потихоньку начала отходить от шока, устроился на закрытое предприятие, которое в нашей среде принято называть «почтовый ящик». Простым инженером, дорос до ведущего. Где и родился проект «Изделие 757-АС». Моя лебединая песня. И головная боль. Красивая, сложная, почти гениальная штукенция. Но начальство сказало: «Слишком сложно, слишком дорого, никому не нужно, лучше сделай отчёт по утилизации отходов». Так и закинул проект далеко в стол. На долгие годы.

С возрастом здоровье дало сбой. Не то чтобы развалился, но работать по двенадцать часов в сутки, не разгибая спины, больше не могу. Поясница, давление, вечная усталость. Врачи выдали стандартный вердикт: «Меньше нервов, больше свежего воздуха». А где его взять, свежий воздух, в цеху с промышленной вентиляцией?

Уволился с завода и устроился преподавателем в колледж. Веду курсы по автоматизации для молодёжи. Платят копейки, зато нагрузка щадящая, аудитория тёплая.

Уже находясь здесь, понял, что студенты они везде студенты. И в Реале, и здесь, в параллели, те же уши торчат, только здесь острые, эльфийские.

Когда с завода в колледж ушёл, жена не оценила. Сказала: «Ты с ума сошёл? Из оборонки в ПТУ?» Я пытался объяснить про душевный покой, но она женщина практичная. Собрала чемодан и на прощание бросила: «Делай что хочешь, а хочу жить нормально», и упорхнула к риэлтору. Говорят, он ей ипотеку одобрил. А я остался со станками, студентами и внезапно образовавшейся пустотой в холодильнике.

Детей двое, взрослые, живут своей жизнью. Звонят по праздникам, интересуются, не ударился ли я в религию и не завёл ли козу. Пока не ударился и не завёл, но, глядя на эльфов, начинаю задумываться.

***

А ещё писательство оказалось одним из ключей, открывших мне это место.

Писать начал случайно. Года три назад сломал ногу и долго валялся на больничном. Делать было не хрен, пересмотрел всю фантастику, перечитал всё, что смог найти. И мысля меня озарила: «Поди ж не дурень стоеросовый. Дай-ка сам попробую чего накалякать». Сел и сварганил рассказец. Друзьям отправил, те попросили продолжение. Так и пошло. Понял, что затягивает. В своих произведениях мог быть кем угодно. Хоть героем, хоть спасителем миров, хоть гениальным изобретателем. В реальности же всё было банально. Александр Сергеевич, который проверял курсовые и вечно ругал студентов за пропущенные пары и отсутствие логики.

Писательство стало моим эскапизмом. Садился за стол, открывал ноутбук и улетал в миры, где работали мои инженерные решения и техника соседствовала с магией, а главный герой – уставший мужик, который хотел, чтобы его все оставили в покое. Кто ж знал, что это пророчеством окажется.

Не забывал и про хобби. Дома, в гараже, стоял небольшой станочек с ЧПУ, собранный своими руками. Можно сказать, младший ребёнок, только послушный и денег не просил. Я брал заказы от знакомых. Выточить фигню, сделать гравировку, собрать что-то уникальное. Это было для души, хотя и барыши приносило. И главное, рукам напоминало, что они не только за клавиатуру цепляться умеют.

Так и жил последние годы. Колледж, писательство, гараж. Святой треугольник предпенсионера. По выходным – пиво с друзьями.

В целом жизнь устраивала.

Но теперь сижу в другом мире, с кружкой гномьего варева, и жизнь устраивает уже совсем иначе.

***

Я даже подумать не мог, что инженерная гордость и писательские фантазии однажды сойдутся в одной точке. И точка эта окажется в параллельном мире, где эльфы катаются на лонгбордах, гномы варят пиво с градусом «снеси башку», а моё «Изделие 757-АС» неожиданно рухнет с неба, чтобы навести шороху.

Но, знаете, не жалею. В пятьдесят пять поздно бояться. Поздно удивляться. И рано отказываться от приключений.

Если бы год назад кто-то сказал, что в моей жизни будут замешаны серьёзные люди из конторы под названием «Заслон». Мой старый кореш Петруха окажется связным между параллельными мирами. А какая-то суровая тётка из оборонки будет лично прорываться через портал, чтобы спасти своего бывшего инженера… посоветовал бы этому человеку завязывать с выпивкой и обратиться к психотерапевту.

Но, как показывает практика, спиртное и психические заболевания здесь совершенно ни при чём.

* * *