skyeng2018

Рецензии и отзывы на 1993

Читайте в приложениях:
178 уже добавило
Оценка читателей
3.88
Написать рецензию
  • Lizchen
    Lizchen
    Оценка:
    12

    Первое и главное – книга не дает ответов на вопросы. Ни на один. Ни о том, кто виноват, ни о том, почему, и ни о том, зачем. Кто относил себя к «белым» до книги, тот по-прежнему будет повторять за нарисованной в ней интеллигенцией 93-го: «идиоты», «чернь с совершенно сумасшедшими идеями», «бешеные обезьяны» и «красные дьяволы», а кто, как вслух высказался на ММКЯ Прилепин, считал и считает себя тем самым «красно-коричневым», ни на йоту не смягчатся в отношении Гайдара или Ельцина… Послушав там же самого автора и сознательно не читая его биографии до книги, хотела из нее понять его личное отношение к событиям двадцатилетней давности (вовремя он как, прям к юбилею), но тоже ничего не вышло: роман чисто описательный. Кстати, именно описательная часть «революции» для меня оказалась очень ценна, так подробно, с привязкой к московской топографии, по датам и часам картинка сложилась как раз благодаря книге, а в достоверности этих описаний у меня нет оснований сомневаться – биография говорит о факте работы Шаргунова в Думской комиссии по расследованию событий осени 1993 года. Да и было ли что в литературе об этих событиях?

    Что же до стороны художественной… мне вряд ли еще захочется читать Шаргунова. Общий фон книги грязно-серый, с тяжелым спертым духом, с большим количеством мужских персонажей, от которых впору взвыть, настолько они все без исключения угрюмы или глупы, похмельны или пьяны, жестоки или просто несуразны. Спасибо автору, что с женщинами он обошелся мягче. Что-то с этим не так… психолога бы в писатели отзыва:) С этим и с описанием секса, здесь вообще просто клиника какая-то(( Сексуальных сцен много и все до единой они …животные какие-то, что ли. И неважно, кто участники - юная ли девушка, муж ли с женой, жена ли изменяющая, пятнадцатилетняя ли девочка, собаководы, офицеры, электрики, бандюки 90-х - всегда это что-то грязное, после чего герои испытывают чувства стыда и неловкости. Сюда тоже психолога, стопроцентно. Читаю вот в описании про «идеологическую распрю внутри одной семьи» и не соглашаюсь: корень всей распри в том, что жена не девицей мужу досталась, а распри в идеологии лишь легитимное основание для многолетней мужниной обиды по этому поводу.

    Не знаю, где сейчас живет Сергей Шаргунов, но было забавно читать о действиях, проходящих в моей окрУге. Пушкино, Заветы Ильича, церковь, в которой служил Александр Мень, Тишковское водохранилище, Правдинский ж/д переезд… странное ощущение, сильно смещающее вымышленный роман в реальную жизнь:)

    И все-таки общее резюме: книга не меньше, чем 8/10.

    Читать полностью
  • bookeanarium
    bookeanarium
    Оценка:
    12

    Одной цифрой – 1993 – можно дать понять любому российскому читателю, что книга будет о «лихих девяностых», подзаголовок «Семейный портрет на фоне горящего дома» и вовсе расставляет всё по свои местам. Скандинавское понятие «сага» к истории про обозначенные темы клеится плохо, тем не менее, это именно семейная сага, о трёх поколениях обычных российских людей из рабоче-крестьянской среды.

    Учитывая «крестьянскую среду» можно было бы сказать и о приближении к «деревенской прозе», только и это определение книге Шаргунова не по размеру, да и не по времени, он писатель современный, а писатели-«деревенщики» остались где-то в двадцатом веке, между «Калиной красной» и «Прощанием с Матёрой». Здесь же, хоть и описанные события происходят более двадцати лет назад, всё настолько близко нашему нынешнему состоянию жизни и политики, что временами становится жутко. Здесь возводят баррикады на площади под окнами правительства и в новостных лентах костры на площади, но только не Москвы, а Киева.

    Но не нужно ожидать вторую «Белую гвардию», главные герои здесь не отличаются умом и сообразительностью, их нельзя отнести к интеллигенции или думающим людям, это не центровики и лидеры, а массовка; те, кто плывёт по течению и «перестройку-то они сначала и не заметили». Нормальная форма обращения – «ты чо», а обычный горизонт мысли заканчивается сегодняшним днём. Описанная в книге семья живёт как кошка с собакой, звёзд с неба не хватает, однажды была поездка на море, работа не предполагает карьерный рост, алкоголь употребляется полными стаканами, а единственное развлечение – телевизор. Так и хочется задать вопрос: что здесь на самом деле горящий дом – Белый дом в Москве или дом семьи главных героев. Автор нашёл универсальную формулу горения. Может быть, именно ему дадут «Нацбест-2014».

    «Это лихорадочное строительство баррикады едва ли имело смысл, даром что в такую погоду им не мешала никакая милиция. Они по-муравьиному собирали из окрестностей всякие грузы, добавочно отяжелевшие: выламывали, волокли, катили, складывали в кучи. Они действовали наедине с потопом и проносившимися по лужам бездушными машинами, словно бунтовали против кого-то, желавшего их смыть. Здесь уже стояли рядком перевернутые мусорные ящики, холодильник “Минск” без дверцы, полный воды, и прислоненные к ним отточенные кровельные листы, плаксиво сверкавшие серебром. Виктор помог толкать огромную деревянную катушку с нитями проводов. Докатили, и он сразу же побежал под раскаты грома на соседнюю улицу, к ткацкой фабрике».
    Читать полностью
  • AOsterman
    AOsterman
    Оценка:
    7

    Автор замахнулся на эпос, но от эпоса здесь только, наверное, количество страниц. В действительности это скорее повесть, разросшаяся в роман благодарят словоохотливости автора (закалка публициста чувствуется). Желание написать крупную форму о таком событии, вообще о том времени похвально, только вот, по-моему, не получилось. Может дело, в сюжетной основе: герои слишком мелкие для эпоса, события их жизни тоже - все довольно камерно, и материала для масштаба просто нет.
    Местами чувствуется откровенное желание автора понравится массовому читателю (это при тираже 2500 экземпляров?), иначе откуда явно мелодраматический костяк сюжета? В итоге и герои не симпатичные, и местами просто откровенно надоедают. И ладно бы это искупалось мастерским описанием событий возле Белого дома, но нет, этого тоже не получилось. Недавно читал книгу А. Островского, детально рисующую картину октябрьских событий, и это историческое исследование читалось не хуже захватывающего детектива. У Шаргунова так не читалось, хотя он писатель, безусловно, талантливый, закваска есть.

    Читать полностью
  • bukvoedka
    bukvoedka
    Оценка:
    4

    История одной семьи и история России 1993 года. Главный герой Виктор Брянцев - человек с активной политической позицией, он из тех, кто защищал Белый дом, считая, что там правда. Его жена - "за Ельцина", но главное для неё - это родной дом, семья, которая разрушается, но которую хочется спасти.
    Нелегкие 90-е, дети которых уже в наши дни выходят на улицу отстаивать свою гражданскую позицию.
    Нет правых и виноватых, нет оценки событий. И хотя 90-е давно стали прошлым и окружающая действительность изменилась, роман - и о современности в том числе.
    Книга, наверно, закономерно вошла в короткий список "Нацбеста", хотя я бы не сказала, что в ней есть что-то особенное с литературной точки зрения. Впрочем, я прочитала с интересом.

  • BlackGrifon
    BlackGrifon
    Оценка:
    4

    Убедить меня в том, что современная, а тем паче отечественная, литература небезнадежна - непросто. Чтобы я выдернулся из сладостного плена Достоевского и Бальзака, которых считаю верхом увлекательности в путешествиях по больным душам, нужно постараться. И Шаргунов задел за живое. Задел, помесил, выставил диагноз и не отпустил. В сущности, что я помню из своего 93-го? Какой-то третий класс, когда мир просто подмигивал Распутиным. А в десятом классе еще не было принято говорить о тех событиях. И вот, благодаря беспристрастному тону Шаргунова этот эпизод прожит заново. Собственно, название как бы случайно вызывает в памяти остроту романтики Гюго и его «революционного» почти одноименного романа. Нет, Гюго совсем про другое. Но этот конфликт поколений на фоне беснующейся истории как бы повторяется через страны и эпохи. Боже мой, даже отдельные репортажно-публицистические зарисовки в романе будто реинкарнация «Отверженных» - дымчато-атмосферная, болевая, с той же сентиментальной приторностью, как вишенкой на искусном торте, который хоть сейчас в музей. Реинкарнаций хватает и внутри «1993». С лукавой наивностью Шаргунов закольцовывает Болотную с теми событиями в 2013 году, спустя ровно десять лет. Он как бы терзает, выворачивает хрестоматийный вопрос Толстого – кто же делает историю, личность или народ? И в его романе народ и личность попеременно награждаются самыми поэтичными и самыми уничижительными находками – догадайся, мол сама, только не стой в сторонке. Становись по любую сторону баррикад, погибай, ораторствуй, но сражайся за идею, за будущее. Но хитрый Шаргунов и мещанский быт подает с той долей идеализации, что каждая тварь дрожащая, кухонный философ, телевизионный потребитель чувствует себя немножко оправданным. Писатель любит человека и издевается над ним. Настоящий публицист, награжденный даром художественного слова и фантазией, которая заставляет взрыднуть над простоватыми и симпатичными героями, над их выпуклой плотской прорисовкой с малейшими дефектами кожи и запахами (куда там Зюскинду, ага). Это жизнь, детка. Прекрасный принц будет пить и таскаться по митингам, а принцесса с легкостью отдаваться в поезде офицеру. И нет в этом порочности, пошлости. Это какая-то вздыхающая объективность, не могущая без жаркой сексуальности, почти порнографичности и изящной метафоричности буквально через пару страниц. Или попросту генеральный образ кроссворда, который тихо вползает в действие, как бытовая подробность, как отзеркаливание характера, как передача эстафеты поколениям, как космическая метафора разрушенной страны. Читая «1993», тревожно мечешься между семейной сагой, путано разбросанной по нескольким десятилетиям, в которых жизнь менялась неузнаваемо и политическим памфлетом. Отсутствие композиционной стройности, лихорадочная спешка повествования – как симптомы нынешнего сознания. Шаргунов избегает пространных речей, заставляя читателя барахтаться в документальности и реконструкции, а мог бы уйти в философский роман. Но, как бы обжигаясь о занудство, писатель молодо-задорно роет к центру земли, а читатель не успевает даже задуматься, его просто обжигает реальность романа, заставляя верить во всё, что на самом деле при трезвом раскладе выглядит хмельной вакханалией, фантастикой, сатирической истерикой. Просто люди действительно в ней жили.

    Читать полностью
  • Оценка:
    думала шаргунов более русский писатель три оцснка