Глава 1

Сам не понял, как это у меня в первый раз получилось, но я научился оживлять солдатиков. Мне тогда было восемь лет, и матушка в разговоре упомянула, что осенью я пойду учиться в гимназию.

Сижу однажды на пригорочке под деревом на территории усадьбы недалеко от дома. Лето выдалось очень жаркое, поэтому играть или как-либо по-другому проводить время на свежем воздухе возможно было только в тени.

Я потихоньку стащил у брата оловянных солдатиков, которых он у меня отнял накануне по праву старшинства и силы, сел в тенёчек по-турецки и представлял себе рыцарский турнир. Мне очень хотелось, чтобы они ожили и сражались без моей помощи, чтобы я был просто зрителем. Я поставил фигурки друг перед другом и начал сверлить их взглядом.

– Ну давайте же, деритесь! – эмоционально сказал я, потом коснулся кончиками пальцев обоих бойцов, словно подталкивая их друг к другу.

Между пальцами и фигурками проскочила едва заметная искра, от неожиданности я ойкнул и резко отдёрнул руки, и тут солдатики пришли в движение. Сначала я подумал, что мне показалось, просто немного перегрелся.

Два оловянных воина пошевелили руками, покрутили головой, потом глянули друг на друга и начали сходиться для схватки, как я и хотел. Моему счастью не было предела, я во все глаза следил за неторопливым обменом ударами, схватка очень медленно и лениво, но разгоралась.

Как-то само собой пришло понимание, что та самая искра дала им жизнь и я решил попробовать добавить им жизненных сил, ещё раз коснувшись неторопливо дерущихся воинов. Снова проскочила искра, солдатики на мгновение замерли, а потом сцепились в бешеной смертельной схватке.

– Давай! Давай! Бей его! – кричал я в азарте, наблюдая за ожесточённым поединком.

Солдатиков мне было не жалко, я же знал, что они не смогут друг другу ничем навредить, но бой был очень зрелищным. Видимо мой несдержанный крик привлёк внимание старшего брата Николая, который проходил мимо, но до этих пор меня в тени не заметил.

– Эй, Лёшка, а ты чего там делаешь? – подозрительно по-доброму спросил он и направился к дереву, под которым я сидел.

– Да так, ничего, – пробормотал я, понимая, что он сейчас снова отберёт у меня солдатиков. Я хотел их спрятать, но так растерялся, что ничего умного не приходило в голову.

Брату уже двенадцать, он намного сильнее. К тому же два года назад он начал увлекаться кузнечным делом. В десять отец отвёл его к нашему кузнецу при мануфактуре и поручил занять чем-нибудь сорванца, чтобы он меньше бедокурил от безделья.

– Та-а-а-к, что тут у тебя? – протянул Коля, предвкушая застать меня за интересным занятием.

Я только успел приказать солдатикам замереть, и они снова застыли в тех же позах, в каких их мне подарили. Сам своим глазам не поверил. Это выходит, что они выполняют мои приказы?

– Я же сказал тебе, дурень мелкий, что это теперь мои солдатики! – недовольно воскликнул Коля, схватив стоявшие на траве оловянные фигурки. – Мне они нужны для коллекции, а ты тут ерундой занимаешься, только испортишь!

– Но их же мне подарили! – крикнул я ему вслед, глядя сквозь искажающую реальность пелену подкативших от обиды слёз.

– Попробуй только тронь их ещё раз! – бросил брат злобно и пошёл в сторону дома.

Я так и сидел под деревом, кипя от бессильной ярости и именно в этот момент, в этом состоянии, до меня начало доходить, кто я такой. Бывшие до этого смутными видения теперь сформировались в плотный ряд и пришло чёткое осознание, что я не простой восьмилетний мальчик, а живу новую жизнь в теле ребёнка, а в прошлой жизни меня было очень трудно обидеть, мало кто мог на это решиться. А те, кто решались, потом пожалели, если остались в живых. Я сразу перестал стенать и вытер бесполезные слёзы, а на лице в тот момент появилась злорадная улыбка.

Я попытался копнуть глубже и воспоминания о прошлой жизни навалились Ниагарским водопадом, воскрешая в памяти жизненный опыт и знания. Магическую силу я с этого дня стал ощущать вполне осознанно, теперь я чувствовал все пока ещё едва заметные потоки магической энергии в организме и чётко видел свой “источник”. Он ещё очень мал и слаб, но это не беда, я знаю, что с этим делать.

С этого дня от восьмилетнего мальчика во мне остался только внешний облик, да манера поведения, которую я старался сохранять, чтобы не выдавать себя и я неплохо вжился в роль. Зачастую мне это помогало неплохо манипулировать взрослыми, когда возникала такая необходимость, но, надо отдать должное, в целом семья была очень даже приличная, жаловаться не приходилось. И со старшим братом постепенно отношения нормализовались, но это было позже, потом, в том числе и благодаря моим усилиям, но он и сам быстро понял, что со мной выгоднее сотрудничать, чем враждовать.

В тот же день, когда пришло моё переосознание себя, те самые солдатики пропали из коллекции моего старшего брата, двенадцатилетнего Николая Митрофановича Данилова, исчезнув в неизвестном направлении. Брат перевернул мою комнату вверх дном, но так ничего и не нашёл, а я спокойно наблюдал за этим процессом, прислонившись к стеночке и скрестив руки на груди. На лице играла ехидная полуулыбка.

– Где они? – в ярости вскричал Коля, подойдя ко мне. Моя расслабленная поза и невозмутимая улыбка взбесили его ещё больше, чем пропажа злополучных солдатиков. – Я тебя, недоносок, спрашиваю, где они?!

Я молча пожал плечами, спокойно глядя ему в глаза. У брата лицо налилось кровью, его трясло от злости и неконтролируемой вспышки ненависти ко мне.

– Я же тебя сейчас на куски порву! – закричал он мне в лицо, брызгая слюной, а я и глазом не моргнул. – Отдай их мне или я придушу тебя прямо здесь и сейчас!

– Попробуй, – скучающим тоном ответил я и, заметив, что в данный момент он не шутит, душевно приложил ему новым ботиночком по причинному месту.

Глаза у Николая попытались вылезти из орбит, дыхание остановилось, рот открывался в беззвучном крике, пока он оседал на пол, держась за ушибленное место, а я развернулся и, как ни в чём не бывало, вышел из комнаты.

Да, я понимаю, удар подлый и нечестный, но в тот момент Николай просто не оставил мне выбора. Физически брат был кратно сильнее меня, так что на моей стороне пока только хитрость, ловкость и коварство. Зато угроз моей жизни и целостности моего организма с его стороны больше никогда не было, а потом вспоминали этот момент больше с улыбкой.

С этого дня я стал вспоминать, как развивать магическую силу внутри себя и делал это ежедневно с завидным упорством, но подвижки давались очень медленно, что-то с магией в этом мире не так. Она есть, но словно какая-то другая, подчиняющаяся другим, совершенно непривычным для меня законам.

А ещё вспомнились занятия единоборствами в юности в прошлой жизни, и я начал самозабвенно тренироваться, но так, чтобы никто этого не видел, пусть и дальше считают меня малохольным сопляком, меня это пока что устраивает. Показывать свои бойцовские навыки я на людях не буду, а уж магические способности – тем более, это мой секрет, время для которого ещё не пришло.

Солдатиков в тот переломный день я действительно даже не трогал. Если быть более точным, я к ним не прикасался. Просто приказал им спрятаться в саду под тем самым деревом, где я соорудил для них под выпирающим корнем дерева временное убежище наподобие землянки. Немного позже соорудил отличный тайник у себя в комнате и больше их кроме меня долгое время никто с тех пор не видел.

***

Гимназию я закончил на отлично, учиться я умею, а современные достижения математиков, механиков и физиков меня интересовали невероятно. С учётом этих знаний передо мной открывались гораздо более впечатляющие перспективы, чем в прошлой жизни, но снова захватывать мир я не собираюсь, хватит, навоевались. По крайней мере пока, а дальше посмотрим, может этот мир и захватывать не придётся, а он сам падёт к моим ногам.

Как я уже говорил, в этом мире магия ведёт себя, мягко говоря, по-другому. Сначала я даже подумал, что я единственный, у кого она есть. К сожалению или счастью, но это оказалось не так, значит есть у кого поучиться и что почитать, чтобы возыметь полный контроль над своими видоизменёнными способностями.

Именно развитие магических способностей меня интересовало больше всего, но соответствующей литературы в родительском доме не было, а когда я заикнулся отцу на эту тему, он сказал, что у меня, видимо, слишком много свободного времени и отправил работать вечерами на мануфактуре, за что я ему был только благодарен, но вида не показывал. Здесь я начал приобщаться к механизмам, их работе и ремонту.

По семейному плану, старший сын Николай должен был стать основным наследником и на него отец возлагал большие надежды, как на агронома и руководителя фермами, пекарней и небольшим молокозаводом. Не будем забывать и про кузню, которая стала его увлечением по жизни. Да-да, не удивляйтесь, что граф интересуется кузнечным делом, зато он знает всё с азов, чему и меня старался немного обучать.

У меня же были незаурядные успехи в точных науках (ничего удивительного, ведь в прошлой жизни изучены все возможные трактаты, какие только удавалось находить), поэтому я по совпавшему с моим семейному плану должен закончить Тульский инженерный институт и заниматься развитием мануфактуры, чтобы она шла в ногу со временем и приносила семье стабильный, а ещё лучше растущий доход.

– Ну что, сын, ты готов? – спросил как-то у меня отец, войдя в мою комнату.

Хорошо, что я услышал его шаги и солдатики, наводившие порядок на моём столе, замерли.

– К чему? – задал я глупый вопрос, стараясь угомонить сердцебиение от предвкушения долгожданных перемен.

– К учёбе в институте, к чему же ещё, – с некоторым удивлением произнёс отец. – Пришла депеша из Тулы о твоём зачислении, так что поздравляю!

– Спасибо, – сказал я, а сам сделал вид, что загрустил.

Точнее изобразил, что загрустил из-за предстоящей разлуки с домом, а внутри я ликовал. На учёбу в институте я возлагал очень большие, но несколько другие надежды, отличные от отцовских. Такие точные науки, как физика и механика мне были очень интересны, но, кроме этого, там наверняка должна быть большая библиотека и уж там-то точно будут книги и учебники по магии. Раз уж при мне оказался такой редкий дар, который я втайне старался развивать все эти годы, то я для себя делал большие ставки именно на него.

Больше, чем уверен, что магия мне очень пригодится в будущем, хоть этот мир и совсем другой, сильно отличается от прежнего. Результат моей учёбы и саморазвития сильно удивит мою родню и не только, но раньше времени об этом лучше даже не стоит заикаться, пусть будет приятный сюрприз.

– Тогда не горюнься, утри нос и собирай чемодан, чтобы был готов к отъезду, – несколько прохладно сказал отец, он очень не любил сентиментальные моменты и старался не терять лица, порой даже стараясь излишне продемонстрировать свою строгость.

– Так учёба же ещё не скоро, – нахмурившись для достоверности, возразил я.

– Ты поедешь на месяц раньше, – уже более спокойно сказал отец. – Я договорился с двоюродным братом, Гороховым Вячеславом Ивановичем, ты его зхнаешь, который работает на фабрике, производящей сельскохозяйственные паровые машины и не только, начнёшь постигать секреты производства.

– Так какие секреты? Я же ещё даже не начал учёбу в институте! – произнёс я несколько удивлённо.

Такой расклад меня не совсем обрадовал. Так-то идея неплохая, но если я буду при деле с утра и до вечера, а моя практика вполне возможно продолжится и во время учёбы, то когда я буду изучать магию? Но отцу я этого сказать не могу. По крайней мере пока. Ладно, выход найдется из любой ситуации. К тому же во всём надо находить положительные моменты, я ведь стану ближе к действующим механизмам на гораздо более серьёзном предприятии, чем наша небольшая мануфактура.

– Зато ты выйдешь из института не просто инженером, а лучшим инженером! – с гордостью в устремлённом куда-то под потолок взгляде сказал отец, потом, мечтательно улыбаясь, вздохнул, развернулся и вышел.

– Я и так лучшим выйду, – пробормотал я себе под нос, а рот расплылся в улыбке. – Ты просто пока слишком многого обо мне не знаешь.

О том, что я живу жизнь заново, никто из окружающих даже не подозревал. Единственное что мне неоднократно говорили “умный стал не по годам”. Они просто не знают, что я старался особо не выпячиваться.

Что положить с собой в чемодан для дальней поездки шестнадцатилетние юноши из аристократических семей чаще всего понятия не имеют. И отец скорее всего думал, что я не справлюсь, но по опыту прошлой жизни, я умудрился довольно компактно сложить туда всё жизненно необходимое.

На самое дно под стопку одежды спрятались два оловянных солдатика. Теперь это мои верные помощники, за восемь лет они научились многому и неоднократно выручали меня в сложных и интересных ситуациях.

– Так, братцы, сидеть тихо и не высовываться без команды! – строго сказал я двум оловянным рыцарям, и они мирно улеглись под одеждой. – Вот теперь я готов.

***